Фэн И провела кончиком пальца по парящей странице, подперла подбородок и произнесла:
— Хм, в тот день я и вправду, кажется, совершила неблаговидный поступок: наняла группу талантливых в играх ребятишек подрабатывать в интернет-кафе, а когда пришло время выплачивать зарплату, просто прикарманила деньги и сбежала.
— Один паренек запомнился мне особенно. Он неотступно преследовал меня, требуя денег, уверяя, что иначе они с младшей сестрой умрут с голоду, но я ему не поверила.
— К тому же есть одна особенность: кажется, ровно четырнадцать лет назад в какой-то день у меня в бизнесе начали происходить самые странные сбои, даже капитал перестал оборачиваться, я постоянно балансировала на самом краю банкротства.
Шэнь Вэйжань навёл справки о событиях 11 апреля прошлого года и обнаружил, что, судя по всему, тоже обидел какого-то мужчину:
— В ноябре прошлого года у меня были финансовые трудности, и я ограбил на улице выглядевшего очень уставшим юношу. Этот парень отчаянно дрался со мной, словно это были чьи-то деньги, спасающие ему жизнь.
— Но в конце концов я победил и забрал деньги. Несколько дней спустя я тяжело заболел, в больнице потратил огромную сумму, но причину недуга так и не нашли. Врачи сказали, что мне осталось жить не больше трех месяцев.
Хэ Юйпу приподнял веки, уголки его губ изогнулись, но в улыбке не было ни тепла:
— Вот почему нас пригласили на это шоу.
— Я примерно понял, что здесь произошло. Если судить по хронологии и имеющейся информации, 11 февраля четырнадцать лет назад старший брат пошел работать не покладая рук, чтобы прокормить сестру, в итоге бессовестный босс Фэн И обманула его на деньги.
— 11 марта два года назад сестра из-за своей способности видеть духов подверглась издевательствам со стороны Ши Чэня и Цзянь Цзыхэна, а брат заступился за нее и был избит.
— 2 января прошлого года брат убил родителей Ши Чэня и Цзянь Цзыхэна, а сестра пришла к моему наставнику изменить кармическую связь. Она взяла на себя карму брата и поэтому заболела раком.
— 11 апреля прошлого года брат копил деньги на лечение сестры, но Шэнь Вэйжань отобрал их все до последней монеты.
Шэнь Вэйжань задумчиво произнес:
— Выходит, тот, кто нас пригласил, скорее всего, и есть брат. Это акт умышленной мести.
Цзянь Цзыхэн повернулся к Хэ Юйпу:
— Эй, я тут кое-что вспомнил. Перед самым происшествием А-Ян вроде бы ухаживал за одной девушкой, разница в возрасте у них была лет десять.
— Хотя какое там ухаживал — скорее одностороннее преследование. Та девочка, похоже, никак не откликалась на его знаки внимания и все время избегала его.
Ши Чэнь нахмурился:
— На вид А-Яну уже лет двадцать пять. Разница в возрасте в десять лет... Получается, девушке всего пятнадцать-шестнадцать, и он преследовал ее против воли? Да это же чистой воды извращенец!
Кошачьи глаза Хэ Юйпу слегка сузились, длинные ресницы отбросили тень на бледное лицо:
— Вот почему А-Ян мертв. При жизни он подвергался жестокому обращению, а после был превращен в ходячего мертвеца. Сейчас он ждет нас на первом этаже: стоит только спуститься, как он бросится за нами в погоню.
— Старый даос боялся вовсе не камер, а того, кто стоит за ними. Он пришел предъявить нам общий счет.
— К тому же вы заметили? В местах, где есть камеры, злых духов становится больше, но сами они слабеют.
Хэ Юйпу слегка нахмурился и посмотрел на Цзянь Цзыхэна, который все еще послушно пил воду:
— Иначе, когда объектив был прикован к нему, силы злобного духа хватило бы, чтобы подняться наверх и разорвать его в клочья, вместо того чтобы затягивать до бесконечности и даже заставлять А-Яна лично вступать в бой.
— Объектив камеры ослабляет силу злых сущностей и привлекает их ненависть.
Цзянь Цзыхэн, заметив, что разговор внезапно переключился на него, растерялся, но все же до конца не понял:
— Так кто же этот брат? Где он может прятаться? И в чем вообще смысл существования этого шоу?
Хэ Юйпу посмотрел в объектив камеры, в его сердце уже закралась смутная догадка:
— Не знаю. Древний трактат — это подсказка, которую должен выдать третий данж.
Время отдыха подошло к концу.
Из динамиков тут же донеслось потрескивание, после чего зазвучал низкий голос Ли Ичэня, эхом ранесшийся по комнате:
— Уважаемые гости, обратите внимание: до начала испытания в третьем данже осталось пять минут.
— Пожалуйста, приведите себя в порядок и соберитесь во внутреннем дворе на первом этаже, запись нашего шоу вот-on-вот начнется.
Все поднялись со своих мест и, следуя указаниям трансляции, спустились из комнаты отдыха на третьем этаже в холл первого этажа.
Хэ Юйпу ожидал, что А-Ян устроит бунт и придет убивать, но тот просто тихо стоял в углу, наполовину скрытый тенью, так что выражение его лица было невозможно разобрать.
Он чувствовал, что А-Ян боится и даже украдкой прячется в темноте, смертельно опасаясь гнева режиссера Ли Ичэня.
