Ночные улицы карликовой планеты встретили пронизывающей прохладой.

Бо Шэнь брел куда глаза глядят, крепко сжимая в руке сплавный поводок. В голове царил полный хаос, а на душе скребли кошки.

"Каким же глупцом я был, — подумал Бо Шэнь. — Ну надо же... Я ведь знал, что местная цивилизация унаследовала культуру эпохи тысячелетней давности, но и помыслить не мог, что разница между собаками порой глубже, чем пропасть между человеком и зверем"

Уткнувшись подбородком в высокий воротник клетчатого шарфа, Бо Шэнь трусливо прятал взгляд от редких прохожих. Ему все казалось, будто в глазах каждого встречного крупными буквами написано: в левом — «Мама, а этот дядя извращенец?», а в правом — «Тьфу, грязный фетишист!».

За все время пути лишь один ребенок, завидев шагающего следом антропоморфного пса, пришел в неописуемый восторг. Он дернул отца за руку и громко, на всю улицу, объявил:

— Ой, собачка! Папа, папа, можно я подойду к тому братику и попрошу погладить его песика?

Бо Шэнь лишь молча лишился дара речи.

"Да уж, дети космической эры... — мысленно вздохнул он. — Прогресс налицо"

Но увы, отец мальчика, судя по всему, разделял опасения Бо Шэня. Идея погладить огромного двуногого пса не показалась ему здравой, поэтому в следующую секунду ребенка без лишних церемоний утащили прочь.

Этот жест мгновенно убедил Бо Шэня в том, что даже разделяющая их тысячелетняя пропасть поколений на самом деле не такая уж и непреодолимая.

Он не заметил, как за его спиной человекоподобный пес бесшумно оскалил острые, белые как фарфор клыки. Зверь раздраженно ковырнул когтем бутафорский намордник-ограничитель, на миг явив свою истинную, свирепую натуру.

Спустя полчаса Бо Шэнь, описав вокруг бара добрых пять кругов в мучительных сомнениях, наконец набрался смелости и заставил себя обернуться.

Выплатить огромную неустойку за отказ от питомца он не сможет при всем желании — сам виноват, нечего было подписывать договор об опеке не глядя. Накосячил — изволь расплачиваться.

К тому же на просторах Звездной сети он вычитал, что отставные псы серии Т, какими бы причудливыми формами ни наделила их генная инженерия, умственно остаются обычными собаками.

А раз так, то и этот великан — просто верный пес. Не больше и не меньше.

Бо Шэнь покрепче перехватил поводок, замер и принял волевое решение: принять своего нового питомца, белого волкодава по кличке Байлуань Улун, таким, какой он есть.

Но стоило ему повернуться, как он едва не уткнулся носом в холодный металлический намордник.

Незаметно для него с неба посыпалась мелкая снежная крупа. Пушистые хлопья оседали на густых, длинных платиновых ресницах и чутких ушах пса. Со стороны это выглядело на удивление эстетично, напоминая сладкую сахарную пудру на изысканном десерте.

Но взгляд Бо Шэня приковала тонкая ледяная корочка, успевшая покрыть намордник-ограничитель.

"Ужас... — Бо Шэнь невольно поежился от жалости к этому грозному великану. — Холодина-то какая. Эта штуковина, небось, совсем ледяная"

Глубокой ночью улицы окончательно вымерли.

Помявшись пару секунд, Бо Шэнь отвел взгляд от бездонных янтарно-золотых глаз пса и уставился чуть выше — на его треугольные уши, которые тот неосознанно прижал от холода. Они забавно подрагивали, складывались «домиком», точь-в-точь как у испуганного щенка.

Бо Шэнь нерешительно протянул руку. Но на полпути замялся и, чувствуя себя глупо, пробормотал:

— Можно... потрогать твои ушки? Если ты против, просто гавкни, ладно?

Байлуань Улун не издал ни звука. Он лишь молча, невзирая на глупость двуногого, созерцал новоиспеченного хозяина.

Приподнявшись на цыпочки, Бо Шэнь робко коснулся кончиками пальцев мягкой, упругой шерстки на ухе великана.

Словно искра пробежала.

Это нежнейшее ощущение тепла и пушистой текстуры мгновенно пробудило в его памяти тот самый, забытый запах домашнего питомца — пахнущий согретой солнцем шерстью и уютом. Разочарование от того, что собаки будущего выглядят совсем не так, как он себе представлял, растаяло без следа. Его душа наполнилась тихой радостью.

"Да! — Бо Шэнь почувствовал, как от сердца отлегло. — Ушки точно собачьи!"

Окрыленный успехом, парень осмелел и легонько потрепал пса по макушке.

