Готовый перевод Spiritual Energy Revival: Primordial Awakening / Возрождение Ци: Пробуждение Хаоса: Глава 7

Цянь Цзинь никогда в жизни не видел столь ослепительной красавицы. На мгновение он замер, словно пораженный громом, остолбенелый и совершенно потерявший дар речи.

Девушка легко улыбнулась, её нежное личико сияло, а исходившее от неё ослепительное сияние вмиг осветило половину коридора.

— Что такое? Господин Цянь мне не рад? Разве я незваный гость?

Цянь Цзинь слегка опомнился:

— Ло… инспектор Ло?

Ло Бинъянь изобразила на лице лукавое выражение:

— В чем дело, господин спецназовец? Сменила одежду — и больше меня не узнаешь?

Цянь Цзинь с невозмутимым видом глубоко вздохнул, быстро унял бешеный стук сердца и мгновенно взял себя в руки:

— Ах! Инспектор Ло, какое совпадение! Никак не ожидал встретить вас здесь. Простите за неучтивость минуту назад. Прошу, заходите! Прошу вас!

Ло Бинъянь вновь обрела прежний холодный и отрешенный вид. Держа в руке бокал с вином, она легкой походкой вошла в огромный ВИП-зал Минжидянь.

Вау-у!

Цзинь-лянь-лянь!

Тук-тук — тук-тук! Тук-тук — тук-тук! Тук-тук — тук-тук!

В один миг всё вокруг затихло.

Восторженные возгласы сорвались с губ;

Звук падающих и ударяющихся о тарелки палочек для еды;

Стук сердец, замерших от изумления и восторга…

Комната мгновенно погрузилась в тишину.

Закрывая дверь, Цянь Цзинь бросил взгляд на находящийся напротив Таохау и увидел, что там сидит целая компания потрясающих красавиц в ярких нарядах. Когда же его взгляд скользнул по сидевшей посреди них девушке в красном ханьфу, он на секунду опешил.

Цянь Цзинь машинально обернулся, глянул на Ло Бинъянь, а затем снова перевел взгляд на девушку в красном. Та озорно подмигнула ему и подняла бокал, салютуя Цянь Цзиню.

Старик Цянь аж покраснел от испуга. На его лице появилась смущенная улыбка: виновато кивнув, он поспешно захлопнул дверь.

Из противоположного Таохау донесся взрыв веселого девичьего смеха.

В Таохау.

Одна из девушек — в золотой оправе очков, с весьма миловидной внешностью и чуть застенчивым складом характера — с улыбкой обратилась к бойкой и жизнерадостной Ло Юйянь:

— Юйянь! Признавайся честно, тот писаный красавчик только что — не ухажер ли твоей старшей сестры?

Ло Юйянь задорно рассмеялась и покачала головой:

— Нет, нет и нет. Точно нет. Скажем так: парни, которые осмеливаются ухаживать за мной, пожалуй, еще кое-как сыщутся. Но вот мужчина, который осмелился бы приударить за моей сестрой? Тц-тц, такой, наверное, еще даже не родился!

Остальные девушки наперебой закивали:

— И то верно! Бинъянь и впрямь слишком холодна и неприступна, да к тому же писаная красавица. Что уж говорить о ней — даже за такой дурнушкой, как я, ухаживать мало кто решается…

Это заявление отдавало махровым кокетством, но, как ни странно, никто из присутствующих девушек даже не подумал их высмеивать — напротив, на лицах подруг промелькнула легкая тень зависти и досады.

Мгновение спустя девушка по имени Си Цзымэн хихикнула:

— Высокий, симпатичный, солнечный парень, на вид весьма перспективный — как раз в моем вкусе! Если вы, сестрицы, на него не посягнете, то я ~ пожалуй, сама пойду в наступление. Только чур потом не обвинять меня в том, что я плохая подруга.

— Ой-ой-ой! Это напомнило мне одно стихотворение, хм-хм! Хэ-хэ-хэ!

— Какое еще стихотворение, Ло Цяо?

— Красавец — точно не простой герой, он словно Си Цзы, сошедшая с небес. Коль суждено нам птицами влюбленными летать, отдать бы всё сполна — и горя будет мало… Ой, ха-ха-ха… Цзымэн… Цзымэн, пощади… Ха-ха-ха…

Красавицы в Таохау были как на подбор: миловидные, с звонкими голосами, юные, яркие и переполненные жизненной энергией.

Их серебристый смех обладал поистине магической силой — на пылких молодых парней он действовал практически безотказно и смертоносно.

