Готовый перевод Orphan of the Creator God / Сирота Бога-Творца: Глава 7

Цзинту.

Без тех нескольких искусственных солнц температура в Цзинту мгновенно упала. Наступило начало полярной ночи, и теперь, даже если вампирам случится попасть под лучи слабого солнца, они почувствуют лишь легкое недомогание, не получив серьезных увечий. Юэ Жунсюань в одиночестве бродил по знакомым центральным улицам. Вампиры — раса, питающаяся человеческой кровью, и после полного захвата Цзинту они попросту согнали людей в загоны. Чтобы наловить людей, улицы Цзинту превратили в сплошные руины, и куда ни падал взгляд, везде виднелись лишь обломки. Юэ Жунсюань вздохнул: сам он вовсе не желал идти с ними рука об руку, но только выжив, можно было сохранить надежду, а ради собственных стремлений лучше не устраивать лишних бунтов. Впрочем, его собственные стремления… На губах Юэ Жунсюаня мелькнула горькая усмешка. Желание изначально сводилось к тому, чтобы узнать, кто же он такой на самом деле. Но прошло уже два века, и всё вокруг давно изменилось до неузнаваемости. Даже вернись он в ту пещеру, где когда-то встретил Му Минъяня, там уже не отыскать ни малейшего следа его собственного пребывания. Он тайком заглядывал туда несколько раз, но кроме каких-то стертых отметин, не осталось ровным счетом ничего. Кто же он такой в конце концов? Откуда родом? Почему очутился в той пещере? Слишком много загадок ждали, пока их разгадают. Теперь же всё прекрасно: он абсолютно свободен, у него уйма времени, которое можно тратить как вздумается, и он может еще лучше исследовать этот мир. Но действительно ли это то, чего он хотел?

Юэ Жунсюань бесцельно шел вперед и сам не заметил, как оказался у порога дома Му Кэ.

— Как говорится, видишь вещь — вспоминаешь человека, — Юэ Жунсюань улыбнулся еще горестнее. — Ха, и правда снова здесь.

Раньше он обычно приходил сюда только тогда, когда Му Кэ не было дома, чтобы взять у Му Минъяня немного синтезированной крови для поддержания жизни. Хотя порой ему доводилось встречать Му Кэ, это считалось вроде как зайти поиграть с ним. Теперь же особняк семьи Му оставался единственным уцелевшим зданием на всей улице, и причиной тому, разумеется, был Му Минъянь.

Юэ Жунсюань легко нажал на кнопку звонка и немного подождал. Он уже собирался уйти, как вдруг услышал, что дверь за его спиной отворилась. Му Минъянь с изумлением уставился на Юэ Жунсюаня.

— Здравия желаю, дядя.

Увидев Му Минъяня, Юэ Жунсюань тоже на мгновение растерялся, но тут же поспешил завязать с ним приязненный разговор.

— Здравствуй, здравствуй. Давно не виделись, заходи, посидим немного.

С этими словами он отступил в сторону, пропуская гостя. Юэ Жунсюань не стал церемониться и сразу вошел. Обстановка в доме выглядела точно так же, как прежде, и у Юэ Жунсюаня возникла иллюзия, будто он вернулся в прошлое. В теплом свете ламп проступало осунувшееся лицо Му Минъяня. Юэ Жунсюань уже не мог отличить реальность от иллюзии и только собрался позвать Му Кэ спуститься вниз поболтать, как в следующий миг они с Му Минъянем переглянулись и горько усмехнулись, ощутив, как на сердце скребут кошки.

Всё уже прошло. Да, всё позади.

— Нужна кровь? Теперь-то здесь есть человеческая, пожалуй, она тебе больше без надобности.

Му Минъянь прилег на диван и закурил сигарету. Окутанный клубами дыма, он выглядел донельзя павшим духом. Кто бы мог подумать, что некогда прославленный гордый сын небес, выдающийся ученый Цзинту, ныне скатится до столь жалкого состояния.

— Я просто прогуливался по улице, забрел сюда мимоходом и решил навестить дядину семью.