Бросив на него лишь пару взглядов, Хэ Юйпу отвел глаза и последовал со всеми в неизведанный доселе внутренний двор.
Внутренний двор оказался просторным и безмятежным: справа зеленел небольшой бамбуковый лесок, а слева располагался элегантный горячий источник, выложенный молочно-белым нефритом — дорогой, роскошный, над которым клубился густой пар.
А прямо в бамбуковой рощице смутно угадавались очертания беседки, рассчитанной человек на пять-шесть.
Заметив на мониторе, что все шестеро гостей прибыли во внутренний двор, Ли Ичэнь включил микрофон и через динамики обратился к участникам:
— Поздравляю всех гостей с успешным прохождением третьего и последнего раунда! Этот данж открытого типа, в нем нет никаких головоломок.
— Молодой господин А-Ян очень рад, что вы пожаловали в особняк, чтобы составить ему компанию в этот праздничный день, поэтому специально приготовил для вас грандиозный пир с хого.
— Ингредиенты уже подготовлены, гостям нужно лишь отыскать котел. Сценарий с соответствующими подсказками спрятан в беседке посреди бамбуковой рощи, можете пройти туда и забрать его.
— Ну а теперь... игра начинается.
Мягкие нотки в голосе Ли Ичэня внезапно исчезли, интонация на конце фразы взлетела вверх. В ней отчетливо слышалось веселье, но звучало оно словно острие бритвы, окутанное зловещим турором — от этого становилось не по себе.
Слушая его слова, Хэ Юйпу нахмурился, его синие глаза излучали холод, а длинные белые волосы, подобные лунному свету, трепетали на ветру.
Он обернулся и заметил, что камера следит за ним.
Хэ Юйпу был уверен: Ли Ичэнь открыто и нагло провоцирует их, испытывая злорадное удовлетворение от мести.
Мести?
Кажется, они ничего особенного не сделали этому молодому режиссеру.
Неизвестно, было ли это плодом воображения Хэ Юйпу, но после слов Ли Ичэня температура во внутреннем дворе резко упала на несколько градусов, а липкое, неприятное ощущение чужого взгляда только усилилось.
Голос Шэнь Вэйжаня раздался рядом:
— Хэ Юйпу, чего ты завис? Там что-то есть? Разве ты не идешь с нами к беседке?
Хэ Юйпу беззвучно отвел взгляд и отозвался:
— Ничего. Я иду с вами.
Однако, взглянув в сторону леска, он на мгновение замер: тот был настолько черным, словно вымазанным тушью, что поглощал любые лучи света, зияя бездонной, похожей на пропасть чернотой.
Странно, неужели роща была такой темной всего мгновение назад?
Цзянь Цзыхэн сглотнул вставший в горле ком и со страхом прижался к Хэ Юйпу:
— Даос Хэ, мне показалось, или в лесу и вправду мелькает множество человеческих силуэтов?
Уже смеркалось, но особняк был ярко освещен, и бесчисленные смутные очертания попадали в лучи света, отчетливо выделяясь во тьме.
Они прятались за стволами деревьев, выставив наружу лишь половину тел. Их шеи, гибкие, точно куски лапши, вытягивались вперед, вглядываясь прямо в их сторону, и до слуха даже доносился едва уловимый звук сглатываемой слюны.
Пэй Эр потер покрывшиеся мурашками руки, с недовольным лицом уставился на то, что было впереди, и раздраженно бросил:
— Черт, все эти тени впереди смотрят на нас?
На лице Хэ Юйпу не было ни малейшего следа беспокойства, он бросил на него косой взгляд:
— Если точнее, все эти призрачные тени смотрят на тебя.
Лицо Пэй Эра мгновенно почернело. Предупреждающе глянув на него, он процедил сквозь зубы:
— Не умеешь говорить — так закрой рот, за немого тебя никто не сойдет.
Хэ Юйпу тихо усмехнулся и проигнорировал его выпад.
Видя, что тот открыто насмехается над ним, Пэй Эр помрачнел еще сильнее.
Впрочем, после подсказки Хэ Юйпу он теперь отчетливее прежнего ощущал липкий взгляд, прилипший к его телу — взгляд этот источал жадность и знойную жару, словно обладатель его был готов перегрызть ему кости.
Эти призрачные тени и впрямь нацелились на него.
Он поднял руку и активировал на парящей странице защитный артефакт, наложив его на себя, и лишь после этого с облегчением выдохнул.
В бамбуковой роще царила жуткая, зловещая атмосфера: черные текучие субстанции ползли по стволам деревьев, в тенях блуждали багровые глазные яблоки, наводя леденящий ужас, а шелест листьев походил на заклинание, зовущее на смерть.
Шагая по тропинке, Хэ Юйпу услышал идущего впереди Цзянь Цзыхэна:
— Даос Хэ, мне так страшно, можно я возьму тебя за руку?
В голосе слышались слезы, а предельный страх заставлял его голос дрожать.
Мимо пронесся порыв ледяного ветра, и иссушенная, мертвенно-бледная рука протянулась из пустоты, ожидая ответа.
Однако этот смертный вовсе не спешил послушно вкладывать свою ладонь в чужую. И в тот момент, когда злой дух уже растерялся, по нему пришелся неожиданный и прямой удар пощечины, и его легкое, подобное бумаге тело отлетело в сторону.
