Готовый перевод This Male Was Forced To Support His Family! / Этот Самец-Зерг вынужден содержать семью!: Глава 9. Организация

Возможно, для многих зергов воздух альма-матер всегда кажется свежим и бодрящим, а возвращение в родные стены неизменно пробуждает бурю ностальгических чувств.

Ушедшая юность, первая любовь, дерзкие мечты, которыми они делились с друзьями, — всё это неразрывно связано с понятием «альма-матер».

Но когда Гу Юй переступил порог столичной Музыкальной Академии Империи, на его лице застыло выражение вселенской скорби, словно каждый встречный зерг задолжал ему кучу денег.

И не просто задолжал, а скрывался от уплаты уже восемь поколений подряд.

Гу Юй вовсе не был сентиментальным. Причина его вселенской скорби заключалась лишь в одном: ему до дрожи не хотелось выходить из дома и идти на работу.

Вчера вечером, осознав, что день собеседования неумолимо приближается, Гу Юй очнулся от иллюзий: ему и вправду придется выйти на улицу ради работы.

А что значит «пойти работать»? Это значит: конец безмятежному лежанию дома, здравствуй, тяжелый и изнурительный труд, да еще и необходимость подстраиваться под настроение других зергов.

Хотя, если быть честным, никто бы не посмел указывать самцу, так что главная проблема заключалась именно в том, что это «тяжело и изнурительно».

Очередной приступ лени скрутил Гу Юя, и ему категорически расхотелось куда-либо идти. Но он стоически сдержался, не позволив этому «не хочу» отразиться на лице, и утром, ослепительно улыбаясь, подарил Лу Чэню прощальный поцелуй.

И только когда дверь за ним захлопнулась, улыбка Гу Юя мгновенно испарилась, уступив место мрачному выражению.

С этой кислой миной он и шел до самого кампуса, постепенно воскрешая в памяти былые времена — те самые, когда он точно так же не хотел идти на занятия.

Гу Юй был вундеркиндом: экстерном закончив среднюю школу в шестнадцать лет, он поступил в музыкальную академию, отучился положенные четыре года и поспешил выпуститься. С таким трудом отмучившись в студенчестве, он и подумать не мог, что когда-нибудь снова по своей воле переступит порог учебного заведения.

По территории Музыкальной Академии сновали студенты с инструментами за спиной, а из окон учебных корпусов доносились обрывки мелодий.

По пути Гу Юй то и дело ловил на себе взгляды проходящих самок. Кто-то, пораженный красотой этого беловолосого самца, колебался, не решаясь подойти и попросить номер оптического компьютера. Другие же, узнав в нем супруга Рыцаря Империи, украдкой делали фото и выкладывали в Звездную Сеть.

Гу Юю было глубоко наплевать. С футляром от скрипки за спиной и руками в карманах он невозмутимо шел вперед, позволяя им глазеть и фотографировать сколько душе угодно.

Здание, где проводились собеседования, находилось в самом конце знаменитой Аллеи Цветов-Двойняшек столичной Музыкальной Академии.

Цветы-двойняшки, названные так потому, что всегда распускались парами на одном стебле, сейчас, в лучах весеннего солнца, буйно цвели, окутывая аллею розовой дымкой.

Они считались символом любви, отчего эта аллея и получила в народе название «Аллея Влюбленных».

Прогуливаясь под раскидистыми цветущими кронами, Гу Юй находил всё это довольно забавным. Законы расы зергов провозглашали нормой и легализовали браки одного самца с несколькими самками, но при этом сами самки упрямо считали символом истинной любви именно цветы-двойняшки.

Раньше Гу Юю казалось это нелепой шуткой, но теперь, примерив эту ситуацию на себя и Лу Чэня, он решил, что всё вполне логично.

Наверное, для каждого зерга истинная любовь заключается в желании быть для партнера единственным и неповторимым.

Перед залом для собеседований уже выстроилась очередь из ожидающих самок. Появление Гу Юя немедленно вызвало всеобщий ажиотаж.

— Кто это за самец? Что он здесь забыл?

— Какой красавчик! Неужели он тоже пришел на собеседование?

— На собеседование? Смеешься? С какой стати самцу искать работу?

— А вдруг его нужда заставила, может, он еще не взял в дом самку...