— Мм, — обессиленно отозвался Му Минъянь и взмахом руки велел своему слуге-роботу заварить чай.

Девушка-робот Му Кэ стояла неподалеку, опустив голову — это был знак того, что она отключена.

— Дядя знает, куда отправился Му Кэ?

Внезапно спросил Юэ Жунсюань.

— Да, в очень далекое место. Очень далеко, — Му Минъянь выпустил колечко дыма и стряхнул пепел. — Эх, слишком далеко.

— Может, дядя тоже съездит проведать?

— Не стоит, слишком далеко. Я сейчас кажусь себе свободным, а на деле нахожусь здесь под домашним арестом. Слуги, которых ты видишь, якобы прислуживают мне, а на самом деле следят за каждым шагом моей жизни. Во всем виноват я, это я отпустил Му Кэ на все четыре стороны.

Му Минъянь тяжело вздохнул, глядя в потолок, и снова выпустил дым. Пепельница на журнальном столике уже заполнилась доверху.

— Му Кэ — человек? — поинтересовался Юэ Жунсюань.

Му Минъянь улыбнулся, но промолчал, взял поданную слугой чашку чая и сделал глоток. Юэ Жунсюань посмотрел на этот чай: воду заменили человеческой кровью — это был элитный напиток, так любимый вампирами. Юэ Жунсюань немного поколебался, но все же отпил глоток. Во рту растелось приятное тепло, оказалось даже вкусно.

Похоже, с этим связана целая история.

Раз тот не желал говорить, Юэ Жунсюань не стал допытываться. Обменявшись парой дежурных фраз, он распрощался. Послонявшись еще немного по улицам, он неожиданно вышел к порту. На причале возвели новые оборонительные сооружения, видимо, желая пресечь любые нападения извне, но на деле это означало, что людям внутри не позволяли свободно выходить в море.

Это он в новый мир попал или в тюрьму? Юэ Жунсюань словно заново открыл для себя свет.

Военная зона в порту оказалась довольно обширной, и стоило ему подойти чуть ближе, как его тут же принялись прогонять. Он молча бросил взгляд вглубь территории и с неохотой удалился.

Чем бы заняться? Вампиры обладают невероятно долгим сроком жизни, и в этой бесконечной череде лет чувства притупляются, а настроение едва ли способно хоть как-то всколыхнуться. Из-за этого у них порой проявляется полная потеря интереса ко всему на свете. Пожалуй, это тоже можно назвать проклятием долголетия. Глядя, как сменяют друг друга день и ночь, как кружатся времена года, а сам он остается всё в том же обличье, невольно чувствуешь себя не в своей тарелке.

По неизвестной причине Лэн Юэси вручила ему жетон, дававший высшие полномочия, уступающие лишь императрице, и позволявший по собственному усмотрению распоряжаться любыми ресурсами внутри Цзинту. Однако Юэ Жунсюань не слишком-то хотел им пользоваться. По идее, если бы ему действительно не нравился приход этих ребят, он вполне мог злоупотребить своими правами и всё здесь разнести, но в конце концов он так и не поступил. Для него, кто бы ни правил этим континентом, было достаточно уже того, что здесь найдется уголок и для него самого.

Внезапно в тумане мыслей он расслышал, как кто-то зовет его.

— По приказу Ее Высочества вам надлежит немедленно явиться в Тронный зал.

Подошедший к нему ординарец отдал честь и почтительно произнес это. Хотя прошел уже месяц, базовая система связи так и не восстановилась, и даже защитные багоюры еле теплились. Неудивительно, что пришлось отправлять связного. Старую систему, говорили, прослушивали, поэтому кто-то предложил построить новую, и это предложение одобрили. В итоге Цзинту подвергли капитальному ремонту во всех направлениях, а прежнее оборудование в основном списали.

Получив приказ, Юэ Жунсюань без промедления поспешил к Лэн Юэси. Вскоре он уже был у входа, но ему передали, что она находится не внутри, а в своей спальне.

— Это ведь не место для посторонних, она издевается надо мной, что ли?

