Нин Лэ слегка приподнял подбородок, ни капли не смущаясь странных взглядов окружающих. Позади него стояло несколько небольших тележек с едой, заполненных пирожными и чаем с молоком.
Он встал рядом с суетящимися сотрудниками и откашлялся.
— Прошу прощения за вчерашнее, так что сегодня маленькие десерты и чай с молоком для всей съёмочной группы за мой счёт. Это молодой господин Цинь услышал, как тяжело вы все снимаетесь, и прислал их специально.
При упоминании молодого господина Циня взгляд Нин Лэ скользнул по Су Вэньцзину.
Он уже собирался победоносно улыбнуться, но, вспомнив вчерашнее, нахмурился и больше ничего не сказал.
Берёшь чужое — чувствуешь себя обязанным, да к тому же прозвучало имя молодого господина Циня. Сотрудники и остальные актёры одарили Нин Лэ доброжелательными улыбками.
Поблагодарив его, они гурьбой направились к тележкам с едой.
Нин Лэ мысленно с облегчением выдохнул.
О вчерашнем инциденте он уже слышал… из-за него режиссёр Лю сорвал злость на актёрах и персонале, из-за чего многие затаили на Нин Лэ обиду.
Поэтому он немного пожалел, что не послушал советов помощника.
Тогда, когда машина проехала уже полпути, ему было лень возвращаться на съёмочную площадку, и оставалось только прибегнуть к проверенному способу — попросить Цинь Сяочжи купить что-нибудь и прислать сюда.
При этой мысленнии во взгляде Нин Лэ, устремлённом на толпу, промелькнули легкое презрение и самодовольство.
Бедняки все такие: стоит оказать им самую малую милость, и их можно легко купить.
— Ниннин, ну как, ты доволен?
Голос Цинь Сяочжи раздался у него за спиной.
Нин Лэ обернулся, подбежал к нему и одарил безупречной улыбкой:
— Спасибо тебе, А-Чжи.
Он опустил голову, заговорив чуть слышным голосом:
— Ты же знаешь, я не очень умею ладить с людьми, а сегодня, когда ты пришёл, мне стало намного спокойнее.
Услышав это, Цинь Сяочжи почувствовал невероятное удовлетворение.
— Ниннин, теперь я буду приезжать к тебе на съёмки.
— А-Чжи, ты так добр!
Нин Лэ взволнованно бросился ему на шею — то ли случайно, то ли специально. При этом интимном соприкосновении от него исходил тёплый цитрусовый аромат, от которого у Цинь Сяочжи затуманилось в голове, а в горле пересохло.
Взгляд Цинь Сяочжи потемнел.
Он сильнее сжал руки, обнимающие Нин Лэ.
Хотя они с Су Вэньцзином были женаты уже три года, он всегда хотел сберечь себя для Ниннин, а теперь Ниннин вернулся…
Цинь Сяочжи представлял себе сцены их близости с Нин Лэ.
…Незаметно для него лицо Нин Лэ вдруг превратилось в лицо Су Вэньцзиня.
Он слегка испугался.
Но реакция тела стала ещё более явной: во рту мгновенно пересохло, а по всему телу пробежала лихорадочная дрожь.
Цинь Сяочжи невольно нахмурился.
В этот момент какой-то сотрудник с пачкой бумаг в руках направился в сторону гримёрки.
— Учитель Су, реплики немного переписали, взгляните.
Су?
Цинь Сяочжи поднял веки и издалека увидел в гримёрке знакомого человека, знакомое лицо.
У него перехватило дыхание, ему показалось, что у него галлюцинации.
Тело среагировало ещё быстрее, и он машинально оттолкнул Нин Лэ от себя.
Нин Лэ в недоумении поднял голову на Цинь Сяочжи.
— А-Чжи, что такое?
Нин Лэ закусил губу, и его вид чистокровного кролика вызывал жалость.
Цинь Сяочжи почувствовал некоторую неловкость.
Он торопливо достал телефон:
— Мне звонят, я отвечу.
Глядя на удаляющуюся широким шагом спину Цинь Сяочжи, Нин Лэ постепенно помрачнел, его лицо исказилось, а в глубине глаз мелькнула злоба.
— Похоже, он и вправду немного увлечён Су Вэньцзинем.
Снова Су Вэньцзинь… почему ты не можешь вести себя тихо и по-прежнему раздражать всех, оставаясь лишь ступенькой? Внезапно отмылся, улучшил актрёрскую игру, да ещё и заставил А-Чжи постепенно привязаться к тебе. Раз ты со мной так поступаешь, то не вини меня ни в каких безумствах!
Выражение лица Нин Лэ становилось всё более мрачным, и он повернулся к тем, кто возился с реквизитом.
