Готовый перевод Gentleman / Джентльмен: Глава 21

Сюэ Хэн подсел к Гу Яню. Промучившись весь вечер, он наконец-то поймал удобный момент и спросил:

— Послушай, что у вас в конце концов с Чэнь Хуанем? Весь вечер друг на друга ноль внимания, как будто и не знакомы вовсе. Поссорились, что ли?

Гу Янь бесстрастно ответил:

— Разве мы не поздоровались?

Сюэ Хэн поджал губы:

— Кого ты пытаешься провести? Вы же не бывшие любовники, чего тебе бояться, что этот младший цимбалист станет ревновать? Хотя нет, погоди-ка... вдруг это Чэнь Хуань боится, что его девушка надумает лишнего и приревнует к тебе?

Гу Янь прервал самодовольные умозаключения Сюэ Хэна:

— Эй, с каких пор ты стал таким болтливым? Еще немного — и станешь точь-в-точь как мой отец. Живо отправляйся обратно в Англию.

Сюэ Хэн недовольно фыркнул, окинул комнату взглядом и снова толкнул Гу Яня в плечо:

— Старику и правда пора возвращаться в Великобританию, видать, китайский климат ему не по нутру?

Гу Янь повернул голову и увидел, что Гу Сымин сидит на диване с закрытыми глазами. Лицо его было бледным и изнуренным, от него везло глубокой усталостью. Гу Янь тут же подошел к нему:

— Пап, если устал, иди к себе отдохнуть.

Гу Сымин открыл глаза и долго молчал, прежде чем произнести:

— Могила найдена. Она в Цзянчэне.

Гу Янь на мгновение замер.

Гу Сымин продолжил:

— Через несколько дней всё улажу, я поеду в Цзянчэн.

— Пап... В Англии снова торопят. Как только архитектурный конкурс закончится, нужно будет срочно возвращаться.

Гу Сымин кивнул:

— Я знаю. Как только закончу с этим делом, сразу вернусь.

Гу Янь попытался уговорить его:

— Мама звонила уже несколько раз, спрашивала, когда вы вернетесь, да и здоровье у вас неважное.

Гу Сымин бросил на сына холодный взгляд:

— Ишь как ласково ты ее зовешь.

Лицо Гу Яня слегка изменилось, и он был вынужден глухим голосом произнести:

— Хорошо, я всё устрою насчет Цзянчэна.

— И еще: я не хочу, чтобы твоей будущей женой стала какая-нибудь певичка из китайской оперы, — голос Гу Сымина прозвучал с необычайной ледяной холодной.

Гу Янь опустил ресницы и тихо ответил:

— Я понял.

— Закончи здесь дела и тоже возвращайся, я хочу побыть один, — бросив это, он сам повернулся и ушел во внутренние покои.

Гу Янь лишь коротко бросил:

— Хорошо.

Архитектурный конкурс подошел к концу, и Чэнь Хуань был потрясен!

— А еще говорил, что не участвуешь! Ты, братец, еще скрытнее меня, испугался, что проиграешь? — услышав слова Чэнь Юя по телефону, Чэнь Хуань в одно мгновение соскочил с постели и стремглав полез в интернет. Как такое вообще возможно?!

И правда: он ведь отчетливо помнил, что не подавал заявку на этот дизайнерский конкурс, однако в списке лауреатов третьей премии в категории ландшафтного дизайна значился ландшафтный дизайнер компании Минхуа — Чэнь Хуань! А в качестве конкурсной работы красовался тот самый проект оформления Запретного города!

Настроение у Чэнь Юя было отличным. Хотя до первой премии дотянуть в этот раз не удалось, смелый проект концептуальной школы принес ему почетное второе место, а другой дизайнер из Минхуа удостоился награды за лучшую идею. Можно сказать, компания сейчас была на гребне волны, и равных ей в отрасли не нашлось бы.

Чэнь Хуань попытался что-то объяснить, но Чэнь Юю было некогда слушать. Ради новых возможностей многие начинающие дизайнеры выступают чуными представителями, а иные наставники ради продвижения любимых учеников сами выполняют всю работу за них — всё ради славы и выгоды! Не получил бы награду — и ладно, но стоило признанию прийти, как тут же начинается дележ славы, споры и судебные разбирательства, в которых концов не найдешь. Дизайн вообще штука такая: у одного списал, у другого подглядел, а в итоге всё из одного котла, тут уж зависит от того, у кого рука набита лучше.

