Готовый перевод First Love Syndrome / Синдром первой любви: Глава 5

Глава 5

Юнь Цзяньвэй с детства усвоил, что с гостями нужно быть вежливым и соблюдать приличия, а потому перед выходом переоделся в нарядную белую рубашку, светлый клетчатый комбинезон и чистенькие белые туфельки.

Ци Фэн, стоявший рядом в мешковатой футболке и старых шортах, только покосился на него.

—... Можно было и не наряжаться так тщательно.

Если одежда испачкается, Юнь Цзяньвэй снова закатит скандал — этого он и опасался.

— Я в первый раз иду в гости к твоему другу, конечно нужно одеться красиво — это уважение, — Юнь Цзяньвэй брезгливо дёрнул Ци Фэна за широкие шорты. — Переоденься, брат. Разве не в них ты работаешь?

Ци Фэну пришлось сказать как есть:

— У них дома небольшой бардак. Да ещё двух собак держат, у одной на днях щенки родились.

Юнь Цзяньвэй тут же скрылся в комнате и вышел через некоторое время уже в старой одежде и обуви Ци Фэна, с большой соломенной шляпой в руке.

— Идём!

Полуденное солнце палило нещадно. Ци Фэн крутил педали, ветер трепал полы его футболки. Юнь Цзяньвэй сидел на заднем сиденье, одной рукой держась за его одежду, другой придерживая шляпу на голове. Под таким солнцем недолго и обгореть — а портить себе цвет лица он вовсе не собирался.

Грунтовая дорога была вся в ухабах, и Юнь Цзяньвэя трясло так, что он то и дело недовольно вскрикивал, жалуясь на отбитое седалище. Ци Фэну пришлось аккуратно объезжать выбоины, отчего путь занял куда больше времени, чем обычно, — когда они наконец добрались, их уже давно поджидали у ворот.

Навстречу выбежал невысокий худощавый мальчишка.

— Брат А-Фэн, чего так долго?!

Заметив Юнь Цзяньвэя на заднем сиденье, он удивлённо охнул:

— О, а это кто?

Мальчика звали Ли Сянь, он учился с Ци Фэном в одном классе — правда, тот неизменно шёл первым по успеваемости, а этот замыкал список. Ростом он не вышел, зато мог похвастаться внушительным лбом; мать вечно бранила его, что в такую большую голову набралась одна вода, а всё путное туда не помещается, и день изо дня сокрушалась о неоправдавшихся надеждах.

Юнь Цзяньвэй спрыгнул с велосипеда и вежливо поздоровался:

— Привет, меня зовут Юнь Цзяньвэй. Я дальний двоюродный брат Ци Фэна.

Ци Фэн, услышав это, решил, что формулировка «дальний двоюродный брат» вполне сойдёт — избавляет от лишних объяснений, — и молча кивнул.

Ли Сянь был на год младше Ци Фэна и давно им восхищался за отличную учёбу, поэтому и к новому гостю отнёсся с не меньшим радушием: затаскивая обоих в дом, он попутно отгонял собак, всё норовивших обнюхать чужаков. Дом у них был самостроенный, трёхэтажный, просторный. Ли Сянь провёл гостей на второй этаж и, не церемонясь, распахнул дверь настежь:

— Сестрица, А-Чжэн, брат А-Фэн пришёл, и брата своего младшего привёл!

Комната у Ли Сяня оказалась просторной — судя по всему, ради гостей её сегодня специально прибрали: игрушки и всякий хлам свалили по углам, а посередине освободили место для стола и стульев. За столом уже сидели двое. Девушка с длинными волосами, забранными в хвост, в светло-зелёном платье с оборками, — рядом с ней высилась стопка книг, а перед ней лежала раскрытая тетрадь с заданием, — увидев вошедших, улыбнулась:

— Пришли уже.

С другой стороны развалился на стуле, закинув ногу на ногу, парень, лениво листавший книгу; подняв голову, он остановил взгляд на новом лице и чуть приподнял бровь.