Стоило ли удивляться, что несколько парней из соседнего зала тут же прельстились звуками их возни и не преминули выскочить наружу, желая воочию посмотреть, что там происходит.

Но едва они увидели четверых вооруженных до зубов телохранительниц, стоявших у входа в Таохау, как тут же поняли: они и обитательницы соседнего зала — словно жители из совершенно разных миров.

И всё же нашелся один человек, который ни капли не испугался. Это был старший молодой господин по имени У Чи, отпрыск У Ифаня из Группы Ваньсянь.

В сопровождении целой ватаги громил в огромных темных очках У Чи шумно и вальяжно ввалился в Чиюань Сяньвейцзюй. Его напролом прущая манера и сокрушительный напорестый вид мгновенно привлекли всеобщее внимание.

У Чи бросил своим телохранителям:

— Выясните, в каком они номере, и освободите соседние или напротив расположенные комнаты.

Ло Бинъянь была прелестна и чиста, как сошедшая с небес небожительница, перед которой даже женщины чувствовали себя ущербными.

Что же до мужчин, то при виде неё они испытывали лишь благоговейное восхищение и трепет — у них и в мыслях не возникало дерзких или нечистых помыслов.

Заметив, что Ло Бинъянь пришла к Цянь Цзиню, присутствующие тотчас подумали об одном и том же: неужели она — девушка брата Цяня? Да нет, быть того не может, абсолютно исключено. Инспектор Ло слишком хороша, брат Цянь её просто не достоин.

Держа в руке бокал, Ло Бинъянь на глазах у всех медленно вошла в Минжидянь и остановилась прямо перед ними:

— Господин Цянь, утренний инцидент… Это я проявила опрометчивость и предвзятость. Не разобравшись в истинном положении дел, я напустила на вас кислый вид и стала качать права… Я даже сгоряча запустила процедуру гражданского примирения, чуть полностью не запятнав вашу репутацию и не причинив вам колоссальных финансовых убытков. Так вышло, что сегодня мы с подругами собрались в Таохау неподалеку, и, услышав, что вы беседуете здесь, я позволила себе дерзость зайти, чтобы лично поднять за вас бокал и принести самые искренние извинения. Надеюсь, господин Цянь, вы обладаете широкой душой и не станете сердиться на такую неопытную девчонку, как я. Господин Цянь, пью до дна.

Докончив говорить, Ло Бинъянь осушила до дна полбокала красного вина.

Лицо её сияло чистотой на фоне белого снега, а щеки пылали румянцем подобно облакам на заре.

Красавица проявила максимум искренности, и Цянь Цзинь, конечно же, ответил с поистине широким молодецким размахом — залпом опрокинул в себя бокал белой водки.

Разгоряченный вином, Цянь Цзинь собрался с мыслями:

— Ну нет, эту вину никак нельзя вешать на вас. Винить стоит только Вэй Чжисю и его компанию — до чего же гнусные и бесстыдные типы. Если бы Лэтан и остальные вовремя не сняли видеоматериалы, я бы сегодня даже в Хуанхэ не отмылся! Ладно! Проехали, считайте, худа без добра не бывает. Мне еще стоит поблагодарить вас за то, что вы помогли мне выбить этот десяток миллионов — без вашей помощи, инспектор Ло, я бы сроду не увидел таких деньжищ.

Инспектор Ло слегка покачала прелестной головкой:

— Карать нарушителей закона и преступников — моя прямая обязанность. А восстанавливать справедливость для простых людей — мой долг. Это элементарный стандарт, господин Цянь, не стоит благодарности. Ну что же, не смею мешать вашему застолью. Ах да, если те пять миллионов не поступят на счет во внятный срок, вы в любой момент можете разыскать меня в Сонглинском отделении полиции.

Цянь Цзинь вышел проводить Ло Бинъянь и как раз столкнулся с подручными У Чи, которые занимались зачисткой этажа.

Тот самый громила по имени Чжан Пэн, который ранее пытался завербовать Цянь Цзиня, при виде Ло Бинъянь в таком наряде на мгновение лишился дар речи.

Когда Ло Бинъянь грациозно обошла его стороной, Чжан Пэн в испуге отвесил глубокий поклон:

— Чжан Пэн приветствует старшую мисс Ло!

Не обернувшись и на мгновение, Ло Бинъянь лишь бросила через плечо:

— Излишние церемонии отставить!

Её изящная фигурка легко скользнула в Таохау, телохранительницы прикрыли дверь, надежно отрезая посторонние взгляды.

Только тогда Чжан Пэн сообразил: оказывается, Ло Бинъянь только что вышла с бокалом из ВИП-зала Минжидянь, где сидел Цянь Цзинь! Неужели госпожа Ло близко знакома с Цянь Цзинем?