По дороге в компанию вихрь мыслей в голове немного улегся: данные для регистрации указаны точно, предоставлен полный комплект проектной документации — всё до последней мелочи. И кто же это мог быть? Был лишь один человек, способный проворачивать такие дела столь нагло и в то же время имея для этого все возможности. И что это вообще значит?

Чэнь Хуань то поднимал телефон, то снова опускал его, сдерживаясь изо всех сил. Костяшки пальцев, сжимавших руль, побелели. Стоит ли ему поехать и спросить? И как именно спросить? Говорят, денежная премия там ой какая немаленькая... даже третья премия — и та солидная, а Чэнь Юй говорил, что и от компании еще бонус полагается. Слава и богатство разом...

Сюрприз? Утешение после ночи с боссом? Меня что, использовали?

По прибытии в офис подчиненные наперебой бросились его поздравлять, лица у всех сияли радостью. С самого утра на телефон сыпались поздравления: писали и те, с кем сто лет не поддерживал связь, и назойливые однокурсники, которые только и делали, что допытывались: тот самый Чэнь Хуань — это ты? Серьезно, ты? Охренеть! А давай устроим встречу выпускников? Какого чёрта ты в Минхуа ошиваешься и молчишь, давай соберемся...

Да пошли вы к чёрту, сборище стервятников! Когда я сидел без работы и копейки за душой, никто из вас не предлагал собраться!

Будущий босс Роко тоже прислал сообщение в WeChat: Предсказуемо, со связями во дворец дорога глаже. Желаю блестящих перспектив.

Сообщение от Фэн Юя было самым коротким: Поздравляю!

Они не общались уже очень давно. Чэнь Хуань схватил телефон и отписался: Это недоразумение, я не планировал участвовать.

Фэн Юй ответил: Неожиданно, но вполне логично.

Глядя на эти слова, Чэнь Хуань почувствовал, как в груди поднимается волна гнева, и быстро застучал по экрану: Ты в последнее время занят? Давай встретимся поболтаем.

Фэн Юй больше ничего не ответил.

Чэнь Хуань пропал!

Он не появился ни на совещании руководителей компании Минхуа, ни в Отделе ландшафтного дизайна. На электронную почту отдела кадров упало заявление об увольнении, подписанное Чэнь Хуанем. Подчиненные знали лишь то, что со слов начальника тот не пришел из-за семейных обстоятельств и ждал официального перераспределения обязанностей, но Чэнь Хуань вел слишком много проектов, и никто другой не мог с ходу в них разобраться. Телефон Чэнь Хуаня упорно не отвечал, абонент был вне зоны доступа.

Закончив доклад, Сюэ Хэн посмотрел на Гу Яня, который, опустив голову, крутил в руках новый телефон, и наконец набрался храбрости высказаться:

— И что я тебе говорил? Слишком избалован, ни во что никого не ставит, ничего не боится! Этот сопляк вообще ни о чем не думает. В его словаре понятие чувство ответственности попросту отсутствует. Эмоциональный интеллект на нуле, умственные способности под вопросом — этакий неуправляемый ребенок: захотел — бросил всё и сбежал. И всё это — исключительно твоих рук дело, ты его и разбаловал...

Гу Янь с абсолютно бесстрастным лицом смотрел на Сюэ Хэна и не произносил ни слова.

Сюэ Хэн перевел взгляд, достал телефон, набрал номер знакомого и продиктовал номер удостоверения личности Чэнь Хуаня. Спустя пару минут он уставился на Гу Яня круглыми глазами:

— Этот гаденыш вообще в Таиланд укатил! И представь себе, черт побери, первым классом!

В воздухе взметнулся темный силуэт, дорогой телефон со всего маху врезался в дверь и в ту же секунду разлетелся на куски.

Сюэ Хэн схватился за голову. Сколько они были знакомы, он еще ни разу не видел, чтобы Гу Янь выходил из себя подобным образом. И всё из-за какого-то Чэнь Хуаня?! Сюэ Хэн растопырил пальцы, словно это движение могло помочь ему эффективнее развязать язык:

— Послушай... я... скажи мне, что с тобой вообще... что происходит? Ради чего всё это? — голос Сюэ Хэна звучал едва слышно.

Гу Янь перевел взгляд на Сюэ Хэна, холодно посмотрел на него, а затем снова отвернулся к окну. Слепящие неоновые вывески, переплетение уличных огней напоминали иллюзорный сон — двусмысленный и пустой.

