Готовый перевод Sickly Submissive Lazing in a Torture Novel / Хрупкий красавчик плывёт по течению в жестоком романе: Глава 28

Цзянь Юй уныло вернулся в спальню. Снял верхнюю одежду, прислонился к изголовью кровати и задумался.

Неужели ему всё-таки придётся идти учиться? А если он совсем не хочет?

Он теребил пушистый чехол грелки, обдумывая, как поступить.

Внезапно его осенило.

Лу Чжи не позволяет ему отказаться от учёбы просто потому, что ему не хочется. А если он объективно не сможет ходить на занятия?

Например, здоровье у него такое слабое, что прежде чем учиться, нужно целый год восстанавливаться. Разве не отличный предлог?

Цзянь Юй оживился и взял телефон.

Если он сам заявит, что слишком слаб для учёбы, это никого не убедит. Нужно обратиться к врачу.

Единственным знакомым врачом был Линь Боюй. Оставалось попросить его об одолжении.

Ради возможности не ходить в университет Цзянь Юй проявил невиданную прежде активность и тут же написал в WeChat:

[Цзянь Юй: Доктор Линь, вы заняты?]

Ответ пришёл быстро:

[Линь Боюй: Нет, дежурю в кабинете. Что случилось?]

[Цзянь Юй: Можно попросить вас об одной услуге?]

[Линь Боюй: О какой?]

[Цзянь Юй: Понимаете, мне кажется, что я слишком слаб, чтобы ходить на занятия. Но господин Лу не верит. Не могли бы вы поговорить с ним об этом?]

На этот раз Линь Боюй ответил не сразу:

[Линь Боюй: Здоровье у тебя и правда слабое, но в теории просто посещать занятия это не мешает.]

Цзянь Юй посмотрел на сообщение и чуть не заплакал.

Да он и сам это знал! Именно поэтому и просил о помощи.

Не сдаваясь, он продолжил:

[Цзянь Юй: Но ведь после осмотра вы говорили, что мне следует больше отдыхать? На третьем курсе большая нагрузка. Боюсь, я не справлюсь.]

[Линь Боюй: Извини, в этом я помочь не могу. Да и Лу Чжи всё равно не поверит, верно? Даже если я так скажу, с его характером он обязательно отвезёт тебя в другую больницу, чтобы всё перепроверить.]

Цзянь Юй замолчал, сжимая телефон.

Верно. Лу Чжи не из тех, кого легко обмануть.

Едва вспыхнувшая надежда погасла. Он поблагодарил Линь Боюя, отбросил телефон и растянулся на кровати.

Какая же трудная у него жизнь! Осталось чуть больше года, а даже пожить в своё удовольствие не получается.

Тоскливо. Плакать хочется.

* * *

В кабинете Лу Чжи закончил работу с двумя документами. Телефон дважды завибрировал.

Он взял его и увидел сообщение от Линь Боюя.

[Линь Боюй: Мне только что написал Цзянь Юй. Угадаешь, что он сказал?]

Лу Чжи задумался и напечатал:

[Лу Чжи: Не хочет пить укрепляющий отвар или не хочет учиться?]

[Линь Боюй: Ничего себе! Как хорошо ты его знаешь!]

Конечно, Лу Чжи знал. В последнее время Цзянь Юя беспокоили только эти две вещи.

Его длинные пальцы снова пробежались по экрану:

[Лу Чжи: И ты согласился помочь?]

[Линь Боюй: Нет. Я сказал, что, даже если подтвержу, будто ему нельзя учиться, ты всё равно повезёшь его в другую больницу на повторный осмотр.]

[Лу Чжи: Угу. С этим я разберусь сам. Не вмешивайся.]

[Линь Боюй: Да я понимаю. Только любопытно: почему Цзянь Юй не хочет учиться? В университете ведь не такая уж большая нагрузка.]

Лу Чжи посмотрел на сообщение, и его взгляд потемнел.

Он тоже не понимал, почему Цзянь Юй так не хочет идти на занятия. По его наблюдениям, ни физически, ни психологически тот не казался неспособным справиться с университетской учёбой.

Может, есть другая причина?

Лу Чжи встал и вышел из кабинета.

* * *

А Цзянь Юй продолжал размышлять.