— Ци Фэн, а это кто у тебя? — с явным интересом спросил он.

— Двоюродный брат, — ответил тот.

— Из города, что ли? Симпатичный какой.

Юнь Цзяньвэй улыбнулся так, что глаза превратились в полумесяцы, обнажив два маленьких клыка:

— Брат тоже красивый.

Сказал он это без всякой светской вежливости — просто искренне так подумал: густые брови, большие глаза, высокий нос, да и кожа не такая тёмная, как у Ци Фэна.

Ли Сянь тут же скривился:

— Ты его вообще не хвали, а то у него от похвал хвост до небес задерётся.

— Сяньсянь завидует моей красоте?

— Фу, аж мутит.

Все четверо расселись вокруг стола, и после короткого знакомства уже узнавали друг друга в лицо. Девушку звали Сюй Мэнлань, она приходилась Ли Сяню двоюродной сестрой. Училась по-настоящему хорошо, прочно держалась в тройке лучших по параллели, да и занималась всегда усердно. Вот только тётка попросила её из года в год натаскивать младшего братца по учёбе — за что друзья в шутку прозвали это занятие «борьбой с бедностью».

Парня же, которого Юнь Цзяньвэй удостоил звания красавчика, звали Хуан Чжэнъян. Приятной внешностью он пользовался успехом у девушек, но сам был на редкость непостоянен: романов пока не заводил, зато заигрывал с каждой встречной. Учился он не лучше Ли Сяня — в школе оба неизменно сидели за последней партой: один дрых, другой охмурял девчонок, — и, спевшись характерами, называли друг друга братьями.

Собрались они якобы делать домашку, но на деле Сюй Мэнлань натаскивала брата, они с Ци Фэном разбирали сложные задачи, а Хуан Чжэнъян явился попросту списывать.

Ци Фэн с Сюй Мэнлань сели рядом и принялись решать самые трудные задачи по математике, а остальные трое сбились в кучку и зашушукались. Ли Сяню и Хуан Чжэнъяну не терпелось расспросить нового знакомого — Ли Сянь, как человек компанейский, сразу полез с вопросами:

— Вэйвэй, тебе сколько лет?

— Десять.

— А живёшь где?

— В городе Линьань.

— Ого, далеко, — удивился Ли Сянь. — А родители с тобой не приехали?

Юнь Цзяньвэй покачал головой. Хуан Чжэнъян отодвинул лоб Ли Сяня в сторону:

— Отвали, чего разболтался.

Затем повернулся к гостю и придвинулся ближе:

— Вэйвэй, а в твоём классе девчонки в тебя влюблялись?

Сюй Мэнлань не выдержала:

— Вы вообще собираетесь делать уроки? Ли Сянь, тётя поднимется, увидит, что ты ничего не написал, — опять получишь нагоняй.

Ли Сянь понуро пересел поближе к сестре. Юнь Цзяньвэй тоже подтащил табурет к Ци Фэну и, облокотившись на стол, стал смотреть, как тот пишет.

Почерк у Ци Фэна был красивый — ровный, уверенный, чистый. Юнь Цзяньвэй перевёл взгляд на его руки: узкие, с длинными пальцами и широкой ладонью, суставы чётко очерчены. То, как он держал ручку, писал, напоминало старинного юного книжника, склонившегося над свитком.

Рядом с Ци Фэном лежала стопка контрольных по биологии — учительница сшила все работы за семестр вместе и велела ученикам разобрать и исправить ошибки в тетради в качестве одного из летних заданий. Юнь Цзяньвэй с любопытством пролистал стопку: из тридцати возможных баллов у Ци Фэна везде стояло не меньше двадцати восьми.

У Юнь Цзяньвэя глаза загорелись звёздочками:

— Брат такой молодец, тут почти одни максимальные баллы!

Ци Фэн смущённо кашлянул. Сюй Мэнлань улыбнулась:

— Ци Фэн по естественным наукам первый на всей параллели. Вот только с гуманитарными не очень — они его и подводят.

— А вот моя сестра сильна вообще во всём, — похвастался Ли Сянь.

Хуан Чжэнъян фыркнул:

— Говоришь так, будто это ты у нас во всём силён.

Сюй Мэнлань обратилась к Юнь Цзяньвэю:

— А у тебя как с учёбой?

— Так себе, — Юнь Цзяньвэй, жуя печенье, которое ему протянул Ли Сянь, беспечно болтал ногами. — Только по английскому у меня всегда максимум, остальное — сплошные двойки.

— Да ладно? — опешил Ли Сянь. — А по виду и не скажешь, вроде смышлёный.

Хуан Чжэнъян шикнул на него:

— Ты головой думаешь вообще? Вэйвэй ещё маленький, в его возрасте надо радоваться жизни, а не корпеть над учебниками.

Юнь Цзяньвэй возмутился:

— Если бы захотел, учился бы отлично! Просто многие предметы мне неинтересны, да и учителя некоторые объясняют плохо — вот и не слушаю на уроках.

И тут же привёл в пример Ци Фэна:

— Вот брат А-Фэн любит всяких букашек и травку-муравку, поэтому и биология у него отлично идёт. Правда же?

Хуан Чжэнъян с готовностью поддержал:

— Точно! Что толку в учёбе, а уж домашка и подавно скучища. Пошли, покажу тебе кое-что интересное.

Ли Сянь тут же вскочил:

— И я с вами, не бросайте!

— Ли Сянь, ты ещё ни строчки не написал! — окликнула его сестра.

Но троица уже упорхнула, только их и видели. Хуан Чжэнъян с Ли Сянем, смеясь, потащили Юнь Цзяньвэя вниз по лестнице во двор; заметив это, следом, спотыкаясь, засеменил и выводок щенков. За домом Ли Сяня был огороженный плетнём прудик с рыбками и креветками, а рядом — загон для уток.

Мать Ли Сяня как раз мешала отруби в кормушке в утином загоне; увидев, что сын снова сбежал играть, она тут же выпучила глаза:

— Ли Сянь! Я тебе не велела делать уроки под присмотром сестры?!

Ли Сянь от испуга чуть не растянулся на земле и поспешил оправдаться:

— Ци Фэн брата своего привёл, я вот его развлекаю!

Юнь Цзяньвэй охотно ему подыграл и вежливо поздоровался с женщиной:

— Здравствуйте, тётушка.

Лицо женщины тут же смягчилось. Приглядевшись к нему, она всплеснула руками:

— Ой, какой хорошенький! А не ты ли в детстве приезжал на Новый год к старику Ци? Помню, у них в доме видела такого беленького красивого малыша — точно, это ты и был!

Женщина, вспоминая прошлое, с улыбкой продолжила:

— Ты в детстве чужих боялся, а на Новый год народу собиралось много — вот и ревел без остановки. Но стоило А-Фэну взять тебя на руки, как ты тут же затихал. Прямо чудеса, да и только.

Юнь Цзяньвэй, конечно, ничего из тех времён не помнил, но про себя подумал: вовсе он не боялся чужих, просто от толпы и шума злился до слёз. А Ци Фэн — тихий, немногословный, вот рядом с ним и было спокойно, только и всего. Взрослые же любили представлять это как некую судьбоносную связь между ними, и от таких разговоров Юнь Цзяньвэю становилось не по себе.

«Кончится лето — и я уеду домой».

Никакой судьбы у него с этим деревенским братом быть не может, думал он.

Ближе к ужину мать Ли Сяня стала уговаривать всю компанию остаться поесть у них, но Юнь Цзяньвэй хотел вернуться домой к стряпне тётушки Пэн — и незаметно потянул Ци Фэна за рукав. Тот сразу всё понял и вежливо объяснил женщине, что дома их с братом уже ждёт ужин, так что придётся откланяться. Попрощавшись со всеми, Ци Фэн снова усадил Юнь Цзяньвэя на заднее сиденье велосипеда и повёз домой.