Впереди внезапно вспыхнул ослепительно-белый лучезарный свет.
Хэ Юйпу держал в руке фонарик размером с маленькую диванную подушку, но его диод мощностью P100 освещал всю бамбуковую рощу так ярко, будто стоял полдень.
Его ладонь все еще была занесена в воздухе, уголки губ тронула мягкая и послушная улыбка, но глядя на злого духа, он излучал насмешку:
— На мне все еще надето одеяние даоса, парень, тебе лучше считать меня живым человеком.
Цзянь Цзыхэн: «......»
Как страшно... Он впервые видел испуг в глазах призрака.
Весь лес был заполнен причудливыми фигурами злобных духов. Большинство из них, со скрученными конечностями, ползали по земле, уставившись на гостей кровавыми пустыми глазницами, испуская из глубин глоток жадные, изнывающие от жажды хихиканья.
Хэ Юйпу лишь бегло окинул их взглядом и продолжил путь. Судя по опыту первых двух данжей, на пути к сценарию этот отрезок времени считался безопасной зоной, и никакие злые духи не должны были мешать.
Он дошел до небольшой беседки, выбрал местечко поудобнее, сел, раздал сценарии остальным и лишь после этого заглянул внутрь.
На листе формата А4 уместился всего один абзац текста:
В течение часа гости должны найти три «котла». Места их укрытия: земля во внутреннем саду, стол в гостевой комнате и стол в холле первого этажа. Отыскав их, необходимо бросить все три алтаря в горячий источник.
Ниже шла довольно детальная зарисовка.
На ней был изображен сосуд с ярко выраженным мраморным узором, ровного молочного оттенка, с гладкой и ровной поверхностью. Цилиндрическая форма с легким изгибом придавала изделию изящество.
Однако при всей внешней эстетичности форма эта внушала жуткий трепет: сосуд до боли напоминал погребальную урну, используемую для ритуалов.
Шэнь Вэйжань внимательно вгляделся в рисунок, чувствуя смутное дежавю, и поднял взгляд на Хэ Юйпу, который тоже изучал сценарий.
Хэ Юйпу как раз поднял голову, их взгляды встретились, и он кивнул:
— Верно, мы уже видели его.
Стоило ему произнести это, как Ши Чэнь, Пэй Эр, Фэн И и Цзянь Цзыхэн одновременно устремили на него взоры.
Хэ Юйпу не стал ничего скрывать: в конце концов, два котла находились на первом этаже, где патрулировал А-Ян, и собирать все три алтаря в одиночку или только силами его с Шэнь Вэйжанем дуэта было слишком трудно.
Он выложил все, что ему было известно:
— Мой второй данж проходил в гостевой комнате, я видел его перед статуей божества. Сам сосуд был черным, точь-в-точь как на этом эскизе.
— Шэнь Вэйжань принял его за какую-то утварь для мусора и бросил на кровать в комнате.
— Но сейчас главная проблема в том, что А-Ян дежурит в холле первого этажа, а трансляция уже закончилась, так что сдерживать его она больше не будет. Скорее всего, нас ждет погоня.
Шэнь Вэйжань удивленно приподнял бровь:
— Оказывается, эта штука и была котлом? А я думал, банка из-под сладостей.
— Раз там крутится А-Ян, тогда я пойду внутрь вместе с Хэ Юйпу. Ши Чэнь, выбери двоих и идите с нами, мы с вероятностью девяносто процентов не столкнемся с ним, если только он сам нас не разыщет.
Ши Чэнь согласился с его предложением и уже собирался распределить людей, как кто-то дернул его за рукав.
Цзянь Цзыхэн опасливо покосился на Ши Чэня и тихо произнес:
— Капитан, я не хочу идти с Пэй Эром, для меня это опасно.
Ши Чэнь бросил взгляд на засохшую кровь у него на воротнике, припоминая едва не затронувшую сонную артерию рану на шее парня:
— Ладно, пойдешь с Фэн И.
Пэй Эр прищурился, его взгляд потемнел, наполнившись предупреждающей угрозой.
Цзянь Цзыхэн отвел глаза от встречи взглядов и спрятался за спину Фэн И.
Фэн И поднялась с места, заслоняя его от взора Пэй Эра, и потянула за собой, следуя по пятам за Хэ Юйпу и Шэнь Вэйжанем.
Голос Фэн И донесся спереди:
— Пэй Эр, во всем нужно знать меру. Цзыхэн терпел твое отношение только из соображений командного братства.
— Судя по его личным навыкам, даже несмотря на то, что он новичок, прикончить тебя в этом данже для него не составит особого труда.
Сказав это, она даже не взглянула на Пэй Эра и, увлекая за собой Цзянь Цзыхэна, скрылась в темноте вместе с остальной тройкой, направляясь к первому этажу особняка.
Ши Чэнь бросил взгляд на недовольного Пэй Эра и вздохнул:
— Сейчас не время для капризов. Пойдем, догоним их.
Шестеро человек остановились у дверей главного холла особняка.
Пэй Эр потянулся, чтобы распахнуть створки, но его руку внезапно перехватили. Хэ Юйпу посмотрел на него холодным взглядом:
— Оставь.
Он и без того был взбешен тем, что члены команды отчитывали его по очереди, а теперь, столкнувшись с таким отношением, вспылил окончательно. Криво усмехнувшись, он бросил:
— С каких пор посторонние берутся указывать? Разве наш Альянс «Изогнутый клинок» потерпит, чтобы какой-то NPC командовал парадом?
