Ли Юньшэн быстро подбежал, и в его голосе звучала сплошная радость:
— Отец, твой удар только что был просто невероятным! Ты что, прорвался?
Ли Тяньба покачал головой и ответил:
— Не похоже на прорыв, но эта силища и правда какая-то странная.
Ли Юньшэн возбужденно произвел:
— Как бы то ни было, тигр убит, и плата за учебу обеспечена!
Стоило прозвучать этим словам, как Ли Тяньба тут же забыл о дальнейших раздумьях.
Он убрал огромный тесак и, указав на тушу тигра, сказал:
— Хватит стоять столбом, давай быстрее за дело. И тигриная кровь, и кости стоят денег, после этой ходки твоих денег на Секту Юньлань точно хватит.
Отец и сын провозились добрую половину дня, прежде чем смогли должным образом разделать все ценное, что было в хищнике, а затем попросили тех нескольких охотников помочь вынести добычу из чащи леса.
На зверином рынке в приграничном городе Области Великих Диких Земель приемщик, завидев тушу черноволосого тигра, едва не рассыпал костяшки своих счетов.
— Черноволосый тигр на четвертой ступени Сяньтянь? Да еще и впавший в безумие? Братец Ли, на этот раз ты просто озолотился!
Ли Тяньба не собирался тратить время на пустые разговоры:
— Называй честную цену, мой сын еще ждет отправки в Секту Юньлань.
Лавочник закивал и тут же велел людям пересчитать тигриную шкуру, кости, кровь и мясо, а в конце предложил сумму, которая оказалась куда выше, чем Ли Тяньба рассчитывал изначально.
Ли Юньшэн бережно прижимал к груди мешок с деньгами, расплывшись в широчайшей улыбке.
— Отец, хватит, правда хватит! Хватит и на учебу, и на дорожные расходы!
Глядя на сына, суровое лицо Ли Тяньба тоже смягчилось улыбкой.
На обратном пути отец и сын вели коней в поводок, и идти им было куда легче, чем когда они только направлялись сюда.
Ли Юньшэн внезапно спросил:
— Отец, вы ведь раньше говорили, что у нас на Севере еще остались родственники, это правда?
Шаг Ли Тяньба замедлился, и улыбка на его лице постепенно исчезла.
— Есть.
Он устремил взгляд на север, и его голос стал чуть тише:
— Твоего деда звали Ли Сюаньчжоу, твоего старшего дяде — Ли Хуанъе, наша семья Ли обосновалась в городе Юньхай на Севере. Когда отец покидал дом, он был горяч и самонадеян, а теперь пролетело пятьдесят лет, и если бы снова захотелось вернуться, то разделяющее нас расстояние стало уже слишком огромным.
Ли Юньшэн тихонько спросил:
— А дедушка и остальные... у них все хорошо?
Ли Тяньба долго молчал и лишь потом тяжело вздохнул.
— В те годы у твоего деда был слабый талант к боевому пути, и прорваться в Сяньтянь ему не удалось. Судя по его годам, он, боюсь, уже... Больше всего за эти годы отец виноват в том, что так и не смог вернуться, чтобы проявить сыновнюю почтительность перед этим стариком, да и неизвестно, удается ли твоему старшему дяде сейчас удерживать семью Ли на плаву.
Ли Юньшэн поджал губы и неожиданно произнес:
— Отец, набор в Секту Юньлань уже начался, а путь на экзамен как раз лежит на север. Может, воспользуемся этой возможностью и заглянем в город Юньхай? Если родные еще живы, мы вернемся к своим корням, а если старшие уже ушли из жизни, нам все равно следует зайти и почтить их память.
Выслушав это, Ли Тяньба почувствовал, как у него защипало в глазах, но он решительно кивнул:
— Хорошо!
Он хлопнул Ли Юньшэна по плечу, и его голос снова зазвучал звонко и открыто:
— Отец проводит тебя в Секту Юньлань и поможет навестить родных на Севере. Сперва вернемся в родовое гнездо семьи Ли, воскурим благовония твоему деду и бабке, а затем навестим твоего старшего дядю.
Отец и сын собрали пожитки, взвалили на спины огромный тесак и длинный лук и с накопленными деньгами на учебу и полными надежд сердцами ступили на обратный путь в северные земли. Если бы Ли Сюаньчжоу услышал, как Ли Тяньба с ходу заявляет о намерении вернуться на родину ради поминовения его предродовой памяти, он бы наверняка до смерти разозлился и отходил этого непутевого сына тростью.
Ли Сюаньчжоу стоял в фамильном храме, глядя на еще не рассеявшуюся золотую завесу света, и та легкая досада, что возникла ранее из-за исчезновения Ли Тяньба, теперь почти полностью растворилась под воздействием перемен после повышения ранга храма.
Он изначально полагал, что тысяча очков улучшения за храм десятого ранга — не такая уж плохая сделка, лишь бы клановцам проще было постигать боевые искусства. Но когда раскрылись полные характеристики, даже он, уже ступивший в Сферу Сверхъестественных Способностей, не удержался и задержал на них взгляд.
