Когда Шэнь Цзыюэ, снедаемый тревогами, стоял у входа и уже несть числа какому разу вглядывался вглубь, он наконец увидел, как Е Ли выходит из Учебного Дворца.
Однако картина оказалась совсем не такой, какой он её себе представлял.
Е Ли шагала с такой лихой и горделивой осанкой, в которой не было ни малейшего намека на уныние, воображаемого Шэнь Цзыюэ. Никто не чинил ей препятствий, зато за ней следовал человек довольно солидных лет.
Погодите-ка! Да это же...
Шэнь Цзыюэ прищурился, пытаясь разглядеть, кто это.
— Старший братец Шэнь! — Е Ли заметила Шэнь Цзыюэ и радостно замахала ему рукой.
Вслед за окриком и жестом Е Ли тот человек тоже перевел взгляд на Шэнь Цзыюэ, позволив тому отчетливо разглядеть его лицо.
Это был учитель Чжао. Уроки направления ци в тело всегда вел учитель Чжао, и в прошлом он сам был его учеником.
Шэнь Цзыюэ подошел ближе, почтительно поклонился учителю Чжао и поприветствовал его.
Е Ли радостно подбежала к Шэнь Цзыюэ, точь-в-точь как ребенок из детского сада, подбегающий к родителям, пришедшим забрать его после занятий.
Шэнь Цзыюэ слегка повернул голову и улыбнулся Е Ли.
— Скажите, учитель Чжао, маленькая Ли натворила в Учебном Дворце бед? Или что-то произошло?..
Учитель Чжао бросил взгляд на Е Ли, затем перевел его на Шэнь Цзыюэ, и в его глазах читалось чистейшее одобрение.
Шэнь Цзыюэ в прошлом тоже был его учеником, причем исключительно одаренным.
— У Е Ли великолепный талант, вы обязательно должны как следует ее развивать! Если что-то понадобится — обращайтесь ко мне, я постараюсь выбить для Е Ли хорошие ресурсы!
Услышав слова учителя Чжао, Шэнь Цзыюэ удивленно приподнял бровь.
Учитель Чжао был вовсе не так прост, как обычный наставник: он мог запросто вести беседы даже с самим главой секты. Просто в силу возраста он уже не желал ни во что вмешиваться, а потому добровольно взялся вести здесь занятия по направлению ци в тело — уроков в году всего ничего, и хлопот никаких.
Что же такого сотворила младшая сестрица, раз учитель Чжао удостоил ее подобных слов?
Шэнь Цзыюэ выпустил духовное восприятие для проверки и с изумлением обнаружил, что Е Ли уже достигла Стадии Очищения Ци.
— Благодарю за добрые пожелания, учитель Чжао, ученик понял.
Учитель Чжао добродушно рассмеялся и помахал обоим рукой.
— Ладно, ступайте.
— До свидания, учитель Чжао!
Вдвоем они попрощались с учителем Чжао и повернули назад. Учитель Чжао долго смотрел им вслед, наконец тяжело вздохнул, бросил меч и полетел обратно на Первый Пик.
Способ возвращения ничем не отличался от пути сюда: Е Ли по-прежнему летела вместе с Шэнь Цзыюэ, но на этот раз она не испытывала прежнего восторга, а лишь задумчиво смотрела на Шэнь Цзыюэ, размышляя о предстоящем пиковом турнире.
Сможет ли она и впрямь отстоять позиции Пика Суинь? А если не удержит...
Почувствовав на себе взгляд Е Ли, Шэнь Цзыюэ слегка опустил голову и посмотрел на нее.
— Что-то случилось?
Е Ли резко опомнилась, натянула уголки рта и беззаботно улыбнулась.
— Ничего, просто гадаю, какая вкусная еда ждет меня дома.
Шэнь Цзыюэ слабо и обреченно улыбнулся:
— Ну ты дава-а-ая... Тогда давай вернемся пораньше и поедим.
Опасаясь, что Шэнь Цзыюэ снова заметит что-то неладное, Е Ли с улыбкой подхватила слова:
— Угу-угу, тогда давай быстрее! А то еда остынет!
— Хорошо, я полечу быстрее. — Шэнь Цзыюэ улыбнулся, перевел взгляд вперед и незаметно прибавил скорости.
На самом деле, отправляясь в путь, он еще до вылета защитил еду духовной энергией, так что она не остыла бы, сколько бы времени ни прошло.