Не обращая внимания на преграды, Юэ Жунсюань толкнул створки дверей Тронного зала. Ее и впрямь там не оказалось, внутри находились лишь несколько рабов-людей, латавших трещину, которую вчера оставила Лэн Юэси своим ударом. Лицо Юэ Жунсюаня скривилось — он едва сдерживался. Ну до чего же взрослая девица, а ума не нажила! Эй, с чего это он сказал «снова»? Юэ Жунсюань и сам не знал, но всё же ушел оттуда и в сопровождении нескольких вампиров направился к ее спальне.

Он толкнул дверь, и в глаза ударил бесконечный розовый цвет. Как автор, я считаю необходимым сделать ремарку: неужели стиль оформления этого мира прямо пропорционален цвету волос? Лэн Юэси обнаружилась на подвесном кресле у окна. На ней было белоснежное платье, а длинные розовые волосы были заплетены в два хвостика. С таким-то объемом шевелюры я, бедный студент-ишник, глядя на это, готов был заплатить слезами. Почему у столь занятой великой особы может быть такой густоты волосня? И правда, зависть к людям доводит до белого каления!

Юэ Жунсюань замялся, не желая входить, поскольку это была личная территория девушки, но она, услышав скрип двери, тут же подскочила, схватила его за руку и втащила внутрь. Перечить Юэ Жунсюань не смел и был вынужден войти. Она снова забралась в подвесное кресло и велела ему легко покачивать его. Юэ Жунсюань подчинился. Она с наслаждением погрузилась в это состояние, даже забыла о своем статусе и легко прислонилась к его плечу. Хорошо еще, что никто не смел смотреть в эту сторону, иначе неизбежно возникло бы множество недоразумений.

Они раскачивались довольно долго, пока она наконец не подала знак остановиться. Спрыгнув с кресла, она направилась к маленькому столику в комнате и жестом предложила Юэ Жунсюаню присесть, однако он наотрез отказался и предпочел оста стоять. Она тяжело вздохнула, но настаивать не стала. Кровавый чай на столе был уже готов, и они принялись неторопливо беседовать за чашками.

— Говорят, ты уже два века живешь в этих краях.

— Да, Ваше Величество.

Такое обращение, судя по всему, ей не слишком понравилось.

— Другим еще простительно, но тебе категорически запрещено так меня называть. Юэси, Юэси, Юэси — повторяю трижды, с этих пор зови меня просто Юэси.

— Слушаюсь, Вей... Юэси.

— Ну полно, не нервничай ты так, иди-ка попробуй.

С этими словами она собралась лично налить ему чаю. Разве ж так можно? Поспешно схватив собственную чашку, он сделал маленький глоток. Вкус отличался от того, что был у Му Минъяня, здесь он оказался куда более мягким. Кажется, ему уже доводилось пить чай с таким вкусом... Вспомнить не удалось.

Заметив его скованность, она лишь покачала головой.

— Расслабься, я же не стану пить твою кровь.

Юэ Жунсюань снова вспомнил, как ее потом не соскребешь... Впрочем, такие вещи лучше не озвучивать в лицо, не то ему конец.

— Вообще-то я позвала тебя сегодня, чтобы ты кое-кого проверил. Речь о ребенке Му Минъяня. Насколько мне известно, у него просто не может быть детей, но появление столь ниоткуда взявшегося типа все же вызывает у меня некоторые сомнения, так что я хочу поручить тебе это расследование. Вчера я вытянула из него признание: он отправил Му Кэ в Европу. Это земли, которыми правит бог ветра Цзисин, весьма вольное местечко. Старина Му и правда умеет выбирать края. Через пару дней я отправлю тебя туда же. Лучше всего — верни его назад.

— Но если упадет солнечный свет...

— Об этом можешь не беспокоиться, Му Минъянь уже разработал защитную обработку от солнца для клана крови, так что теперь можно находиться под лучами хоть круглые сутки, и ничего не случится.

Юэ Жунсюань ужасно обрадовался: значит, можно будет вести себя попроще? Похоже, поручение не такое уж и каторжное!