Сюэ Хэн больше ни о чем не спрашивал. Всё было как всегда: от бурных лет, источавших густой запах гормонов, до нынешней эпохи одиночества, когда он единолично правил целым царством. Никто и никогда не мог по-настоящему проникнуть в мир Гу Яня. Он всегда холодно и отстраненно наблюдал за происходящим вокруг, думая о чем-то своем — молчаливый и настороженный, словно дикий волк, выжидающий подходящего момента перед броском на добычу. И практика показывала, что каждый удар Гу Яня приводил к тому, что окружающие — включая многочисленных недоброжелателей — замирали от изумления и проникались к нему уважением.

Когда он только поступил в университет, его английский ограничивался парой неуклюжих слов, но уже через несколько месяцев он свободно писал и изъяснялся на нем, причем с таким безупречным произношением, что местные жители принимали его за уроженца Лондона.

Вернувшись на родину, он основал Минхуа. Конечно, не обошлось без поддержки старейшины и его связей, однако ситуация в стране разительно отличалась от заграничной. Сюэ Хэн никак не мог ко всему этому привыкнуть, а Гу Янь ночи напролет сидел за столом, непрерывно думая и что-то записывая. Он редко советовался с Сюэ Хэном, но каждый его шаг давался нелегко: порою он шел в атаку бесстрашным воином, порою выстраивал ходы с точностью стратега, а иногда превращался в игрока, готового поставить всё на кон с решимостью человека, сжигающего за собой мосты.

Минхуа росла в руках Гу Яня словно ребенок. Хотя другие сыновья Гу Сымина тоже добились немалых успехов каждый в своей сфере, казалось, что к Гу Яню отец благоволит чуточку сильнее — и причиной тому было несомненное трудолюбие и хватка самого Гу Яня.

Только вот... у людей дела всегда есть свои непостижимые тайны. Сюэ Хэн знал Гу Яня столько лет, но никогда не видел, чтобы тот действительно кого-то любил. У него не было ни девушек... ну ладно, парней у него тоже не было. В студенческие годы он пропадал за учебой, вкалывая усерднее любого другого человека — с таким ожесточением, будто вознамерился прочитать разом все книги на свете. А после основания компании работы стало еще больше, сна катастрофически не хватало — откуда тут взяться силам на личную жизнь? Но... даже кошки с собаками весной поводят себя иначе.

Сюэ Хэн был женат, взял в жены англичанку, они постоянно скандалили и в конце концов развелись. И хотя сейчас он тоже был одинок, одиноким волком он себя никогда не ощущал: подруг и близких знакомых у него всегда было навалом, всё зависело исключительно от его желания. Иногда он подшучивал над Гу Янем, но тот лишь отмахивался дежурной улыбкой, а если Сюэ Хэн слишком докучал, просто переставал отвечать и вдобавок парировал вопросом:

— С чего ты взял, что у меня никого нет?

— Было бы — я бы точно знал, — в таких сердечных делах между старыми друзьями секретов быть не может, и Сюэ Хэн ему не верил.

На что Гу Янь отвечал:

— С какой стати я должен докладывать тебе, кто мне нравится?

Сюэ Хэн терпел поражение — таким уж был Гу Янь.

Но разве Сюэ Хэн промах? Если бы он не стал тем, кем был, то, пожалуй, пропустил бы свое призвание, не уйди в желтую прессу. Заметив порой, как Гу Янь перебрасывается многозначительными взглядами с красивыми девушками, а в следующую секунду его взгляд вдруг привлекают статные смазливые парни, Сюэ Хэн в очередной раз впадал в ступор и был вынужден давать себе туманный ответ: Гу Яню нравится всё красивое. Но всё это ничего не объясняло — ни любви здесь не было, ни различия полов.

Сюэ Хэн по-прежнему отпускал в адрес Гу Яня двусмысленные шуточки, а тот их не подтверждал, но и не опровергал, отделываясь лишь улыбкой. Он оставался загадкой.

И так продолжалось до тех пор, пока на горизонте не появился этот чокнутый мальчишка Чэнь Хуань — вот тогда в Гу Яне что-то неуловимо изменилось.