Пока Нин Лэ пребывал в задумчивости, на съёмочную площадку въехало несколько больших машин. На них красовался логотип отеля Сигэтис. Это был известный в городе А, крупнейший в мире десятизвёздочный отель, славящийся своей безумной роскошью и дороговизной. Мало кто мог позволить себе там что-то покупать.
Из машин вышли несколько официантов в строгих костюмах, открыли двери и начали выносить вещи, похожие на термоконтейнеры для еды.
Заметив это, Нин Лэ слегка прищурился.
— Неужели это тоже услуги, заказанные Цинь Сяочжи? С чего это он вдруг стал таким щедрым?
Нин Лэ снова вспомнил, что он только что попал в мир сериалов. Цинь Сяочжи наверняка подумал, что он еще не знает местных порядков и нуждается в заботе, поэтому подготовился даже тщательнее, чем раньше.
При этой мысли мрак, нагнанный Су Вэньцзинем, в значительной степени рассеялся.
Один из сотрудников в костюме, заметив что-то, направился в сторону Нин Лэ.
И почтительно окликнул его:
— Господин Цинь.
Нин Лэ с улыбкой обернулся, но, увидев перед собой человека, замер. Его улыбка увяла, а в душу закралось полное недоумение.
— Господин Цинь?
Это был не Цинь Сяочжи, а Цинь Чи.
Цинь Чи, не обращая на него внимания, прошел мимо.
Сотрудник указал на выгруженные вещи:
— Господин Цинь, согласно вашему распоряжению, поставить их здесь?
Цинь Чи кивнул.
— Да.
Нин Лэ опешил.
С какой стати Цинь Чи приехал на съёмки, да еще и заказал обед из отеля?
Неужели он тоже…?!
В этот момент Цинь Чи заметил Су Вэньцзиня.
— Сяо Цзин, иди сюда.
В гримёрке Су Вэньцзинь учил слова роли, а машины, то и дело сноходившие туда-сюда за окном, его совершенно не волновали.
Пока не раздался знакомый голос — это Цинь Чи звал его.
Су Вэньцзинь отложил сценарий и вышел.
Тут же подоспел и режиссёр Лю.
— Господин Цинь, какими судьбами вы здесь?
При виде Цинь Чи отношение режиссёра Лю стало намного лучше. Стоит отметить, что он даже свою племянницу Гу Юаньбань умудрялся доводить до слёз своими криками…
Цинь Чи слегка нахмурился.
Режиссёр Лю тут же перевёл взгляд на Су Вэньцзиня:
— Оказывается, господин Цинь и Сяо Су — друзья. А это тогда что?
Он кивнул на большие фургоны, следовавшие за Цинь Чи.
Что творится сегодня? Оба сына семьи Цинь привозят еду на съёмочную площадку.
И главное, группа компаний Цинь ведь даже не спонсирует этот сериал!
Цинь Чи произнёс:
— Я заказал обеды и ужины из отеля, они будут снабжать съёмочную группу в течение всего периода съёмок.
Режиссёр Лю едва скрыл удивление на лице.
В течение всего периода съёмок?!?
Съёмки этого сериала продлятся не меньше нескольких месяцев, этот Цинь Чи чертовски богат!
Режиссёр Лю цыкнул языком, приходя в себя:
— Тогда заранее благодарю господина Циня.
— Не за что.
Взгляд Цинь Чи был прикован исключительно к Су Вэньцзиню.
Тут режиссёр Лю наконец понял: да никакая это не забота обо всей съёмочной группе, он просто боится, что Сяо Су будет плохо питаться на съёмках!
Режиссёру Лю стало жутко интересно, какие же у них отношения…
Он помнил, что Цинь Чи никогда не интересовался ни женщинами, ни мужчинами. И что же это теперь такое?
Режиссёр Лю внутренне изумился и под каким-то предлогом поспешно ретировался.
Су Вэньцзинь тоже был потрясен словами Цинь Чи.
Он никак не мог взять в толк намерения Цинь Чи.
— Разве это принесёт хоть какую-то пользу группе компаний Цинь?
Цинь Чи поднял свои изящные пальцы с чёткими суставами, слегка согнул их и постучал Су Вэньцзиня по макушке:
— Глупый.
— А?
— Сяо Цзин, неужели ты сам не понимаешь?
Су Вэньцзинь похлопал ресницами: на лице человека, обычно столь холодного и безмятежного, появилось ошеломлённое выражение, выглядевшее даже забавно.
В глубоком голосе Цинь Чи послышалось лёгкое разочарование:
— Это всего лишь повод навестить тебя.
Бум-бум…
Су Вэньцзиню показалось, что его сердце забилось с бешеной силой.
Его только что открыто флиртовал сам Цинь Чи!
http://bllate.org/book/19942/1962975
Сказали спасибо 5 читателей