— Через несколько дней я созову совет, а сразу после него отправлю тебя в путь. Тебе выдадут вооружение первого уровня, по крайней мере, тебя не прибьют парочка обычных людишек. Ну как?

— Отлично, я уже почти предвкушаю это.

Юэ Жунсюань невольно взмахнул кулаком. Увидев это, Лэн Юэси прикрыла рот рукой и тихонько усмехнулась. Но лицо ее тут же снова помрачнело. Если бы тогда у него не было этого пыла, то сейчас... Она покачала головой: ладно, всё это в прошлом, а теперь разве он не рядом с ней? Пусть даже вскоре ей снова придется его отправить в путь.

Новоиспеченный режим был крайне нестабилен, и среди Одиннадцати благородных тоже кто-то явно плел интриги. Взять хотя бы шестого по счету Дракулу из ее окружения — тот еще заноза в заднице, вечно портит ей кровь: то на собраниях выставит ее в дурном свете, то в повседневной жизни придирается к каждой мелочи, просто сил уже нет. Но поделать с ним она ничего не могла: пусть она и занимает первое место (не считая первых двух), расправиться с ним с помощью политической власти у нее не получалось — кровь обязывала. Зачем только прародитель Фуси создал эту мерзкую тварь? Вот если бы все были как потомок под номером десять — те послушны ей до крайности, сказано слово — и беспрекословное исполнение. Нужно при первой же возможности извести этого гада.

Собрание, разумеется, выдалось донельзя скучным; их фракция насчитывала трех прародителей, оказавшись самой многочисленной. Му Минъянь занимал как раз двенадцатое место, будучи побочным продуктом экспериментов Фуси из отходов, а потому права присутствовать на совете не имел.

Главной темой обсуждения стал вопрос захвата Объединенного Континента. На каждом материке восседал по меньшей мере один прародитель со своим городом-государством, и их владения закономерно являлись запретной зоной для людей. Но в силу немногочисленности населения, да к тому же невозможности выносить солнечный свет, они пока пребывали в патовой ситуации с человечеством. Лэн Юэси намеренно умолчала перед остальными насчет Му Кэ и Юэ Жунсюаня. Узнай те обо всем, поднялся бы невообразимый переполох.

Совещание затянулось на несколько дней, и всё это время Юэ Жунсюань пребывал в состоянии жутчайшей скуки. Друзей у него всего двое: Му Минъянь — к нему постоянно не набегаешься, а Му Кэ... Внезапно он вспомнил о своих прежних одноклассниках. Большинство из них — люди, но ведь можно слегка навестить кого-нибудь из них, верно?

С этой мыслью он расспросил кое-кого об адресах тех, кого считал более-менее близкими знакомыми, и отправился в путь.

В конце концов, нынешние люди — военнопленные, и издевательства над ними воспринимались как нечто само собой разумеющееся. Всех людей случайным образом распределили по разным хибарам — теснотища страшная, ровно настолько, чтобы было где приткнуться поспать. Каждому выдали ожерелье с выбитым личным номером, группой крови и прочими данными; ежедневная обязанность заключалась в сдаче крови в обмен на жалкую пайку еды, а стоит пропустить хоть раз — и ходи с пустым желудком. Если же кто-то пытался отнять чужую еду... Ну а что поделать? Подумаешь, какие-то людишки, вампирам до этого никакого дела не было.

Юэ Жунсюань быстро отыскал нужное место — бывший дом одной из его одноклассниц. Он тихонько постучал в дверь, но открыла ему девочка помладше. Увидев вампира, она испуганно ахнула и попыталась захлопнуть створку, но Юэ Жунсюань вовремя уперся ногой.

Изнутри выглянули с добрых два десятка детей, и кто-то из них явно узнал гостя.

— Юэ Жунсюань?

— Привет... Давно не виделись.

Они обменялись приветствиями. Девушка пригласила его войти присесть, по старой памяти поболтать. Прошел-то всего месяц, о какой старой памяти речь? Но он все же вошел.

