Готовый перевод This Male Was Forced To Support His Family! / Этот Самец-Зерг вынужден содержать семью!: Глава 16. Отставка

Следующий день выдался на редкость ясным. На безоблачном лазурном небе сияло солнце, беспрепятственно проникая в комнату сквозь панорамные окна со всех сторон. Деревянный пол, недавно отполированный роботами-дворецкими, сиял почти ослепительно.

На высоком столике белоснежная фарфоровая ваза с нежно-розовой цветочной ветвью создавала изысканный контраст белого и розового.

Увлажнитель воздуха бесшумно распылял влагу. Мелкие капли оседали на фарфоре и лепестках, собираясь в тяжелые росинки, которые плавно скатывались вниз.

Лу Чэнь, долив воду в вазу, нажал на кнопку, и его инвалидное кресло бесшумно подъехало к одному из окон. Отсюда открывался вид на лужайку и бассейн в саду. Автоматические разбрызгиватели уже приступили к утренней работе, и водяная пыль сверкала в лучах солнца, словно россыпь светящихся пылинок. Поверхность бассейна искрилась бликами.

По телевизору передавали утренний прогноз погоды. В районе Емин на Столичной планете в ближайшие недели ожидалась ясная погода с кратковременными дождями.

Именно в районе Емин и находился их дом. Когда-то они выбрали это место из-за обилия зелени, свежего воздуха и комфортного для зергов климата.

На Столичной планете уже наступила середина весны — теплое и засушливое время года.

Но если в Емин изредка шли приятные дожди, то в центральных районах, вплоть до начала сезона летних ливней, осадков больше не предвиделось. Ожидалось лишь неуклонное повышение температуры.

Даже на одной планете климат мог разительно отличаться. На крайнем юге Столичной планеты, в районе Вайлу, уже который месяц бушевали ливни, а на севере, в районе Биму, всё еще стояли трескучие морозы.

Однако официальное время Империи сверялось по центральному району Столичной планеты. Поэтому, независимо от того, на скольких галактиках раскинулась Империя, для всех её граждан этот сезон назывался весной.

В этот чудесный выходной день Гу Юй вдоволь выспался и соизволил встать, когда солнце уже было в зените.

В пижаме, зевая и потягиваясь, он лениво спускался по лестнице.

Лу Чэнь сидел у дивана и смотрел новости. Гу Юй подошел, совершенно естественно опустился на одно колено прямо на ковер рядом с ним, положил голову ему на бедро и вяло потерся об него.

Его волосы не были собраны, длинные белые пряди беспорядочно рассыпались по плечам, а самые кончики, из-за своей длины, лежали на пушистом ковре.

Лу Чэнь пригладил торчащие на его макушке волосы, взял в руку прядь подлиннее и спросил:

— Завязать?

Гу Юй только этого и ждал. Уткнувшись в его живот, он издал слабое, утвердительное мычание.

Если и был кто-то, кто быстрее всех адаптировался к инвалидности Лу Чэня, то это был Гу Юй. Ему просто не было равных. То, с какой естественностью он теперь каждый раз опускался перед ним на ковер, говорило о многом.

Кругляш подкатился с расческой, резинкой для волос и первой утренней порцией питательной жидкости. Лу Чэнь забрал всё это и легонько похлопал Гу Юя по макушке:

— Пей давай.

Гу Юй протяжно промычал «м-м-м». Сонливость еще не до конца отпустила его. Жмурясь и моргая, он развернулся, сел на ковер спиной к креслу Лу Чэня и взял бутылочку с жидкостью.

А Лу Чэнь принялся аккуратно, прядь за прядью, расчесывать его волосы, которые уже давно не видели нормального ухода.

— Как стало известно, вчера в 22:00 по времени Столичной планеты, на Совете пяти главнокомандующих Военного ведомства было единогласно принято решение удовлетворить прошение об отставке генерал-майора Лу Чэня.

Голос диктора в телевизоре звучал четко и беспристрастно.

Остатки сна Гу Юя как рукой сняло. Он резко повернул голову к Лу Чэню. Лу Чэнь, как раз собиравший его волосы в хвост, слегка дернул за прядь:

— Не вертись, а то криво получится.

Гу Юй повернулся обратно и медленно сделал глоток питательной жидкости:

— Лу Чэнь, может, я сегодня приготовлю ужин? Отпразднуем твою отставку?

Лу Чэнь завязал хвост, немного отодвинулся, чтобы оценить результат, и спросил:

— А что тут праздновать?

