Готовый перевод The Cruel Crown Prince Became an Unfortunate Ger / Жестокий Наследный Принц Стал Несчастным Гером: Глава 5. Он намерен вернуть себе долю

Глава 5. Он намерен вернуть себе долю

Слуги, сопровождавшие Шэнь Чуня, пусть и не были столь преданы, как люди из двора Ганьлинь, всё же никак не осмелились бы спокойно смотреть, как его бросят в озеро. Если госпожа Лю вернётся и узнает об этом, разве она оставит их в живых?

В одно мгновение всё смешалось: одни умоляли о пощаде, другие заступались за хозяина, третьи тащили Шэнь Чуня прочь. Во время бегства они ещё и сцепились с людьми Шэнь Тана. Во дворе тут же воцарился настоящий хаос.

В конце концов, благодаря тому, что вокруг Шэнь Чуня было слишком много защитников, сбросить его в озеро так и не удалось.

Однако Шэнь Тан не собирался отпускать его безнаказанно. В суматохе он притащил таз с водой и с размаху вылил его прямо тому на голову.

Шэнь Чунь всё-таки был ещё совсем молодым гером. От пережитого страха он окончательно сорвался и разрыдался. От его прежней заносчивости и высокомерия, с которыми он ворвался во двор, ничего не осталось. Всхлипывая и ругаясь сквозь слёзы, он под прикрытием слуг в жалком виде сбежал, оставляя за собой мокрые следы.

Господин не забыл крикнуть ему вслед:

— Если кто-нибудь посмеет позвать для него лекаря, я лично переломаю ему ноги!

Когда Шэнь Тан обливал Шэнь Чуня водой, брызги попали и на его собственный рукав. Сейчас он как раз закатывал его, поэтому, услышав эти слова, усмехнулся:

— Не приведут ему лекаря. В городе объявлено чрезвычайное положение — повсюду стража. Простым людям даже из дома выходить запрещено.

Одержав столь приятную победу, он пребывал в прекрасном настроении:

— Вот она, карма. Возмездие всегда приходит!

Жаль только, что холодная вода всё же не сравнится с купанием в озере.

Ну ничего. В следующий раз можно придумать что-нибудь ещё.

Господин на мгновение замер, а затем спустя долгое время опустил голову и тихо произнёс:

— ...Так ему и положено.

Сказав это, он покачнулся, словно силы внезапно покинули его.

Чжаньэр тут же встревожилась:

— Господин, вам нужно лечь. У вас всё ещё высокая температура!

Поддерживая его почти на руках, она повела его обратно. Господин несколько раз неловко попытался вырваться, но это тело оказалось слишком слабым. В итоге Чжаньэр буквально затащила его на кровать.

Его щёки всё ещё пылали нездоровым румянцем. Лишь спустя некоторое время он окончательно успокоился и начал расспрашивать Шэнь Тана о том, что происходило на улицах.

Шэнь Тан рассказал даже о встрече с генералом:

— Стражников вокруг полно. Всех разгоняют по домам. Говорят, городские ворота тоже закрыли. Вся столица переведена на военное положение. Похоже, случится что-то серьёзное.

От его слов Чжаньэр и остальные заметно побледнели.

Зато господин после долгого взгляда на Шэнь Тана сказал:

— А ты полезный человек. И смелости тебе не занимать, и голова на плечах есть. Мне это по нраву. С этого дня будешь служить рядом со мной.

После всего, что произошло с момента его пробуждения, он чувствовал себя униженным до крайности. Девушки и слуги во дворе хоть и были преданны, но действовали слишком осторожно, постоянно чего-то опасаясь. Лишь этот круглолицый гер обладал хоть какой-то решительностью и характером. На него можно было положиться, да и выглядел он приятно.

Чжаньэр растерянно моргнула:

— Господин, но Сяоди и так уже служит при вас лично.

Господин:

— ...

Шэнь Тан едва сдержал смех:

— Сестрица Чжаньэр, господин, наверное, так разозлился, что немного растерялся.

Господин покосился на него и спокойно хмыкнул:

— Угу.

Он не собирался разоблачать его. По крайней мере, пока не время. Положение Сяоди было слишком низким, и противостоять таким людям, как Шэнь Чунь, ему было непросто. А этот господин выглядел очень опасным противником. Какие бы цели он ни преследовал, пока он рядом, самому Шэнь Тану будет гораздо легче.

Чжаньэр удовлетворилась этим объяснением и вновь сосредоточилась на здоровье господина.

