Готовый перевод Interstellar Influencer's Guide to the Top / Звёздный путь инфлюенсера: Как покорить галактику: Глава 22

Ши Юй слегка растерялся, едва ступив сюда и увидев такую сцену.

– Ши Юй! – Ши Му сразу заметил старшего брата и помахал ему рукой, из-за чего стоявшая рядом курсантка внезапно вздрогнула и шмякнулась на землю.

Строй остановился из-за этого происшествия.

– Что тут происходит, что?! Упасть на простой пробежке — ваш класс элитных учеников просто ужасен! Я еще не видел никого хуже вас, что это такое?!

Упавшим парнем оказался сосед Ши Му по комнате. Он перевел взгляд с Ши Му на тигра с большой головой и чуть не заплакал.

– Я думал, что Ши Му собирается меня побить! – после этого выкрика на плацу воцарилась тишина, а несколько секунд спустя яростный рев тигра чуть не снес соседу макушку.

– Сейчас же, немедленно — марш на штрафное стояние! Ни за что он не учил таких размазней! – тигр тряхнул хвостом, давая понять, что всем нужно продолжать бег, но он никак не ожидал, что в этот момент кто-то снова осмелится преградить ему путь. Этим человеком оказался Ши Юй.

– Учитель, ко мне пришел член семьи, он ведь с таким трудом выбрался сюда. Можно мне отпроситься с этого урока?

Тигр уставился на Ши Му вертикальными зрачками, а затем произнес:

– Иди.

Он помнил этого курсанта: хотя во время каждой тренировки Ши Му не выделялся и не бегал отдельно от общего строя, без сомнений, он всегда справлялся с заданием легче всех. Собственные тренировки ничуть не помогали ему развивать физическую форму, так что отпустить его разок не составляло труда.

Ши Юй внезапно оказался крепко обхвачен чьими-то сильными руками.

…Ши Юй, ты пришел навестить меня!

– Почему ты не на занятиях? Учитель разрешил?

– Конечно разрешил, материал на занятиях довольно простой, так что ничего страшного, если я отпрошусь.

– Ши Юй, куда мы идем?

– Скоро мне нужно будет возвращаться, я пришел только на сегодня проведать тебя. И первое место, куда мы отправимся, разумеется, твоя комната.

Ши Му впервые в жизни по-настоящему жил отдельно. Ши Юй уже давно хотел заглянуть к нему, проверить, не не хватает ли ему чего и удается ли хорошо заботиться о себе в общежитии.

– Ну ладно, – Ши Му поджал губы. Хоть он и знал, что Ши Юй выкроил время навестить его, возможность побыть вместе лишь недолгое время все равно сильно его огорчала.

Лу Сыэр наблюдал за тем, как братья общаются, и под предлогом срочных дел удалился. Ши Юй последовал за Ши Му, и они, болтая обо всем, что произошло за последние дни, направились к общежитию.

Ши Му отворил дверь, и стоило им переступить порог, как в глаза бросилось светлое пространство: комнаты, выделенные в школе для элитного класса, выходили на солнечную сторону, и всё помещение выглядело чистым и ярким.

– Ши Юй, это моя койка, а внизу — мой стол.

На столе было аккуратно сложено несколько книг, а маленький чемоданчик, купленный Ши Юем для Ши Му, стоял под письменным столом. Постель была заправлена безупречно. Ши Юй хотел было подняться по лестнице, чтобы оценить обустройство кровати, но Ши Му преградил ему путь.

– Ладно-ладно, я понял, тебе нужно личное пространство, – усмехнулся Ши Юй, окинул взглядом обстановку в комнате и удовлетворенно кивнул. – Очень неплохо. Соседи тоже любят чистоту. Я думал, в мужском общежитии будет грязно и бардачно, ну максимум перед проверкой учителя наведут порядок наспех, но теперь вижу, что всё совсем не так.

На самом деле Ши Юй не знал, что до приезда Ши Му комната выглядела точь-в-точь как обычное студенческое общежитие. Однако с того самого вечера все трое его соседей жили в постоянном страхе. Уборку они проводили строго по стандартам Ши Му, трудясь каждый день с усердием крошечной Дюймовочки, и в самом классе не произнесли ни слова о происшествии того вечера, чем изрядно озадачили многих сокурсников, изначально планировавших посмеяться над Ши Му.

– Пойдем, отведу тебя кое-что купить, – Ши Юй потянул Ши Му за собой, и они вышли на улицу. Неподалеку от военного училища располагался крупный торговый супермаркет. Накупив целую гору вещей, нагруженные сумками и пакетами, они вернулись назад.