Гу Юй, глядя в телевизор, сделал еще глоток и, слегка склонив голову, ответил:

— Как что? Наш генерал-майор, увешанный орденами и славой, которой завидуют тысячи военных, с почетом уходит на пенсию!

— Теперь он сможет наслаждаться заслуженным отдыхом, проводить дни и ночи со своим любимым мужем и жить в свое удовольствие!

Лу Чэнь помолчал, а затем произнес:

— ...Где ты нахватался таких высокопарных фраз?

Гу Юй откинул голову назад, упершись затылком ему в грудь, и посмотрел на него снизу вверх:

— Отличные фразы для любящих супругов, разве нет?

Темные глаза Лу Чэня встретились с его взглядом. После недолгого молчания Лу Чэнь не сдержал улыбки и нежно поцеловал его в лоб:

— Умница. А теперь иди переоденься из пижамы. Скоро придут гости.

Гу Юй наконец-то допил питательную жидкость и швырнул пустую бутылку Кругляшу, который уже заждался.

— Кто придет? — спросил он.

В этот момент по телевизору продолжили:

— Лу Чэнь поступил на службу в раннем возрасте и сегодня с почетом ушел в отставку. В знак признания его выдающихся заслуг в деле поддержания мира в Империи за столько лет службы, Совет пяти главнокомандующих единогласно постановил присвоить Лу Чэню звание генерал-лейтенанта...

Гу Юй остолбенел.

Лу Чэнь приподнял веки и посмотрел на него:

— Придут военные. Обычная формальность: выразить сочувствие, ну и заодно вручить мне генеральские погоны.

Гу Юй рассмеялся:

— Ну, это тем более повод для праздника! Жди, сегодня я весь день буду штудировать кулинарные книги!

Лу Чэнь ласково потрепал его по волосам:

— Не суетись, они не останутся на ужин. Иди переоденься.

— А у меня и нет сил на них готовить, — лениво протянул Гу Юй, нехотя отрываясь от ковра. Он с тоской вздохнул: — А можно не переодеваться?

Только вчера Лу Чэнь хвалил его за то, что он взялся за ум и перестал лениться. Про себя он усмехнулся, но вслух ответил безапелляционно:

— Нельзя. Иди.

Никаких возражений не принималось.

Эти холостые военные самки в армии один другого голоднее. Позволить своему мужу щеголять перед ними в пижаме? Лу Чэнь не был настолько беспечным.

Гу Юй, тяжело вздыхая, словно из него выжали все соки, поплелся наверх. Со стороны могло показаться, будто Лу Чэнь ночью вытворял с ним невесть что.

Когда Гу Юй, наконец, нехотя переоделся и стал спускаться, он окинул взглядом гостиную. Она была битком набита высоченными самками в военной форме.

Рост Гу Юя составлял метр восемьдесят четыре, и он всегда считал себя довольно высоким даже по меркам самок. Но, проходя мимо этих армейских шкафов, он вдруг почувствовал себя гномом.

Задрав голову, чтобы посмотреть на них, Гу Юй подумал: «Это уже слишком! Чем их там кормят? Тот, что пониже — метр девяносто, не меньше. А вон тот вообще под два двадцать, да, здоровяк?»

«Ох, шея затекла так долго вверх смотреть».

Гу Юй с каменным лицом опустил голову и послушно уселся на диван рядом со своим Лу Чэнем, чей рост составлял метр восемьдесят восемь.

Ничего себе, оказывается, в этой компании его генерал еще считался невысоким.

— Здравия желаем, супруг генерала Лу!

От громогласного приветствия, вырвавшегося из глоток этих здоровенных детин, Гу Юй едва не подпрыгнул на месте.

Напротив Лу Чэня на диване сидели двое рослых военных самок.

Первым был самка в белом парадном мундире, с идеальной выправкой и россыпью сверкающих орденов. Из-под офицерской фуражки выбивались длинные светлые волосы.

Взгляд Гу Юя скользнул по нему. Аура этого блондина неуловимо напоминала ауру Лу Чэня.

Сразу было видно — птица высокого полета из военного ведомства.

Блондин снял фуражку, передал её адъютанту, стоявшему позади, и, заметив взгляд Гу Юя, дружелюбно улыбнулся. Поднявшись, он протянул руку:

— Господин самец Гу. Много наслышан. Рад знакомству. Я Рэндалл.

Без фуражки стала отчетливо видна его поразительная, безупречная красота. Ни единого изъяна.

Его аура была властной, но в то же время спокойной, а манеры — изысканными, как у истинного аристократа. В этой толпе грубых вояк он смотрелся совершенно чужеродно.