Если всё-таки придётся учиться, с чем ему предстоит иметь дело? Прежде всего — математика. Потом практика и дипломная работа. Для человека, который мечтал только бездельничать, всё это было немалым испытанием.

Он тяжело вздохнул.

В дверь спальни постучали.

Цзянь Юй вздрогнул, слез с кровати, надел тапочки и подбежал открыть.

За дверью стоял Лу Чжи.

— Господин Лу, ты что-то хотел? — удивился Цзянь Юй.

И тут его глаза загорелись.

— Неужели ты передумал и поможешь мне оформить академический отпуск?

Лу Чжи спокойно посмотрел на него.

— А ты как думаешь?

Огонёк надежды тут же погас. Цзянь Юй надул губы.

— Понял. Никакого академического отпуска.

Голос у него был безжизненный, а вид — донельзя жалкий.

Лу Чжи, напротив, чувствовал себя вполне непринуждённо. Прислонившись к дверному косяку, он с лёгкой усмешкой посмотрел на него.

— Настолько не любишь учиться?

Цзянь Юй выглядел так, будто его отправляли не в университет, а на поле боя.

— Угу. Совсем не хочу, — уныло кивнул он.

Он всего лишь хотел беззаботно проводить каждый день. Почему это так сложно?

Лу Чжи немного подумал.

— Назови причину. Такую, которая сможет меня убедить.

Цзянь Юй промолчал.

Ему осталось чуть больше года жизни. Считается это причиной?

Но, разумеется, вслух он такого сказать не мог и лишь жалобно покачал головой.

— Не могу назвать.

Лу Чжи приподнял бровь.

— Тогда иди учиться.

Цзянь Юй опять чуть не заплакал. Он умоляюще посмотрел на Лу Чжи ясными глазами.

— Господин Лу, ну я правда не хочу.

Лу Чжи помедлил.

— Ластиться тоже бесполезно.

Цзянь Юй растерялся.

Погодите, на этот раз он ведь не ослышался? Лу Чжи и правда сказал «ластиться»?

Он непонимающе уставился на Лу Чжи. Почему тот решил, что он ластится?

Лу Чжи не понял его немого вопроса и подвёл итог:

— Ладно, ложись пораньше. Когда придёт время, я сам отвезу тебя в университет на регистрацию.

Цзянь Юю оставалось лишь молчать.

Ладно. Похоже, этой учёбы не избежать.

Через два дня на вилле устроили небольшой праздник.

Называть это полноценным банкетом было бы громко сказано, скорее — просто семейные посиделки, чтобы отпраздновать возвращение Цзянь Юя к учёбе.

Цинь Янь и Линь Боюй тоже пришли. Вместе со всеми остальными обитателями виллы они с сияющими улыбками смотрели на него.

На журнальном столике в гостиной красовался огромный торт.

Сидя на самом почетном месте в центре, Цзянь Юй через силу улыбнулся:

— Спасибо всем.

Закончив говорить, он демонстративно повернулся и бросил взгляд на сидевшего рядом Лу Чжи:

— Господин Лу, спасибо вам.

Лу Чжи:

— …

Уголки его губ невольно дернулись:

— В твоем „спасибо“ чувствуется изрядная доля нежелания.

Цзянь Юй нервно усмехнулся:

— Ха-ха, с чего бы?

Прекрасно знает, что он не хочет идти, и все равно заставляет!

Этот человек просто ужасен!

Цинь Янь не заметил скрытого напряжения между ними и взволнованно затараторил:

— Невестка, сегодня же день твоей регистрации в университете, поздравляю!

С этими словами он достал телефон:

— На словах не считается, я отправлю тебе красный конверт.

Увидев это, Линь Боюй тоже извлек из кармана смартфон:

— Тогда я тоже отправлю.

Перспектива разжиться красными конвертами заставила улыбку Цзянь Юя стать чуточку искреннее:

— Спасибо вам.

После праздничного обеда Цзянь Юю все же пришлось отправиться в университет на регистрацию перед началом занятий.

К счастью, кампус находился недалеко от виллы — всего в двадцати минутах езды на машине.

Лу Чжи взял на себя обязанность отвезти Цзянь Юя.

Перед выходом из дома Цзянь Юй принялся наматывать шарф.

Собираясь на улицу, он всегда тщательно оборачивал его в два слоя, полностью пряча шею и исключая даже малейшую возможность того, что туда задует холодный ветер.