— Ты в своем уме? Забыл про пособия для самцов в Империи? К тому же, у такого красавца просто не может не быть жены! Спорим, у него дома уже гарем из богатых и влиятельных.

— Погодите, мне кажется, лицо этого самца мне знакомо...

— Длинные белые волосы, бледно-серые глаза... Это же супруг генерал-майора Лу!

— И правда, это же господин Гу Юй!

— Тсс, потише вы, не ведите себя так, будто самцов никогда не видели...

Но тут же посыпались новые вопросы:

— А что господин Гу здесь забыл? Неужели и впрямь пришел наниматься?

— Постойте... Говорят, генерал Лу лишился ног и больше не может содержать семью. Неужели самец из-за этого пошел работать?

— Да вы бредите! У генерала Лу и нет денег?

— Наверное, над ним издеваются... А вдруг это генерал Лу силой заставляет его работать?

— Какой жестокий! Наверняка он просто не хочет, чтобы Гу Юй брал в дом других самок, вот и гонит его на работу...

— Может, стоит сообщить в Ассоциацию защиты самцов? Пусть приедут с проверкой. Вдруг он и правда подвергается домашнему насилию?

— Если честно, господин Гу Юй совсем не похож на жертву насилия...

— Вот именно! Как генерал Лу может издеваться над самцом? Он же теперь калека, ему бы пылинки со своего мужа сдувать, с какой стати он будет гнать его на работу?

Гу Юй выбрал свободное место в коридоре напротив них, сел, закинув ногу на ногу, и откинулся головой на стену.

Стена была холодноватой, но Гу Юю было слишком лень менять позу.

Он уже собирался прикрыть глаза и немного вздремнуть, как до него донеслись обрывки перешептываний самок. Поначалу он не хотел вмешиваться — с самого детства он привык быть в центре внимания и обсуждений, где бы ни появлялся.

Но услышав, как кто-то безапелляционно заявил, что у Лу Чэня «нет ног», он не выдержал. Приоткрыв глаза, он наградил болтливую самку ледяным, пронизывающим взглядом бледно-серых глаз.

Самка, поймав этот взгляд, вздрогнула и тут же заткнулась. Остальные, решив, что самцу не по нраву их сплетни, тоже поспешно умолкли.

В коридоре воцарилась такая тишина, что было бы слышно, как падает иголка.

Даже сотрудник, вышедший из зала, чтобы вызвать следующего кандидата, замер в недоумении.

Но, заметив сидящего напротив самца с закрытыми глазами, он всё понял и прикрыл за собой дверь с максимальной осторожностью, чтобы не потревожить покой прекрасного беловолосого зерга.

Ректор предупредил: как только появится самец Гу, его нужно пригласить в зал без очереди.

Сотрудник немного помялся, но всё же решился подойти и разбудить его. Однако, не успел он приблизиться, как самец сам открыл глаза.

— Моя очередь? — Гу Юй потер глаза.

Сотрудник, умиляясь тому, как изящно самец потирает глаза, и чувствуя, как тает его сердце, очень осторожно произнес:

— Да, господин самец Гу, ваша очередь подошла, пожалуйста, проходите.

Гу Юй промычал что-то в знак согласия, отказался от предложения сотрудника помочь с футляром для скрипки и, закинув его за спину, последовал за ним в зал.

Как только он скрылся за дверью, оставшиеся в коридоре самки облегченно выдохнули.

Боже, присутствие самца заставило их понервничать до полусмерти!

Тем временем новость о том, что Гу Юй вернулся в альма-матер на собеседование, уже разлетелась по всей Звездной Сети. Пользователи бурно обсуждали это событие: форумы кишели теориями заговора против Лу Чэня, сторонники и противники осыпали друг друга проклятиями — в общем, разворачивалась очередная грандиозная драма.

Но в отличие от бурлящей, словно в праздничный день, Звездной Сети, в зале для собеседований царила абсолютная тишина. В огромной аудитории находилось лишь несколько сотрудников и члены приемной комиссии в первом ряду.

Гу Юй, неся футляр, поднялся на сцену, достал скрипку и небрежно окинул взглядом комиссию.

Он заметил добродушно улыбающегося ректора, двоих смутно знакомых преподавателей и... красивого светловолосого самку-зерга.