Сегодня двор Ганьлинь впервые за долгое время сумел дать отпор обидчикам. Однако после радости пришёл страх.

— Мы сегодня так обошлись с третьим господином... Не знаю, станет ли граф ругать молодого господина, когда вернётся.

Вдруг она кое-что вспомнила и повернулась к Шэнь Тану:

— Сяоди, а госпожа и правда говорила, что если с молодым господином... случится беда, то её приданое вернут в поместье рода Шэн? Откуда ты вообще это знаешь?

Шэнь Тан небрежно ответил:

— А, я это просто выдумал.

Чжаньэр:

— ...

На самом деле это была чистая правда.

Однако такое распоряжение графиня оставила перед самой смертью. Об этом знали лишь граф Фучан, сама графиня и люди из поместья рода Шэн. Более того, соответствующая расписка до сих пор хранилась у семьи Шэн.

Граф Фучан тогда сильно рассердился. Впрочем, не из-за приданого, а потому, что счёл, будто жена считает его слишком жестоким человеком. Пусть он и не слишком любил старшего сына, но никогда не позволил бы ему умереть. Даже тигрица не пожирает собственных детёнышей!

По его мнению, эта расписка была совершенно лишней.

Но графиня настаивала, и, уважая её последнюю волю, он всё же подписал документ.

Обо всём этом Шэнь Тан узнал из описания личности.

Неожиданно господин произнёс:

— Я сделаю так, чтобы это стало реальностью.

Его слова прозвучали сквозь стиснутые зубы.

Похоже, этот господин обладал весьма вспыльчивым нравом и не терпел ни малейших обид. В нынешней ситуации такой человек вполне мог стать отличным союзником.

Настроение Шэнь Тана улучшилось ещё больше. Он заботливо поправил одеяло на теле, которое по праву принадлежало ему самому.

«Это тело слишком слабое. Похоже, мне придётся хорошенько о нём заботиться, если я хочу жить спокойно», — подумал он.

После чего спросил:

— Сестрица Чжаньэр, а вы уже ужинали?

Чжаньэр на мгновение застыла.

Весь день они только и делали, что хлопотали вокруг молодого господина после его падения в воду. Лишь сейчас она заметила, что общая кухня так и не принесла ужин.

Её тут же охватил гнев:

— Какие же подлые люди! Мы ещё ладно, но как они посмели пренебречь даже молодым господином?!

С тех пор как госпожа Лю взяла управление поместьем в свои руки, все вокруг либо старались ей угодить, либо боялись не угодить. Поэтому двор Ганьлинь постоянно оставался без внимания.

Вспомнив о закрытом городе, Шэнь Тан решил, что нужно действовать раньше остальных, пока те ещё не успели ничего сообразить.

— Пойдёмте. Сходим на кухню и заберём себе еды.

＊＊＊＊＊＊

В павильоне Юйсянлоу.

Граф Фучан, Шэнь Иань, и его наложница Лю Юйфу посмотрели новую постановку, которую недавно начали показывать в заведении. После представления Лю Юйфу лично исполнила для него ещё одну арию в отдельной комнате.

Сегодня была годовщина их первой встречи.

Пятнадцать лет назад именно в этот день Лю Юйфу, тогдашняя знаменитая куртизанка Юйсянлоу, впервые вышла на помост для выбора покровителя и привлекла внимание Шэнь Ианя, который впоследствии выкупил её свободу.

Вернувшись в это место спустя столько лет, они невольно предались воспоминаниям о сладких днях своего знакомства. За пятнадцать лет красота Лю Юйфу ничуть не померкла — напротив, она стала ещё более пленительной и яркой. Несколько куплетов, пропетых её нежным голосом, так растревожили сердце Шэнь Ианя, что его руки вскоре начали вести себя совсем не чинно.

Пока они в полушутливом флирте то пели, то переговаривались, снизу внезапно донёсся шум. Похоже, кто-то устроил скандал.

Испорченное настроение заставило Шэнь Ианя нахмуриться.

— Сходи и посмотри, кто там шумит, — приказал он слуге у двери. — Выгоните их. Не мешайте госпоже Лю.

Лю Юйфу уютно устроилась в его объятиях, обвив рукой шею мужчины, и с улыбкой произнесла:

— Матушка непременно будет очень благодарна, если узнает, как заботится о ней граф.

Лю Юйфу вообще была необычной женщиной.

