Готовый перевод The Wind Through Summer Woods, Blossoms Endless / Ветер в летнем лесу, цветы не увяли: Глава 20

— Разве я не о том же? — с невозмутимым видом парировал Линь Хао.

— Но я-то сейчас здесь! Ты хоть понимаешь смысл слова «приличия»? — Столкнувшись с наглым бахвальством Линь Хао, Ся Шу напустила на себя строгий вид и принялась поучать его напыщенным тоном.

— Ты же не то чтобы совсем ничего не видела, о каких приличиях речь? — Линь Хао направлялся в сторону ванной и на ходу не преминул отпустить колкость в ответ.

Ся Шу… В её памяти мгновенно всплыл тот день, когда она, впервые оказавшись у него дома, сорвала с него одежду. Она ведь и правда всё видела! И теперь, как говорится, чувств не передать словами, а обиду глотай молча.

Прошло чуть больше четверти часа. Пол был уже почти вымыт Ся Шу — оставалось только привести в порядок диван с журнальным столиком да пройтись шваброй в последний раз. Звук льющейся воды в ванной к тому моменту давно стих.

Ся Шу как раз собирала разбросанную на диване одежду, как дверь ванной отворилась. До её слуха тут же долетел голос Линь Хао:

— Подай мне футболку!

Услышав это, Ся Шу подняла глаза: действительно, на спинке дивана прямо перед ней висела футболка. Возиться с Линь Хао не хотелось, и она, даже не поднимая головы, бросила:

— Сам возьми!

Линь Хао молча двинулся вперед, послушно зашел за спину Ся Шу и потянулся за вещью. От неожиданного приближения Линь Хао Ся Шу испуганно вздрогнула, резко повернула голову — и её щека едва не уткнулась в обнаженную грудь парня. Вскрикнув от испуга, Ся Шу со злости оттолкнула Линь Хао, а сама сиганула прямо на диван.

От неожиданного толчка Линь Хао качнулся назад и налетел на стоявший позади журнальный столик. А Ся Шу сверху вниз уставилась на рельефный торс парня: капли воды, еще не высохшие на его коже, медленно скатывались по гладким плоским мышцам и тонули прямо за поясом штанов. Зрелище было донельзя соблазнительным... Нет, бесстыдным!

Ся Шу снова взвизгнула, зажмурилась, рухнула лицом на спинку дивана и возмущенно закричала:

— Ты что, эксгибиционист?!

— На мне вообще-то кое-что надето, — невинно оправдался Линь Хао.

Разгуливать по дому с голым торсом перед посторонним человеком — это по-твоему нормально? Нынешняя молодежь вообще не знает границ приличия?! — мысленно возмущалась Ся Шу. Хотя, поразмыслив и вспомнив, что сама она тоже бывала в бассейне, она признала, что немного преувеличивает. Перевернувшись, она швырнула футболку в Линь Хао и с вызовом бросила:

— Если еще раз выйдешь без одежды, спорим, я сфотографирую тебя в таком виде и выложу в университетскую сеть! Нет, продам Чжао Чэньчэнь по сто юаней за снимок!

— Не верю. Нарушение неприкосновенности частной жизни плюс распространение непристойных фото — это вообще-то противозаконно! — Линь Хао ни капли не испунулся её угроз. Поймав футболку, он нарочно тряхнул головой, брызнув капельками воды на Ся Шу.

Холодные брызги попали ей на лицо, и от этого контраста её кожа вспыхнула еще сильнее. Ся Шу ничего не оставалось, как низко опустить голову, делая вид, что она по-прежнему занята уборкой, и прикрыться прядями волос, чтобы скрыть своё смущение.

Линь Хао же, словно назло, придвинулся ближе и задал убийственный вопрос:

— Чего это у тебя лицо такое красное? Смутилась?

От этих слов Ся Шу бросило в жар от стыда и злости. Вскинув голову, она огрызнулась:

— И вовсе я не смутилась! Тоже мне невидаль, в бассейне и не такого насмотрелась! Если такой смелый, ходи так весь день, вообще без одежды!

Тон был полон показной уверенности, вот только глаза её упрямо смотрели исключительно на лицо Линь Хао, не смея опуститься ни на миллиметр ниже.

— Как бы не так! — уголки губ Линь Хао дрогнули в усмешке, и, бросив эту фразу, он скрылся в спальне.

Что за человек! Не успел Линь Хао переступить порог спальни, как Ся Шу вихрем метнулась в ванную. Глянув в зеркало, она увидела, что её лицо покраснело сильнее самого спелого осеннего яблока. Ей захотелось взвыть от безысходности — до чего же позорно!

