Готовый перевод Reborn Actor: Pampering My Cute Love / Перерождение кинозвезды: баловать только тебя: Глава 19

— Мам, это косметика, которую мой друг привез из-за границы.

Наступили праздники по случаю Дня образования КНР, и Лин Чэнь вернулся домой.

В огромной гостиной лишь крошечный светильник у обеденного стола излучал слабый свет, который едва дотягивался до дивана, окутанного полумраком. Лин Чэнь увидел, как мать, Ван Жоу, в шелковой пижаме лениво развалилась на диване. Она с грацией рассматривала свои ярко-красные ногти, а свет от работающего телевизора падал на её лицо, придавая ему оттенок одиночества.

Ван Жоу бросила на него беглый взгляд, на секунду задержалась глазами на красиво упакованном подарке и равнодушно хмыкнула.

Лин Чэнь, привыкший к такому приему, при свете телевизора положил подарок на край дивана. Смягчив голос, он принялся расхваливать маникюр матери, её пижаму — он осыпал её комплиментами с головы до ног.

Дождавшись, пока он закончит, Ван Жоу, любуясь ярким, сочным цветом своих ногтей, перевела взгляд на экран телевизора, где транслировали видео с Шэн Ияном. Она усмехнулась:

— Мы с тобой, мать и сын, довольно жалкие. Он неизвестно в каком любовном гнездышке пропадает, а ты — ты даже не можешь тягаться с тем дурачком, что крутится возле Шэн Ияна.

Она сделала паузу и продолжила:

— Впрочем, я смогла удержаться в кресле главной госпожи корпорации Лин среди стольких женщин и отхватить пятнадцать процентов акций. А ты? Что у тебя останется, если не будет Шэн Ияна? Столько внебрачных детей... Ты уверен, что сможешь прибрать корпорацию Лин к рукам? Не забывай, они тоже имеют право на наследство.

Взгляд, который Ван Жоу бросила на Лин Чэня, был полон насмешки и презрения — в нем не было ни капли материнской любви.

Лин Чэнь крепко сжал опущенные руки. Глядя на имя Шэн Ияна на экране, он почувствовал, как в глубине души вспыхнула ненависть.

— Шэн Иян еще пожалеет, — процедил он.

Ван Жоу удивленно посмотрела на сына, играя пальцами:

— Вот как? Ну что ж, тогда удачи тебе.

Она встала босиком на пол и выключила телевизор. Гостиная погрузилась в еще более густую тьму. Ван Жоу медленно направилась к лестнице, но, словно вспомнив что-то, обернулась:

— Ах да, новость для тебя: Шэн Иян вернулся в семью Шэн. И привез с собой своего парня.

Она стояла спиной к свету, поэтому её выражение лица было невозможно разглядеть, но она нарочито выделила слово парень.

Лицо Лин Чэня, до этого сохранявшее мягкое выражение, мгновенно исказилось от холодной злости. Он стоял в темноте, окутанный ею, словно саваном.

Шэн Иян, семья Шэн... как же это смешно! Столько лет так демонстративно отвергать его, чтобы теперь впустить в дом какого-то дурачка! Чем он, Лин Чэнь, хуже этого идиота?

В этот момент сердце Лин Чэня переполнили досада и жгучая обида.

Не дождавшись ответа, Ван Жоу лишь холодно усмехнулась и зашагала вверх по лестнице. Ей было всё равно, что там замышляет Лин Чэнь. Её волновало только одно — сохранить свое положение в семье Лин. Точнее, сохранить свои деньги.

Семья Лин её не интересовала, только их состояние.

Что же касается целей Лин Чэня... Ван Жоу по короткому видео в сети сразу поняла: Шэн Иян искренне дорожит человеком рядом с собой. Лин Чэнь для него — пустое место, он лишь напрашивается на неприятности.

А тот парень, Юэ Лэцзя... Ван Жоу с первого взгляда раскусила его: он такой же, как Лин Цан — эгоистичный и ветреный. Лин Чэнь для него — не более чем забавная игрушка.

Ван Жоу посмотрела на уродливые шрамы на запястьях, скрытые под браслетом, и беззвучно, безумно рассмеялась. Она не позволит членам семьи Лин жить спокойно. Она еще дождется того дня, когда они будут ползать у её ног, умоляя о пощаде.

Лин Чэнь остался сидеть на диване в одиночестве. Тусклый свет падал ему на спину, скрывая переменчивый блеск в его глазах. Он посмотрел на лестницу, затем на подарок, оставленный в углу дивана. На его лице появилась горькая усмешка, которая тут же сменилась ледяной гримасой.

Его рождение не было желанным, вся его жизнь была пропитана расчетом.

Раз уж это игра интересов, значит, нужно извлечь из них максимум. Он приберет к рукам всё, чем они так дорожат.

***

Семья Шэн. Комната Шэн Ияна.

Шэнь Мо послушно сидел на ковре. С одной стороны от него была Юй Юнь с альбомом фотографий на коленях, с другой — Шэн Иян, который выглядел крайне беспомощно и, казалось, был готов сбежать, но Шэнь Мо крепко держал его за руку.