Какого же черта за происхождение у этого Цянь Цзиня?

В этот момент Цянь Цзинь как раз собирался закрыть дверь и вернуться внутрь, но Чжан Пэн поспешно протянул руку, придерживая створку, и с улыбкой произвел маневр:

— Ох, господин Цянь! Какая встреча, надо же, как свели нас дороги. Позвольте на секунду потревожить вас? Можно войти ненадолго?

Цянь Цзинь с понимающей улыбкой ответил:

— Прошу прощения, но внутри собрались мои бывшие коллеги по Мэйин. Мы просто ужинаем старым составом, так что принимать гостей неудобно. В другой раз я сам приглашу вас. Простите, что отказываю, беру всю вину на себя и приношу искренние извинения.

Чжан Пэн поспешно замахал руками, натягивая улыбку:

— Ничего страшного, это я излишне любопытствою, побеспокоил вас, господин Цянь. Не смею больше отвлекать, приятного аппетита.

Раз уж Цянь Цзинь был человеком, которого планировал прибрать к рукам сам У Чи, портить с ним отношения не стоило.

Тогда Чжан Пэн перенес цель зачистки на помещение по соседству с Таохау.

Пара вежливых уговоров вперемешку с щедрой пачкой купюр — и молодые люди мигом потеряли дар речи. Одурманенные деньгами, они похватали не доеденную еду, покидали вещи в пакеты и с воплями «Продолжим гулянку дома!» довольные унеслись прочь.

Стоит выложить деньги — и любые преграды падут.

Пара расторопных официантов в два счета подготовила зал к приему новых гостей, и вскоре помещение сверкало безупречной чистотой. На стол водрузили дымящегося целого барашка на вертеле, откупорили пару бутылок элитного сухого красного вина из Такла, и У Чи, покачиваясь и поигрывая бокалом, направился прямиком к дверям Таохау.

Телохранительница решительно преградила ему путь:

— Частная вечеринка, посторонним вход воспрещен. Попрошу вас остановиться, господин.

У Чи с улыбкой пояснил:

— Я У Чи из Группы Ваньсянь, хорошо знаком с вашей хозяйкой. Сегодня я как раз принимаю гостей в соседнем зале, а раз уж выпал такой случай, неужели мне делать вид, что я её не заметил? Это было бы крайне невоспитанно. У меня нет дурных намерений, я всего лишь хочу поднять бокал. Будьте добры, доложите о моем визите, а впускать меня или нет — пусть решает ваша хозяйка.

У Чи приходился сыном У Ифаню — главе Группы Ваньсянь, входящей в топ-500 предприятий Китая. Он лично контролировал с десяток дочерних компаний корпорации и считался редким самородком среди «золотой молодежи» третьего поколения.

С авторитетом У Чи так или иначе должны были считаться все столичные мажоры и избалованные девчонки из элитных семей.

Телохранительница не смела проявлять халатность и тут же шмыгнула внутрь передать слова.

Мгновение спустя оттуда выскочила бойкая, премилая егоза, с крайне недовольным видом последовавшая за охранницей.

С порога она обрушила на него шквал упреков:

— У Чи! У нас тут девичник, какого черта ты, здоровенный лоб, суешься к нам со своими ухаживаниями? К тому же у нашей Бинъянь уже есть парень! Хватит тебе, бабник этакий, мечтать о недосягаемом! А ну марш туда, где прохладнее!

У Чи от неожиданности опешил:

— Что? У Ло Бинъянь уже появился парень?

Лицо У Чи перекосилось, но затем он скептически усмехнулся:

— Невозможно! Ло Цяо, хватит шутить! Кроме меня, на этом свете еще не родился мужчина, который осмелился бы ухаживать за Бинъянь. К тому же, кроме У Чи, разве сыщется на земле кто-то, кто достоин Ло Бинъянь? Никого. Абсолютно никого.

Ло Цяо презрительно скривила губки:

— Тьфу! Страдай самолюбованием дальше. У меня нет времени с тобой возиться, и предупреждаю: больше не смей докучать нам своими визитами.

У Чи поспешно замахал руками:

— Постой-постой! Ло Цяо, шутки в сторону! Говори толком, у Бинъянь и правда завелся ухажер?

Ло Цяо лукаво хлопнула своими темными, блестящими глазками:

— А вот и да! Мы все своими глазами видели, до чего же красивый у неё парень. Ой! Да он сидит в том самом зале напротив, сестричка Бинъянь даже заходила к нему только что выпить за знакомство. Не веришь — сходи сам проверь. Впрочем, этот зятек на вид такой скромный и сдержанный, вряд ли он тебе в открытую признается… Ай, некогда мне с тобой болтать, хлопот не оберешься! Запомни: не смей больше портить нам отдых! Не то эта маленькая мисс всерьез разозлится.

