Готовый перевод The Falsely Pregnant Rabbit Extorts His Enemy with a Cub / Ложнобеременный кролик проворачивает аферу с малышом: Глава 70

Глава 70

Башня Пьянящей Весны

Шэнь Эр воодушевлённо увлёк Гу Минчжоу и Вэй Ляо внутрь Башни Пьянящей Весны, но едва они переступили порог, как их со всех сторон обступила пестрая орава девиц в ярких шелках.

— Молодой господин, выпейте с нами чарочку!

— Господин, я так по вам скучала!..

Кролик отродясь не видывал подобного разврата и застыл как вкопанный. К счастью, Гу Минчжоу вовремя протянул руку и вызволил его из цепких объятий. А вот Вэй Ляо повезло куда меньше: его облепили со всех сторон в три слоя, едва не задушив в густом душном облаке пудры и румян.

Гу Минчжоу и не думал его выручать. Укрыв Шэнь Эра за своей спиной, он обвёл зазывал ледяным, отрезвляющим взглядом и чеканно произнёс:

— Мы здесь по делу. Ищем человека.

Этот исполненный стужи взор мгновенно остудил пыл девиц, искавших лёгкой наживы. Слегка погладив оторопевшего кролика по плечу, Гу Минчжоу негромко сказал:

— Это публичный дом, нарваться на неприятности здесь проще простого. Не отставай от меня.

— Публичный дом... — Кролик с искренним изумлением огляделся по сторонам. — Владыка впервые в подобном заведении.

«Зачем Се Сюню и Сяо Цину понадобилось сюда идти? Неужто решили предаться утехам?»

Кролик и помыслить не мог, что у этой парочки имеются подобные пристрастия.

— А где Вэй Ляо? — Шэнь Эр приподнялся на цыпочки, пытаясь разглядеть спутника через плечо Гу Минчжоу.

— Идём, — Гу Минчжоу мазнул равнодушным взглядом по бледнеющему от ужаса Вэй Ляо и так же спокойно отвернулся. — Оставь его. Ему сейчас хорошо, не будем мешать.

Кролик неопределённо кивнул и снова сосредоточился на поиске ауры Сяо Цина.

Вскоре они поднялись на третий этаж и остановились у дверей одной из комнат.

— Нашёл, нам сюда.

Шэнь Эр помедлил, раздумывая, стоит ли врываться без предупреждения. На самом деле он боялся не того, что Се Сюня там не окажется, а скорее опасался застать какую-нибудь непотребную сцену...

Помявшись, он осторожно постучал. Спустя мгновение за дверью раздались неторопливые шаги.

— Кто там?

Дверь со скрипом отворилась, и перед ними предстала фигура в багряных одеждах.

Это был вовсе не Сяо Цин и не Се Сюнь.

Гу Минчжоу среагировал мгновенно. Вспыхнула сталь — меч выскочил из ножен, сокрушительный удар ноги сбил незнакомца с ног, и остриё клинка замерло точно у его кадыка.

Всё произошло настолько стремительно, что кролик вздрогнул от неожиданности.

— Гу Минчжоу?! Как, скажи на милость, ты меня разыскал?!

Сун Цзинъюй уму непостижимо не мог понять, как его нашли. Он ведь сжал свою ци до предела и укрылся в борделе среди толпы! Что за дьявольщина?!

Кролик, ещё не успев осознать происходящее, отшатнулся и торопливо залепетал:

— Владыка ошибся! Гу Минчжоу, я его вообще впервые вижу!

«Точно в том переулке не туда свернули! Я так и знал, что не надо было поворачивать!»

— Никакой ошибки, — отрезал Гу Минчжоу, не сводя глаз с пленника. — Ты попал в самую точку.

Этот пушистый пройдоха спас их от долгих поисков. Невероятное, феноменальное везение.

Шэнь Эр озадаченно почесал затылок. Присев на корточки, он принялся пристально разглядывать распластанного на полу человека:

— Ты его знаешь?

Лицо казалось слегка знакомым, но память никак не желала подсказывать имя.

— Это Сун Цзинъюй, — ответил Гу Минчжоу и, надавив мечом на горло пленника, ногой распахнул дверь в комнату. — Отлично, теперь можно звать Вэй Ляо, пусть уволочёт его.

Гу Минчжоу без лишних церемоний сгрёб Сун Цзинъюя за ворот и рывком поднял с пола.

— Пошли.

Понимая, что вырваться не удастся, Сун Цзинъюй налился яростью, его глаза полыхнули багровым огнём:

— Погоди! Неужели вам не интересно, зачем я здесь?!

Услышав это, кролик упёр руки в бока и с самым знающим видом выложил умозаключения, почерпнутые из недавнего разговора Гу Минчжоу и Вэй Ляо:

— Так вот ты какой, Сун Цзинъюй! Ха, Владыка прекрасно знает, зачем ты припёрся! Ты искал Се Сюня, верно?