Конечно, безумно хотелось потискать сами уши, но он знал, что для животных это интимная и чувствительная зона. Мало ли, вдруг этот суровый зверь с непривычки цапнет за палец? Лучше подождать, пока они поближе узнают друг друга.

Впрочем, даже этой короткой ласки хватило, чтобы понять: пес перед ним на редкость послушный.

А потому...

Щелчок.

Бутафорский замок намордника разошелся. В глубине золотистых глаз Байлуань Улуна на долю секунды отразилось искреннее изумление.

Бо Шэнь аккуратно снял с него ограничитель и поднес свою бледную, озябшую ладонь прямо к чуткому носу пса.

— Я хороший, честно. На, понюхай.

Его покрасневшие от мороза пальцы почти коснулись влажной мочки носа.

Байлуань Улун хранил монументальное молчание. Пёс на мгновение погрузился в глубокие размышления. Но анализ ситуации зашел в тупик, и он решил действовать по обстоятельствам.

Убедившись, что этот грозный зверь не делает даже попыток откусить ему руку, Бо Шэнь наконец облегченно выдохнул.

Какое счастье! Этот пугающий великан, способный одним ударом отправить незадачливого хозяина на больничную койку, на поверку оказался сущим ангелом — ласковым, покладистым и совершенно безобидным!

Примирившись с новой реальностью, Бо Шэнь решил опробовать базовые команды:

— Байлуань Улун, сидеть!

— Сяо Бай, стоять!

— Сяо Бай, лежать!

Пёс беспрекословно выполнял каждое указание, послушно опускаясь прямо на заснеженную землю. Наблюдавший за этим Бо Шэнь присел перед ним на корточки, его глаза сияли от детского восторга.

— Сяо Бай, дай лапу!

Крупная человеческая ладонь, усыпанная тающими снежинками, легла в его руку.

Мягкое, живое тепло зверя мгновенно передалось Бо Шэню, отозвавшись в глубине души странным, щемящим чувством.

"Странно... — пронеслось в голове у Бо Шэня. — Хотя ладно, он ведь собака, какая разница? Для человекоподобного существа это, должно быть, в порядке вещей"

— Вот и договорились, Сяо Бай. С этого дня мы одна семья. Позаботься обо мне, хорошо?

Бо Шэнь серьезно потряс его лапу. Ему даже польстило собственное хладнокровие.

"Кажется, я отлично со всем справляюсь! — мысленно похвалил себя Бо Шэнь. — Я, пришелец из прошлого века, так быстро адаптировался к местным причудам. Без лишних предрассудков принял преданную собачью душу в человеческом теле"

Он и не подозревал, с какой смесью снисходительности и щепетильности Байлуань Улун выполнял эти нелепые трюки. Словно доктор наук прилежно выводил каракули в прописях для детского сада.

Убежищем Бо Шэня служил заброшенный коттеджный поселок на окраине этой убогой планеты — памятник провалившемуся плану застройки.

Дорога от бара, где он подрабатывал, занимала около часа пешком — добрых пять километров по бездорожью. Впрочем, жаловаться не приходилось: заведение платило щедро. С учетом времени на дорогу его чистый заработок составлял вполне приличные тридцать звездных кредитов в час.

Уходя в пять вечера и возвращаясь к полуночи, он получал двести десять монет в день. Пятидневка приносила больше тысячи, а в месяц набегала круглая сумма — около трех тысяч звездных кредитов.

Для Бо Шэня, не имевшего здесь никаких документов об образовании, эта скромная работа была настоящим спасением. Хватало и на еду, и на жилье. Правда, имелись два досадных нюанса.

Во-первых, цены на натуральные продукты на Юаньсине кусались так, что его жалованья не хватило бы и на неделю нормального рациона. Приходилось довольствоваться дешевой синтетикой — благо за сотню монет можно было набрать целый мешок вполне сносного искусственного мяса и овощей.

Во-вторых, возвращаться приходилось в глухую полночь. На неосвещенных пустырях среди бетонных скелетов недостроев частенько промышляли шайки беспризорников, для которых одинокий прохожий был легкой добычей.

К счастью, на дворе стояла гуманная эра космоса, так что малолетние бандиты не стремились лишить его жизни. Их интересовали исключительно материальные ценности.

Обычно у него отбирали завтрак, купленный на утро. Или пакеты с крупой и синтетическими яйцами, которые он с трудом тащил из супермаркета. Иногда забирали даже недопитый чай с шариками, колу или надкусанную сосиску.

Последней каплей, вынудившей Бо Шэня взять из приюта отставного пса серии Т для самообороны, стали заморозки. Малолетние хулиганы сменили гастрономический интерес на текстильный.

Три недели назад они средь бела дня стянули с него теплую куртку. Две недели назад лишили любимого свитера. А в прошлый раз... эти паршивцы заставили его разуться и отобрали термоноски.