Взять хотя бы сегодняшний случай: Чэнь Хуань уволился, даже не попрощавшись. Поступок и впрямь возмутительный. Но Гу Янь — владелец компании, и каким бы талантливым ни был Чэнь Хуань, он всего лишь наемный работник. Дождь идет по воле неба, девица выходит замуж по воле родителей — уволился человек, и ладно, из-за чего устраивать такую истерику?

В комнате стояла зловещая тишина. Наконец Гу Янь опомнился и, заметив, что Сюэ Хэн всё еще столбом стоит на прежнем месте о чем-то думая, смягчил тон и бросил другу:

— Пойдем, хватит здесь пост охранять, сходим пропустим по рюмашке.

Сюэ Хэн вздохнул:

— А... что делать с Чэнь Хуанем?

Гу Янь поднялся на ноги, одернул манжеты и неторопливо произнес:

— Я сам с этим разберусь!

Услышав это, Сюэ Хэн мысленно воскурил благовония за упокой души Чэнь Хуаня: эх, мелкий паршивец, сам напросился на неприятности!

Хотя Жуй Сэню было немного жалко денег, потраченных на билет в первый класс, сервис того стоил: он наслаждался каждой минутой полета. Раз уж Чэнь Хуань настоял на первом классе, он решил махнуть рукой на расходы; к тому же, воспользовавшись VIP-статусом Чэнь Хуаня и заполучив скидку, он в каком-то смысле остался в выигрыше — в вопросах комфорта Жуй Сэнь никогда не страдал излишней скромностью.

Когда раздался звонок от Чэнь Хуаня, Жуй Сэнь вел тренировку. Он уже собирался отпустить пару колких шуточек, как Чэнь Хуань с ходу выпалил:

— Не хочешь слетать в Таиланд на пару дней?

Жуй Сэнь остолбенел. Это было из ряда вон выходящее событие: Чэнь Хуань впервые звал его куда-то вместе, причем вдвоем. Предложение звучало заманчиво, и хотя поначалу было непонятно, с каким подтекстом сделано это приглашение, отказываться не было никаких причин. К тому же ему самому хотелось отдохнуть, а с кем ехать — не всё ли равно? Тем более что компанию ему составлял симпатичный парень, к которому он был неравнодушен, и Жуй Сэнь с готовностью согласился.

Однако Чэнь Хуань вовсе не был настроен на отдых: едва поднявшись на борт, он уставился в телефон и всю дорогу молча резался в игры. В итоге Жуй Сэнь проспал весь полет в просторном и мягком кресле-массажере первого класса, а когда они приземлились в Таиланде, понял — чёрт побери, он снова в пролете.

Отель бронировал Чэнь Хуань, и это тоже оказался VIP-номер. Жуй Сэнь догадывался, что у семьи Чэнь Хуаня водятся деньги, но не ожидал, что этот парень способен так сорить ими. Пусть даже это VIP, но всему же есть предел! Они приехали в Таиланд отдыхать, а не пускать пыль в глаза. Он всего лишь фитнес-тренер, ему такие траты не по карману. Жуй Сэнь дернул Чэнь Хуаня за рукав:

— Эй, дружище, ты хочешь, чтобы я следующие три месяца почку продавал или кровь сдавал? Давай сAменимо отель, в Таиланде полно отличных и дешевых мест.

Чэнь Хуань только теперь всё понял — он совсем забыл про финансовое положение Жуй Сэня. Но номер уже забронирован, а менять гостиницу ему не хотелось. Поразмыслив, он сказал:

— Я сам оплачу твое проживание.

Жуй Сэнь на мгновение умолк. Оплатит проживание целиком — какая щедрость... Но жить-то они будут в разных номерах... Что это за игра такая? Подкат? Дружеский жест или...

Чэнь Хуань быстро разобрался с формальностями на ресепшене, забрал карточки от номеров и кинул одну Жуй Сэню. Заметив на лице приятеля растерянность, он вздохнул:

— Хватит уже голову ломать. Давай просто нормально отдохнем, считай, что ты составил мне компанию.

Жуй Сэнь кивнул:

— Ладно, тогда спасибо.

Чэнь Хуань тут же добавил:

— Рано благодаришь. В следующем году сделай мне скидку двадцать процентов на годовой абонемент персонального тренера.

Жуй Сэнь скрипнул зубами: ну и ушлый же этот малый!

