Финальный матч лиги подошел к концу, и Glory, вполне ожидаемо, завоевала чемпионский титул. Су Хан, как и обещал, сфотографировал кубок, выложил снимок в Weibo, а затем попрощался с остальными участниками и вернулся в поместье семьи Хэ. Сезон завершился: если не считать турниров, организуемых крупными брендами совместно с оргкомитетом лиги, наступало время относительного затишья. Тренировками команды сейчас можно было не занимался с прежней строгостью, выдалась свободная пора, и у Су Хана появилось масса свободного времени.
Вернувшись, Су Хан какое-то время пожил в доме Хэ, временами заглядывая на кухню, чтобы приготовить что-нибудь вкусное для младшего из семьи Хэ, и дни текли весьма безмятежно.
Только вот этот младший вел себя подозрительно. Стоило Су Хану оказаться поблизости, как мальчишка усаживался на диван и принимался исподлобья пялиться на него, но как только Су Хан поворачивал голову, тут же принимал самый невинный вид и делал вид, что страшно увлечен телефоном.
Шило в мешке не утаишь.
Су Хан уперся локоть в подлокотник дивана и приложил руку ко лбу:
— Чего ты уставился?
Хэ Ци промолчал, еще немного потыкал в экран телефона и только потом выдал:
— Я не на тебя смотрел. Просто хотел кое о чем спросить, вот и смотрел.
Разве это не противоречит само себе?
Су Хан приподнял бровь:
— Хочешь о чем-то спросить? Так спрашивай, я отвечу на что угодно.
Ему не терпелось узнать, какую еще историю придумает этот малец.
— Хмм… — протянул Хэ Ци, выдержал паузу и наконец спросил: — Линган — это вообще где?
Су Хан никак не ожидал от Хэ Ци такого вопроса. Он на мгновение остолбенел, приходя в себя целых несколько секунд, а затем переспросил:
— С чего это ты вдруг заинтересовался?
Хэ Ци не понимал, почему Су Хан так бурно отреагировал. Он нашарил на диване диванную подушку, прижал ее к груди и объяснил:
— Дед сказал, что в сентябре отправит меня туда учиться. Но я раньше даже названия такого не слышал! Это далеко от Юйду? Получается, мы теперь не сможем часто видеться?
Учиться он был не против, но Хэ Ци понятия не имел, что за место этот Линган. Последние дни его мучили тяжелые сомнения: он вовсе не хотел уезжать далеко, ему хотелось быть поближе к Су Хану.
— Хэ Ци! — Су Хан окликнул его по имени, осекся на полуслове, подбирая слова, и глухо спросил: — Ты согласился?
Хэ Ци слегка испугался и неуверенно произнес:
— Разве я должен был отказаться?
Значит, согласился.
Су Хан почувствовал раздражение, поднялся с места, подошел к окну и вытащил сигарету.
Они так и остались сидеть и стоять: Хэ Ци пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него. Его взгляд скользнул по фигуре Су Хана, освещенной лучами света, задержался на красивых чертах лица, точеных линиях бровей и глаз, а также на прямой переносице. Прошло немало времени, прежде чем он тихо спросил:
— Брат, что случилось?
Он знал, что Су Хан на людях всегда держится так, будто его ничто не волнует и ничто не трогает по-настоящему. На самом же деле тот всегда сохранял невозмутимость и хладнокровие, а когда бывал сосредоточен, от него исходило особое, свойственное молодым людям у власти, острое и давящее превосходство.
Су Хан, засунув одну руку в карман брюк от костюма, смотрел на увитую виноградом галерею за окном. В минуты раздумий от него веяло глубоким спокойствием. Хэ Ци еще некоторое время всматривался в широкие плечи, узкую талию и крепкие длинные ноги Су Хана, подчеркнутые отличным кроем одежды, а затем отвел глаза и уставился на подушку в собственных руках. Но не прошло и минуты, как он снова не удержался и поднял взгляд — и на этот раз некстати встретился глазами с Су Ханом.
Хэ Ци не выдержал этого пристального взгляда и слегка нахмурился:
— Что с тобой в конце концов?
Су Хан подошел к дивану, затушил сигарету в стоявшей на журнальном столике пепельнице, подхватил брошенную на подлокотник куртку и молча направился к выходу.