Цзянь Цзыхэн указал на окружающую их обстановку, а его лицо заметно побледнело:
— Даос Хэ прав. Взгляды всех злых духов вокруг устремлены на тебя, кажется, они действительно выбрали тебя своей целью.
Хэ Юйпу кивнул:
— Стоит тебе войти внутрь, и ты станешь ходячим радаром. Если А-Ян нас не отыщет, значит, он ослеп.
Пэй Эр: «......»
Его зрачки потемнели, взгляд заскользил между Цзянь Цзыхэном и Хэ Юйпу, после чего он хрипло бросил:
— Цзянь Цзыхэн, ты все больше склоняешься на чужую сторону.
Фэн И на сей раз не стала возражать Пэй Эру. Ши Чэнь лишь молча велел Пэй Эру замолчать, не став развивать тему.
Как бы ни был наивен Цзянь Цзыхэн, он тоже уловил подвох и растерянно моргнул:
— В смысле? Я просто озвучил факт, и это считается предвзятостью?
Хэ Юйпу придержал Цзянь Цзыхэна за плечо, предотвращая назревающую ссору.
Хотя ходячие мертвецы в холле обладали притупленным слухом, это не значило, что они полностью глухи — если они потревожат А-Яна, дело примет скверный оборот.
Впрочем, он и сам находил перемену в поведении Альянса «Изогнутый клинок» странной, будто некая невидимая сила намеренно искажала их восприятие.
Хэ Юйпу поднял глаза: Ши Чэнь, Фэн И и Пэй Эр каким-то образом успели пропитаться зловещей суй-ци, их кожа казалась бледнее обычного, а между бровей залегли темные тени — они выглядели изнуренными и болезненно раздражительными.
Однако подобная концентрация суй-ци сказывалась лишь на настроении, пока не влияя на боеспособность, а на очищение требовалось слишком много времени, так что Хэ Юйпу решил не вмешиваться.
В конце концов, их пути изначально пересекались лишь поверхностно, друзьями их назвать было нельзя.
Хэ Юйпу обратился к Ши Чэню:
— Отдай нам Цзянь Цзыхэна. Этот ходячий мертвец чрезвычайно силен, да к тому же на первом этаже особняка спрятаны две погребальные урны — сложность слишком высока, нам нужен Цзянь Цзыхэн.
Ши Чэнь обладал куда большей способностью контролировать собственные эмоции, чем обычные люди, поэтому суй-ци не затмила его здравый рассудок, и он ответил без промедления:
— Хорошо, пусть Фэн И и Цзянь Цзыхэн идут с вами.
Они с Пэй Эром повернули обратно к роще, и Ши Чэнь бросил Хэ Юйпу угрожающий тон:
— Присмотри за ними. Если ты посмеешь использовать их как живой щит или с ними что-то случится, живым тебе отсюда не уйти.
Хэ Юйпу кивнул:
— Я сделаю все возможное.
На этом шестерка разделилась: Пэй Эр и Ши Чэнь отправились откапывать урны в роще, а Хэ Юйпу, Шэнь Вэйжань, Фэн И и Цзянь Цзыхэн пробрались внутрь особняка.
Шэнь Вэйжань не стал приближаться к парадному входу, а вместо этого пошел в обход по коридору. На полной скорости промчавшись сквозь засаду затаившихся в проходах духов, он рыбкой нырнул в окно гостевой комнаты.
Шаги Хэ Юйпу были чуть менее уверенными, но в два счета он вскочил на подоконник и, в ту самую секунду, когда когти призрака едва не коснулись его рукава, кубарем влетел в комнату, где ждавшая его Фэн И тут же захлопнула створки.
Цзянь Цзыхэн перевел дух. Его все еще трясло от страха, он подошел, похлопал Хэ Юйпу по плечу и помог ему отдышаться:
— Даос Хэ, почему ты бежал так медленно? Чуть не попался, было жутко близко.
Хэ Юйпу и сам был озадачен: с самого начала игры ему неизменно доставались карты личности с пониженной выносливостью — сплошь хилые и болезненные персонажи:
— Ничего не поделаешь, с детства здоровье не то.
Заметив, что Шэнь Вэйжань никак не может найти то, что нужно, он подошел, откинул простыню и в самом углу заметил маслянистый блеск глазури — так легко и просто была добыта первая погребальная урна.
Цзянь Цзыхэн, прильнув к подоконнику, окликнул остальных:
— Черт, А-Ян сидит прямо в холле! В руке у него белый костяной клинок, он смотрит на входную дверь, словно караулит нас!
Его руки и ноги моментально похолодели. Если бы Хэ Юйпу вовремя не остановил Пэй Эра, а Шэнь Вэйжань не утащил их кружным путем через окно, то при том расположении А-Ян первым делом разрубил бы надвое именно его!
Фэн И подошла, зажала ему рот рукой и силой оттащила назад:
— Тише. Ходячие мертвецы туги на слух, но это не значит, что они глухие. Хватит околачиваться у окна.
Хэ Юйпу взял урну, его пальцы рассеянно оглаживали узоры на поверхности.
Шэнь Вэйжань озадаченно спросил:
— С этим котлом что-то не так?
— Это не котелок, а погребальная урна, ритуальная утварь.