Шэн Иян в глубине души тяжко вздыхал, наконец-то поверив в то, что за всё в этой жизни приходится платить. Он видел, как хитро блеснули глаза Шэнь Мо, когда Юй Юнь начала рассказывать о его детских нелепостях.

Юй Юнь с улыбкой взглянула на сына и продолжила:

— А вот здесь Ян-Ян в средней школе подрался. Проиграл, но загорелся идеей стать школьным хулиганом. Отец был в ярости, но, конечно, решил наглядно показать ему, что значит настоящий хулиган, умеющий драться!

На фотографии был запечатлен маленький мальчик с разбитым лицом, в глазах которого читались упрямство и нежелание сдаваться.

Шэнь Мо почувствовал укол жалости и осторожно погладил Шэн Ияна по щеке.

Шэн Иян тут же обиженно протянул:

— Мо-Мо, мне тогда было так больно!

Юй Юнь: ...Она впервые видела, чтобы её младший сын вел себя так бесстыдно! А кто еще минуту назад кричал, что готов драться дальше?

Шэн Линь и Шэн Цзинъяо, тихо подслушивавшие за дверью, недоверчиво вытаращили глаза. Шэн Линь нахмурился и уверенно прошептал Шэн Цзинъяо:

— Нужно выгнать его! Похоже, это уже не твой брат!

Шэн Цзинъяо, однако, заметил кое-что другое и тихо ответил отцу:

— Пап, а тебе не кажется, что это очень похоже на то, как ты каждый раз вымаливаешь прощение у мамы?

Шэн Линь: ...!!

Шэн Линь взорвался. С чего это он так себя ведет? И уж тем более не вымаливает прощение! Невозможно! Он уставился на Шэн Цзинъяо, раздумывая, нельзя ли выгнать и этого сына тоже.

Шэн Линь замахнулся, чтобы ударить Шэн Цзинъяо, тот начал уворачиваться, и снаружи послышалась возня, напоминающая скрежет мышей по стене.

Юй Юнь и Шэн Иян: ...

Шэнь Мо взглянул на дверь и тихо спросил:

— Ян-Ян, за дверью мыши?

Шэн Линь и Шэн Цзинъяо, принятые за мышей: ...

Юй Юнь, сдерживая смех, громко произнесла:

— Похоже, за дверью завелись две большие крысы. Мо-Мо, давай вечером купим крысиного яда.

Шэнь Мо серьезно кивнул, его взгляд был по-детски искренним и внимательным.

— Ха-ха-ха-ха!

Юй Юнь рассмеялась и ласково ущипнула Шэнь Мо за щечку:

— Наш Мо-Мо такой милый.

Шэнь Мо застенчиво улыбнулся, прижался к груди Шэн Ияна и прошептал:

— Юнь-Юнь тоже очень милая.

Его личико раскраснелось, глаза сияли — он был невероятно прелестен. Юй Юнь, сраженная этой милотой, принялась тискать Шэнь Мо за щеки, пока Шэн Иян наконец не спас его.

Шэн Иян скривился:

— Мам, имей совесть.

Юй Юнь гордо ответила:

— А кто виноват, что Мо-Мо меня любит!

Шэн Иян прорычал:

— Ты взяла мои фотографии, рассказываешь мои позорные истории и подкупаешь моего Мо-Мо! Хм!

Юй Юнь лишь приподняла бровь, не обращая внимания на негодующего сына и на больших крыс за дверью, и продолжила рассказ.

Шэн Иян нарочно спорил с ней, Юй Юнь специально доводила его до белого каления, а Шэнь Мо сидел между ними и счастливо улыбался. Иногда он помогал Юй Юнь подшучивать над Шэн Ияном, а иногда, прямо на глазах у неё, целовал его.

Шэн Иян смущенно краснел до самых ушей, что вызывало новую волну смеха Юй Юнь.

Устав смеяться, Шэнь Мо уютно устроился в объятиях Шэн Ияна и тихо уснул.

Шэн Иян с нежностью и обожанием посмотрел на его милое спящее лицо и тихо сказал Юй Юнь:

— Мам, спасибо.

Он знал, что Юй Юнь делает всё это ради него.

Юй Юнь улыбнулась, покачала головой и с материнской любовью взглянула на Шэнь Мо:

— Он чудесный. Мы очень рады.

Это было куда лучше, чем с Лин Чэнем.

В свое время, когда Шэн Иян совершил каминг-аут, они не сразу, но были готовы принять его выбор. Но однажды случайно услышали, как Лин Чэнь пренебрежительно отзывался о Шэн Ияне, и Юй Юнь была глубоко ранена.

Шэн Линь тоже не отличался деликатностью. В тот день, когда её не было дома, он в гневе выгнал парня, чем привел жену в такую ярость, что вечером того же дня она выгнала самого Шэн Линя.

Шэн Линь, конечно, умудрился вернуться, но вот тот паршивец больше не захотел переступать порог их дома.

К счастью, Шэн Иян прозрел, разочаровался в Лин Чэне и привел домой этого милого ребенка.

http://bllate.org/book/20267/2021922