Прежний холодный стол теперь украшала синяя скатерть, а рядом примостился маленький горшочек с зеленью. На столешницу поставили сенсорную лампу — Ши Юй объяснил, что с ней можно будет читать по вечерам, не мешая остальным. В общей умывальной зоне повесили полочку для зубных щеток и чашек, и всё общежитие вдруг наполнилось домашним теплом.

– Иди сюда, садись, – позвал Ши Му Ши Юй.

– Зачем?

Ши Му устроился за письменным столом, а Ши Юй опустился на корточки, положил на пол круглый коврик в виде кошачьей лапки и засунул туда ноги Ши Му.

– Он с термодатчиком: зимой греет, летом охлаждает. В жару спасает от духоты, а в холода согревает ноги, – Ши Юй посмотрел на Ши Му, чье лицо забавно сочеталось с плюшевой лапой, и подумал, как здорово, что он все-таки смог приехать сегодня.

В этот момент телефон Ши Юя внезапно завибрировал.

Взглянув на экран, Ши Юй увидел незнакомый номер. Но поскольку он сейчас участвовал в состязаниях, возможно, случилось что-то срочное, поэтому он нажал кнопку ответа.

– Алло?

– Ши Юй, возвращайся скорее, Цзян Жунчэн и Чу Юньсю поделись! – раздался в трубке голос Цинь Му.

Ши Юй опустил телефон, его лицо помрачнело. Цзян Жунчэн — человек рассудительный и знающий меру, с чего бы ему вдруг затевать драку с кем-то, да еще и с соседом по комнате? Если об этом узнают организаторы, это непременно отразится на баллах Цзян Жунчэна, что крайне пагубно скажется на его дальнейших выступлениях и карьере.

Как-то раз Лу Сыэр объяснял, что компании любят артистов, которыми легко управлять; если же во время соревнований ты устраиваешь драки или идешь против приказов, продюсерский центр вполне может полностью вычеркнуть тебя из списка кандидатов.

– Ши Му, у меня тут внезапно появились срочные дела, я навещу тебя в другой раз. Ладно со своими товарищами, понял? – Ши Юй поспешно направился к выходу. Ему было необходимо успокоить Цзян Жунчэна до того, как организаторы узнают об инциденте, ведь только так можно было найти выход из положения.

– Тогда Ши Юй должен сдержать обещание, хорошо? – Ши Му поднялся на ноги и проводил Ши Юя.

Проводив брата взглядом, Ши Му заглянул по пути в супермаркет и купил изящный крючок. Вернувшись в комнату, он достал из-за подушки маленькую фоторамку со снимком, который тайком проявил: на нем был спящий Ши Юй и он сам, делающий этот кадр. Ши Му повесил рамку у изголовья кровати, затем босиком спустился на пол и снова погрузил ноги в мягкий коврик, подаренный Ши Юем, чувствуя себя так, словно брат всё еще рядом.

В тот же вечер соседи Ши Му, отворив дверь, увидели, что Ши Му в забавных тапочках-лапках заснул прямо за синей скатертью, уткнувшись в стол, и выглядел при этом невероятно счастливым.

Глядя на безмятежное лицо Ши Му, соседи почувствовали еще больший страх.

47. Драка и заговор

Глава сорок седьмая: Драка и заговор

Ши Юй стоял у входа. Снаружи собралось немало участников нынешнего соревнования. Цинь Му утешал внутри Чу Юньсю, в то время как Цзян Жунчэн сидел в стороне. Ши Юй вошел в комнату и сразу же закрыл за собой дверь.

Чу Юньсю всё еще плакал. У Цзян Жунчэна не было причин открывать дверь самому, значит, это сделал Цинь Му. Ши Юй не знал, какими скрытыми мотивы руководствовался Цинь Му, отворяя дверь. Ведь речь шла о внутреннем конфликте соседей по комнате, а стоило двери распахнуться, как дело не только приняло бы широкий оборот, но и стало бы предметом насмешек для окружающих.

– Что здесь произошло? – спросил Ши Юй.

– Цзян Жунчэн сам не свой, взял и полез в драку! – всхлипнул Чу Юньсю.

– Да ты лучше расскажи, за что я тебя ударил! – настроение Цзян Жунчэна, только-было начавшее выравниваться, снова испортилось. Он резко вскочил, и Чу Юньсю испуганно вздрогнул.

