Готовый перевод The System Cries and Begs Me to Become a God / Система на коленях умоляет меня стать богом!: Глава 23

Тань Чжэн бормотал что-то себе под нос:

— Сколько времени уже прошло, будь у него доказательства, он давно бы их предъявил. Наверное, никто ничего не знает... Его одноклассница вряд ли осмелится заговорить. Она же девушка, если проговорится и опозорит меня, ей самой в кругу не удержаться. Своё лицо ей дороже моего.

Чем больше Тань Чжэн говорил, тем больше верил собственной правоте, успокаивая себя:

— Точно, если бы она смела говорить, давно бы уже заговорила. В таких делах стоит лишь слегка приоткрыть завесу, как белое тут же назовут чёрным. Если она посмеет заявить, что я к ней приставал, интернет-пользователи сами домыслят целую драму, а заодно ещё неизвестно, сколькими мужчинами она была спасена.

Менеджер с мрачным лицом бросил на него косой взгляд: в этом действительно был свой резон. Однако нельзя было не учитывать одну опасность: у отца Бай Сыцяо есть деньги, а вдруг он подкупил её одноклассницу? Сейчас фанаты подняли такой шум, что ради защиты репутации компании его отец наверняка попытается отмыть своего сынка.

Нельзя было дожидаться этого момента, и менеджер немедленно принял решение:

— Пусть отдел пиара прямо сейчас опубликует пост в Вэйбо: мол, между Тань Чжэном и Бай Сыцяо действительно произошёл конфликт, но это были лишь мелкие разногласия между молодёжью. Сделайте так, чтобы фанаты больше не обращались в полицию, нельзя допустить, чтобы полиция вела расследование. Тань Чжэн пусть великодушно извинится. У нас много поклонников, стоит нам только извиниться, и общественное мнение окажется на нашей стороне.

Тань Чжэн был крайне недоволен. Бай Сыцяо бил зверски, при одной мысли об этом у него до сих пор всё сжималось внутри, и он должен перед ним извиняться? Но другого выхода сейчас не было, оставалось лишь подчиниться менеджеру.

Отдел пиара долго подбирал формулировки, несколько раз всё переписывал, и наконец этот пост в Вэйбо был опубликован.

Обезумевшие фанаты звезды: «???»

Я уже обратилась в полицию, а вы говорите — мелкие разногласия между молодёжью?! Вы что, меня за дуру держите?!

Говорите! Это отец Бай Сыцяо вам угрожал?! Если боитесь, моргните! Только кивните, мы порвем его за вас, мы даже полицейский участок можем разнести!

Тань Чжэн сам готов был броситься к ним и обругать:

— Да спасибочки вам огромное! Вы что, не успокоитесь, пока не угробите меня окончательно? Обязательно нужно всё разрушить до основания?

Бай Сыцяо снова открыл трансляцию. Ничего не говоря, он просто запускал там счастливые мешочки. Летнее одеяло можно было купить в системе всего за 100 единиц эмоциональной энергии, их раздавали каждые 10 минут по 10 штук за раз с бесплатной доставкой на дом.

В этот момент стоило ему запустить трансляцию, как тут же набегали люди, непрерывно поставляя эмоциональную энергию. Особенно фанаты звезды: одни извинялись, другие ругали его, третьи требовали, чтобы его отец не затыкал всем роты своей властью.

Кто-то благодарил его, кто-то утешал, кто-то огрызался на фанатов звезды, а если не удавалось прийти к согласию — устраивали перепалку, благо оставание в трансляции давало шанс выиграть приз.

Обезумевшие фанаты ругались битый час, но не могли перекричать такую толпу, а самое обидное было то, что часть поклонников самого Тань Чжэна призывала их остыть и намекала, что те не в своем уме. Чьи же вы тогда преданные фанаты, если у вас не все дома?!

Фанаты были доведены до белого каления, а потом сообразили: постойте-ка, это же раскрутка Бай Сыцяо! Поняв это, они с руганью удалились, разозлившись ещё сильнее.

Вот так эта стайка маленьких ангелочков принесла ещё 400 тысяч единиц эмоциональной энергии. Бай Сыцяо не только выполнил задание, но и получил в общей сложности на 800 тысяч единиц больше, а система от счастья уже забыла, кто она вообще такая.

Когда все решили, что дело вот-вот замято, фанаты Тань Чжэна снова обратились в полицию — на этот раз они не только подали донос на Бай Сыцяо за избиение, но и обвинили его отца в уклонении от уплаты налогов. Лишь бы доставить неприятности семье Бай и испортить им жизнь, они готовы были выискивать любые предлоги, а если предлогов не было — выдумывать их.

В интернете поднялся такой шум, что полиция была вынуждена завести дело и позвонить Бай Сыцяо, уведомив его о необходимости явиться для допроса.