На самом деле оба бывали в Таиланде не впервой, так что места для прогулок и еды находили с полуслова. На вечер у них было запланировано шоу для взрослых. Чэнь Хуань поначалу сомневался, но в конце концов согласился. Подобные представления отличались весьма специфической откровенностью, и идти туда вместе с Жуй Сэнем было немного неловко, но раз уж они путешествовали вдвоем, отказываться смысла не было.

Жуй Сэнь тоже заметил, что поездка Чэнь Хуаня была спонтанной. Он сменил телефон, номер тоже был новым, и весь день ходил мрачнее тучи. И к гадалке не ходи — снова сердечная драма. Эх, да влюблялся ли этот парень вообще? Почему он вечно страдает от неразделенной любви?

По дороге они перекусывали, пили, и оба слегка захмелели.

— У меня есть две новости: хорошая и плохая. С какой начать? — прищурившись, спросил Жуй Сэнь. Мрачное лицо Чэнь Хуаня совершенно не вязалось с атмосферой солнечного Таиланда.

Чэнь Хуань ответил:

— С плохой.

Жуй Сэнь мысленно вздохнул: ну и зануда же этот тип, — и выдал:

— Плохая новость в том... что хороших новостей вообще нет.

Чэнь Хуань не удержался:

— А хорошая?

Жуй Сэнь усмехнулся:

— И плохих новостей тоже нет!

Чэнь Хуань закатил глаза:

— Твою ж мать...

Глядя на сияющего от собственной плоской шуточки Жуй Сэня, Чэнь Хуань ткнул его пальцем в лоб:

— Новую стрижку бахнул?

Жуй Сэнь самодовольно подтвердил:

— Ага, ну как, стильно?

Чэнь Хуань кивнул:

— Пойдет. Во сколько обошлось?

Сияющий Жуй Сэнь ответил:

— У моего личного стилиста, всего сто пятьдесят.

Чэнь Хуань приподнял бровь:

— Ну тогда тебя знатно поимели.

Жуй Сэнь удивился:

— С чего это?

Чэнь Хуань пояснил:

— Стрижка за сто пятьдесят, а подстригли так, будто ты полный дурак!

Жуй Сэнь сжав в руке стакан с соком, брызнул в Чэнь Хуаня. Тот со смехом увернулся, а Жуй Сэнь и сам согнулся пополам от хохота:

— Ну ты и прижимистый, и язык у тебя ядовитый!

Климат в зимнем Таиланде был восхитительным. Легкий верочек приятно ласкал кожу, вокруг пестрели огни неоновых реклам, толпы разношерстного народа текли сплошным потоком, в воздухе витали пьянящие ароматы, расслабляя и настраивая на легкомысленный лад. Пространство было наполнено неким подтекстом, пикантным и манящим, от которого невозможно было укрыться, и тело невольно отзывалось на эту скрытую истому.

Билеты на шоу для взрослых стоили баснословно дорого, но это не останавливало людей, одержимых жаждой экзотики и запретных впечатлений. В темном зале ярко вспыхивали софиты, освещая просторную сцену. Потоки зрителей сменяли друг друга непрерывным потоком, и на арене то и дело разворачивались зрелища, заставляющие кровь бурлить в венах!

Хотя оба бывали на подобных представлениях не впервые, Жуй Сэнь очень быстро воодушевился, принявшись свистеть и выкрикивать реплики вместе с толпой. Особенно когда на сцене началось шоу с участием множества тел, издававших ритмичные шлепки, из горла Жуй Сэня вырвался сладострастный стон.

Зал то и дело взрывался овациями, атмосфера накалялась до предела, номера сменяли один за другим... Глядя на исполнителей, беззастенчиво демонстрировавших на глазах у изумленной публики самые изощренные утехи, улыбка на губах Чэнь Хуаня постепенно увяла. Сцена, огни, мелькающие силуэты людей, крики и смех, окрашенные самыми разными эмоциями — всё это словно растворилось... Внезапно перед глазами несколько раз промелькнуло лицо Гу Яня, в груди остро кольнуло. Чэнь Хуань инстинктивно прижал руку к сердцу, и тихий, совершенно обессиленный голос прозвучал в голове: почему я снова вспоминаю о нем?

Внезапно впереди началось движение. Толпа хлынула назад бурлящим потоком, люди сзади напирали вперед, толкаясь и тесня друг друга. Зажатый в тиски Чэнь Хуань торопливо схватил за руку стоявшего рядом Жуй Сэня. Тот обернулся, его лицо сияло восторгом, и он закричал:

— Чего стоишь как вкопанный, лапай давай...