Когда Линь Хао вышел, уже полностью одетый, Ся Шу с мрачным выражением лица как раз драила пол шваброй. Заметив, что этот наглец с самым невинным видом направился в кабинет, взял книгу и чинно уселся на диван, погрузившись в чтение, она не выдержала и язвительно напомнила:

— А кто это у нас тут только что распинался про совместную уборку?!

— Так я убрался, — невинно ответил Линь Хао.

— И где же?! — Ся Шу уставилась на него во все глаза, всерьез сомневаясь в адекватности его умственных способностей.

— Я привёл в порядок себя!

— Ты… бесстыдник! — Никаких слов не хватило бы, чтобы описать всю глубину её возмущения. Если бы не остатки взрослого здравомыслия, она бы уже запустила шваброй прямо в его самодовольную физиономию!

— Ладно, ладно! Пойду стирать, довольна? — Заметив, как покраснело от гнева лицо Ся Шу, Линь Хао благоразумно ретировался на балкон стирать белье.

Она изначально не рассчитывала на его помощь в уборке, но стирка сойдет за дело — хоть какая-то польза. Успокоив себя этими мыслями, Ся Шу принялась за работу с удвоенным усердием. Вскоре пол в гостиной и кабинете сиял первозданной чистотой.

Затем она спологла тряпку и принялась протирать мебель. Потратив добрых полчаса, Ся Шу наконец шумно выдохнула, положила аккуратно сложенную тряпку на стол и огляделась. Трехкомнатная квартира с просторной гостиной: окна сияют, пылинки не найдешь — просто идеально!

Восседавший на диване «хозяин жизни» небрежно бросил на нее взгляд и лениво обронил:

— Передохни.

— Угу! — В другое время Ся Шу посидела бы полчаса и откланялась. Но сегодня спешить было некуда, а Линь Хао гостеприимно выставил на стол фрукты, и она решила полюбопытствовать: — А что ты ешь по выходным?

Линь Хао, отсутствующим видом грызший яблоко, услышал вопрос. Он загадочным взглядом окинул Ся Шу, которая еще не понимала, какую яму сама себе роет, немного помедлил и тихо произнес:

— Готовить умеешь? — Выражение его лица прямо-таки говорило: «Скоро обед, я чертовски голоден, а человека, умеющего готовить, рядом нет. Если умеешь — сваргань что-нибудь по пути…»

У Ся Шу, которая задала этот вопрос просто к слову, тут же перекосило лицо. Дело было даже не в лени: просто для девушки из нее получался такой кулинар, что всех её эпических провалов на кухне хватило бы на толстую книгу!

— Не умею! — честно призналась она. Она знала, что затея гибельная, да и желания особого не было.

— Самое время научиться! Ты же говорила, что хочешь отблагодарить меня за одолженную камеру? Вот и приготовь мне обед! — Линь Хао, разумеется, играл по своим правилам. Выкатив наглую просьбу, он продолжал сидеть с невозмутимым видом, даже броров не сдвинув, и снова уткнулся в стопку книг. Вся его поза кричала: «Я занят, а ты как раз приготовь поесть, не забивай мне голову».

Ся Шу поначалу вовсе не собиралась ничего готовить. Но, глядя на его донельзя самодовольную физиономию, она вспомнила, что за всю ее жизнь еще не нашлось смельчака, который рискнул бы попробовать еду ее приготовления во второй раз. Раз уж этот тип сам лезет на рожон, грех не проявить «жестокосердие»…

Стоило ей только представить выражение лица Линь Хао, когда он отведает ее шедевр, как на душе у нее стало радостно и светло. Не говоря больше ни слова, она засучила рукава и решительно двинулась на кухню. Быстро оценив запасы в холодильнике, она развернула бурную деятельность: помидоры с яйцом, тушеные свиные ребрышки, жареная картофельная соломка, рыба на пару. Сплошная классика домашней кухни: мясо с овощами, полезно и питательно. Напоследок она самодовольно хлопнула в ладоши — просто красота!

Сидевший в гостиной Линь Хао видел, как уверенно Ся Шу марширует на кухню, и в его душе теплился слабый огонек надежды… Однако вскоре из кухни донеслись подозрительные звуки: грохот, звон посуды, треск. Линь Хао потерял покой, толкнул дверь и заглянул внутрь. Столешница была завалена грязной посудой, повсюду валялись очистки и капли воды. Сама же Ся Шу, обливаясь потом, в панике пыталась лопаткой соскрести со дна сковороды намертво прилипшую картофельную соломку. Под сковородой бушевал огонь, и по кухне уже вовсю распространялся едкий запах гари.

