Готовый перевод Uncle Nine: Why Is Your Fate So Tough? / Дядя Цзю: Почему твоя судьба такая крепкая?: Глава 10

— Сестренка, выходи, покажись сестре.

— Сестра тебя совсем не винит, и твой зять тоже никогда не держал на тебя зла.

— Твой племянник — и тот не таит на тебя обиды… Сестренка, пожалуйста, выйди, хорошо?

Линдан стояла на коленях, прижимая руки к груди. Она взывала к пустоте, срываясь на плач, но никто ей не отвечал. На самом деле ее младшая сестра, Диндан, стояла прямо рядом, с тревогой глядя на нее. Но как бы Диндан ни кричала, сестра не могла ее заметить. Диндан была так расстроена, что вот-вот готова была разрыдаться.

В этот миг на стене внезапно возникла дверь. Перед глазами мелькнул белый силуэт. Диндан почесала затылок. Неужели показалось?

В следующее мгновение лицо Диндан просияло. Она увидела, как из двери вышел Ван Цзянь. Сначала она облегченно выдохнула, но, заметив фигуру у него за спиной, тут же изменилась в лице. Судя по обрывкам фраз, которые она слышала от сестры, этот Свежеватель и был ее мужем.

Когда Ван Цзянь вышел, ведя за собой Свежевателя, Линдан перестала плакать и обернулась. Она перевела взгляд на того, кто шел за Ван Цзянем, и, не обнаружив там того, кого надеялась увидеть, в замешательстве заволновалась.

— А… где мой муж?

Взгляд Линдан устремился на Ван Цзяня. Тот замер. Он вспомнил, что Контракт человека и призрака был заключен с Призрачным ребенком, лежавшим в гробу. Теперь, когда гроб забрали, а Призрачного ребенка взяли под стражу, контракт расторгнут, и Линдан больше не может видеть никаких призраков.

— Он рядом, — ответил Ван Цзянь.

— Тогда почему я его не вижу? Почему я не могу его видеть?!

Линдан в отчаянии попыталась встать, но, пошатнувшись, снова рухнула на пол.

— Потому что твой Контракт человека и призрака расторгнут.

— Невозможно! Пока гроб на месте, контракт… — Линдан внезапно осеклась, о чем-то догадалась, на четвереньках подползла к Ван Цзяню и вцепилась ему в воротник. — Ты… ты уничтожил гроб?

— Я отправил его туда, где ему самое место.

Ван Цзянь с горькой усмешкой покачал головой. Раз Линдан больше не видит Свежевателя, значит, супруги, разделенные миром живых и мертвых, не смогут даже попрощаться. Ван Цзянь был раздосадован: выходит, он столько времени вел переговоры с Бай Учаном, а все впустую.

— Ты… ты…

От приступа ярости и горя у Линдан перехватило дыхание. Она схватилась за грудь, закатила глаза и без чувств повалилась на пол. Ван Цзянь подхватил ее, но тут же заметил черную тень, влетевшую в дом. Это был почтовый голубь с перьями цвета чернильной туши, чьи глаза светились жутким тускло-зеленым светом.

Голубь опустился перед Бай Учаном. Тот на мгновение замер, оглядел присутствующих, а затем распечатал письмо. Стоило голубю улететь, как письмо в руках Бай Учана рассыпалось в прах. В его руке тут же появилась железная цепь, и он указал ею на Линдан.

Все стало ясно. Послание из Преисподней содержало приказ: забрать душу Линдан. Это означало, что срок ее земной жизни подошел к концу. Неужели Небеса так ненавидят эту семью? Неужели решили извести их всех до единого?

В груди Ван Цзяня словно застрял ком, который невозможно было проглотить. Он чувствовал: нельзя позволить ей так умереть. Ниточка к безумию Диндан, личность того мрачного мужчины… Линдан знала все ответы, поэтому Ван Цзянь не мог допустить ее смерти. По крайней мере, не сейчас!

Он поднял взгляд на Бай Учана. Тот покачал головой. Никаких переговоров! Преисподней нужен этот человек, ее должны забрать!

Ван Цзянь стиснул зубы. Значит, договориться нельзя? Значит, авторитет Преисподней незыблем? Что ж, сегодня он бросит им вызов!

Ван Цзянь вытащил пару золотого и серебряного Замков долголетия. Бай Учан явно был озадачен: он не знал, что это за вещи, но отчетливо чувствовал, что они созданы специально для того, чтобы подорвать его показатели. Однако мешать Ван Цзяню он не стал. Ему было любопытно посмотреть, что выкинет этот юноша.

В доме, кроме Ван Цзяня и Линдан, была еще служанка, но она так перепугалась происходящего, что давно сбежала. Чтобы продлить жизнь Линдан, нужно было отдать часть своей.