Раз уж идти в университет все равно придется, Цзянь Юй решил отпустить ситуацию: раз уж деваться некуда, нужно настроиться на позитивный лад и радоваться жизни.

Иначе, если каждый день ходить на учебу с кислым лицом, мучиться будет только он сам.

Пока он возился с шарфом, Лу Чжи терпеливо стоял рядом, наблюдая за его движениями и держа в руках его рюкзак.

Наблюдая за этой сценой, Цинь Янь тихо шепнул Линь Боюю:

— Тебе не кажется, что наш брат Лу похож на отца, который отправляет сына в школу? Этот полный заботы взгляд, это балующее выражение лица — чёрт побери, просто высший пилотаж!

Линь Боюй бросил на него косой взгляд:

— Почему бы тебе не сказать это погромче, чтобы Лу Чжи тоже услышал?

Цинь Янь тут же втянул голову в плечи:

— Я не смею, я еще хочу пожить пару лет.

Наконец полностью закутавшись, Цзянь Юй протянул руку Лу Чжи:

— Господин Лу, дайте мне рюкзак.

— Ничего, пошли, — бесстрастно бросил Лу Чжи и первым зашагал в сторону гаража.

Увидев это, Цзянь Юй поспешил следом.

В воздухе кружились хлопья снега, они шли бок о бок.

Стройный Лу Чжи нес в руке рюкзак и то и дело поглядывал на спутника. Цзянь Юй весело шагал по снегу, что-то оживленно рассказывая и жестикулируя.

Эта сцена выглядела донельзя гармонично и трогательно.

Цинь Янь на секунду даже забыл о своём обычном легкомыслии и вздохнул:

— Брат Лу встретил невестку, и кажется, будто сам сильно изменился по сравнению с прошлым.

Если подбирать слова, то в нем появилась большая человечность.

Линь Боюй ничего не ответил, но по его лицу было видно, что он полностью разделяет это мнение.

Двадцать минут спустя.

Лу Чжи подвез Цзянь Юя к главным воротам университета и нажал на тормоз.

Машина плавно остановилась.

Он посмотрел на Цзянь Юя:

— Иди оформляйся, я подожду тебя здесь, у входа.

Сегодня предстояло лишь отметиться перед началом занятий, времени это много не займет.

Цзянь Юй машинально уточнил:

— Разве вы не выйдете?

Лу Чжи лаконично бросил:

— Нет.

У него были на то свои соображения.

Их брак с Цзянь Юем строился на соглашении, и хотя на людях им приходилось разыгрывать спектакль, перед университетскими однокурсниками мужа лучше было держаться в тени.

В таком случае, даже если через несколько месяцев они разойдутся, никаких странных слухов не поползет, а Цзянь Юй не пострадает и сможет спокойно общаться с сокурсниками.

Цзянь Юй спросил просто так и не стал зацикливаться на этом, кивнув:

— Хорошо, тогда я постараюсь поскорее разобраться со всеми делами и выйду.

С этими словами он потянулся к ручке дверцы.

В этот момент Лу Чжи окликнул его:

— Постой, надень капюшон пуховика.

Снег на улице валил все сильнее, стоило выйти — и мгновенно засыплет с ног до головы.

Услышав это, Цзянь Юй выглянул в окно и действительно заметил непрерывно падающие хлопья.

Он торопливо накинул капюшон пуховика и вытащил из рюкзака защитную маску.

Теперь от него самого осталась видна лишь пара черных, блестящих глаз.

Лу Чжи смотрел на его моргающие тёмные глаза, и почему-то в этот момент его сердце на секунду смягчилось. Впрочем, вслух он произнес совсем другое:

— Только не вздумай тайком оформлять академический отпуск, лучше вспомни про свои ростки.

Цзянь Юй:

— …

Из-под маски донёсся не слишком заинтересованный ответ:

— Угу.

Высказавшись, он сердито распахнул дверцу, выпрыгнул из машины и направился к территории кампуса.

В глазах Лу Чжи плескалась улыбка — он провожал взглядом удаляющуюся фигуру, пока та полностью не скрылась из вида.

Лишь после этого он взял лежавший рядом ноутбук и принялся за рабочие дела.

Он привык планировать свое время до отказа, оставляя минимум возможностей для долгого отдыха.