— Здравствуйте, — коротко ответил Гу Юй, пожимая протянутую руку. — Гу Юй.

Гу Юй не жаловал новости, но, живя с Лу Чэнем, волей-неволей был в курсе событий, и это лицо было ему отлично знакомо.

Его имя почти каждый день мелькало в заголовках на официальной странице правительства в «Звездном вестнике Империи».

Генерал армии Рэндалл Черикс. На данный момент — единственный генерал армии в Империи, главнокомандующий Первым легионом, глава Совета пяти главнокомандующих и официально утвержденный преемник нынешнего маршала.

Фигура колоссального масштаба. Одно его слово заставляло трепетать бесчисленные галактики Империи.

Генерал армии Рэндалл был старше Лу Чэня всего на пять лет. И он был врожденным самкой S-ранга. На всю Империю было известно лишь о двух самках S-ранга: врожденный Рэндалл и Лу Чэнь, эволюционировавший из А-ранга.

Рэндалл с детства демонстрировал выдающиеся способности. Выходец из элитной семьи (оба родителя — члены Парламента), получивший блестящее воспитание, он, по идее, должен был пойти по их стопам в политику. Но в десять лет он неожиданно для всех поступил в Национальную военную академию, а затем ушел в армию, выбрав стезю военного.

Когда Лу Чэнь только начал службу, он был адъютантом Рэндалла, носившего тогда звание полковника.

Пройдя вместе через множество боев и не раз рискуя жизнью друг за друга, Лу Чэнь и Рэндалл стали близкими друзьями. Их отношения давно вышли за рамки субординации.

Гу Юй никогда раньше не встречался с Рэндаллом лично, но, по логике вещей, они должны были быть знакомы. И дело не только в том, что Рэндалл был другом Лу Чэня. Супруг Рэндалла оказался одноклассником Гу Юя по старшей школе.

Гу Юй и супруг Рэндалла, Мэн Лю, в старших классах были не разлей вода — два оболтуса, спавшие на уроках и прогуливающие занятия.

Правда, поступив в разные университеты, Гу Юй, в силу своей лени, перестал поддерживать связь со старым приятелем. За исключением автоматических рассылок «С праздником!» от Мэн Лю, они больше не общались.

Когда Рэндалл и Мэн Лю объявили о свадьбе, Звездная Сеть взорвалась. По масштабности обсуждений это событие можно было сравнить лишь с последующей свадьбой Лу Чэня и Гу Юя.

Тогда школьный чат Гу Юя просто разрывался от сообщений. Все хотели тегнуть Мэн Лю и расспросить о подробностях, но не решались. В конце концов, видя этот бесконечный спам, сам Мэн Лю не выдержал и сухо написал: «Да, это правда. У меня всё хорошо».

Гу Юй тогда отключил все уведомления на оптическом компьютере, а случайно увидев эту шумиху, лишь лениво усмехнулся.

Встречаться, а потом еще и жениться... столько мороки! Гораздо проще подождать, пока Империя сама всё за тебя решит.

Вот она, психология ленивца.

Впрочем, ирония судьбы заключалась в том, что всего через два года после этой грандиозной свадьбы Гу Юй сам женился на Лу Чэне, и эта новость точно так же взорвала их школьный чат. Так что Гу Юй, по сути, смачно плюнул в лицо самому себе из прошлого.

Но самое забавное в этой ситуации было другое. Мэн Лю был не только одноклассником Гу Юя, но и, в некотором роде, его деверем.

Проще говоря, брат Гу Юя, Гу Си, тоже вышел замуж за Мэн Лю, став его наложником.

А Рэндалл был его законным мужем.

Неловко ли это? Да не особо. Подобные хитросплетения в обществе зергов были в порядке вещей. Знаменитые семьи постоянно заключали браки между собой, и случаи, когда родственники делили одного мужа, исчислялись сотнями, если не тысячами.

То, что его брат делит ложе с будущим маршалом Империи, в глазах общественности было огромной честью.

Второй военный, сидевший на диване рядом с Рэндаллом, тоже поднялся и протянул Гу Юю руку. При этом он выпрямился во весь свой поистине исполинский рост, словно гора выросла посреди комнаты.

Пожимая ему руку, Гу Юй ощутил, насколько она огромна и тяжела — поистине, как скала.

Неужели в нем два двадцать?

Нет-нет, наверное, всё-таки ближе к двум десяти. Но даже так Гу Юй чувствовал себя рядом с ним букашкой.

— Ого, господин самец Гу! Много о вас слышал! Вживую вы еще красивее, чем на фотографиях в сети! Неудивительно, что наш генерал Лу так часто вас вспоминает! — прогремел здоровяк, расплывшись в широкой, простодушной улыбке, обнажив все зубы.