— Брат? — растерялся Хэ Ци и, торопливо зашнуровав обувь, бросился следом. — Подожди! Ты куда?!
Су Хан шел вперед, не оглядываясь. Обойдя извилистую крытую галерею, он миновал багровую каменную стену и ступил в главный зал. Шедший позади Хэ Ци споткнулся и резко замер, не смея приблизиться к этому красному зданию ни на шаг.
Это было старинное святилище, посвященное божествам. Едва переступив порог главного зала, видишь массивные барельефы, покрывающие стены со всех четырех сторон. В пространстве, освещенном лишь узким окном под самой крышей, царила давящая, зловещая атмосфера. А кроваво-красный потолок при тусклом свете казался залитым запекшейся кровью, пропитавшей само дерево.
Миновав главный зал и длинный узкий коридор, Су Хан добрался до его конца. Замаскированная в стене багровая дверь бесшумно отворилась. Внутри комнаты стоял массивный длинный стол из красного дерева и десять высоких кожаных кресел: по четыре с каждой стороны и еще два — во главе стола, лицом и спиной к входу. На спинке каждого кресла искусно вырезали разные тотемы — родовые гербы семей.
Переступив порог, Су Хан остановился. На полу от его фигуры легла длинная тень. Глядя на нее, он медленно поднял голову:
— А вы, старейшина, и впрямь донельзя любите здесь пропадать.
Из темноты шагнул человек — мужчина лет пятидесяти-шестидесяти в безупречно сидящем костюме, с тщательно уложенными волосами. Его глаза, холодные и пронзительные, казалось, были выкованы из закаленной стали, источая жуткий леденящий блеск.
Су Хан ничуть не испугался. Он прошел на свое место, сел и щелкнул зажигалкой, закуривая:
— Слышал, вы решили отправить ребенка Хэ Чжу в Линган?
— О? — Мужчина слегка удивился. — Ты заявился сюда только из-за этого?
— Нет, — Су Хан выпустил струю дыма. — Просто любопытно.
— Юный глава рода Су, и что же тебя так заинтересовало?
— Он ведь совсем еще ребенок, — Су Хан кончиком пальца стряхнул пепел с сигареты. — Ничего толком не понимает. Выходит, вы просто измываетесь над ним?
Мужчина выдвинул кресло, сел и спокойно улыбнулся:
— Позволь напомнить, если мне не изменяет память, юный глава, ты сам едва ли старше этого мальчика. К тому же... — тут он сменил тон: — В семье Хэ нет места дармоедам.
Су Хан усмехнулся:
— Его родителей нет в живых, и ваше решение вряд ли можно назвать уместным.
— Как бы неуместно оно ни выглядело, он принадлежит к роду Хэ, и посторонним вмешиваться в его воспитание не позволено.
Докурив сигарету, Су Хан поднялся, затушил окурок и с напускной легкостью в голосе бросил:
— А если я все-таки захочу вмешаться? И что же вы мне сделаете?
— ...
Су Хан сунул руки в карманы брюк, затянул под нос какую-то мелодию и развернулся к выходу, снова шагнув в узкий коридор.
Не успел он дойти до главного зала, как впереди послышался глухой стук и звон падающих камней. У Су Хана от ужаса волосы встали дыбом.
Перед главным залом журчал чистый ручей, окруженный ландшафтной композицией из белых камней и изумрудной травы. Вокруг валялись обломки гальки — судя по всему, кто-то швырял их с размаху о землю. Хэ Ци катался по траве с каким-то парнем. Лицо Хэ Ци побледнело, глаза налились кровью, он мертвой хваткой вцепился в плечи противника и орал:
— Черт побери, я все равно войду!
Увидев кровь на лице Хэ Ци, Су Хан на секунду потерял дар речи. Он бросился вперед, подбежал со спины, обхватил Хэ Ци за талию и рывком поднял с земли. Не разобрав, кто к нему лезет, Хэ Ци взревел от злости:
— Я должен войти! Кто посмеет меня остановить?! Пусти! Твою мать, отпусти меня! совсем спятил, мелкий сорванец?
Хэ Ци продолжал бешено вырываться:
— Какого черта ты меня не пускаешь?! Мне нужно найти человека!
На его лбу вздулись вены, он продолжал сопротивляться с такой силой, что Су Хан едва удерживал его в объятиях.