Опираясь на воспоминания прежнего владельца тела, Цзянь Юй вошел на территорию университета.

Учебное заведение оказалось весьма неплохим, входившим в престижные списки, да и обстановка в кампусе была приятной.

Раз уж он всё равно здесь, Цзянь Юй решил перестать сопротивляться.

В каком-то смысле у него был довольно оптимистичный склад ума: неизбежные вещи он принимал с готовностью, стараясь приспособиться и сохранить душевное спокойствие.

Регистрация прошла быстро — на все формальности у Цзянь Юя ушло всего полчаса.

Закинув рюкзак за плечи, он направился обратно к воротам.

В машине Лу Чжи как раз закончил отправку письма партнерам по бизнесу.

Захлопнув крышку ноутбука, он бросил взгляд в окно и как раз вовремя заметил шагающего навстречу Цзянь Юя.

Закутанный в бесформенный шарф и пуховик, из-за боязни поскользнуться на льду он передвигался крайне осторожно, напоминая круглый шарик из рисового теста, который неуклюже катился в нужную сторону.

Вокруг сновало множество людей, но внимание Лу Чжи было приковано исключительно к Цзянь Юю.

Переставляя ноги с величайшей осторожностью, Цзянь Юй потратил немало времени, но в конце концов успешно добрался до машины.

Стянув с лица маску и капюшон, он с облегчением выдохнул:

— Дорога такая скользкая, я чуть не упал.

Его мягкий голос звучал так, будто он жаловался кому-то самому близкому.

Лу Чжи отвел от него взгляд и, запуская двигатель, произнес:

— Ничего страшного, ты молодец, успешно преодолел этот путь.

Цзянь Юй:

— …

Он подозрительно покосился на Лу Чжи:

— Господин Лу, вы ведь сейчас меня похвалили, да?

Вообще-то у него имелись серьезные подозрения, что Лу Чжи над ним издевается, намекая, что такой взрослый парень даже ходить нормально не умеет.

Выкручивая руль, Лу Чжи слегка изогнул губы:

— Это уж как сам решишь.

Цзянь Юй:

— …

Он невольно подумал, что Лу Чжи из их первой встречи нравился ему куда больше — по крайней мере, тогда он не позволял себе подобных шуточек.

Впрочем, у Цзянь Юя почти не оставалось времени на раздумья: заметив, что машина едет совсем не в сторону виллы, он с удивлением спросил:

— Разве мы не домой?

Лу Чжи обронил небрежно:

— Заедем в музыкальный магазин.

Несколько дней назад по пути на деловой ужин он проезжал мимо одного из таких салонов.

Один из его деловых партнеров случайно разбирался в музыкальных инструментах и обмолвился, что качество роялей в этом месте отменное.

Тогда Лу Чжи сразу вспомнил про Цзянь Юя, решив, что однажды обязательно свозит его выбрать подходящий инструмент.

Услышав это, Цзянь Юй изумился.

Неужели Лу Чжи собрался купить ему пианино?

Не веря своим ушам, он переспросил:

— Вы хотите купить его мне?

Управляя автомобилем, Лу Чжи ответил:

— Мм, разве ты не любишь играть на пианино? Пусть это станет подарком к началу учёбы.

Цзянь Юй опешил.

Он всего лишь идет учиться, неужели за это положены подарки?

А главное — разве на вилле уже не стоял инструмент?

При этой мысли Цзянь Юй торопливо замахал руками: «Господин Лу, не нужно, если мне захочется поиграть, я могу воспользоваться тем, что стоит дома». К тому же через несколько месяцев он всё равно уедет, и купленный специально для него инструмент останется без дела.

Но Лу Чжи возразил:

— То пианино предназначено для приема гостей, а это будет твое личное.

Цзянь Юй попытался снова отказаться:

— Но…

Лу Чжи отрезал тоном, не терпящим возражений:

— Я уже внёс задаток.

Цзянь Юй:

— …

Что ж.

Приходилось признать, что Лу Чжи был прекрасным человеком: даже к своему фиктивному супругу он проявлял столько заботы.

Вскоре они прибыли в названный магазин музыкальных инструментов.

Просторный салон сиял мягкими огнями, а выставленные в ряд изящные инструменты заставляли сердце биться чаще от одного только взгляда на них.