Комната внутри оказалась разбитой в пух и прах, на стенах виднелись детские малевичи. Юэ Жунсюань уже бывал здесь раньше, но никак не ожидал увидеть такое запустение.

— Не думала я, что ты вампир.

— Ха, мне всё как-то совестно было признаться.

Юэ Жунсюань поскреб в затылке: скажи он такое во время учебы, одноклассники ведь забили бы его насмерть, верно?

— Говорят, вампиры могут жить безумно долго.

— Это да.

— И сколько же тебе лет?

— У меня есть воспоминания двухвековой давности, но точный возраст я и сам толком не знаю.

— Ох.

Она погрузилась в задумчивость, а он принялся внимательно осматривать помещение.

— Похоже, живется вам несладко.

— И то верно! Каждый день одна и то же бурда, меня уже тошнит от нее. Вы-то теперь небожители, живете наверняка припеваючи.

Юэ Жунсюаню стало стыдно.

— Спорить с тобой — вечно я в проигрыше.

— Да как я смею с тобой спорить.

Они рассмеялись, но неловкость это не развеяло. И впрямь, теперь их статусы оказались неравными. Она, должно быть, запугана побоями до полусмерти, оттого и держится столь почтительно. Людей хотя бы держали как главный источник пищи для вампиров, так что убивать их никто не собирался, но вот насчет того, бьют ли их — тут уж как повезет. Судя по тому, как подрагивают ее руки, раны после недавних побоев еще не зажили.

— А где Му Кэ? — вдруг спросила она. — И Му Минъяня не видно. Вы что, все такие?

— Му Минъянь да, но Му Кэ... сбежал.

— Будь у меня хоть капля решимости, я бы тоже сбежала, а не оставалась здесь терпеть издевательства. Эх, смотрю на всё это и сама уже не понимаю, в чем прелесть быть человеком.

Юэ Жунсюань остолбенел — об этом он как-то даже не задумывался. Сам он прожил жизнь человеком и вовсе не чувствовал какого-то отторжения к вампирской сути.

— Ты ведь почти не общался с нами. И правда, от всяких чудиков добра не жди.

Снова неловкость, сплошная неловкость.

— Мне пора, нужно идти сдавать кровь, и тебе лучше поскорее убираться отсюда, не то меня обвинят в пособничестве вампирам и изобьют.

— Посмотрим еще, кто посмеет.

— А когда тебя не будет рядом? Проваливай давай. Пожалуй, я даже жалею, что впустила тебя.

Покинув человеческий квартал, Юэ Жунсюань вернулся в свои апартаменты. Огромная комната — словно из ада в рай попал. Вот только пустота кругом: какими бы роскошными ни были вещи, он оставался в одиночестве. И какой толк?

Вскоре кто-то доставил ему комплект человеческой одежды, меч первого уровня вооружения и пузырек с лекарством.

«Принимать три раза в день по одной таблетке, курс — один месяц, после чего перестанете бояться солнечного света...» Создатель: Му Минъянь. То, что изобретал этот тип, никогда не отличалось надежностью, но неизменно работало на багах, так что поиск новых применений его поделкам издавна был любимым развлечением. Вспоминая времена, когда тот вечно использовал его в качестве подопытного кролика... Как же было хорошо! Жаль только, те мирные дни канули в Лету.

Юэ Жунсюань аккуратно проглотил одну пилюлю, и в голове тут же зашумело — закружилось, закружилось, закружилось. И правда, эта штука явно не предназначена для приема внутрь!

Когда он очнулся, наступил уже следующий день. Из-за полярного расположения ориентироваться по времени было не на что, но он сразу почувствовал неладное. Проведя языком по деснам, он с ужасом обнаружил, что клыки пропали!

— Врете...

В школьные годы клыки не появлялись из-за солнца; позже он долго не мог привыкнуть к этой особенности вампиров. И вот на тебе — опять исчезли.

— Я что, сплю?

Подумав так, он бросил взгляд на вещи на столе и понял: происходящее — вовсе не случайность.

— Ну что ж, посмотрим, какие еще сюрпризы мне преподнесут.

http://bllate.org/book/19212/1886164