Развернувшись, Ло Цяо распахнула дверь и с победным видом вернулась в Таохау:

— Ес! Готово! Эта надоедливая заноза сегодня точно больше не сунется сюда!

А за дверью побагровевший от злости У Чи шел по коридору и сквозь зубы цедил:

— Чжан Пэн! Живо разберись, что здесь происходит.

Чжан Пэн с неловким видом промямлил:

— Э-э… М-молодой господин, Ло Цяо, похоже, не врет. Я сам видел, как мисс Ло выходила из того номера напротив, а провожал её…

У Чи:

— Кто?

Чжан Пэн:

— Провожал её как раз Цянь Цзинь.

У Чи выкатил глаза:

— Цянь Цзинь?!

Затем он яростно замахал руками, начисто отказываясь в это верить:

— Чушь! Полнейшая чушь! Да кто такой этот Цянь Цзинь? Щенок, которого даже какой-то Вэй Чжисю гонял как хотел! С чего бы ему быть её ровней?..

Вспомнив недавний жалкий вид Вэй Чжисю, которого буквально вырвало от злости, У Чи на мгновение умолк.

Чуть погодив, он бросил:

— Разве я не приказывал разузнать всё о прошлом этого Цянь Цзиня? Выяснили?

Один из сопровождавших его людей в черном достал умные часы, сделал пару пассов по экрану, и перед ними вспыхнула голограмма.

На дисплее красовалось досье на Цянь Цзиня:

Имя: Цянь Цзинь, мужской пол, 28 лет, рост 183 см, вес 78 кг.

Происхождение: город Чжочжуй, провинция Цзичжоу.

Образование: выпускник факультета изящных искусств Китайской академии искусств 2021 года.

Трудовая биография: в июле 2021 года призван в армию, служил в спецподразделении (гриф секретности завышен, детали неизвестны), демобилизован в июне 2025 года.

С июля по декабрь 2025 года работал в анимационной студии Тяотяоду в должности технического директора.

С января 2026 года в партнерстве с Вэй Чжисю и Цзя Годуном основал компанию Мэйин Вэньхуа, владея 15% учредительной доли.

9 июля 2028 года при посредничестве сотрудницы отдела по борьбе с экономическими преступлениями Ло Бинъянь продал всю свою долю в Мэйин за 10 миллионов юаней, первый транш в размере 5 миллионов уже поступил на счет. На данный момент окончательно вышел из состава учредителей Мэйин.

Семья: древний род боевых искусств. Покойный прадед в свое время был известным мастером меча и борцом за справедливость в землях Цзичжоу; дед — простой рабочий на пенсии; отец трудился охранником в жилом комплексе, мать торговала овощами на рынке.

Мрачно глядя на послужной список Цянь Цзиня, У Чи презрительно ухмыльнулся:

— Древний род боевых искусств? В какую эпоху мы живем? Ну отслужил пару лет спецназовцем, и что с того?

Это деловой мир и поле любовных баталий, а не сраная война. На поле боя он, пожалуй, был бы непобедим, и я, скорее всего, не смог бы тягаться с ним на равных.

Но в бизнесе… Хе-хе, с его куриными мозгами, когда его в дугу гнет какой-то Вэй Чжисю, чем он собрался со мной бороться?

А в любовных делах — тьфу! Через постель этого юнца прошло куда меньше девиц, чем он видел в своей жизни. И с такими задатками он хочет со мной тягаться?

Хватит ли у него ума хотя бы управлять Группой Ло?

И пока У Чи захлебывался желчью и изливал свое негодование…

— А-а-а-а!

Дикий вопль пронзил небеса!

Вслед за этим в общем зале разнесся жуткий грохот — тарелки, чашки и столовые приборы полетели на пол. В Чизюань Сяньвейцзюй мгновенно воцарился хаос.

Коридор заполнился перепуганными людьми, которые с криками бросились врассыпную к выходу.

В момент опасности первобытные инстинкты, глубоко затаившиеся в крови Цянь Цзиня, мгновенно пробудились, и он перешел в боевой режим, полный звериной настороженности.

— Без паники! Держитесь разреженно, не толпитесь у выходов, в толчее мы потеряем мобильность. Ищите под рукой любые предметы, которые можно использовать как оружие. Держитесь подальше от дверей и окон — если стекло неожиданно лопнет, осколки могут ранить… Я выйду разведать обстановку. Если я не ошибаюсь, к нам прорвался кто-то из гигантских мутировавших тварей.