— Кого найти? — шепнул Су Хан ему на ухо. — Меня?
Услышав это, Хэ Ци мгновенно ослаб. Не веря своему ушам, он повернул голову, глядя на Су Хана покрасневшими глазами:
— Ты...
Су Хан крепко прижал его к себе:
— Чего это ты расшумелся?
Опомнившись, Хэ Ци тут же попытался потянуть Су Хана за собой:
— Сюда нельзя заходить! Тебе вообще нельзя слоняться где попало.
Су Хан едва сдержал улыбку:
— Все в порядке. Другим нельзя, а мне можно, не переживай.
Хэ Ци замер.
Парень, с которым только что дрался Хэ Ци, не дожидаясь, пока тот опомнится, схватил с земли увесистый камень и замахнулся, намереваясь ударить. Взгляд Су Хана сузился, инстинктивно он прижал Хэ Ци к себе и развернулся спиной.
Хэ Ци оказался накрепко зажат в объятиях Су Хана, и в тот же миг тяжелый камень со всего маху угодил Су Хану прямо по голове. По виску ручьем хлынула яркая кровь, мгновенно заливая половину его лица.
— Да чтоб тебя! — взревел Хэ Ци так, будто разорвалась бомба.
Он вырвался из хватки Су Хана и уже собирался ударить обидчика ногой в ответ, но Су Хан снова перехватил его за запястье и резко притянул к себе.
— Пусти!
— Хватит баловаться.
Прижав его к груди, Су Хан повторил очень тихим, мягким голосом:
— Хватит.
Хэ Ци посмотрел на него, и его глаза мгновенно покраснели.
Когда прибежал нынешний глава клана Хэ, Хэ Пин, он застал именно эту картину. Бросив беглый взгляд на кровь на виске Су Хана, а затем на камень со следами крови в руках того парня, Хэ Пин помрачнел.
Одно дело, если бы младшие просто подурачились по глупости, но как в это умудрился ввязаться Су Хан?
— Дед! — парень, с которым дрался Хэ Ци, тут же подбежал к Хэ Пину с жалобой. — Это Хэ Ци лез сюда напролом! Я просто пытался остановить его, и не думал, что все так обернется, а этот откуда-то вообще выскочил...
Хэ Пин даже не удостоил его взглядом и перевел глаза на Су Хана:
— Идем, сначала надо обработать рану.
— Не нужно, — наотрез отказался Су Хан. — Лучше придумайте, как дать мне объяснения. Царапина пустяковая, для меня она ничего не значит, но вот разбирательство я хотел бы видеть более толковым.
Сказав это, Су Хан, не дожидаясь ответа Хэ Пин, схватил Хэ Ци за руку и зашагал прочь, оставляя за спиной готового сорваться на крик парня.
Хэ Ци стоял бледно-белый, а Су Хан вел себя так, будто ничего не случилось. Выйдя за ворота, он отпустил руку Хэ Ци, достал из кармана пачку сигарет и закурил. Хэ Ци задохнулся от возмущения: не успел Су Хан чиркнуть зажигалкой, как он выбил сигарету и швырнул ее на землю.
— Какое сейчас время, а ты куришь! В больницу надо!
Только тогда Су Хан посмотрел на него:
— Переживаешь за меня?
Хэ Ци провел рукой по лицу, смахивая слезы:
— В больницу поехали!
Ну точно, сущий ребенок.
Су Хан знал, что посторонним вход в то место заказан, и Хэ Ци не мог об этом не знать. Но он никак не ожидал, что ради него мальчишка решится пойти напролом. Не сделай он этого, и ничего бы не случилось — в конце концов, во всем был виноват он сам.
Су Хан вздохнул и дернул Хэ Ци за рукав:
— Ладно, я же сказал, все в порядке. Хватит вести себя как несмышленый сопляк, что за привычка чуть что — так сразу в слезы.
— Замолчи, умоляю тебя! Поехали в больницу, а?
Спорить с ним было бесполезно, да и в таком состоянии Су Хан не смог бы сесть за руль. Выйдя на дорогу, Хэ Ци тут же поймал такси, усадил Су Хана внутрь и велел водителю гнать в больницу со всех ног.
http://bllate.org/book/20037/1978176
Сказали спасибо 0 читателей