Светловолосый самка, перелистывавший какой-то буклет, словно почувствовав его взгляд, поднял голову и тоже одарил его нежной улыбкой.

Улыбкой, яркой, как сегодняшнее теплое солнце.

Гу Юй лишь мельком взглянул на него и, переведя взгляд, начал сосредоточенно настраивать струны.

Ректор, видя, что кандидат молчит, решил прервать тишину и вежливо поинтересовался:

— Господин Гу Юй, какую композицию вы нам сегодня исполните?

Гу Юй склонил голову набок, притворяясь, что задумался:

— По настроению. Я и сам не знаю, что захочу сыграть, когда возьму в руки смычок.

Бывает же такое?

Ректор открыл рот, но так ничего и не сказал.

На днях он специально вызывал в кабинет бывших преподавателей Гу Юя на чай, чтобы в деталях расспросить о его легендарных похождениях в стенах академии. Поначалу он даже не поверил.

Но теперь убедился: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Ректор неловко улыбнулся:

— Ну, как вам будет угодно.

Светловолосый самка поспешил разрядить обстановку, с улыбкой добавив:

— Похоже, за эти годы господин Гу Юй ничуть не изменился.

Гу Юй понятия не имел, изменился он или нет. В данный момент он хотел лишь одного — поскорее отыграть мелодию и отделаться от этого собеседования.

Он рассуждал так: да, играет он из рук вон плохо, но после нескольких дней тренировок и возвращения в атмосферу родной музыкальной академии, возможно, сегодня на него снизойдет озарение, и он превзойдет самого себя!

С этой твердой уверенностью Гу Юй водрузил скрипку, слегка опустил веки и сосредоточил всё внимание на струнах.

На двух огромных экранах — в передней и задней части зала — появилось крупным планом красивое лицо самца.

Беловолосый самец плавно и элегантно поднял смычок.

Присутствующие, затаив дыхание, напряженно уставились на экраны в предвкушении начала выступления.

Ректор всё еще лелеял робкую надежду: раз уж Гу Юй с такой уверенностью пришел проситься на работу, возможно, за годы после выпуска он усердно тренировался и теперь играет как бог?

Однако, когда из-под струн полились первые звуки, молчание в зале стало еще более гнетущим.

Это... что это за чертовщина?!

Лица присутствующих вытянулись в невероятно сложных гримасах; с каждым новым издевательством Гу Юя над инструментом их лица искажала новая судорога.

Выражение «дьявольская какофония» не могло передать и десятой доли этого кошмара.

Какое счастье, что в зале была отличная звукоизоляция! Как бы самки в коридоре ни прислушивались, до них не доносилось ни звука. Гу Юй опозорился только перед теми, кто находился в этой комнате.

Когда пытка наконец закончилась, все присутствующие, словно заново родившись, с чувством глубочайшего облегчения перевели дух.

Никто и никогда не исполнял музыку так, чтобы слушатели с таким нетерпением ждали её окончания. В момент завершения они на собственной шкуре прочувствовали, каково это — когда Бог возвращается на свое место, а душа — в тело.

Гу Юй даже изящно поклонился в финале.

Комиссия: Нет, нет, нет, это мы должны кланяться вам и благодарить за то, что сохранили нам жизнь!

В этой гнетущей тишине внезапно раздались одинокие аплодисменты.

Неужели кому-то понравилось?!

Все удивленно обернулись на звук и увидели того самого светловолосого самку-зерга из приемной комиссии.

Преподаватель Элвис аплодирует?! Первая скрипка Национального симфонического оркестра Империи считает, что эта игра была хороша?!

У кого из них проблемы со слухом — у комиссии или у преподавателя Элвиса?

— Я узнал её, — с мягкой улыбкой произнес Элвис. — Это «Соната Муроса», также известная как «Звездная соната».

— Почему вам вдруг захотелось сыграть именно её?

Убирая скрипку в футляр, Гу Юй обернулся и посмотрел на него.

Элвис смотрел на него с нежной, теплой улыбкой.

— Посвящаю её моему звездному свету.

Гу Юй произнес это совершенно спокойным тоном.

Улыбка Элвиса на мгновение застыла. Он поджал губы, попытался сохранить улыбку, но всё же опустил глаза и больше не проронил ни слова.