【Фамильный храм семьи Ли: десятый ранг】
【Благословение земель рода: кровь семьи Ли находится в пределах земель рода, скорость культивации возрастает в десять раз.】
【Питание крови: талант членов семьи Ли единоразово повышается на одну ступень, новорожденные потомки получают еще больший прирост.】
【Покровительство боевой крови: члены семьи Ли ведут бой в пределах земель рода, их ци и кровь, реакция и физическая сила получают благословение храма.】
【Просветление от предковых жил: носитель как прародитель первого поколения семьи Ли получает подпитку от предковых жил храма, его способность к постижению различных техник и боевых навыков значительно возрастает.】
Ли Сюаньчжоу пристально всматривался в строчки скорость культивации возрастает в десять раз и талант единоразово повышается на одну ступень, слегка постукивая пальцем по краю жертвенного стола, в то время как в груди накатывала и не утихала волна ликования.
Десятикратная скорость культивации — что это вообще значит?
Там, где другие практикуются десять дней, сородичи из семьи Ли в родовых землях управятся за один; порог, над которым чужаки бьются долгие десять лет, младшее поколение семьи Ли способно перешагнуть всего за год-два. Добавьте к этому всеобщее повышение таланта на ступень — и семья Ли перестанет быть обычным кланом из городка Юньхай, держащимся на плаву лишь за счет лавок, а обретет истинный фундамент для возвышения.
И самое главное — это благословение давалось не одному-двум избранным, а абсолютно всем потомкам, в чьих жилах текла кровь семьи Ли.
— Какой великолепный храм десятого ранга, — тихо рассмеялся Ли Сюаньчжоу, и его смех раскатился по всему храму, словно последние крохи сдерживаемой веками тяжести сошли с его сердца.
Он небрежно взял в руки один из старых свитков с древними техниками, оставшихся с прошлых лет, и пробежал глазами всего пару страниц. Многие некогда казавшиеся туманными и сложными маршруты циркуляции теперь предстали перед ним словно разобранные на части: где кроются изъяны, что подлежит исправлению и какая методика лучше всего подойдет для тренировок молодежи — всё это теперь считывалось с первого взгляда.
Вот какую пользу приносило просветление от предковых жил.
У него и так уже была Система для автоматического выстраивания и совершенствования техник, а с добавлением бонусов от храма изменять и улучшать наследие семьи Ли в дальнейшем станет еще проще.
В этот самый момент в голове снова прозвучал голос Системы:
【Первоначальная активация функций храма завершена.】
【Очки улучшения, потраченные ранее на возведение храма до десятого ранга, возвращены в полном объеме.】
【Очки улучшения +1000.】
Ли Сюаньчжоу на мгновение замер, а затем не удержался от ругани:
— Ах ты паршивая Система, неужто расщедрилась на добрый поступок.
【Носитель оскорбил Систему, очки улучшения +10.】
Уголки ртов Ли Сюаньчжоу дрогнули, а настроение стало еще лучше.
Он убрал характеристики храма и непринужденно открыл реестр потомков, однако на сей раз световая завеса не остановилась на прямых потомках семьи Ли, а развернулась шире, сформировав более полное генеалогическое древо.
Там значились и старший сын Ли Хуанъе, и младший сын Ли Тяньба, а также многочисленные внуки, правнуки и даже боковые ветви рода — всё было расписано предельно четко.
Изначально Ли Сюаньчжоу скользил по именам без особого интереса, но когда его взгляд упал на графу супруги, он вдруг словно окаменел.
Там значилось имя.
Чжао Чжижо.
И это имя вовсе не было окрашено в тусклый серый цвет ушедшего из жизни человека, а сияло слабым пламенно-красным отблеском.
Дыхание Ли Сюаньчжоу в этот момент стало тяжелее, он прижался ладонью к жертвенному столу, и в его голосе впервые прозвучало явное волнение:
— Система, показать информацию о Чжао Чжижо.
Световая завеса тут же изменилась.
【Имя: Чжао Чжижо】
【Статус: жена Ли Сюаньчжоу, святая Секты Небесного Огня】
【Телосложение: Священное Тело Огненного Духа Четвертого Ранга】
【Сфера: седьмое небо Сферы Божественного Моста】
【Состояние: жива, находится в Секте Небесного Огня】
【Примечания: спустя более чем семьдесят лет после рождения младшего сына Ли Тяньба тихо покинула семью Ли.】
Глядя на слово жива, Ли Сюаньчжоу почувствовал, как во всем храме воцарилась абсолютная тишина.
Он несколько десятилетий держал для Чжао Чжижо поминальную табличку и десятилетиями изливал ей душу перед этим алтарем, глубоко внутри уже смирившись с тем, что женщина, прошедшая с ним сквозь самые нищие и трудные времена, давно погибла. Но генеалогическое древо Системы не могло лгать.