Они долетели до Пика Суинь, где Цзи Хуайань уже поджидал их за обеденным столом.
*
Поскольку Е Ли уже завершила направление ци в тело, на следующий день учитель Чжао отвел ее в класс заклинаний, чтобы она начала изучать основы магических искусств.
Е Ли от природы обладала прекрасной памятью, поэтому легко усваивала подобную информацию и немедленно овладела несколькими базовыми заклинаниями.
Первым, чему научилась Е Ли, была Техника Полета: ее порядком смущало, что ей каждый день приходится утруждать старшего братца Шэнь доставкой туда и обратно.
За это время ее уровень культивации также непрерывно укреплялся.
Все шло прекрасно, за исключением одного обстоятельства:
Она уже целую вечность не снижала эти показатели почернения, о-о-ой!
В последнее время, не считая тех пяти пунктов почернения старшего братца Шэнь, которые по неизвестной причине уменьшились сами собой, никаких других успехов достигнута не была.
Раньше она сама летать не умела, и ей было совестно беспокоить старшего братца Шэнь просьбами отвезти ее на Первый Пик, поэтому приходилось откладывать.
Теперь же она наконец освоила Технику Полета, но из-за постоянных занятий отправляться туда удавалось лишь в свободное время.
Каникулы в Учебном Дворце были примерно такими же, как в современных школах: пять дней учебы, один день отдыха.
Однако эти первые выходные совпадали с днем выбора сектантских артефактов.
Рано утром Е Ли разбудили Шэнь Цзыюэ и Цзи Хуайань. Спросонья она наскоро соорудила на голове мальчишеский узел и вслед за старшими братьями направилась в Павильон Сотни Орудий.
Да, поскольку на Пике Суинь никто не умел укладывать женские прически, до сей поры Е Ли носила исключительно мальчишеские высокие хвосты.
Чем ближе они подходили к Павильону Сотни Орудий, тем сильнее волновалась Е Ли. Она теребила рукава Шэнь Цзыюэ и Цзи Хуайаня и без умолку трещала:
— Старший братец Шэнь, старший братец Шэнь, как ты думаешь, какой музыкальный инструмент мне достанется?
— Старший братец Цзи, старший братец Цзи, а что если выпадет инструмент, на котором ты не умеешь играть?
Цзи Хуайань усмехнулся и гордо задрал подбородок перед Е Ли.
— Поверь мне, я не хвастаюсь! Даже в те времена, когда в нашей секте было больше всего практиков музыки, не было такого инструмента, на котором я не смог бы научить играть! — Хотя уровень культивации Цзи Хуайаня был весьма заурядным, его музыкальные таланты поистине поражали воображение, и он виртуозно исполнял мелодии на любых инструментах.
Е Ли хихикнула, и предвкушение будущего инструмента заиграло с новой силой.
Инструментом старшего братца Цзи была бамбуковая флейта, а у старшего братца Шэнь, если верить Цзи Хуайаню, — прекрасный гуцинь с перьевым хвостом феникса.
Хотя в прошлой жизни она вечно боролась с болезнью, музыке она все же училась — несколько лет брала уроки игры на фортепиано, хотя в этом мире пианино, пожалуй, не существовало.
В воображении Е Ли сама собой возникла картина: в разгар жестокой схватки она призывает рояль и начинает истошно выколачивать аккорды из своей самой любимой песенки про сияющую звездочку.
Фу! Какая-то сомнительная картина получается.
Е Ли яростно помотала головой, пытаясь выбить из головы эти странные фантазии.
Шэнь Цзыюэ, который и так наблюдал за Е Ли, заметив ее чудные ужимки, опустил голову и спросил:
— Что такое?
— А, да ничего, просто боюсь вытянуть какой-нибудь странный музыкальный инструмент.
Шэнь Цзыюэ легко улыбнулся:
— Не бойся, выпадет тот инструмент, который наиболее гармонично резонирует с твоей душой. Обычно чаще всего попадаются сяо, флейты и тому подобное, ничего странного быть не должно, расслабься и тяни.
Выслушав его, Е Ли серьезно кивнула и понемногу успокоилась.
Которая гармонично резонирует с душой... Такая умная и сообразительная девочка, как она, обязательно вытянет великолепный инструмент, верно?
http://bllate.org/book/19468/1909031
Сказали спасибо 0 читателей