Бай Сыцяо только рассмеялся, услышав это: пусть проверяют, раз такое дело. На худший случай у него припасена та самая запись для полиции, да и обоих участников можно собрать вместе — устроить втроём круглый стол и решить, улаживать ли дело частным образом или предавать огласке.

На него самого вся эта история никак не влияла, а вот те двое крутились в шоу-бизнесе. Стоит этому всплыть наружу, и девушку засыплют скандальными слухами, а актёрская карьера Тань Чжэна пойдёт прахом.

По мнению Бай Сыцяо, и к лучшему, что она рухнет — хоть впредь неповадно будет распускать руки, завидев смазливую девчонку без влиятельных покровителей. Вот только публикация подобных деталей больно ударит по репутации самой девушки, и оставалось гадать, как с этим справится его одноклассница.

В любом из миров к девушкам в таких вопросах относились несправедливо. Они же жертвы, а после случившегося на них ещё и пальцами показывают — с какой стати?

Бай Сыцяо вспомнил, что у них существовал классный чат. Первоначальный хозяин тела отродясь не заглядывал туда, а назойливые сообщения одноклассников игнорировал, закинув чат в скрытый режим без уведомлений.

Отыскав в списке группы ту самую девушку, Бай Сыцяо сперва хотел добавить её в контакты, но, зайдя в профиль, с удивлением обнаружил, что они уже состоят в друзьях. В истории сообщений до сих пор хранилось старое «спасибо» от неё.

Бай Сыцяо переслал ей ту видеозапись:

— Если полиция выйдет на тебя, можешь использовать это для самозащиты.

В этот момент на телефон поступил незнакомый вызов. Бай Сыцяо включил громкую связь, и вежливый голос на том конце произвел опрос:

— Здравствуйте, это Бай Сыцяо?

Бай Сыцяо лениво протянул:

— Я. Вы кто?

— Здравствуйте, молодой господин Бай. Я менеджер Тань Чжэна, меня зовут Ван Хэ. Между вами и Тань Чжэном ранее возникло некоторое недоразумение, и сейчас об этом шумит весь интернет, что дурно сказывается как на вас, так и на нём. Я бы хотел побеседовать с вами, у вас найдется время?

— Нет.

Ван Хэ никак не ожидал столь прямого отказа и неловко усмехнулся:

— Видите ли, мне кажется, тут можно уладить всё малой кровью — масштаб проблемы невелик, верно? Мы со своей стороны уже выпустили официальное заявление о том, что это были лишь подростковые разногласия, и вашей вины здесь нет. Не могли бы вы со своей стороны тоже внести ясность? Я пониманию, что поднятая фанатами Тань Чжэна шумиха уже бросила тень на репутацию вашего отца.

Бай Сыцяо приподнял брови: это он кого тут вздумал пугать?

— Я считаю, что никаких разъяснений не требуется, и так всё отлично, — равнодушно ответил Бай Сыцяо. — Разве его фанаты не обращались в полицию? Ничего страшного, пусть полиция проводит расследование, мне всё равно.

Менеджер понял, что Бай Сыцяо далеко не так глуп, как ему рисовалось, и выложил козырь:

— Хорошо, молодой господин Бай, я предлагаю вам десять миллионов. Я знаю: хоть вы и старший сын в семье Бай, ваше положение дома довольно шаткое, и с карманными расходами наверняка туго.

Бай Сыцяо молчал, спокойно слушая собеседника.

Ван Хэ решил, что предложение зацепило парня, и продолжил уговоры:

— Это взаимовыгодный шаг. Мы сохраним доброе имя Тань Чжэна, вы оградите от неприятностей своего отца, да и собственную репутацию отмоете. Вмешательство полиции можно спустить на тормозах, мы не станем подавать иски, фанаты угомонятся, а вы получите десять миллионов на карманные расходы. Что скажете, молодой господин Бай?

Бай Сыцяо бросил взгляд на счётчик эмоциональной энергии: с учётом завершённого задания набежало уже миллион четыреста тысяч. И всё это всего за два дня! Какая прелесть этот Тань Чжэн, настоящий кормилец!

Он вполне серьёзно произнес:

— Я хочу подарить ему песню.

Менеджер опешил:

— Чего?

— Послушай, спасибо тебе, ведь благодаря тебе согреты все четыре сезона... Спасибо тебе, благодарю тебя, мир стал ещё прекраснее...

Менеджер: «???»

Сказав это, Бай Сыцяо повесил трубку. Вести дела с мелким жуликом — только пачкаться.

Выслушав отчёт Ван Хэ, Тань Чжэн тоже озадачился:

— Какую ещё песню он хочет мне подарить? Что за песня? Сам сочинил? Написал для меня песню?