Чжао Чжижо была жива.
И не просто жива, а являлась святой Секты Небесного Огня, обладательницей Священного Тела Огненного Духа Четвертого Ранга, да к тому же достигла седьмого неба Сферы Божественного Моста.
Сфера Божественного Моста стояла неизмеримо выше Сферы Сверхъестественных Способностей.
Ли Сюаньчжоу долго всматривался в эти строки: сперва молча, затем тихо хмыкнул, а в самом конце испустил долгий-долгий выдох.
— Что ж, хорошо, раз жива.
Он протянул руку и легко коснулся поминальной таблички Чжао Чжижо, задержав ладонь на вырезанных иероглифах на долгое время.
Все эти годы он не то чтобы не затаил обиду — он злился за то, как бесследно она исчезла, не оставив ни единого объяснения. Но еще сильнее этой обиды был страх, что она действительно сгинула где-то на чужбине и у него никогда не выпадет шанса спросить о причине.
Теперь камень, давивший ему на сердце несколько десятилетий, наконец свалился.
В то же время Ли Сюаньчжоу окончательно понял, откуда у Ли Яньсяо взялось Врожденное Пилюльное Огненное Тело Пятого Ранга.
В роду Ли не водилось столь чистой огненной наследственности, и Ли Яньсяо сумел пробудить свое тело во многом благодаря тому, что оно передалось ему через поколения по линии Чжао Чжижо.
— Священное Тело Огненного Духа Четвертого Ранга, святая Секты Небесного Огня... Неудивительно, что у этого мальчишки Яньсяо проявилось пилюльное огненное тело.
Ли Сюаньчжоу медленно убрал руку, его взгляд снова упал на поминальную табличку, но в голосе больше не было гнева — лишь редкая, не угасавшая годами твердость:
— Чжижо, как только в семье Ли все уляжется, старик лично отправится в Секту Небесного Огня за тобой. Если у тебя были скрытые причины — я выслушаю; если же тебя кто-то удерживает силой — я заберу тебя обратно.
С этими словами ци и кровь Сферы Сверхъестественных Способностей в его теле пришли в плавное движение. Под мощным напором истинной энергии его некогда дряхлеющее тело стало стремительно меняться.
Сухие седые волосы у самых корней начали темнеть, глубокие морщины на лице разгладились, дряблая плоть вновь налилась упругостью, и глубокая старческая немощь столетнего старика была безжалостно подавлена бурной жизненной силой Сферы Сверхъестественных Способностей.
Когда он подошел к зеркалу в боковой части храма, в полированной бронзовой глади отражался уже не седовласый старец, а крепкий мужчина лет сорока на вид.
В чертах лица все еще угадывался прежний Ли Сюаньчжоу, но в них больше не было усталости отжившего века — лишь присущая тем, кто долго пребывает на вершине, уверенность и скрытая острая сталь.
Взглянув на свое отражение, он равнодушно произнес:
— Только так отправляться в Секту Небесного Огня и стоит, чтобы тамошние глупцы не вздумали воспринимать старика за просящего о милосердии бродягу.
Разобравшись с делом Чжао Чжижо, Ли Сюаньчжоу снова открыл родословную и перевел взгляд на имя Ли Тяньба.
Этот второй сын уже пятьдесят лет не подавал вестей о себе; когда ранее волна благословения храма разошлась вовне, старейшина смутно почувствовал, что тот еще жив, но теперь, при открытии панели генеалогического древа, вся информация о Ли Тяньба предстала перед ним как на ладони.
【Имя: Ли Тяньба】
【Статус: второй сын Ли Сюаньчжоу】
【Сфера: третья ступень Сяньтянь】
【Состояние: жив, обзавелся семьей】
【Потомство: Ли Юньшэн】
Увидев надписи обзавелся семьей и Ли Юньшэн, Ли Сюаньчжоу мгновенно помрачнел.
— Ах ты паршивец Ли Тяньба, пятьдесят лет не мог черкнуть дому хотя бы полписьма, зато на чужбине успел и жену завести, и ребенка настрогать.
Чем дольше он смотрел, тем сильнее закипал, порываясь хлопнуть ладонью по столу, но в последний момент сдержал силу удара, опасаясь разнести жертвенник в щепки.
— На порог семьи Ли не ступал, перед храмовым алтарем не кланялся — старик еще не давал своего согласия признать эту невестку или этого внука!
Мысленно отругав сына, он, однако, поступил совершенно иначе.
Световая завеса родословной развернулась шире, и хмурый Ли Сюаньчжоу собственноручно внес в пустующую графу супруги Ли Тяньба имя его жены, а затем перетянул имя Ли Юньшэна из списка блуждающих ветвей в основной реестр прямых потомков семьи Ли.
Завершив эти хлопоты, он напоследок холодно фыркнул:
— Вернешься — я с тебя еще за все отвечу.
http://bllate.org/book/19332/1890575
Сказали спасибо 0 читателей