— Бац! — Линь Хао опередил ее и резким движением выключил конфорку.

Перед ним красовалась кучка угольно-черной картофельной соломки, которая даже в таком виде выглядела так, будто смотрела на всех с презрением и вызовом!

— Ты зачем мне газ выключил?! — Ся Шу, находившаяся в самом разгаре творческого процесса, страшно разозлилась на такое бесцеремонное вторжение.

Линь Хао бросил взгляд в сторону: рядом стояла рыба на пару с уже потушенным огнем. Внешне она выглядела еще сносно, хотя трудно было сказать, какова она на вкус; а вот содержимое второй тарелки никак не позволяло определить, каким животным оно было при жизни — обугленная масса вызывала стойкие ассоциации с содержимым общественного туалета…

— Ты уверена, что это предназначено для людей? — в голосе Линь Хао не было ни капли тепла.

Ся Шу презрительно одарила его ледяным взглядом — в знак протеста против оскорбления ее кулинарного гения. Затем она уверенно подхватила лежавшие рядом палочки, зачерпнула слипшийся ком картошки и с двенадцатьюстами процентами уверенности отправила его в рот.

Линь Хао наблюдал, как лицо Ся Шу из самоуверенного мгновенно превращается в смутное, а брови лезут на лоб. Он был уверен, что сейчас ее вырвет, но она с усилием сглотнула, вытянув шею, и выдала предельно объективный и утешительный вердикт:

— Сварилось!

Это слово прозвучало громом среди ясного неба для чистого разума Линь Хао.

Для нее критерий качества — это «сварилось»?! Губы Линь Хао судорожно задергались, и он принялся мысленно уговаривать себя: «Опусти дыхание в даньтянь, опусти дыхание в даньтянь! Сам напросился, винить некого!»

Тем временем Ся Шу с довольным видом переложила картошку на тарелку, причем постаралась придать ей форму горки.

Заметив, что она собирается протянуть свои ручки к помидорам и яйцам, Линь Хао рявкнул:

— Стоп!

Ся Шу растерянно моргнула:

— Но я еще не доделала последнее блюдо!

— Ты все еще собираешься… То, что ты уже приготовила… — Линь Хао с трудом справлялся с мимикой. На языке вертелись далеко не самые цензурные эпитеты. Помолчав, он все же сдержался и тяжело вздохнул: — Тоже неплохо. Но нельзя же, чтобы всю работу делала ты. Последнее блюдо я беру на себя!

Ся Шу посмотрела на помидоры с яйцами в своих руках — пожалуй, уверенности у нее и вправду поубавилось. Услышав заветное слово «ладно», она поспешно сунула их Линь Хао, в два счета развязала фартук и повесила его на крючок у двери.

Ся Шу уже собиралась уходить, как вдруг, обернувшись, увидела, что Линь Хао стоит у разделочной доски и ловко срезает ножом плодоножки с вымытых помидоров. Любопытство взяло верх, она подошла ближе, заглянула ему через плечо и хлопнула по спине со словами поддержки:

— Давай, жги!

И только хлопнув его, она сообразила, что руки-то свои вымыть еще не успела!

Подняв голову, она с ужасом увидела, что на белоснежной, свежей рубашке Линь Хао красуется жирный угольно-черный отпечаток ладони — точь-в-точь печать на документе. Ся Шу неловко приподняла подбородок, встретившись взглядом с убийственным взором Линь Хао.

— Прости, я случайно! — Ся Шу попыталась загладить вину заискивающей улыбкой и протянула руку, надеясь смахнуть то самое пятно, но от ее движений грязь стала только шире.

В следующую секунду Линь Хао молниеносно перехватил ее запястья и, возвышаясь над ней, процедил сквозь зубы:

— Кажется, готовка не утолила твою жажду благодарности. Ты решила еще и постирать мне рубашку?

— Я не хотела… — от чувства вины голос Ся Шу звучал тише писка комара.

— А по-моему, очень даже хотела! — Линь Хао недовольно наклонился ближе, нависая над ней. Ся Шу почувствовала себя полностью скованной его аурой, подняла глаза — и утонула в его чистых, бездонных зрачках. От этой необъяснимой напряженности она невольно сглотнула слюну! И в тот же миг…

— Ой! — пискнула Ся Шу от боли. В этот момент Линь Хао перехватил и ее вторую руку.

Оказывается, пытаясь оттолкнуть его и увеличить дистанцию, она машинально уперлась второй ладонью прямо ему в грудь, оставив там точно такой же след.