У Ван Хэ уже рябило в глазах от усталости:

— Понятия не имею, что у него на уме. Десять миллионов его не тронули — сколько же ему нужно?

Тань Чжэн записал слова песни и долго ломал над ними голову, пока его не осенила дикая догадка:

— Слушай, а может, я ему нравлюсь?

Ван Хэ, только что сделавший глоток воды, чуть не выплеснул её тому в лицо:

— Какого чёрта тебе в голову лезет?!

Тань Чжэн счёл свои доводы вполне убедительными:

— А с чего бы ему иначе до сих пор не чинить мне препятствия? Мои фанаты поливали его грязью на чём свет стоит, почему он меня не топит? И ещё песни мне пишет!

Ван Хэ вдруг почувствовал себя абсолютно выжатым. Кого он вообще вырастил на свою голову? Кругом один диагноз! То, что этот придурок до сих пор так популярен — просто чудо света. Рано или поздно этот идиот наломает дров, да так, что мало не покажется; как только всё уляжется, придётся посадить его под домашний арест месяца на два, никаких новых контрактов.

В этот момент в комнату вбежал бледный ассистент:

— Брат Тань, Гун Цинъюй выложила пост в Вэйбо!

Оба мгновенно напряглись:

— Что она написала?

Помощник побелел ещё сильнее:

— Она опубликовала ту самую видеозапись!

Этот удар застал Ван Хэ врасплох. Он готовился к уловкам со стороны Бай Сыцяо, ждал подвоха от корпорации Бай, но никак не ожидал удара от Гун Цинъюй.

Разве ей, актрисе, не страшно навлечь на себя всеобщий грец?

Тань Чжэн окончательно запаниковал:

— Да как она посмела?! Совсем рехнулась?!

Гун Цинъюй и была той самой одноклассницей Бай Сыцяо. Когда всё случилось, её невероятно поразило, что всегда державший нос по ветру Бай Сыцяо заступился за неё. В классе он вечно плелся в хвосте по успеваемости и тянул всех назад, а на общие мероприятия его вовсе невозможно было вытащить, потому что молодой господин Бай презирал их и считал ниже своего достоинства водиться с деревенщиной.

Она подозревала, что Бай Сыцяо вряд ли помнит по именам хотя бы половину класса. И тем не менее, увидев, как Тань Чжэн распускает руки, он полез в драку.

Тогда отец Бай Сыцяо замял инцидент деньгами, а фанаты Тань Чжэна слышали лишь обрывки слухов, не придавши им большого значения. Если бы она тогда заговорила о правде, это дало бы обратный эффект и лишь подтвердило факт нападения Бай Сыцяо на Тань Чжэна.

Гун Цинъюй понимала, сколь неравны их с Тань Чжэном силы: он — популярный кумир миллионов, а она — безымянная новичка, не дотягивающая даже до сортности массовки. Стоило ей открыть рот, как фанаты звезды заклеймили бы её позором, и путь наверх был бы заказан навсегда.

Но промолчать — значило носить груз вины до конца дней.

Ещё вчера она порывалась выступить во всеуслышание, но менеджер пресёк её попытки на корню и отчитал на чём свет стоит. К счастью, нашлись СМИ, вставшие на защиту Бай Сыцяо и доказавшие, что он хороший человек. Кто бы мог подумать, что травля продолжится и дело дойдет до полиции!

Если бы она промолчала, Бай Сыцяо незаслуженно получил бы клеймо судимости за побои. Человек исправился, делает столько добрых дел, и позволить очернить его имя? Она бы просто не смогла смотреть людям в глаза.

И тут как нельзя кстати Бай Сыцяо прислал ей видеоролик — не знак ли это свыше? Почему она тогда проглотила обиду? Из-за нехватки улик. Когда же доказательства сами плывут в руки, чего ещё ждать? Пострадавшая здесь она — с какой стати жертва должна терпеть унижения, пока негодяи разгуливают на свободе?

Девчонка оказалась с характером: уж молчать — так до упора, а коль говорить — так чтоб земля задрожала. Она напрямую опубликовала пост, отметив Тань Чжэна: «Вот видеозапись, посмотрев её, каждый поймет, что произошло на самом деле. Посмеешь подать в суд на Бай Сыцяо — я подам в суд на тебя за сексуальные домогательства!»

В мгновение ока эта запись взлетела на вершины поисковых трендов.

Бай Сыцяо, разглядывая скриншот, присланный системой, перевёл взгляд на ответное сообщение от Гун Цинъюй: «Самозащита? Это по части хулиганов!»

Бай Сыцяо с довольным хлопком ударил себя по колену:

— Ай да девчонка, ну до чего же хорош нрав! Женюсь... то есть, побратаюсь с ней на веки вечные!

http://bllate.org/book/19118/1877589