Несмотря на устрашающие габариты и грубую внешность, в общении он казался на удивление добродушным.

— А вы? — спросил Гу Юй.

— Я Бад! — великан хлопнул себя по широченной груди. — Друган генерала Лу! У нас с ним такая дружба — не разлей вода! Сталь, а не дружба! Нет, сталь и та слабее!

Имя показалось Гу Юю знакомым.

— Я о вас знаю, — ответил он, даже не утруждая себя тем, чтобы задрать голову, и обращаясь прямо к широкой груди Бада. Всё равно разницы никакой. — Генерал Лу о вас рассказывал.

— Правда? Ха-ха-ха, я так и знал! — Бад радостно хлопнул Гу Юя по плечу, едва не сбив хрупкого самца с ног. — Генерал Лу, он же такой: молчит, но всё помнит! Эй, господин Гу, а что он обо мне говорил?

Гу Юй на секунду задумался, стараясь подобрать слова помягче.

— Говорил, что вы очень высокий... и очень преданный друг?

«Ну то есть, здоровый и туповатый», — мысленно перевел Гу Юй.

Гу Юй не боялся никого обидеть, но всё-таки это был бывший сослуживец Лу Чэня, так что следовало проявить немного дипломатии.

К счастью, Бад не уловил никакого подвоха в этом описании и, сияя от радости, улыбнулся Лу Чэню, который сидел с неизменно спокойным лицом.

Впрочем, не стоит думать, что если Лу Чэнь считал Бада «простоватым», то так оно и было на самом деле. Мерки Лу Чэня сильно отличались от общепринятых.

Будь Бад действительно дураком, он никогда бы не дослужился до звания генерал-лейтенанта и не стал бы главнокомандующим Третьим легионом Империи.

Помимо выдающихся боевых навыков, Бад был гениальным тактиком. Он всегда бил точно в цель. А вот в плане межличностных отношениях он действительно был слишком прямолинеен, как и отмечал Лу Чэнь.

Но эта прямолинейность имела свои границы. Бад четко разделял своих и чужих: для врагов у него всегда была наготове хитрость, а прямодушие он приберегал только для тех, кому доверял.

Рэндалл решил, что пора прекращать эти лирические отступления, и вернул разговор в деловое русло.

Он официально, как и полагалось, зачитал указ Военного ведомства о соболезнованиях, о присвоении звания генерал-лейтенанта и о почетной отставке. Закончив с формальностями, Рэндалл с облегчением выдохнул, похлопал Лу Чэня по плечу и добавил от себя:

— Я никогда не забуду того, что ты сделал для Империи. Лу Чэнь, ты лучший военный из всех, кого я когда-либо знал.

— Жизнь длинная, а ты ещё молод. Это не конец, это лишь завершение одного из этапов. Настоящая жизнь только начинается.

— Живи полной жизнью, генерал-лейтенант.

Бад тоже подошел и похлопал его по плечу. Его лицо, до этого суровое и напряженное во время официальной части, расслабилось:

— Дружище, я теперь жду не дождусь отпуска, чтобы прийти к тебе в гости на ужин! Ты бы знал, как этот Лю Чжэнь мне все уши прожужжал о том, как вкусно ты готовишь. Слюнки так и текут!

Лу Чэнь перехватил его руку:

— Только приходи со своим мешком риса. Мы зерги бедные.

Бад на секунду опешил, а потом расхохотался:

— Не переживай, риса принесу сколько влезет! С моим-то аппетитом, наверное, парочку мешков прихватить придется!

Стоявшие позади высоченные офицеры, которые еще минуту назад хлюпали носами и едва сдерживали слезы, наблюдая за отставкой своего командира, услышав это, рассмеялись и принялись подшучивать над Бадом:

— Генерал Бад, как вы с таким аппетитом еще по миру не пошли? И как только генерал Алфред вас терпит?

Алфред тоже носил звание генерал-лейтенанта и командовал Вторым легионом. Будучи самкой, он жил вместе с таким же самкой Бадом. И это ни для кого в армии не было секретом.

— Да идите вы! — отмахнулся Бад. — Даже если бы Алфред ел столько же, сколько я, моих денег хватило бы, чтобы прокормить нас обоих!

Гу Юй, до этого слушавший их перепалку вполуха, вдруг насторожился. Его пепельно-серые глаза загорелись неподдельным интересом.

Быть военным... так выгодно?

Денег хватает на содержание всей семьи?

http://bllate.org/book/19808/1994686