– Сейчас не время для драк. Скоро сюда могут прийти представители компании. Чу Юньсю, если хочешь продолжать участвовать в конкурсе, стой на своем: это была обычная ссора между соседями, ничего серьезного, – стоило обоим заявить подобное, как даже в случае желания компании докопаться до сути сделать это стало бы невозможно.

– Да-да, тогда вы просто скажете, что это была бытовая перепалка, – поддакнул Цинь Му. Ши Юй бросил на него короткий взгляд: если бы не его собственный приход сюда, он ни капли не сомневался бы, что Цинь Му только и ждал возможности подстрекнуть Чу Юньсю раздуть скандал до предела.

Раздался звонок в дверь. Ши Юй открыл — на пороге стоял менеджер компании.

– Что здесь только что произошло?

– Всё уже улажено, обычная словесная перепалка, все уже помирились.

Менеджер заглянул внутрь: следов драки действительно не было видно. Хотя оба сидели молча, выглядели они вполне спокойно и мирно.

– К завтрашнему дню жду от вас письменные объяснительные.

– Хорошо.

Ши Юй закрыл дверь. Компания наверняка сможет выяснить всю правду по записям камер наблюдения, однако от того, какую версию они представят, зависел конечный результат.

Цинь Му продолжал утешать Чу Юньсю. Цзян Жунчэн со сдвинутыми бровями поднялся, поправил одежду и направился к прихожей. В данный момент дать им обоим время успокоиться было лучшим решением, поведение же Цинь Му казалось намеренным подливанием масла в огонь.

Ши Юй бросил на Цинь Му еще один взгляд и вышел вслед за Цзян Жунчэном.

Условия арендованного компанией жилья внизу были вполне неплохими — тихий жилой комплекс с высоким уровнем приватности. Ши Юй молча шагал позади Цзян Жунчэна, ожидая, пока тот заговорит.

Молчание затянулось настолько, что Ши Юй уже начал думать, будто Цзян Жунчэн собирается просто так прогуливаться здесь кругами, пока не наступит время возвращаться домой, как вдруг тот заговорил:

– Зря я его сегодня ударил.

– Хороша мысля приходит опосля, – усмехнулся Ши Юй, понимая, что Цзян Жунчэн уже всё обдумал.

– Но вернись время назад, и услышь я снова, как он так говорит, я, наверное, опять не сдержусь, – Цзян Жунчэн рассмеялся, как большой ребенок, и легко пожал плечами, излучая какое-то беззаботное спокойствие.

– Я сирота, с детства скитался. Потом нашел наставника — он тоже был бродячим артистом, прекрасно пел и танцевал. Я ходил за ним хвостом, и он многому меня научил. Но в один прекрасный день он покончил с собой. Причину я узнал позже: в шоу-бизнесе всплыло множество скандалов о нем — беспорядочные связи, наркотики и прочее. В тот день его кто-то узнал на улице, прислал ему нож, и он покончил с собой, воспользовавшись им, – Цзян Жунчэн продолжал улыбаться, но Ши Юю было совсем не до смеха.

– Но каким бы он ни был, он мой учитель. Перед смертью он оставил мне голосовое сообщение, где говорил, что ничего этого не делал, и спрашивал, почему мы ему не верим. Я закопал эту запись, думая, что он безнадежно глуп. Его уже нет в живых, и даже если бы я сказал, что верю ему, он бы не услышал.

– Сегодня Чу Юньсю завел разговор о твоем наставнике? – Ши Юй уже примерно понял, что произошло. У каждого есть свои слабые места, которые нельзя трогать: для Ши Му таким триггером был он сам, а для Цзян Жунчэна — его наставник. Зачастую, какими бы запасами самообладания ты ни обладал, перед лицом подобного оно бессильно.

– Да. Так что он заслужил ту затрещину, – Цзян Жунчэн снова пожал плечами, не выказывая ни малейшего раскаяния.

– Ну раз заслужил, так заслужил. Только в следующий раз лупи его на улице, в комнате же опасно, – подмигнул другу Ши Юй с улыбкой.

– Кстати, я тут подумал: Чу Юньсю хоть и несдержан на язык, но человек не злой, у него всё на лице написано. Я при нем никак не выказывал своих чувств насчет учителя, откуда же он тогда узнал? Он не настолько умен, чтобы копаться в чужом прошлом, значит…

– Это Цинь Му…

Они переглянулись. Очевидно, эта догадка выглядела куда более правдоподобной.