Теперь на груди и плече красовались два изящных отпечатка в стиле гравюры — сверху и снизу, в полном порядке и гармонии! Сообразив, какую бурю она навлекла на себя, Ся Шу вырвалась из плена, шмыгнула к выходу из кухни и, прижавшись щекой к двери, виновато пропищала:

— Я клянусь, потом отстираю ее так, что будет как новая!

— Вон отсюда! — холодно бросил Линь Хао и длинным шагом захлопнул дверь перед самым ее носом.

Пока Ся Шу в интернете лихорадочно искала способы вывести въевшееся жирное пятно с белой рубашки, из кухни начал доноситься манящий аромат помидоров и яиц. Вскоре дверь открылась, и Линь Хао с безмятежным видом вынес две тарелки с лапшой.

Насыщенный запах томатного супа с яйцом мгновенно заполнил всю гостиную, и Ся Шу тут же потеряла душевное равновесие. О вкусе пока говорить не приходилось, но выглядело блюдо потрясающе: ярко-красные помидоры, нежные золотистые нити яичного желтка и щепотка зеленого лука сверху. Вид у лапши был такой аппетитный, что она запросто заткнула бы за пояс любое ресторанное блюдо!

На фоне этого кулинарного шедевра Ся Шу была уверена, что Линь Хао даже не притронется к ее стряпне. Однако тот вернулся на кухню и принес все три созданных ею кулинарных «ужаса».

— Садись обедать! — Линь Хао протянул ей палочки и устроился напротив.

Ся Шу сглотнула слюну — после полудня тяжелой уборки в животе отчаянно урчало.

— Мое… ну, выглядит, конечно, не ахти, но на вкус должно быть… вроде ничего! Хочешь попробовать? — Она бросила унылый взгляд на плоды своих трудов и попыталась подстелить себе соломку.

Ничего не ответив, Линь Хао протянул палочки и покружил ими над всеми тремя тарелками. Видимо, сообразить, с чего начать, было выше его сил, а ударить в грязь лицом перед Ся Шу не хотелось. В конце концов он остановил выбор на относительно нормальной с виду рыбе на пару, аккуратно зацепил кусочек со спинки и отправил в рот.

— Ну как? — Поскольку это было единственное блюдо, которое она не рискнула продегустировать сразу после готовки, у Ся Шу внутри все сжалось от тревоги.

Линь Хао молча пожевал, под пристальным взглядом Ся Шу с абсолютно бесстрастным лицом проглотил кусок и выдал объективный вердикт:

— Сварилось. А ты сама-то не хочешь попробовать?

Услышав заветное «сварилось», Ся Шу немного успокоилась. Она осторожно отломила небольшой кусочек рыбы и отправила в рот. И точно — сварилось! Но откуда, черт возьми, такой мощный привкус тины?! Причем не просто намек, а ощущение, будто она наелась ила со дна озера!

Дома она всегда ела рыбу, и никакого привкуса тины не было и в помине. Почему же ее собственная рыба отдает ею так сильно?! Ся Шу через силу сделала пару жевательных движений, собираясь уже проглотить сие творение, но пищевод с желудком взбунтовались против приказов мозга — к горлу подступила такая мощная волна тошноты, что она пулей метнулась к мусорному ведру и выплюнула всё до капли…

Рядом наконец-то сдался Линь Хао: уголки его губ тронула сдержанная, но недвусмысленная улыбка.

Стоило Ся Шу взглянуть на него, как всё стало ясно. Возмущенно уперев в него руки в боки, она набросилась на него с обвинениями:

— Линь Хао! Какой же ты подлый! Использовать такой прием: тысячу врагов погубить и тысячу своих потерять!

— Это тебе легкое наказание за то, что перевела столько продуктов! — Линь Хао невозмутимо пожал плечами, потыкал палочками в рыбу и принялся комментировать: — Жабры не удалила, черную пленку внутри живота не смыла, для рыбы на пару использовала только имбирь без зеленого лука, вино для маринада, судя по всему, тоже забыла добавить, а масло почему-то налила не в конце, а прямо перед тем, как ставить на пар…

Ся Шу остолбенела. Слушая его разбор, можно было подумать, что во время ее триумфального выступления на кухне Линь Хао стоял у нее за спиной и конспектировал.

Закончив с рыбой, Линь Хао попробовал остальные два блюда и со сложным выражением лица изрек:

— Да уж, эти три твоих шедевра отличаются завидным разнообразием.

— Ладно, ладно, проехали! — Ся Шу не собиралась давать ему шанс продолжить издевки и поспешно капитулировала: — Я знаю, что готовлю паршиво. Давай лучше сходим куда-нибудь поесть, я угощаю!