Хэ Юйпу покачал головой и протянул урну Шэнь Вэйжаню:
— Я вот о чем думаю: пусть даже снаружи нас караулит ходячий мертвец, мы ведь уже добрались до третьего данжа, здесь должно быть опаснее, почему же все стало так просто?
— Мало того, что нет никаких головоломок, так еще и расположение с внешним видом урн нам растолковали подробнейшим образом, словно боясь, что мы их не найдем.
— И потом, в погребальных урнах обычно должен храниться прах, почему же внутри абсолютно пусто?
Шэнь Вэйжань скользнул по нему светлым взглядом:
— Ты что, мазохист? Разве плохо, когда все проще? Мне вот так больше нравится.
Хэ Юйпу полуприкрыл глаза:
— Не к добру это. Мы до сих пор понятия не имеем, кто этот старший брат. Тот, кто способен превратить живого человека в ходячего мертвеца, по определению безжалостен и далеко не так прост, как кажется.
— Мы тронули его сестру и, можно сказать, косвенно стали причиной ее гибели. Ты думаешь, он нас отпустит?
Шэнь Вэйжань сглотнул подступивший ком:
— Пожалуй, ты прав.
Он поднял взгляд на стену за спиной Хэ Юйпу и удивленно произнес:
— Кстати говоря, какого черта ты прилепил туда эту дрянь? Опять кто-то выходит с тобой на связь?
Хэ Юйпу обернулся и увидел, что портрет призрака, который только что валялся на полу, неизвестно как снова прилип к стене. Он висел на прежнем месте, закрывая тайный лаз в стене.
Лицо на картинке гнило и покрывалось плесенью, черные глазницы зияли пустотой, из них сочились жуткие кровавые полосы, а уголки губ искривились в зловещей улыбке. Остекленевшие зрачки дергано, рывками вращались, разглядывая людей в комнате.
Палец существа высунулся из пустоты, прижавшись к зашитым черными нитками губам, и оно согнуло глаза в улыбке. Покой комнаты нарушил едва слышный шепот: «Ш-ш-ш».
Это была открытая провокация.
Словно ребенок, который после очередной пакости возвращается к месту преступления, чтобы полюбоваться своими плодами.
У Хэ Юйпу от догадки затылок покрылся мурашками, тело заледенело. Сердце заколотилось с бешеной скоростью, тупая боль пронзила грудь, словно тупой топор кромсал его кости.
— Что такое?
Заметив перемену в его лице, Шэнь Вэйжань успокоил его:
— Ничего страшного, даже если она сама прилипла. Этим призракам трудно покидать бумажный носитель, так что ничего страшного.
Хэ Юйпу судорожно втянул воздух:
— Верно. Пока есть бумажный носитель, она может перемещаться.
— Значит, эта тварь уже побежала докладывать А-Яну.
Обернувшись, Хэ Юйпу увидел, что А-Ян прижался лицом к стеклу окна. На его лице играла леденящая кровь ухмылка, а во взгляде читалось издевательство:
— se, . (Маленькая мышка, я нашел тебя.)
Цзянь Цзыхэн стоял ближе всех к оконному проему холла, и встреча нос к носу с А-Яном оказалась полной неожиданностью. Его тело содрогнулось, а вопль застрял где-то в горле.
Голос Хэ Юйпу вывел его из оцепенения:
— Чего вылупились, бегите!
Цзянь Цзыхэн запоздало повернул голову и увидел, что Хэ Юйпу уже без малейших колебаний сиганул в другое окно, действуя чисто, решительно и без единого лишнего движения.
Он: «......»
При всем уважении, ты же даос! Почему при встрече с призраками ты уносишься быстрее всех?!
Хотя Шэнь Вэйжань и Фэн И реагировали чуть медленнее Хэ Юйпу, но опередить новичка Цзянь Цзыхэна для них не составляло труда. Прошло лишь мгновение ока, как они успешно перемахнули через подоконник на боковую дорожку.
Цзянь Цзыхэн перебирался последним, его движения не отличались той же слаженностью, что у ветеранов. Стоило ему перекинуть за раму левую ногу, как правую тут же вмертвую вцепилась ледяная рука.
На губах А-Яна застыла свирепая улыбка, в руке сверкнул покрытый темно-красными пятнами крови костяной клинок. Рассекая воздух, острие с жаждой убийства устремилось к пояснице юноши.
Не успел Цзянь Цзыхэн даже испугаться, как Фэн И уперлась одной рукой о подоконник и, оторвав тело от земли по инерции, сбоку всадила ногу в оружие противника, отбросив его в сторону, а второй рукой грубо швырнула застывшего новичка вниз.
Фэн И безмолвно приподняла веки, собрав длинные волосы в простой хвост. Встретившись взглядом с А-Яном, она излучала такой леденящий холод, от которого кровь стыла в жилах:
— Шэнь Вэйжань, разберитесь с этим сами, вы двое ищите урну в лесу.
— Позаботьтесь о Цзянь Цзыхэне. Следующие пять минут я не позволю А-Яну побежать за вами.
Цзянь Цзыхэн едва не лишился дар речи:
— Черт возьми, а сестра Фэн хороша!
Шэнь Вэйжань искренне не понимал, что творится в голове у этого новичка. Стукнув его по лбу, он поволок его за собой со словами:
— Тебя только что чуть надвое не разрубили, а у тебя еще хватает духу восхищаться другими?