Ясно было, что Цинь Му намеревался расправиться с обоими соседями по комнате разом, убив двух зайцев. Чу Юньсю, помимо смазливой внешности, обладал вполне неплохими данными, а Цзян Жунчэн был лучшим учеником танцевального отделения. В любой группе обязательно нужен сильный танцор, так что Цзян Жунчэн тоже являлся серьезным конкурентом.

– Просто держись от этого парня подальше. Сейчас вы все соседи, и без доказательств никто ничего не докажет, но впредь постарайся не давать ему таких лазеек, – у Ши Юя было смутное предчувствие, что главной мишенью Цинь Му на самом деле являются вовсе не Цзян Жунчэн или Чу Юньсю, а он сам. Сегодня за обедом, когда Цинь Цин первым подошел поздороваться, Ши Юй уловил во взгляде Цинь Му тень эмоции — пусть всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Ши Юй выстроил вокруг себя защитные барьеры.

– Пойдем, вернемся и напишем эти объяснительные. Наверняка Цинь Му там уже вовсю капает обоим на мозги.

Вернувшись наверх и открыв дверь, они застали Чу Юньсю в еще более враждебном настроении, чем прежде. Судя по всему, теперь объектом его ненависти стал и Ши Юй тоже, который в его глазах явно состоял в заговоре с Цзян Жунчэном.

Не собираясь ничего объяснять, Цзян Жунчэн прошел в комнату и сел писать объяснительную, а Ши Юй тем временем спокойно занялся выбором учебных курсов.

Его коммуникатор тихо звякнул — пришло сообщение от Ши Му:

– Ши Юй, вы разобрались с делами?

– Всё уладили, ничего страшного.

– Тогда удачи на соревнованиях, я буду следить за твоими выступлениями.

– И ты тоже учись прилежно, никаких драк в школе!

– Понял, спокойной ночи, Ши Юй.

– Спокойной ночи.

Закончив писать объяснительную, Цзян Жунчэн обернулся и, заметив, с каким мягким выражением лица Ши Юй отправляет сообщение, неожиданно бросил:

– Девушке пишешь?

Ши Юй поднял голову, улыбка всё еще не сходила с его губ:

– О чем ты думаешь? У меня нет девушки.

– Значит, парню?

– Чушь собачья, младшему брату, – Ши Юй выключил коммуникатор.

– Не верь я тебе, будь у меня такой вредный младший брат, я бы его лупил каждый день, – будучи уверенным, что Ши Юй просто смущается, Цзян Жунчэн со смыслом улыбнулся и направился в ванную.

– Эй… не уходи, это правда младший братишка!

– Я в туалет вообще-то.

Ши Юй вернулся к выбору занятий, еще не подозревая, что некоторые вещи вокруг него уже начали неумолимо меняться.

48. Глава сорок седьмая [опл. нумерации глав]: Уроки

– Какие курсы ты выбрал? – Цзян Жунчэн внезапно вынырнул из-за спины и напугал Ши Юя. С тех пор как Цзян Жунчэн поведал ему историю о своем наставнике, их отношения заметно сблизились: чтобы превратиться из приятелей в друзей, делящихся секретами, им потребовался всего один день.

– В понедельник утром актерское мастерство, после обеда вокал, потом…

– Тогда я выберу примерно то же самое. Только актерское мастерство заменю на танцы — честно говоря, актерская игра меня не особо вдохновляет, да и для будущей айдол-группы от нее, кажется, не так много толку.

Ши Юй кивнул. На актерское мастерство записывалось совсем немного людей, судя по всему, именно по этой причине, но Лу Сыэр говорил, что участие в конкурсе — это прежде всего трамплин для собственного продвижения, а дальнейшее развитие и амплуа не обязательно должны ограничиваться музыкальной группой. Поэтому Ши Юй всё же оставил актерское мастерство в качестве основного профиля.

Распрощавшись с Цзян Жунчэном, Ши Юй в одиночестве вошел в аудиторию для актерского мастерства. Там уже сидело немало знакомых лиц, и среди них — тот самый юноша, который первым подошел познакомиться после распределения на группы. Сейчас он был в очках и с увлечением листал какую-то книгу.

Заметив вошедшего Ши Юя, парень тут же замахал ему рукой.

Ши Юй подошел ближе и взглянул на книгу в его руках.

– Думаешь, я странный? Мне кажется, хоть эти бумажные книги и стоят целое состояние, ощущение от чтения живого экземпляра просто ни с чем не сравнить. Каждый раз, когда читаешь, время летит незаметно, и с каждой секундой словно лучше понимаешь жизнь.