Сун Цзинъюй медленно перевёл дикий взгляд на Шэнь Эра и внезапно глухо издал ядовитый смешок:

— Вовсе нет. Я искал тебя.

Кролик растерялся и ткнул пальцем себе в грудь:

— Меня?

Гу Минчжоу мгновенно заслонил Шэнь Эра своей спиной. Его голос обдал морозом:

— Хватит. Всё, что захочешь сказать, скажешь на горе Пэнхай.

Прерванный на полуслове, Сун Цзинъюй отчаянно вцепился голой ладонью в обнажённый клинок. Кровь хлынула по лезвию, но он будто вовсе не чувствовал боли. Стиснув зубы, он процедил:

— Гу Минчжоу! Тебе лучше выслушать меня, если не хочешь сдохнуть, так ничего и не поняв!

Гу Минчжоу чуть прищурился и сухо спросил:

— И с чего ты взял, будто я поверю твоим речам?

Сун Цзинъюй безумно оскалился и выпалил напрямую:

— Се Сюнь подменил свою судьбу судьбой Великого зла! Ты знал об этом?!

Эти слова прозвучали подобно громовому удару среди ясного неба.

Гу Минчжоу замер, в его голове мгновенно сложилась мозаика из разрозненных улик.

В своей первой жизни Гу Минчжоу до самой смерти в глаза не видел Се Сюня. Этот человек триста лет просидел на горе Фуфэн, смиренно исполняя роль советника Шэнь Эра. Но в тот самый день, когда Шэнь Эра запечатали, Се Сюнь как сквозь землю провалился.

Прежде Гу Минчжоу никак не мог взять в толк, к чему была вся эта скрытность. Но если Се Сюнь переписал их жребии судьбы и прятался, заставив Шэнь Эра принять за него смерть и печать... это объяснение выглядело пугающе убедительным.

Шэнь Эр ошеломлённо слушал и покачал головой:

— Се Сюнь... Се Сюнь не стал бы так поступать с Владыкой.

Вот только, выговорив это, он и сам почувствовал, как неуверенно звучали его слова.

Он прекрасно знал: изменись обстоятельства, и Се Сюнь не задумываясь повернул бы подобный трюк с кем угодно другим. Но неужели советник мог быть настолько хладнокровным и беспощадным и к нему тоже?

Сун Цзинъюй забился в безумном, истеричном хохоте:

— Ты для него — всего лишь козёл отпущения! Как и я! Я был нужен ему лишь как сосуд, как пустая оболочка, чтобы переписать судьбу Великого зла Фую!

Гу Минчжоу нахмурился:

— Фую мёртв. Я лично уничтожил его, здесь не может быть ошибки.

Смех Сун Цзинъюя оборвался. На его лице проступило такое жуткое выражение, что по коже побежали мурашки.

— Вот как? Тот, кого ты убил, был лишь несчастным чудовищем, чью судьбу подменили жребием Фую! А я должен был стать последней, идеально подобранной жертвой Се Сюня для этого маскарада!

Лицо Гу Минчжоу стало ещё более мрачным. Какова бы ни была доля правды в бреду этого безумца, рисковать жизнью кролика он не намеревался.

— Откуда тебе всё это известно?

Сун Цзинъюй глухо хмыкнул и резким движением распахнул халат на груди. Там, где должно было биться сердце, зияла сквозная, ужасающая дыра.

— Се Сюнь вырвал моё сердце, — тихо произнёс он. — Ему нужна была эта жертва, чтобы окончательно скрепить подмену судеб для Фую.

Кролик потрясённо уставился на зловещую рану и пробормотал:

— Как это возможно... Се Сюнь ведь всё время был у Владыки на виду!

— Если Се Сюнь замышляет нечто, ничто в мире не заставит его отступить, — Сун Цзинъюй с ледяным равнодушием запахнул одежды и добавил: — Вы хотите уволочь меня на гору Пэнхай для суда? Я пойду с вами. Но сначала я должен убить Се Сюня.

В голове у Шэнь Эра образовался суматошный хаос. Он абсолютно не понимал, как поступить. Если Се Сюнь действительно совершил нечто столь чудовищное и предательское... неужели стоит позволить Сун Цзинъюю лишить его жизни?

Заметив колебания кролика, Сун Цзинъюй ещё сильнее надавил, распаляясь:

— Ты обязан его уничтожить! Думаешь, подмена судьбы — это безобидная рокировка?! Как бы не так! Он должен был сдохнуть от руки Гу Минчжоу ещё триста лет назад! Знаешь, почему он до сих пор коптит небо?! Потому что ты пролежал в печати триста лет вместо него! Если ты не сразишь его, то, повинуясь велению судьбы, Гу Минчжоу будет вынужден убить ТЕБЯ! Иначе он не исполнит волю Небесного Дао и навеки потеряет путь к Вознесению!