Цзянь Цзыхэн обиженно протянул:
— Но ведь не разрубили же еще?
Шэнь Вэйжань бросил на него косой взгляд:
— В прошлых данжах у вас гибли люди?
Цзянь Цзыхэн покачал головой:
— Нет. Брат Ши всегда ходил со мной, для него те данжи были слишком простыми, так что никто не умирал.
Взгляд Шэнь Вэйжаня потемнел, отвечать он не стал.
Теперь ему стало предельно ясно, почему этот парень вечно ведет себя так беспечно и легкомысленно.
Под крылом Ши Чэня он не видел, как игроков загоняют в тупик, заставляя идти по головам ради спасения собственных шкур, и не видел, как боевые товарищи гибнут у него на глазах.
Для этого новичка данжи были всего лишь аттракционом в парке развлечений или безобидной игрой, где невозможно умереть по-настоящему.
Но за те невзгоды, которые Цзянь Цзыхэн еще не успел испить, данж рано или поздно заставит его заплатить по счетам куда более суровой монетой.
Шэнь Вэйжань не стал тратить слова даром — у него не было столько святости, чтобы брать на себя роль наставника для новичка из Альянса «Изогнутый клинок». Ухватив парня за шиворот, он потащил его во внутренний двор и втолкнул внутрь через парадную дверь холла.
Хэ Юйпу уже держал в руках вторую погребальную урну.
Вокруг него расстилался сине-белый круговой массив, чьи торжественные сложнейшие узоры излучали чистейшую энергию, разгоняя подобно волнам толпы преследующих призраков.
Услышав знакомые шаги, Хэ Юйпу показал Шэнь Вэйжаню пустую внутри урну:
— Это вторая урна, и она снова пуста.
Шэнь Вэйжань нахмурился, в его голове тут же выстроилась логическая цепочка: эти урны предназначены для праха. Раз внутри ничего нет, значит, в них наверняка попытаются засыпать прах самих игроков.
Обычный, излюбленный трюк данжей.
— Все сводится к одному сценарию: нас просто превратят в пепел и запечатают внутрь? Еще бабушка надвое сказала, смогут ли они нас убить.
Он поманил Хэ Юйпу рукой:
— Быстрее! Фэн И долго не продержится, нам нужно спешить к горячему источнику.
Хэ Юйпу тоже не стал медлить, взял урну с прахом в руки, в два-три шага выбежал из холла и последовал за ними:
— Наверное, дело не в том, что пепел заменили наш, у этого так называемого братца слишком сложный характер, вряд ли у него было столько свободного времени. Если я не ошибаюсь, горячий источник — это алтарь, и если он и хотел собрать прах, то только прах своей сестры, иначе он не смог бы ее воскресить.
Дверь в главный холл находилась совсем недалеко от горячего источника, и вскоре они прибыли на место. Хэ Юйпу присел на корточки у источника: вода в нем была бездонной, от поверхности поднимался горячий пар, но при этом сама вода казалась леденящей.
Фэн И выглядела несколько потрепанной: на ее белой коже выделялись жуткие кровавые следы, но она даже не нахмурилась и, волоча тяжело раненое тело, устремилась к источнику.
Ши Чэнь и Пэй Эр тоже подошли, отделавшись лишь легкими царапинами. Они остановились рядом с Цзянь Цзыхэном и с недоумением посмотрели, как тот играет с водой.
Цзянь Цзыхэн опустил палец в воду, но тут же замерз так сильно, что принялся отчаянно дышать на руки:
— Какая-то жуткая вода.
Хэ Юйпу уже понял, что брат собирался сделать с ними, гостями, и пояснил:
— Этот алтарь не завершен, поэтому вода ледяная, не трогай ее зря. Тот братец, судя по всему, не смог найти нужные для алтаря материалы и решил пожертвовать человеческими жизнями — то есть нашими, чтобы пробудить зловещую силу в массиве.
Хэ Юйпу все казалось, что что-то здесь не так.
Для этого способа требовалась сила веры, но этот так называемый брат — обычное дикое божество, откуда у него столько последователей?
Пока он не поднял голову и не встретился взглядом с черным объективом камеры, внезапно всё не осознав.
Оказывается, целью создания этого шоу было как раз собирание веры.
Стоило кому-то из зрителей испугаться или излишне погрузиться в происходящее, как в некотором роде они начинали верить в существование злых сущностей, и такую некачественную веру можно было с натяжкой считать силой веры.
Все шестеро были в сборе, три урны с прахом тоже оказались у них. Из динамиков раздался низкий голос Ли Ичэня, в котором звучало легкое, зловещее веселье:
— Поздравляю уважаемых гостей с успешным получением трех урн с прахом. Теперь бросьте их в бассейн с горячим источником, и вы сможете успешно покинуть особняк.
Хэ Юйпу остановил Ши Чэня и Шэнь Вэйжаня, которые уже собирались бросить урны в воду:
— Подождите.
Движение Ши Чэня замерло:
— Что такое?
Хэ Юйпу легко усмехнулся:
— На всех призраках в этом особняке есть следы издевательств, к тому же они подчиняются приказам режиссера и испытывают перед ним абсолютный страх. Настоящая сущность режиссера — укротитель духов.