Гу Юй добавил:

— Значит, преподаватель Элвис считает, что я сыграл неплохо? Господин ректор, я принят?

Элвис: «...»

Он вроде бы не говорил, что игра была хорошей?

Ректор тоже был озадачен такой наглостью.

Если он возьмет Гу Юя преподавателем, репутации Первой музыкальной академии Империи придет конец! И вообще, с таким уровнем, как Гу Юй умудрился поступить и выпуститься?!

Проблема заключалась в том, что Гу Юй был самцом S-ранга, и ректор не мог отказать ему прямо и в грубой форме.

Не дождавшись ответа, Гу Юй слегка приподнял бровь:

— Выходит, ректор согласен?

Ректор, прикрыв рот кулаком, поспешно закашлялся, лихорадочно подбирая слова для вежливого отказа.

Но вдруг огромные экраны впереди и сзади мигнули, лицо Гу Юя на них пошло рябью, и в следующую секунду оба экрана погасли.

Сотрудник, недоумевая, связался по коммуникатору с техниками:

— В чем дело? Почему экраны погасли?

С того конца провода ответил растерянный голос:

— Понятия не имею! У меня всё работает исправно, они просто сами отключились, я еще не нашел причину...

Один из сотрудников тихо пробормотал:

— Может, экраны не выдержали игры господина Гу Юя и сами отключились?

Тот, что общался с техниками, потерял дар речи и уже хотел было дать подзатыльник этому болтуну, но тут на проблему обратила внимание и комиссия.

Ректор спросил:

— Что случилось? Почему оба экрана не работают? У нас же еще куча собеседований.

Сотрудник поспешно доложил:

— Ректор, мы уже отправили зергов проверить. Причина сбоя пока не установлена...

Не успел он договорить, как экраны снова мигнули и включились. Сотрудники даже не успели обрадоваться, как заметили, что изображение изменилось.

Вместо трансляции со сцены на них смотрел неизвестный зерг в черном плаще и черной маске на фоне белой стены.

Ректор нахмурился:

— Это еще кто? Какой студент решил над нами подшутить?

Сотрудник в панике воскликнул:

— Ректор, мы потеряли контроль над экранами! Мы не знаем, откуда идет этот сигнал!

Тут вмешался Элвис из приемной комиссии:

— Быстрее, откройте оптические компьютеры и включите любую прямую трансляцию!

Услышав это, Гу Юй с любопытством открыл свой оптический компьютер и включил прямой эфир Центрального канала Империи.

Результат был тем же: тот же фон, тот же зерг в черном плаще и маске.

Он переключил на другую трансляцию — картинка не изменилась. Посыпались новостные уведомления: судя по всему, зерги по всей Империи заметили эту аномалию.

Сотрудник потрясенно произнес:

— Неужели взломали даже Центральный канал Империи? Это что, чей-то розыгрыш?

Но какой хакер будет заниматься такой ерундой, и откуда у него столько способностей, чтобы разом взломать все экраны Империи?

Самки в коридоре, ожидавшие собеседования, тоже с удивлением обнаружили, что экраны новостей сменили картинку, а их оптические компьютеры разрываются от странных сообщений.

В этот момент вся Империя обсуждала застывшее изображение.

И вдруг картинка ожила, словно кто-то нажал на кнопку «Play».

Зерг в черном плаще и маске, наконец, заговорил.

Это был низкий, механически синтезированный голос, лишенный малейших эмоций.

Но его слова повергли в шок каждого зерга, смотревшего на экран.

— Приветствую всех.

— Я лидер организации «Королевство Самцов». Вы можете называть меня Арес.

— В этой трансляции нет никакого скрытого смысла, я лишь хочу, чтобы вы все стали свидетелями...

— С сегодняшнего дня официально создана организация «Королевство Самцов». Приглашаем всех желающих присоединиться к нам.

— Наша цель — построить истинное, свободное государство, принадлежащее только самцам.

— Будущее принадлежит самцам, жаждущим свободы и равенства. А тех, кто встанет на нашем пути, ждет наше справедливое возмездие.

— На этом всё. Конец связи.

Трансляция резко оборвалась.

http://bllate.org/book/19808/1987864