Дав краткие указания, Цянь Цзинь бросился к выходу из ВИП-зала, намереваясь лично оценить масштабы происшествия.

Шэнь Лэтан знал о военном прошлом Цянь Цзиня и тут же поспешил успокоить остальных:

— Брат Цянь служил в спецназе, всем слушать его указания!

Охваченные паникой люди принялись лихорадочно шарить по сторонам в поисках хоть какого-то увесистого предмета, принимая оборонительные стойки.

Осторожно повернув ручку двери, Цянь Цзинь заглянул в щель и увидел, что все телохранительницы напротив встали в боевые стойки — значит, в коридоре пока относительно спокойно, по крайней мере, масштабного побоища или нашествия диких зверей не наблюдается.

Быстро выскользнув в коридор, Цянь Цзинь аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Что стряслось? Я бывший спецназовец, нужна помощь? — обратился он к напряженным телохранительницам, попутно оценивая обстановку.

Одна из них ответила:

— Пара гигантских летучих мышей с размахом крыльев больше метра залетела из вестибюля первого этажа. Явной агрессии пока не проявляют, просто хлопают крыльями и нагоняют жути.

Окно в конце коридора было разбито, и несколько мужчин-официантов с перепуганными лицами наставили на проем швабры и метлы, сторожа брешь — судя по всему, монстры улетели именно туда.

Кое-кто из наиболее трусливых посетителей уже сбежал наружу. Подойдя к окну, Цянь Цзинь выглянул наружу и заметил, что над окрестностями Чизюань Сяньвейцзюй в оранжевом мареве ночи клубится странный, призрачный духовный туман.

Это сияние, похожее на северное сияние, стало настолько густым, что теперь его легко могли разглядеть даже заурядные люди с самым обычным зрением.

Около дюжины огромных летучих мышей кружили и стремительно проносились меж фонарей, охотясь на гигантских ночных мотыльков размером с человеческую ладонь.

Некоторые мотыжки летели на свет ламп, задевая оконные стекла и время от времени глухо ударяясь о них с громким хлопком.

Похоже, те летучие мыши просто залетели в здание по ошибке.

Постепенно успокоившиеся гости понемногу возвращались внутрь: кто-то забирал вещи, кто-то расплачивался по счетам. Вскоре большая часть посетителей покинула заведение.

Остались лишь самые отчаянные да те, кого уже трудно было чем-либо удивить.

— Начиная с прошлого месяца всякие гигантские твари стали попадаться на каждом шагу. Это же вошло в норму, и куда бежать? Дома что, насекомых не будет? Или мышь в квартиру не залетит?

— Точно! Давайте-ка пить и есть дальше, а неприятности оставим за бортом. В горах проложим дорогу, через реку наведем мост, кончились деньги — потрудимся чуть усерднее, а рухнет небо — государство подержит. Чего нам бояться? Ну-ка, наливай!

Цянь Цзинь с тяжелым сердцем вгляделся в глубокое ночное небо: он чувствовал, что вокруг Чизюань Сяньвейцзюй сформировался мощный вихрь духовного тумана, охвативший радиус в добрый десяток километров.

В местах, затронутых этим вихрем, отчетливо слышались странные, многоголосые звуки, напоминавшие то птичий галдеж, то стрекотание насекомых, то грозный рев скрытых в тумане хищников.

В этот самый момент, когда Цянь Цзинь всматривался вдаль, висевший у него на груди старомодный черный нефритовый кулон внезапно начал ощутимо нагреваться.

Этот фамильный амулет Цянь Цзинь носил с самого детства. Ничем не примечательный, лишенный вычурности и предельно простой, он казался настолько незаметным, что люди обычно вовсе не обращали на него внимания.

Никто из его друзей не помнил, чтобы Цянь Цзинь когда-то снимал его, да и командир отделения во время армейского смотра не заметил эту вещицу.

Если бы нефрит не раскалился так внезапно, Цянь Цзинь и сам бы давно забыл о его существовании.

Кулон достался ему от прадеда — говорят, тот повесил нефритовое украшение ему на шею в первый же день после рождения.

С тех пор Цянь Цзинь не расставался с ним ни на минуту: ел, спал, плавал и мылся только вместе с ним.

Он смутно припоминал, как в детстве прадед учил его боевым искусствам и при этом читал наизусть одну старую виршу:

Сперва возник диск, после — небеса,

Приливы духовной волны длятся три тысячи лет.

http://bllate.org/book/19501/1912561