Хэ Юйпу не стал отвечать на его вопрос, а посмотрел прямо в объектив камеры:
— Что, всё еще будешь притворяться? Это ты — тот братец с айпада. В первой тайной комнате ты заставил меня экстренно настраивать освещение, потому что я чуть не убил твою драгоценную сестричку. Когда мы впервые опоздали в комнату отдыха, ты ходил успокаивать сестру? Эта женщина-призрак рыдала так громко, что в комнате отдыха было слышно каждый звук. Именно поэтому ты через объективы снова и снова давил на моего учителя, доведя его до самоубийства, и он погиб в пасти злого духа, чтобы так отомстить мне. А-Ян — иностранец, но язык в календаре и на айпаде, и даже ноты в музыкальной комнате — китайские, так что этот особняк принадлежит вовсе не А-Яну, а тебе. Ты заманил нас сюда, чтобы принести в жертву нашими жизнями и продолжить творить зло? Если укротитель духов будет и дальше творить зло, его постигнет кара небесная, ты должен понимать это.
Ли Ичэнь не стал отрицать, только его голос стал еще ниже, а смех наполнился холодом и кровожадностью, от которых кровь стыла в жилах:
— Да. У каждого долга есть свой кредитор, совершил дурное — отвечай. То, что я сделал, я признаю. А вы? Вы убили мою сестру, так что вам придется умереть, чтобы восстановить справедливость.
Хэ Юйпу без тени смущения разбил урну в своих руках, забрал урну у Шэнь Вэйжаня и тоже разбил ее:
— У каждого из нас свои причины и следствия, тебе ли нас судить.
Он поднял взгляд на Ши Чэня, указал на урны и произнес:
— Разбейте их. Считайте, что массив Ли Ичэня наполовину провалился, тогда нам будет проще сбежать.
Ши Чэнь жестом велел Пэй Эру взять урну и отойти назад, а сам достал из кармана пергамент, полученный в лесу, и обратился к Хэ Юйпу:
— У даочжана Хэ наверняка тоже есть артефакт божественного уровня? Отлично скрываешь. Даже если вы временный NPC, в конце концов, вы всего лишь новичок, прошедший лишь один данж, поэтому вы не знаете: с существованием артефактов божественного уровня этот данж вообще невозможно пройти обычным путем.
Хэ Юйпу равнодушно опустил взгляд:
— И что же? Чего ты добиваешься?
Ши Чэнь улыбнулся:
— Призвать злого бога — пожалуй, неплохой выбор.
Шэнь Вэйжань знал, что методы прохождения Ши Чэня всегда отличались крайностью, но сейчас не удержался от упрека:
— Ты сошел с ума? Ли Ичэнь как раз и добивается призыва злого бога.
Ши Чэнь:
— Тем лучше, он нам помог.
Хэ Юйпу вздохнул и похлопал Шэнь Вэйжаня по плечу:
— Можешь не уговаривать. Они решили призвать злого бога в тот самый момент, когда раздобыли артефакт божественного уровня.
Шэнь Вэйжань помрачнел и без всяких церемоний выругался:
— Психи! Навыки Пэй Эра еще куда ни шло — позволяют контролировать людей и монстров, но они вздумали контролировать бога?!
Цзянь Цзыхэн стоял на месте, взглянул на Фэн И, которая все это время держалась рядом с ним, и, не заметив на ее лице ни малейшего намека на удивление, нерешительно посмотрел на Ши Чэня:
— Капитан, почему ты мне не сказал?
Ши Чэнь замер, в его глазах на мгновение промелькнуло изумление.
Верно, почему он не сказал Цзянь Цзыхэну?
Но вскоре эта тончайшая пелена злобной ци вновь затянула его глаза, и Ши Чэнь с улыбкой ответил ему:
— Это не то, с чем должен сталкиваться новичок, мы сами со всем справимся.
Цзянь Цзыхэн кивнул:
— Угу.
Разве он не замечал, что в команде начали его подозревать?
Но почему?
Двери главного холла распахнулись, раздался звук волочащихся по полу цепей в сопровождении нескольких хриплых воплей.
Крепкое, синевато-бледное тело шатаясь приближалось к ним. В руке оно сжимало острый белый костяной клинок, кожа была густо покрыта трупными пятнами, от существа разило тяжелым смрадом гниения.
Ши Чэнь и Пэй Эр схватили урны и бросились бежать в сторону леса. Хэ Юйпу даже брови не сдвинул — он сразу же бросился в погоню.
В голосе Цзянь Цзыхэна прозвучали нотки паники и растерянности:
— Даочжан Хэ!
Хэ Юйпу с трудом уделил ему мгновение внимания и тут же обнаружил, что Шэнь Вэйжань бесшумно рухнул на землю. Его лицо было смертельно бледным, веки плотно сомкнуты, а вокруг тела клубилась тусклая, странная злобная ци.
Черт, когда это он успел нанести удар?!
Хэ Юйпу глубоко вздохнул. Глядя на приближающегося А-Яна, ему пришлось отказаться от мысли перехватить урну у Ши Чэня и вместо этого заняться перемещением потерявшего сознание Шэнь Вэйжаня в безопасное место.
Цепи скребли по полу, издавая зловещий лязг. Хэ Юйпу настороженно следил за А-Яном, оттаскивая Шэнь Вэйжаня назад, а кончиками пальцев зацепился за ожерелье, оставленное старым даосом.
Старый даос перед смертью говорил ему: если столкнешься с опасностью, просто брось ожерелье — это выиграет немного времени.