Ван Цзянь надел серебряный замок на шею Линдан, а золотой — на себя. Но ничего не произошло!

— Как так?

Зрачки Ван Цзяня расширились. Если реакции нет, значит, у него самого нет запаса жизни? Ван Цзянь был потрясен, но не растерялся. Его взгляд упал на бродячую собаку, которая шныряла во дворе, пытаясь пробраться на кухню. Пес, весь в грязи, почувствовал на себе взгляд Ван Цзяня и поднял голову. Встретившись с ним взглядом, Ван Цзянь понял… это то, что нужно!

Ван Цзянь широким шагом выскочил наружу и, прежде чем собака успела среагировать, прижал ее к земле своей Рукой Цилиня. Пес отчаянно забился, обнажил клыки и впился в руку Ван Цзяня. Однако острые зубы, которые в обычное время могли раскрошить даже бетон, не смогли проколоть кожу. Собака ошарашенно замерла. Не может быть… Он столько лет верховодил в переулках, кусал девиц, молодых жен и вдов, и всегда это заканчивалось кровью и криками! Почему сегодняшний тип такой твердый?

Пес был в полном недоумении. Ван Цзянь усмехнулся и надел золотой замок на шею собаки. Холодный металл просочился сквозь шерсть прямо в тело животного. В ту же секунду собака начала слабеть, шерсть на ее морде поседела, а глаза подернулись пеленой старости.

В доме Линдан, лежавшая без чувств, вдруг ожила и медленно открыла глаза. Бай Учан наблюдал за этим с таким изумлением, что не мог закрыть рта. Красть годы жизни прямо на глазах у посланника Преисподней? Неужели так мало уважения? Но еще больше его поразило то, что Ван Цзянь действительно владеет искусством изменения судьбы.

В следующую секунду прилетел черный голубь и принес Бай Учану еще одно письмо. Тот распечатал его, а там всего четыре иероглифа: «Задание аннулировано!». Стало ясно: методы Ван Цзяня по изменению судьбы получили одобрение высших сил Преисподней. Бай Учан был ошеломлен, но понимал — это дело теперь вне его компетенции. Оставалось лишь ждать завершения событий, чтобы забрать Призрачного ребенка и Свежевателя.

…Очнувшись, Линдан снова начала кричать. После уговоров и объяснений Ван Цзяня она постепенно приняла ситуацию. Ван Цзянь понял, что супруги на самом деле давно знали: то, что они вырастили в гробу, никогда не станет их ребенком. Но люди порой бывают так упрямы: зная, что поступают неправильно, все равно идут до конца, пока не расшибутся о стену.

Свежевателя забрал Бай Учан. В доме остались только сестры и Ван Цзянь. К сожалению, находясь рядом, они не могли общаться напрямую и были вынуждены передавать слова через Ван Цзяня. Тот, исполняя роль «переговорщика», уже пересказал сотни фраз.

Ван Цзянь начал терять терпение, но выждал момент.

Линдан: — Супруг, спроси мою сестру, помнит ли она те две монетки, что одолжила у меня? Это ведь были целых две монетки!

Ван Цзянь (передавая слова): — Линдан спрашивает, помните ли вы ту гримершу, которую нанимали ей в день свадьбы?

Линдан: — ???

Диндан задумалась: — Конечно, помню. Это была госпожа Чжу, она жила в старом доме у реки на северной окраине города. Я тоже нанимала ее, когда выходила замуж. Наша мать не умела краситься, поэтому приходилось звать чужих.

Линдан: — Супруг, кто тебя просил об этом спрашивать?!

Ван Цзянь: — Линдан спрашивает, видели ли вы эту женщину после того случая?

— Видела. Пару дней назад в семье Хуан была свадьба, ее снова приглашали красить невесту!

— А та невеста сейчас жива?

— Это тоже сестра спрашивает?

— Э-э… да, я и сам не знаю, почему она это спрашивает.

Диндан, не имея возможности уточнить, ответила: — Конечно, жива.

Ван Цзянь задумался: если и Диндан, и невесту из семьи Хуан красила одна и та же старуха, значит, в истории с Линдан кроется что-то еще. Но Диндан больше ничего не знала.

Тогда Ван Цзянь спросил: — Кто был тот мужчина средних лет с редкими усиками, что приходил сюда раньше?

При этих словах лицо Диндан резко изменилось.

— Не… не спрашивай о нем…

Тут что-то не так! Ван Цзянь нахмурился: — Прошу вас, госпожа Чжао, не скрывайте ничего. Дело слишком серьезное.

— Он… он даос из тайной секты. Пришел сюда, чтобы… чтобы… забрать призрачную энергию, что живет во мне…

http://bllate.org/book/19214/1886319