Дорога сюда сопровождалась непрерывными возражениями, но стоило Цзянь Юю переступить порог салона, как в нем проснулся самый искренний восторг, а глаза превратились в полумесяцы.

Если бы жить ему оставалось не чуть больше года, он наверняка всерьез занялся бы музыкой и в будущем связал свою жизнь с исполнительским мастерством.

Жаль только, что сослагательное наклонение здесь было неуместно.

Повернувшись к нему, Лу Чжи заметил сияющий взгляд Цзянь Юя и не удержался от легкой усмешки:

— Выбирай то, что по душе.

В глазах Цзянь Юя плясали искорки радости:

— Хорошо, спасибо, господин Лу.

К ним тут же подскочила услужливая сотрудница, обратившись к Цзянь Юю с вежливой улыбкой:

— Сэр, пожалуйста, пройдемте со мной.

Цзянь Юй отправился выбирать инструмент.

Лу Чжи остался на месте, достал телефон и принялся отвечать на сообщения.

Другая девушка-консультант обладала острым глазом — она с первого взгляда поняла, что платить за покупку будет именно этот мужчина, а потому тут же приблизилась к нему, рассыпаясь в любезностях:

— У вас с этим господином такие прекрасные отношения! Вы, должно быть, очень сильно его любите?

Цены на инструменты в их магазине кусались, а минимальная стоимость составляла три миллиона.

Конечно, степенью щедрости нельзя было полностью измерить глубину чувств, но в качестве ориентира это вполне годилось.

Однако вопреки ее ожиданиям, Лу Чжи холодно бросил в ответ:

— Вы ошибаетесь.

Консультант на мгновение смутилась — неужели они не пара?

Но судя по той атмосфере двусмысленности, которую она наблюдала между ними раньше, здесь явно крылось что-то неопределенное.

Впрочем, настроение клиента превыше всего. Прикинув возрастную разницу между мужчинами, она тут же исправилась:

— Тогда, наверное, вы покупаете пианино для своего младшего брата?

Лу Чжи замер.

Младшего брата?

Он мысленно представил, как Цзянь Юй обращается к нему с нежной просьбой: «Братец», — и эта картина показалась ему не такой уж плохой?

Заметив погруженное в задумчивость лицо клиента, сотрудница поспешила отступить.

Аура этого человека была слишком ледяной, и у нее не хватило смелости продолжать разговор.

Тем временем Цзянь Юй остановил свой выбор на белом пианино.

Оглянувшись на Лу Чжи, он поманил его рукой:

— Господин Лу.

Убрав телефон, Лу Чжи шагнул ему навстречу:

— Выбрал?

Цзянь Юй кивнул:

— Вот это.

«Угу». Лу Чжи извлек из кармана черную карту, но не спешил отдавать ее сотруднице. Вместо этого он посмотрел на Цзянь Юя: «Я покупаю тебе инструмент. Не хочешь отблагодарить меня чем-нибудь?»

Цзянь Юй опешил:

— Чем это?

Что за манеры? Разве они не договаривались, что это подарок к началу учёбы? Зачем требовать плату?

Лу Чжи изогнул бровь:

— Назови меня братом.

Цзянь Юй:

— …

Он никак не мог взять в толк, с чего это Лу Чжи взбрело в голову подобное, но подыгрывать точно не собирался:

— Не буду.

Называть Лу Чжи «братом»? Разве от этого он не будет выглядеть полным ребенком?

Ему вообще-то исполнилось двадцать два года, он взрослый и зрелый человек, и называть его так он не намерен.

Лу Чжи усмехнулся:

— Не назовешь — не куплю.

Цзянь Юй ответил с железной твердостью:

— Тогда мне ничего не нужно.

Стоявшая рядом консультантка едва сдерживала смех.

Хотя это и было неприлично, ей казалось, что эти двое ведут себя точь-в-точь как ученики младшей школы, устроившие перепалку.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

Посмотрев на Цзянь Юя, Лу Чжи с мнимым сожалением цыкнул языком, а затем протянул черную карту сотруднице:

— Оплачивайте.

— Хорошо, сэр.

Девушка взяла карту и направилась оформлять покупку.

Цзянь Юй украдкой покосился на Лу Чжи.

Разве он не говорил, что без этого не купит? Почему все равно оформляет покупку?

Заметив его взгляд, Лу Чжи тронул уголки губ:

— Не смотри, а то передумаю.