Хорошо хоть ботинки оставили — проявили, так сказать, благородство. Но Бо Шэнь прекрасно понимал: если так пойдет и дальше, в следующий раз его оставят в одних трусах, а то и самого угонят в рабство.

Подать заявление в местное отделение службы безопасности он не мог. Предыдущий владелец этого тела числился в бегах, так что любая встреча с властями грозила тюрьмой.

Да и толку от них? Ближайший опорный пункт находился в трех сотнях километров от его лачуги. Пешком туда-обратно пришлось бы топать целый месяц.

Ледяной ветер со свистом гулял в проемах недостроенных высоток, нагоняя жуть.

Бо Шэнь крепче сжал поводок. Впереди уверенно шагал его новый защитник. Рядом с этой широкой, литой спиной парень впервые за долгое время почувствовал себя в полной безопасности. Пусть этот пес и оказался двуногим великаном, главную свою задачу он выполнял на ура.

Собака защищает человека — собака молодец! Человек под защитой — человеку хорошо!

"Вот вернемся домой, — мечтательно планировал Бо Шэнь, — разведу в кастрюльке концентрат для сычуаньского хого, сорву на заднем дворе пару свежих листиков пекинской капусты, накрошу туда синтетического мяса, добавлю вареного риса... Устрою себе знатный пир на ночь глядя, а потом завалюсь спать"

Разумеется, обделить своего верного защитника он тоже не собирался. Его ждал королевский ужин.

Едва переступив порог дома, Бо Шэнь отвел Сяо Бая к его новому месту — просторному лежаку — и отстегнул карабин поводка.

— Хороший мальчик, веди себя прилично, не хулигань. Отдохни пока, а я приготовлю тебе самый вкусный ужин.

Байлуань Улун молча проводил его взглядом. Он видел, как этот наивный двуногий достал из пакета дешевые синтетические стейки и с самым воодушевленным видом скрылся в недрах кухни.

Спустя десять минут перед псом водрузили миску. В ней исходил паром лоснящийся от жира, слегка подгоревший стейк в окружении трех аккуратных шариков из тыквенно-куриного пюре.

Идеально сбалансировано. Предельно полезно. И абсолютно пресно. Ни крупицы соли.

Байлуань Улун опустил взгляд на это кулинарное недоразумение.

— Ой, совсем из головы вылетело! — спохватился Бо Шэнь.

Пес вопросительно повел ухом.

Через минуту парень притащил из угла кривоватый деревянный табурет собственного изготовления и водрузил миску на него.

— Ну как? — заискивающе спросил Бо Шэнь, ласково заглядывая псу в глаза. — Так ведь удобнее кушать, правда, Сяо Бай? Попробуй хоть кусочек.

Человекоподобный пес продолжал хранить молчание.

Для полноты картины этот чудак положил рядом со стулом новенькую резиновую косточку-игрушку.

Немая сцена длилась около минуты. Парень и собака буравили друг друга взглядами. Наконец Бо Шэнь сверился с настенными часами и прервал затянувшуюся паузу:

— Не хочешь? Совсем не голоден?

Байлуань Улун перевел взгляд с дымящегося пресного варева на хозяина и выдавил из себя тихое, крайне неохотное:

—... Гав.

Решив, что пес действительно сыт, Бо Шэнь аккуратно переложил ужин в новенький умный термостатический кормораздатчик — пускай стоит, прибор сохранит еду теплой, и Сяо Бай сможет перекусить в любой момент.

"Наверное, военных собак кормят строго по часам, — резонно рассудил парень. — Вот он и не хочет есть на ночь глядя"

За хлопотный день он устал так, что едва держался на ногах. Глаза слипались.

Убедившись, что Байлуань Улун послушно улегся в свой огромный мягкий лежак и закрыл глаза, Бо Шэнь заботливо укрыл его пледом и ушел к себе.

Однако поспать ему толком не удалось. Сквозь тяжелую дрему до его слуха донеслись странные, ритмичные шорохи из гостиной. Кое-как разлепив веки, он на ощупь добрался до двери. Голова гудела, ноги казались ватными.

Он распахнул дверь и замер на пороге, не веря собственным глазам.

Посреди кухни стоял его новоиспеченный пес в кухонном фартуке.

На его пушистых платиновых ушах переливались неоновыми огнями беспроводные ретро-наушники. В парящей перед ним умной сковороде с аппетитным шипением томился сочный стейк под изысканным винным соусом, источая божественный аромат. На столе уже красовалась глубокая миска с салатом из редких, баснословно дорогих натуральных овощей.

Сам же зверь, слегка нахмурив благородные брови, неторопливо крутил в пальцах хрустальный бокал, оценивая букет красного вина.

Бо Шэнь потерял дар речи.

http://bllate.org/book/20378/2105751