– Ничего не странно, это называется «амплуа начитанного романтика», – улыбнулся Ши Юй, опускаясь рядом.

– Начитанный романтик… Впервые слышу это выражение, но звучит и правда точно. Знаешь, Ши Юй, я тобой ужасно восхищаюсь! – глаза паренька буквально сияли.

– С чего бы это?

– Наверное, ты не в курсе, но я из Седьмого региона, мои родители актеры, и раньше я был твоим фанатом! Поэтому, когда я впервые увидел тебя здесь, то жутко растерялся и просто не осмелился заговорить, – щеки юного фанатика залились густым румянцем от переполнявших его чувств и смущения.

Раньше он всегда был один — один читал книги, один учился, пока родители пропадали на работе. До того дня, пока он не услышал историю Ши Юя: словно подсев на наркотик, он был очарован тем, как мягкий голос Ши Юя исцеляет чужие души.

В аудиторию вошел преподаватель. Ши Юй достал планшет, готовясь делать пометки.

Преподаватель встал у доски. В прошлом он был опытным каскадером: лицом не вышел, да и пластические операции делать отказывался, из-за чего так и не добился громкой славы. Однако в его актерском таланте никто не смел сомневаться — в бытность каскадером к нему за советом обращались даже исполнители главных ролей, когда упирались в тупик, пока в конце концов он не устроился в эту компанию преподавателем актерского мастерства.

– Сегодня мы не будем разбирать теорию, заглядывать в учебники и тем более делать конспекты. Уберите всё лишнее, от вас требуется только присутствие, – преподаватель окинул взглядом ряды. Хотя некоторых студентов он уже видел раньше, полноценное занятие с ними проводилось впервые, и ему хотелось сделать его живым и увлекательным.

– Сейчас на экране будут появляться различные ситуации, и я хочу, чтобы вы отыграли их. Никаких размышлений — только первая реакция.

Ши Юй вместе с остальными студентами поднялся и отодвинул стул в сторону. На экране высветился первый образ.

Порез пальца при нарезке овощей.

Все тут же принялись за импровизацию. Ши Юй посмотрел на собственную руку, замер секунд на тридцать, а затем принялся глазами искать бинт.

Картинка сменилась: на этот раз — выход на улицу в дождливый день и осознание того, что зонт остался дома.

Ши Юй приподнял сумку над головой, ускорил шаг с досадливой гримасой на лице, после чего остановился и поднял взгляд к небу.

Подобные этюды давались нелегко из-за отсутствия реквизита: если мимика и пластика тела не передают суть происходящего, всё начинает выглядеть до смешного нелепо.

После этого сменилось еще несколько сцен, и когда присутствующие уже начали терять понимание конечной цели преподавателя, тот наконец остановил упражнение.

– А теперь я укажу на ваши ошибки, – преподаватель выглядел не слишком довольным результатами.

– Меня поражает, почему никто из вас не догадался задать мне вопросы.

– В первом задании ситуация была с порезом пальца. Здесь кроется масса нюансов для уточнения: например, кому режут палец — ребенку или взрослому? Насколько глубока рана? Боится ли пострадавший вида крови? В зависимости от обстоятельств меняется и подача. Но вы все изображали исключительно самих себя. А для актера худшее из худших — постоянно играть самого себя. И при этом ни у одного из вас не возникло встречных вопросов!

– Ши Юй, Ши Юй, ты же в самом начале замешкался, ты хотел задать вопрос? – поинтересовался сидевший по соседству парнишка, который считал Ши Юя безумно крутым.

– Нет, я просто подумал, что кем бы ни был человек, при порезе первая реакция любого — на пару секунд остолбенеть, переваривая случившееся, а уже потом идет личная реакция каждого.

– Тихо!! Задание второе: лишь немногие передали ощущение дождя. Исходная вводная — вышли на улицу без зонта. Большинство из вас изобразили лишь банальное досадное раздражение. Но актерское ремесло заключается в том, чтобы заставить фальшь выглядеть правдоподобно. Просто досада — это слишком однобоко и поверхностно. Если идет дождь, первая реакция человека — бежать, искать укрытие. Когда вы уже промокли под струями воды, возникает мысль: эх, захвати я зонт! Вот тут-то и появляется досада. А переболев досадой и поняв, что возвращаться уже поздно, а ливневый поток лишь усиливается, приходится искать убежище, и на лице читается неподдельная тревога.

http://bllate.org/book/19525/1914536

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь