Готовый перевод Quick Transmigration System – Conquering the Wolfish Boss / Система быстрых переселений — Завоевание волчьих боссов: Глава 176

— Жаньжань.

Гэ Хань не ожидал увидеть Ся Ий-чу сразу после выхода из комнаты и окликнул её. Его глаза, по её просьбе намеренно сделанные чёрными, на миг вспыхнули — яркие, живые, полные огня.

— Какое совпадение! Пойдём, спустимся вниз пообедаем, — слегка улыбнулась Ся Ий-чу.

Получив от Гэ Ханя молчаливый кивок, они направились по лестнице — она впереди, он следом.

Был закат: солнце клонилось к горизонту, а улицы наполнялись голодными посетителями — как раз начался пик обеденного часа.

Хотя постоялый двор не переполняли толпы, гостей здесь собралось немало, и в зале царило оживление. Когда Ся Ий-чу и Гэ Хань спустились, все столы в общей зале уже оказались заняты. Вокруг стоял шум — громкие разговоры, звон посуды, смех.

— Может, поедим в номере? Здесь слишком многолюдно, — предложил Гэ Хань, нахмурившись.

Он явно не любил толпы. Стоя рядом с Ся Ий-чу, он незаметно прикрыл её своим телом, отгородив от прохожих, чтобы никто случайно не задел её.

Ся Ий-чу как раз и выбрала это время, чтобы спуститься вниз — ведь пик обеда идеально подходит для сбора слухов. Три года она не ступала в Цзинчэн, всё это время пребывая в Царстве Сюми, словно отрезанная от мира.

А слухи, в любую эпоху, всегда были в крови у людей.

Если хочешь что-то узнать — лучшие места для этого: таверны, постоялые дворы и чайные.

Однако, взглянув на нахмуренное лицо Гэ Ханя, явно страдающего от толчеи, Ся Ий-чу решила отказаться от этой затеи.

Она остановила проходившего мимо служку и велела ему приготовить несколько фирменных блюд постоялого двора вместе с рисом и доставить всё в её комнату на втором этаже.

Убедившись, что служка записал заказ, Ся Ий-чу взяла Гэ Ханя за руку и направилась обратно наверх.

В конце концов, способов добыть нужную информацию — множество. Она подумает над другими позже.

Ся Ий-чу так и не сказала вслух, зачем ей понадобилось спускаться вниз, но в тот самый момент, когда она отдавала приказ служке, Гэ Хань вдруг что-то почувствовал.

Наблюдая за тем, как Ся Ий-чу, уже сделав заказ, просит принести еду в номер, Гэ Хань всё больше смягчался. Его взгляд стал нежным, а уголки губ приподнялись в лёгкой улыбке — он явно был в прекрасном настроении.

Будь он сейчас в облике дракона, его хвост, наверняка, радостно вилял из стороны в сторону, а крылья так и рвались ввысь, готовые унестись в небеса.

После обеда в номере и короткого отдыха с чашкой чая Ся Ий-чу вышла из постоялого двора вместе с Гэ Ханем.

Ранее она уже спрашивала у системы о том, что происходило в последние годы в доме семьи Су, но та упорно молчала.

Судя по опыту предыдущих миров заданий, Ся Ий-чу уже понимала: если система отказывается что-то сообщать, значит, либо эта информация окажет серьёзное влияние на её будущее, либо у неё пока недостаточно прав доступа.

Закат уже окрасил западное небо в багряные тона, удлиняя тени Ся Ий-чу и Гэ Ханя на земле.

К счастью, до начала ночной ярмарки Ся Ий-чу успела найти того, кого искала.

Рядом с чайной лавкой стоял простенький столик, рядом с которым в землю был воткнут флаг с надписью: «Знаю всё на свете».

За столом сидел полноватый мужчина с круглым добродушным лицом.

Ся Ий-чу подошла к нему вместе с Гэ Ханем как раз в тот момент, когда он собирался сворачивать лоток. Увидев неожиданного клиента, он тут же оживился и, улыбаясь во весь рот, вскочил со стула:

— Уважаемая госпожа! Вы обладаете истинным чутьём! Как раз сумели заметить мою скромную лавочку. Не судите строго за простоту — но разве в Цзинчэне найдётся хоть один человек, не слышавший имени современного Байсяошэна?

Мужчина начал длинную речь, полную самовосхваления.

— Хватит, — холодно прервала его Ся Ий-чу. — У меня один вопрос. Ответишь — получишь награду.

В тот же миг она подняла руку, и в её ладони блеснула серебряная монета, ослепив торговца своим сиянием.

«Вот это да!» — подумал он. Один серебряный — и то хватило бы ему на долгое время, а у неё в руке, судя по всему, было ещё больше.

Сглотнув, он с трудом оторвал взгляд от монеты и перевёл его на лицо Ся Ий-чу, стараясь выглядеть угодливо:

— Госпожа, спрашивайте! Что именно вы хотите знать?

— Расскажи мне, что происходило в последние годы в доме семьи Су на западной окраине, — небрежно спросила Ся Ий-чу, будто это был самый обычный вопрос.

Мужчина на миг опешил. Он уже приготовился к какому-нибудь сложнейшему загадочному вопросу, а тут — нечто настолько простое.

Однако профессионализм взял верх.