Большинство бывших куртизанок, особенно удачно вышедших замуж в богатые семьи, стремились навсегда порвать с прошлым и считали своё происхождение позором. Они готовы были на всё, лишь бы никто о нём не узнал.

Лю Юйфу же относилась к Юйсянлоу почти как к родному дому. Она часто приезжала сюда вместе с графом Фучаном развлекаться и сохранила прекрасные отношения с хозяйкой борделя, которая когда-то её вырастила.

А Шэнь Иань ради неё даже не стеснялся выглядеть этаким «зятем борделя», что само по себе было весьма нелепо.

Однако слуга, спустившийся вниз, вскоре вернулся вместе с хозяйкой Лю. Они были бледны как мел.

— Господин граф, — поспешно произнёс слуга. — Императорская гвардия и городская стража совместно закрыли весь город. Жителям запрещено выходить наружу. Внизу сейчас все требуют выпустить их, но никого не пропускают. Похоже, нам тоже не выбраться.

Лицо Шэнь Ианя резко изменилось.

— Закрыли весь город? Неужели произошло что-то серьёзное?

— Не знаю, — жалобно ответил слуга. — Я спрашивал, но стражники не сказали ни слова.

— Даже я не могу выйти?

Шэнь Иань нахмурился и легонько похлопал Лю Юйфу по руке.

— Я сам посмотрю.

После его ухода хозяйка Лю тихо пересказала Лю Юйфу всё, что знала о происходящем.

Люди её ремесла всегда обладали особыми источниками слухов и новостей.

— Говорят, что-то случилось с наследным принцем. Дело связано с остатками сторонников регента. Его Величество пришёл в ярость и приказал провести тщательное расследование, поэтому столицу и закрыли. Боюсь, граф напрасно пошёл туда. Даже молодой господин из дома Цзина сейчас внизу. Уже долго скандалит, но его точно так же завернули обратно.

Лю Юйфу кивнула.

— Наше поместье никогда не вмешивалось в подобные дела. В любом случае нас это не касается.

Затем она тихо рассмеялась:

— Хотя было бы неплохо, если бы город оставался закрытым ещё несколько дней...

Изначально она хотела уговорить Шэнь Ианя провести ночь вне дома, а затем поручить Шэнь Чуню не позволять слугам приглашать лекаря для старшего молодого господина.

Но если бы граф вернулся домой слишком быстро, у него неизбежно возникли бы подозрения.

Теперь же всё можно было списать на закрытие города.

Не то чтобы они не хотели вызвать лекаря— просто никто не мог выйти.

А если со старшим молодым господином что-нибудь случится... значит, такова его судьба.

Если запрет продлится хотя бы три-пять дней, дело, скорее всего, будет сделано.

Хозяйка Лю заметила её улыбку и прекрасно поняла, о чём та думает. Более того, именно она вместе с несколькими девушками из заведения помогала Лю Юйфу продумывать этот план.

Она усмехнулась:

— Само небо тебе помогает. Избавило от такой срочной проблемы! А граф по-прежнему хорошо к тебе относится?

Уголки губ Лю Юйфу слегка приподнялись.

— За это нужно благодарить матушку и сестёр. Те забавные вещички, которые вы для меня раздобыли, очень понравились графу...

В этот момент вернулся Шэнь Иань.

Лицо его было мрачнее тучи.

Командиром отряда внизу оказался начальник гвардии Восточного дворца, который совершенно не собирался проявлять к нему уважение.

— Наговорил мне каких-то странных намёков, — недовольно проворчал Шэнь Иань. — Будто кто-то из моих слуг выбежал на улицу и мне следует лучше следить за собственным домом... Ладно.

Он повернулся к хозяйке Лю.

— Неизвестно, когда нас выпустят. Придётся побеспокоить вас и попросить приготовить для нас чистый дворик.

Разумеется, хозяйка Лю не собиралась плохо обращаться со своим «графским зятем».

— Всё будет устроено наилучшим образом, — с улыбкой заверила она.

Лю Юйфу взяла Шэнь Ианя за руку и смущённо улыбнулась:

— Может быть, я покажу графу комнату, где жила раньше?..

Она что-то шепнула ему на ухо, и тот сразу потерял остатки терпения. Обняв её за талию, он поспешно направился вместе с ней во внутренний двор.

＊＊＊＊＊＊

Десяток с лишним служанок и слуг из двора Ганьлинь дружной толпой направились к общей кухне поместья.