— А попробовать мою лапшу ты не хочешь?

Дело было не в том, что ей не хотелось. Просто она боялась: если лапша окажется так себе — еще ладно, а вот если вкусная, то ее самолюбию окончательно придет конец.

— Да это всё из-за того, что руки у меня не оттуда растут! Среди бела дня есть один только суп с помидорами и яйцами — это как-то слишком просто…

— Понятно! — Линь Хао кивнул, приняв вид человека, которому всё кристально ясно. — Значит, ты только что предложила сходить в ресторан за твой счет? Ладно, давай не будем усложнять, я хочу пиццу из Пицца Хат, пошли!

Пицца — и это «не будем усложнять»?!

Ся Шу-то рассчитывала, что они спустятся куда-нибудь поесть лапши со свиными ребрышками или тушеной курицы. Линь Хао же явно собрался обобрать ее до нитки. Поговорку «назло бабушке отморожу уши» Ся Шу прекрасно знала, поэтому тут же напустила на себя улыбку и заискивающе затянула:

— Да куда спешить! Твоя лапша с виду такая аппетитная, не попробовать — просто преступление! — Рассыпая комплименты, она быстренько притянула к себе тарелку Линь Хао, зачерпнула порцию палочками и отправила в рот.

Восхитительный аромат томатов и яиц мгновенно заполнил рот, лапша оказалась упругой, а соль — идеальной. Это было невероятно вкусно!

Как парень может готовить так, что девушкам остается только кусать локти от зависти? Хотя стоп, многие шеф-повара — мужчины. Скорее так: как палтус с вечно ледяным выражением лица может готовить настолько по-домашнему вкусную еду? Это же противоречит всем законам логики!

— Ну как? — не дождавшись от нее палочек, Линь Хао сидел напротив и, наблюдая за переменами на ее лице, вдруг занервничал и тихо спросил:

— Нормально! — Не желая терять лицо, Ся Шу отделалась прохладным отзывом.

— Просто нормально? — Реакция Ся Шу явно разочаровала Линь Хао, в его голосе прозвучали нотки досады и обиды. Он сам взял палочки, зачерпнул лапши и попробовал.

Никаких проблем. Пусть это и не уровень шеф-повара, но добиться такого вкуса — задача далеко не тривиальная. Линь Хао протянул руку и бесцеремонно придвинул к себе тарелку Ся Шу:

— Раз так, ешь то, что приготовила сама. Думаю, это принесет тебе куда больше гордости и счастья.

— Эй! Погоди! — испугавшись, что он говорит всерьез, Ся Шу накрыла тарелку ладонью и сдалась: — Ладно, признаю, твоя еда намного вкуснее! Гораздо вкуснее, доволен?

То-то же. Натешившись вволю, Линь Хао довольно отпустил ее тарелку.

Ся Шу… Ся Шу тоскливо покосилась на собственный «шедевр» и обреченно вздохнула:

— Видимо, кулинария — это просто не мое…

Рядом Линь Хао неторопливо уплетал свою лапшу и неспешно произнес:

— Не обязательно уметь всё подряд. С этого момента уборка на тебе, а готовка на мне.

Хотя разделение труда выглядело вполне разумным, звучало это как-то странно — будто они играют в дочки-матери… Ся Шу слегка нахмурилась, но тут же отбросила эти мысли, решив, что ведет себя слишком подозрительно.

Заметив ее молчание, Линь Хао приподнял бровь:

— Раз возражений нет, тогда порешим на этом.

Ее кулинарные способности заброковали в первый же раз, и Ся Шу обиженно пробормотала:

— Даже если бы были возражения, кто бы меня послушал…

— Если ты так не согласна… — Линь Хао явно вошел во вкус роли воспитателя. Слегка приподняв подбородок и с интересом разглядывая ее, он менторским тоном изрек: — Если душа твоя протестует, двери моей кухни всегда открыты. Как только сможешь приготовить что-то съедобное — поменяемся местами: я буду убираться, а ты — готовить…

Вроде бы Линь Хао и уступил, но после его слов Ся Шу оставалось только проглотить язык — возразить было нечего.

— Ладно! Ладно! Я согласна добровольно! — изобразив на лице максимум фальшивого энтузиазма, ответила она. Желудок сводило от голода, а препирательствами сыт не будешь.

Уплетая лапшу за обе щеки, Ся Шу не удержалась и спросила:

— Раз ты так здорово готовишь лапшу, что еще умеешь?

— Практически всю домашнюю кухню, — помешивая лапшу в тарелке, без ложной скромности ответил Линь Хао.

http://bllate.org/book/19785/1949744