Цзянь Юй тут же отвел глаза.

Улыбка на губах Лу Чжи стала еще заметнее.

Таким нехитрым способом у Цзянь Юя появилось собственное пианино.

В тот же день сотрудники музыкального салона доставили инструмент на виллу.

По указанию Лу Чжи прислуга освободила одну из комнат, превратив ее в личную музыкальную гостиную Цзянь Юя.

В последующие дни, стоило Цзянь Юю выкроить свободную минуту, как он бежал туда, возвращая себе ощущения от занятий музыкой в прошлой жизни.

Так дни сменяли друг друга.

В один из таких дней.

Цзянь Юй отправился на занятия в университет, а после их окончания ему предстояло занести кое-какие документы в один из кабинетов.

Вот только нужный кабинет находился в незнакомом корпусе, и он чуть не заблудился.

В этот момент за спиной послышался звонкий мужской голос:

— Цзянь Юй?

Обернувшись на звук, Цзянь Юй увидел неподалеку Лу Цифэна.

Тот быстрым шагом направился к нему с улыбкой на лице:

— И правда ты? Мы что, учимся в одном университете?

Цзянь Юй тоже удивился:

— Да, я тоже здесь.

Обладавший весьма открытым характером Лу Цифэн поинтересовался первым:

— Куда путь держишь? Смотрю, ты тут уже несколько кругов намотал.

Показав зажатые в руке бумаги, Цзянь Юй честно ответил:

— Мне нужно сдать документы в один кабинет, но я никак не найду, где он находится.

Услышав название нужного кабинета, Лу Цифэн тут же предложил:

— Пойдем, я провожу, мне всё равно сейчас нечего делать.

Цзянь Юй на пару секунд задумался.

Он почти не знал Лу Цифэна — их знакомство ограничивалось лишь кратковременным общением во время недавнего визита к родственникам вместе с Лу Чжи.

Но помня, что Лу Чжи относился к Лу Цифэну вполне дружелюбно, Цзянь Юй сделал вывод, что тот должен быть неплохим парнем.

Не став отказываться, он кивнул:

— Тогда спасибо за помощь.

Лу Цифэн беззаботно махнул рукой:

— Пустяки.

Они вместе направились к административному корпусу.

По дороге они непринужденно болтали.

Лу Цифэн покачал головой:

— Честно говоря, я никак не ожидал, что Лу Чжи вдруг решит жениться на тебе.

Опасаясь выболтать лишнего, Цзянь Юй лишь поддержал разговор:

— Мм? Почему?

Лу Цифэн пояснил:

— Просто сам образ Лу Чжи совсем не вязался с мыслями о женитьбе. Сам знаешь, в нашей семье царит жесткая борьба, младшее поколение постоянно соревнуется друг с другом, но Лу Чжи всегда был тем, кто вырывался вперед.

Поскольку Лу Цифэн затронул эту тему, Цзянь Юй успокоился и согласился:

— Да, господин Лу очень талантлив.

Лу Цифэн улыбнулся:

— Мы с ним ровесники, так что я неплохо его знаю. С самого детства он был самым сильным ребенком в клане, а повзрослев, возглавил корпорацию Лу и привел ее к процветанию.

Нынешняя корпорация Лу давно оставила конкурентов позади, прочно заняв лидирующие позиции во всем Юньцзине, и все это было заслугой Лу Чжи.

Услышав это, Цзянь Юй внезапно захотел узнать чуть больше о прошлом мужа:

— Неужели за всю жизнь господин Лу ни разу не позволял себе похулиганить?

В конце концов, люди не роботы, у каждого бывают моменты слабости.

Хотя за все время на вилле он практически не видел Лу Чжи отдыхающим.

Лу Цифэн задумался:

— Похоже, что нет, он всегда предъявлял к себе слишком строгие требования.

Вспомнив что-то, он усмехнулся:

— Хотя, если подумать, одна история все-таки была.

Цзянь Юй мгновенно заинтересовался:

— Да?

Лу Цифэн пустился в воспоминания:

— Мы учились в одной начальной школе. Однажды вся школа отправилась на экскурсию на ферму. Лу Чжи тогда учился то ли в третьем, то ли в четвертом классе, точно не помню. Короче говоря, он обнаружил на ферме лилии и тщательно срезал целый букет.