Едва Ся Ий-чу произнесла свой вопрос, он быстро наклонился и вытащил из-под стола толстую книгу.

— Подождите немного, госпожа. Сейчас найду нужную информацию, — сказал он, лихорадочно листая страницы.

Ся Ий-чу терпеливо ждала.

Через пару мгновений лицо мужчины озарилось:

— Нашёл! Вот оно!

Он протянул раскрытую страницу Ся Ий-чу.

На пожелтевшей бумаге чёрным по белому было изложено всё, что происходило в доме Су за последние годы.

Однако Ся Ий-чу лишь бегло пробежала глазами по тексту и презрительно фыркнула:

— И это ты хочешь подсунуть мне вместо настоящей информации?

Под её холодным, пронзительным взглядом мужчина смутился. Он явно не ожидал, что попадётся на глаза знатоку.

— Как можно! Я просто хотел, чтобы вы сначала ознакомились с записями, а потом уже уточнили, что именно вас интересует, — попытался он оправдаться.

Но сам же не верил своим словам — не говоря уже о Ся Ий-чу и Гэ Хане.

Правда, Ся Ий-чу не стала разоблачать его. Она усмехнулась потому, что записи в книге были слишком расплывчатыми и касались лишь того, что и так знала вся улица. А ей требовалась совсем иная информация.

Взглянув на смущённое лицо мужчины, Ся Ий-чу спокойно задала ему несколько конкретных вопросов о семье Су. Вопросы были деликатными, но именно такими, на которые он мог ответить.

Теперь торговец уже не осмеливался хитрить и честно, по существу ответил на каждый из них.

Более того, после того как Ся Ий-чу закончила расспросы, он осторожно огляделся, убедился, что за ними никто не подслушивает, и, приблизившись, шепнул ей на ухо некую тайну.

Ся Ий-чу кивнула, вручила ему серебряную монету и ушла вместе с Гэ Ханем.

Когда они покинули место, уже сгустились сумерки.

Улицы озарялись фонарями, деревья отбрасывали причудливые тени. Вдоль дороги ярко горели красные фонарики, а народу было не меньше, чем днём.

— Выглядит весело. Пойдём, прогуляемся, — с улыбкой сказала Ся Ий-чу Гэ Ханю.

Тот никогда не умел ей отказывать. И сейчас, хоть и не испытывал особого интереса к шумной ярмарке, всё равно кивнул.

Заметив, что на улице становится всё больше людей, Гэ Хань протянул руку и крепко взял Ся Ий-чу за ладонь.

Они неспешно бродили по улице, пока наконец не вернулись в постоялый двор. Игнорируя слегка обиженный и жалобный взгляд Гэ Ханя, Ся Ий-чу спокойно попрощалась с ним, вернулась в свою комнату, закрыла дверь и заперла её на замок.

Лишь оставшись одна в тишине, она наконец смогла спокойно обдумать всё происходящее.

Три года назад, уезжая из Цзинчэна, она не имела достаточной силы, чтобы убить Чжао Жуя, но вместе с Су Инь сумела подсыпать ему в напиток средство, из-за которого он провёл ночь с собственным слугой.

И притом — в роли покоряющегося.

Ся Ий-чу полагала, что после такого унижения и исчезновения невесты канцлер непременно выяснит правду о подмене и разорвёт связи с домом Су. Ведь Чжао Жуй — его единственный сын.

Однако события развивались именно так, как она и предполагала, но финал оказался совершенно неожиданным.

Три года назад, получив от напуганной служанки известие о том, что его сын лежит без сознания после ночи с прислугой, а невеста бесследно исчезла, канцлер тут же отправил за лекарем и приказал доверенным людям выяснить, что произошло.

Как и ожидала Ся Ий-чу, он быстро выяснил, что глава дома Су Фучэн накануне свадьбы усыновил какую-то девушку и выдал её за свою дочь. Более того, канцлер узнал и о первоначальном плане Су Фучэна — женить сына на Ся Ий-чу.

Ярость канцлера была безгранична.

Именно ради выгодного союза с влиятельной семьёй он и выбрал дом Су. Ведь простых девушек для сына можно было найти сколько угодно.

Но Су Фучэн, оказывается, водил его за нос: обещал родную дочь, а вместо неё подсунул двух приёмных.

Как не злиться?

Однако ни исчезновение Су Инь, ни позорная ночь Чжао Жуя не были теми событиями, которые можно было афишировать. К тому же, в свадьбу вмешался сам император, и канцлеру пришлось скрывать правду.

Сглотнув обиду, он объявил, что невеста скоропостижно скончалась в ночь свадьбы. В доме канцлера, ещё недавно украшенном к торжеству, на следующий день повесили белые траурные полотна.

После фальшивых похорон канцлер начал методично уничтожать дом Су.

Для человека его ранга и влияния уничтожить семью Су было всё равно что раздавить муравья.

То, что канцлер станет врагом дома Су и начнёт его подавлять, Ся Ий-чу предвидела заранее.

Всё шло по намеченному плану — но в самый последний момент развитие событий резко изменилось.

Узнав, что семья Су подсунула ему фальшивую невесту, а та ещё и подсыпала сыну какое-то зелье и скрылась, канцлер, несмотря на ярость, вынужден был сохранить всё в тайне и даже помогать дому Су скрывать правду.

http://bllate.org/book/1973/225176