Днём Юнь Цзяньвэй, играя у пруда, испачкал одежду: Ли Сянь поймал утку из загона, чтобы похвастаться перед гостем, но та отчаянно забилась, и грязь с лапок разлетелась прямо ему в лицо — Хуан Чжэнъяну пришлось долго оттирать его полотенцем. И всё же чистюля Юнь Цзяньвэй не мог смириться с запахом утиных перьев и грязи на себе, а потому по возвращении домой настойчиво потребовал у Ци Фэна набрать ему горячую ванну. Впрочем, что бы он ни попросил, тот всегда соглашался — «угу», «хорошо», кивок, — и правда послушно исполнял.

Вечером Юнь Цзяньвэй как следует отмылся в ванне и переоделся в свою чистую хлопковую пижаму. Пэн Лин высушила ему волосы феном и заодно заварила стакан горячего молока. Мальчик сидел на табуретке, обхватив кружку с молоком, покачивал ногами в шлёпанцах и наблюдал, как Ци Фэн трёт на стиральной доске его сегодняшнюю грязную одежду.

Ци Фэн закатал рукава и подвернул штанины до самых бёдер; сидя на низкой табуретке в шлёпанцах, он стирал бельё. Худощавый, он всё же имел крепкие мышцы на руках и ногах — сказывались годы хождения по горам и помощи родителям по хозяйству, — и работал с такой силой, что таз весь покрылся пеной.

Юнь Цзяньвэй маленькими глотками отпивал молоко, глядя на россыпь звёзд в небе. Пузырёк пены выплыл из таза и опустился ему на пальцы ног; он качнул ногой — и пена унеслась прочь.

— Брат, а приедешь ко мне в гости на следующее лето? — спросил он.

Ци Фэн замялся, не спеша с ответом, и Юнь Цзяньвэй тут же надул губы:

— Не хочешь, что ли?

— Не в этом дело, — отозвался тот, вновь склонившись над стиркой. — Просто я редко бываю в городе, дороги не знаю.

— Так я тебе весь маршрут распишу, — Юнь Цзяньвэй, явно считая брата недогадливым, важно принялся наставлять его. — И потом, тётушка Пэн с дядей Ци наверняка знают дорогу — пусть тебя привезут.

Тут ему в голову пришёл ещё более надёжный вариант:

— А можно, чтобы тебя забрал мой папа.

—... Угу, — Ци Фэн смахнул со лба выступивший пот, отчего-то смутившись. — Если получится... приеду.

Для Юнь Цзяньвэя такой ответ прозвучал как согласие, и он остался вполне доволен собой. Кому вообще может не понравиться у него в гостях? Дом у них большой и красивый, игрушек полно — он и на приставке научит играть, и за компьютером, да ещё сводит в свой любимый парк аттракционов и угостит всякими вкусностями, каких в деревне сроду не видели. Уж он-то умел придумывать развлечения — многим ребятам, что напрашивались к нему в компанию или просились в гости, он отказывал, так что подобная привилегия выпадала далеко не каждому.

Ци Фэн, закончив стирку, вылил воду и понёс бельё в дом развешивать; Юнь Цзяньвэй, прижимая к себе кружку с молоком, семенил следом, всецело поглощённый мыслями о том, куда поведёт брата, когда тот на следующее лето приедет в город, — и составлял в голове длинный список мест для прогулок и блюд, которые непременно надо будет попробовать. Так продолжалось, пока не пришла Пэн Лин и не увела его спать: включила кондиционер, укрыла одеялом и тихонько убаюкала.

Даже во сне он продолжал перебирать свой список, что-то бормоча и вцепившись в одеяло.

http://bllate.org/book/20319/2106468