Чжаньэр нервно потянула Шэнь Тана за рукав:

— Мы правда можем так поступить? Не слишком ли это...

Шэнь Тан перебил её:

— Сестрица Чжаньэр, чего ты боишься? Будь понаглее! Перед хозяевами ты служанка, но перед остальными слугами ты почти барышня. Ты ведь главная личная служанка старшего молодого господина. Нужно держаться увереннее, иначе как ты сможешь его защитить?

Что значит «почти барышня»?

Такие служанки как Цинвэнь или Сыци в кухню врываются без всяких церемоний и забирают всё, что им нужно. Вот и ей надо так же!

Столица была закрыта, и никто не знал на сколько.

Если запрет затянется на три-пять дней, поставщики с деревенских поместий не смогут привезти продукты. Тогда еды в усадьбе станет заметно меньше.

А учитывая то, как обычно относились к двору Ганьлинь, первым, кому урежут пайки и начнут во всём отказывать, окажутся именно они.

Сегодня он собирался вернуть себе долю двора Ганьлинь и никому её больше не отдавать.

Нельзя было этого допустить.

Тело, которое по праву принадлежало ему, всё ещё нуждалось в хорошем питании. Как можно лишать его необходимых сил?!

Да и телу Сяоди тоже не помешало бы поесть чего-нибудь получше.

Шэнь Тан оказался первым, кто узнал о закрытии столицы. Пока остальные дворы поместья ещё ничего не поняли, он собирался первым вернуть всё, что причиталось двору Ганьлинь по праву.

Получив согласие и поддержку господина, Шэнь Тан отобрал больше десятка человек. За весь день он внимательно наблюдал за слугами и прекрасно запомнил тех, кто срывал голос, выкрикивая лозунги в поддержку молодого господина. Все эти преданные бойцы отправились с ним.

А вот те, кто отлынивал или вовсе молчал, остались во дворе.

Господин прищурился:

— Почему ты не взял их?

Шэнь Тан понял, что господин тоже заметил, насколько они ненадёжны, поэтому с улыбкой ответил:

— Потому что кто-то ведь должен остаться во дворе. А с этими людьми я бы не рискнул оставить никого, кроме господина.

Господин фыркнул.

Ещё и кокетничает.

Шэнь Тан посмотрел на него:

— Так что придётся поручить их вам. Господин ведь справится?

Под его взглядом господин невольно поджал губы, скрывая промелькнувшую улыбку, и нарочито серьёзно ответил:

— Иди уже. Я разберусь.

＊＊＊＊＊＊

Чжаньэр по натуре была мягкой и доброй девушкой. Она никогда не пользовалась своим положением главной служанки и не строила из себя важную особу. Но после нескольких наставлений Шэнь Тана всё же собралась с духом:

— Ладно, ради молодого господина я сделаю всё, что ты скажешь!

— Вот и отлично, — довольно сказал Шэнь Тан. — Иди сюда, я шепну тебе на ухо, что говорить.

Чжаньэр смотрела на него с нескрываемым восхищением:

— Сяоди, ты сегодня как будто совсем другой человек!

Шэнь Тан коснулся носа и без малейших угрызений совести переложил всю ответственность на другого:

— Меня всему этому молодой господин научил. Разве ты не заметила, каким он сегодня стал? Таким решительным и властным. Я уже давно тайком у него учусь.

Чжаньэр сразу поникла:

— Почему же господин ничему не учил меня?..

— Потому что у тебя слишком мягкое сердце, — подбодрил её Шэнь Тан. — Нужно показать господину, как ты изменилась. Показать свою решимость и невероятную способность к росту!

Воодушевлённая его словами, Чжаньэр буквально воспылала энтузиазмом:

— Хорошо! Я не подведу ни тебя, ни молодого господина!

К этому времени они уже почти добрались до кухни.

Чжаньэр глубоко вдохнула, после чего несколькими быстрыми шагами ворвалась внутрь.

В кухне как раз сидели за ужином шесть или семь человек. Рядом стояли двое мальчишек-служек, носившие чай и вино.

Ухватившись за дверной косяк и вспоминая наставления Шэнь Тана, Чжаньэр изо всех сил постаралась придать голосу язвительные интонации. Она громко воскликнула:

— Ах вот оно что! Значит, старшего молодого господина можно оставить голодным, а самим сесть за стол?! Или, может быть, в этом поместье настоящими хозяевами стали именно вы?! — громко и с издёвкой выпалила она.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/20150/2002121