А-Ян подбирался всё ближе. Хэ Юйпу задержал дыхание, уже приготовившись швырнуть ожерелье.
Однако А-Ян с абсолютно бесстрастным лицом прошел мимо них. Его черные, наполненные ужасом глаза были широко раскрыты и прикованы исключительно к тому направлению, куда скрылся Ши Чэнь, не обращая ни малейшего внимания на трех живых людей рядом.
Оно помнило приказ Ли Ичэня — вернуть урну с прахом, в которой находился прах барышни, а это было для него важнее собственной жизни.
Хэ Юйпу понял, что А-Ян ими не интересуется, с облегчением выдохнул и, волоча тяжелое тело Шэнь Вэйжаня, направился обратно в особняк, решив спрятать его в комнате, где при жизни жила сестра.
Судя по дневнику и уже имеющейся информации, Ли Ичэню не нравилось, когда уродливые, искаженные злые духи прикасались к его сестре, поэтому в ее комнате должно быть относительно безопасно, туда не сунутся другие духи.
Шэнь Вэйжань был полностью без сознания. При высоком росте метр восемьдесят пять и стройном телосложении без единого грамма лишнего веса, с прекрасными рельефными мышцами, он весил не меньше семидесяти с лишним килограммов.
Тело Хэ Юйпу с детства отличалось слабым здоровьем, и сейчас тащить Шэнь Вэйжаня было явно тяжело: на лбу выступила испарина, дыхание стало чуть учащенным.
Не успел он сделать и нескольких шагов, как ноша на руках внезапно стала легче: подоспевший Цзянь Цзыхэн подхватил Шэнь Вэйжаня, приняв на себя основную тяжесть.
Цзянь Цзыхэн украдкой бросил взгляд на Хэ Юйпу.
В конце концов, раз Пэй Эр только что заявил, что тот выступает на стороне других, между ними невольно пролегла пропасть, и даочжан Хэ вполне мог оттолкнуть его.
Однако Хэ Юйпу лишь приподнял прохладные синие глаза, взглянул на Цзянь Цзыхэна, без малейших колебаний разжал руки и принялся растирать нывшее плечо:
— Возьми его на спину, так он просто сползет.
Цзянь Цзыхэн:
— ......
Ай, почему всё идет не по сценарию, неужели это так естественно?
Тем не менее он взвалил Шэнь Вэйжаня на спину и, послушно следуя указаниям Хэ Юйпу, поправил ношу, доставив парня в комнату сестры.
Сложив большой и средний пальцы вместе, а затем соединив руки, Хэ Юйпу сформировал простую печать, чтобы проверить, в каком состоянии находится потерявший сознание Шэнь Вэйжань.
Тело Шэнь Вэйжаня окутывала въевшаяся злобная ци, которую не удавалось рассеять никакими заклинаниями очищения, казалось, она намертво срослась с его плотью.
Причем эта зловещая аура обосновалась там уже очень давно.
Хэ Юйпу вздохнул и, обернувшись, заметил, что Цзянь Цзыхэн поникшим сидит в углу, опустив голову, словно промокший, жалкий щенок.
Взглянув на его унылый вид, он пояснил:
— Раньше ты издевался над сестрой Ли Ичэня и натравил на нее остальных, заставив всех бойкотировать ее. Поэтому Ли Ичэнь теперь отыгрывается на всех нас, заставляя нас бойкотировать тебя.
Цзянь Цзыхэн никак не ожидал, что Хэ Юйпу станет сам ему это объяснять. Подумав пару секунд, он ошеломленно произнес:
— Так брат Ши не доверяет мне из-за Ли Ичэня?
Хэ Юйпу кивнул:
— Верно. На них есть следы злобной ци.
Цзянь Цзыхэн растерянно протянул:
— Но... мне казалось, вы с братом Шэнем меня не бойкотировали.
Хэ Юйпу бросил на него косой взгляд:
— Я вообще ее сестру не обижал, с какой стати ему со мной сводить счёты? А Шэнь Вэйжань просто считал тебя тугодумом — даже если бы он тебя бойкотировал, ты бы всё равно ничего не понял, так что ему было лень с тобой возиться.
Цзянь Цзыхэн:
— ......Спасибо большое.
Хэ Юйпу посмотрел на по-прежнему лежащего без сознания Шэнь Вэйжаня, прилепил ему на грудь несколько талисманов изгнания духов и установил защитный массив.
Затем он подмигнул Цзянь Цзыхэню и сладким, заманивающим голосом предложил:
— Хочешь помочь Ши Чэню и Фэн И? Если да, то пошли со мной.
Если Хэ Юйпу не ошибался, Пэй Эр уже был заражен злобной ци и собирался расправиться с Цзянь Цзыхэнем.
Теперь ему нужно было отобрать у Ши Чэня урну с прахом и артефакт божественного уровня, из-за чего он неизбежно станет главной мишенью для гнева босса данжа и Альянса «Изогнутый клинок».
С помощью уникального навыка Цзянь Цзыхэна всё должно пройти гораздо проще.
В качестве платы за то, что он спас ему жизнь.
Цзянь Цзыхэн понятия не имел, что творится в голове у Хэ Юйпу, наивно кивнул, но тут же засомневался:
— А брату Шэню здесь безопасно?
Хэ Юйпу:
— Во всяком случае, безопаснее, чем рядом с нами.
http://bllate.org/book/19168/1882091
Сказали спасибо 0 читателей