Лапай... что? Чэнь Хуань поднял взгляд, пришел в себя и понял: о, началась интерактивная часть шоу с участием актеров и зрителей. Обнаженные артисты, словно принявшие какое-то возбуждающее средство, с триумфальным видом спустились со сцены и стали настойчиво предлагать зрителям прикоснуться к ним лично, испытать всё на собственном опыте. Они целенаправленно врывались в толпы девушек, вызывая взрывы испуганных визгов и хохота...

Огромный орган подрагивал и покачивался прямо перед его глазами. Чэнь Хуань медленно протянул руку: плотность и температура кожи казались невероятно чужеродными, к тому же она на удивление оказалась очень мягкой...

Жуй Сэнь вытаращил глаза, с изумлением наблюдая за этой сценкой. Как-никак, а Чэнь Хуаня он всё же немного знал, и его брезгливость носила не внешний характер — душевная чистоплотность этого парня была по-настоящему пугающей.

И вот сегодня, поддавшись алкоголю, он осмелился потрогать ЭТОго у другого мужчины... Жуй Сэнь почувствовал, как волна жара прокатилась от низа живота до самой груди. Он уже хотел что-то крикнуть, но вовремя прикусил язык, потому что заметил на лице Чэнь Хуаня выражение, совершенно не похожее на реакцию остальных. Как бы это точнее описать... Скудных познаний Жуй Сэня хватило лишь на такое сравнение: отрешенное и очень печальное. Смотря на это и касаясь этого, он словно поглаживал не чужие гениталии, а поминальную табличку усопшего.

После окончания шоу Жуй Сэню безумно хотелось завалиться в какой-нибудь бар. После такого зрелища эмоции били через край, и как можно было не найти место, чтобы выплеснуть накопившуюся энергию? Это же Таиланд — идеальное место для спонтанного секса и ярких интрижек!

Чэнь Хуань подумал, что возвращаться в отель в одиночестве ему совершенно не хочется, и не успел он опомниться, как Жуй Сэнь уже поймал такси, заявив, что знает местечко, куда Чэнь Хуань наверняка не заглядывал, но которое запомнит на всю жизнь — просто потрясающий уголок! Чэнь Хуань не стал возражать и, волоча заплетающиеся ноги и придерживаясь за Жуй Сэня, забрался в машину.

— Сегодня мы оторвемся по полной! — Жуй Сэнь назвал водителю адрес и тяжело привалился к плечу Чэнь Хуаня, выдыхая алкогольные пары. Скосив глаза, он отметил, что сегодня Чэнь Хуань выглядит по-особенному томным и трогательным, а во влажном взгляде, устремленном на него, таилась легкая поволока.

Раз уж весь этот мир погружен в распутство и падение, с какой стати мне оставаться в стороне?

К полнейшей неожиданности Жуй Сэня, Чэнь Хуань протянул руку, коснулся его щеки и неопределенно улыбнулся. Ободренный этим жестом, Жуй Сэнь внезапно обхватил Чэнь Хуаня за талию, глаза его вспыхнули животным огнем, тела прижались друг к другу еще плотнее. Вглядываясь в лицо Чэнь Хуаня, Жуй Сэнь утонул в океане густой, неистовой страсти...

Приоткрытые губы Чэнь Хуаня манили еще сильнее, и у Жуй Сэня на мгновение помутилось в голове. Не раздумывая больше ни секунды, он впился в них поцелуем... Губы Чэнь Хуаня и впрямь оказались нежными и сладкими, а зубы, казалось, добавляли этому греховному процессу какое-то скользящее наслаждение...

Чэнь Хуань чувствовал, как его язык бесцеремонно блуждает во рту Жуй Сэня, и в этом ощущалось какое-то извращенное мстительное удовольствие. Он даже намеренно издал полустонущий вздох, от которого Жуй Сэнь окончательно потерял голову... Словно кусок раскаленной сладкой тянучки, он прилип к Чэнь Хуаню, осыпая поцелуями все доступные участки его тела. Чэнь Хуаню это надоело, и он начал отталкивать всё более распускавшего руки Жуй Сэня.

Водитель такси с бесстрастным лицом вел машину, время от времени бросая взгляд в зеркало заднего вида, отчаянно моля богов, чтобы эти двое китайцев не вздумали учинить разврат прямо в салоне.

http://bllate.org/book/19151/1880706