— И все эти откровения... тебе поведал сам Се Сюнь?

Шэнь Эр, до этого пребывавший в смятении, внезапно успокоился.

— Разумеется, — без колебаний бросил Сун Цзинъюй. — Он сам мне всё выложил.

Камень, давивший на грудь Шэнь Эра, свалился. Он приложил ладонь к сердцу и с облегчением вздохнул:

— Враньё. Ты лжёшь. Се Сюнь никогда и ни за что не стал бы посвящать в свои замыслы человека, которому не доверяет!

Се Сюнь просчитывал всё до мелочей и никогда не совершал промахов. Он не из тех, кто от избытка гордыни выбалтывает свои секреты жертве. Напротив: даже если человек стоял одной ногой в могиле, Се Сюнь не выронил бы ни единого лишнего слова, а тихо и умело прикончил бы его без лишнего шума. Да так, что несчастный до самого последнего издыхания верил бы в его ложь.

Поведение Сун Цзинъюя совершенно не вязалось с привычками Се Сюня. Этот тип выглядел чересчур подозрительно и безумно. Шэнь Эр скорее доверился бы своему советнику, чем этому юродивому.

— Веришь ты или нет — дело твоё, я сказал всё. — Сун Цзинъюй вскинул голову и зловеще оскалился на Гу Минчжоу: — А ты, коли не веришь, попробуй вознестись! Вот когда твоё тело сгинет, а дух развеется, тогда и поймёшь, правду я молвил или ложь!

Шэнь Эр уже окончательно утвердился в мысли, что перед ними обманщик. Опасаясь, как бы Гу Минчжоу не поддался на эту провокацию и не ринулся убивать Се Сюня, кролик взволнованно зашептал, дёргая мечника за рукав:

— Се Сюнь не мог такого сказать, здесь явно таится какая-то ловушка! Гу Минчжоу, не верь ему...

Гу Минчжоу с серьёзным выражением лица повернулся к кролику и мягко проговорил:

— Я полагаюсь на тебя. Как скажешь, так и поступим.

Шэнь Эр замер. Он никак не ожидал такой покорности, и в груди у него потеплело от нахлынувшей нежности.

Гу Минчжоу верил ему. Безоговорочно доверял его чутью.

Помявшись немного, кролик потянул Гу Минчжоу за край одеяния и, припав к самому его уху, едва слышно прошептал:

— Давай сначала отыщем Се Сюня и всё узнаем. Он должен быть где-то поблизости... Что думаешь?

Гу Минчжоу на мгновение задумался и кивнул:

— Как скажешь.

Видя такую сговорчивость, кролик виновато поджал губы. Ему внезапно стало неловко за своё поведение:

— Извини...

Если Се Сюнь и вправду стал причиной того, что Гу Минчжоу три жизни подряд не мог вознестись, а он тут защищает виновника... это ведь ужасно несправедливо по отношению к Гу Минчжоу! Шэнь Эр со стыдом пожалел о своих недавних словах.

Заметив его огорчение, Гу Минчжоу притормозил и ласково погладил кролика по голове:

— Не забивай себе голову глупостями. Моё Вознесение — это исключительно моё дело, и никто другой тут ни при чём.

В первой жизни ему открылась правда: он потерпел неудачу при Вознесении лишь потому, что Небесное Дао отказалось ниспослать последнюю молнию испытания.

И если только из-за какого-то незавершённого убоя Небеса обрушили на него восемьдесят грозовых ударов, переломав все кости духовной сути и закрыв путь к бессмертию... разве это не глумление?!

Небесное Дао сквозь пальцы смотрело на бесчинства истинного зла, но обрушило всю свою карающую мощь на праведного заклинателя. Такое слепое, несправедливое Дао не заслуживало ни капли почтения.

В душе Гу Минчжоу давно клокотал затаённый гнев.

— Владыка раньше как-то не замечал... — Шэнь Эр исподлобья бросил на него смущённый взгляд и тихо добавил: — А ты, оказывается, очень даже славный.

— Мог бы и раньше догадаться, — с негромким смешком отозвался Гу Минчжоу.

При этом он с абсолютно невозмутимым лицом сжал пальцы на горле Сун Цзинъюя и без лишних церемоний затолкнул почти задохнувшегося пленника прямо во Флакон изгнания зла.

— Я вообще человек исключительно чуткий, мягкий и заботливый.

Шэнь Эр:...

Кролик ошеломлённо хлопал глазами. Представив себя на месте несчастного Сун Цзинъюя, он ощутил, как по спине побежали ледяные мурашки.

«До чего ж жутким может быть этот мужчина...»

Впрочем, какое счастье, что этот страшный мужчина принадлежит именно ему.

http://bllate.org/book/20310/2332743