На этом моменте Лу Цифэн прервался, а затем продолжил:

— К сожалению, какому-то парню вздумалось испортить его цветы. Лу Чжи тогда с ледяным лицом повалил его на землю и знатно избил, довольно сильно. Учителя едва успели разнять их.

Цзянь Юй опешил и с недоумением спросил:

— Господин Лу так сильно любит лилии?

Он не помнил, чтобы Лу Чжи любил цветы, да и сам он на вилле их не видел.

Лу Цифэн покачал головой:

— Не он любит, его мать любит лилии.

Цзянь Юй мгновенно всё понял:

— Господин Лу собирался подарить цветы госпоже Лу?

Лу Цифэн кивнул:

— Верно.

Цзянь Юй поинтересовался:

— А в итоге господин Лу принёс цветы домой?

Лу Цифэн кивнул:

— Принёс, а потом отдал их матери.

К этому моменту Цзянь Юй уже смутно догадывался о результатах — в конце концов, Чжао Муя никогда не жаловала Лу Чжи, — и он невольно нахмурился:

— Что в итоге стало с тем букетом?

Лу Цифэн тоже вздохнул:

— Говорят, на следующий день тот букет оказался в мусорном ведре.

— …

Брови Цзянь Юя нахмурились ещё сильнее.

Он почти живо представлял себе, как маленький Лу Чжи с трепетом в сердце принёс домой букет цветов, надеясь заслужить материнскую любовь, а на следующий день обнаружил этот букет в мусорке. Как же ему было больно.

Хотя даже испытывая боль, Лу Чжи наверняка сохранял бы абсолютно бесстрастное выражение лица, это вовсе не значило, что он не был ранен.

Тут Лу Цифэн снова заговорил:

— Лу Чжи всегда казался несокрушимым, он никогда не поддавался эмоциям так легко, как обычные люди. Создавалось впечатление, будто у него вообще нет ни чувств, ни желаний, поэтому я так удивился, когда он решил жениться на тебе. К тому же, мне почему-то кажется, что рядом с тобой он чувствует себя довольно расслабленно.

Сказав это, он заметил, что Цзянь Юй никак не реагирует, и улыбнулся:

— Что такое? Я затронул твои чувства, упомянув ту историю с цветами?

На душе у Цзянь Юя было немного тяжело, и он кивнул:

— Немного.

Лу Цифэн улыбнулся:

— Я тоже немного знаю о ситуации в семье Лу Чжи, она действительно незавидная. Но сейчас всё иначе, ведь рядом с ним есть ты, не так ли?

Услышав это, Цзянь Юй на несколько секунд замер.

Но ведь через несколько месяцев он уйдёт.

Впрочем, его уход вряд ли причинит Лу Чжи боль, ведь они состоят лишь в договорных отношениях.

Вечером Цзянь Юй вернулся в особняк.

Едва войдя, он повсюду стал искать взглядом Лу Чжи, но нигде его не нашёл.

Он спросил одного из слуг:

— Господин Лу вернулся?

Слуга кивнул:

— Вернулся, сейчас он в кабинете.

Цзянь Юй торопливо взбежал по лестнице и постучал в дверь кабинета.

Вскоре Лу Чжи открыл дверь изнутри, и в его тёмных глазах мелькнуло удивление:

— Что случилось?

Цзянь Юй выглядел таким взволнованным, неужели что-то произошло?

Цзянь Юй выровнял дыхание и с улыбкой посмотрел на Лу Чжи:

— Ничего особенного, просто хотел сказать, что мне очень нравится пианино, которое ты мне подарил.

Сказав это, он устремил на Лу Чжи пристальный взгляд. На его лице сияла ослепительная улыбка, а в глазах мерцали искорки — казалось, каждый его жест выражал горячую привязанность к этому подарку.

Сердце Лу Чжи дрогнуло, и лишь спустя долгое время он произнёс низким голосом:

— Главное, что тебе нравится.

На самом деле он редко тратил личные усилия на то, чтобы что-то кому-то подарить. В детстве он пытался делать это несколько раз, но те подарки неизменно игнорировали или обесценивали.

Это был первый раз, когда он получил столь искренний отклик.

Идущая от другого человека любовь к подаренной вещи была густой и обжигающей.

http://bllate.org/book/19122/1877983