Готовый перевод Forced Marriage to the Demon Queen [Apocalypse] / Запретная жена укротителя демонов: Глава 29

Хэн Лэй, вернувшийся в Сэньсиньди лишь глубокой ночью, едва переступив порог, заметил Цзянь Фэя, сидевшего под деревом с отрешенным видом.

Глядя на мужчину, застывшего так, словно он лишился души, Хэн Лэй почувствовал, как в глубине его сердца невольно зарождается тихое сочувствие.

Поэтому, хотя в его руке все еще болталась связка окровавленных когтистых лап какого-то монстра, Хэн Лэй не стал сразу возвращаться к Чан Наню и остальным, а направился прямо к неподвижно сидящему Цзянь Фэю.

Едва он приблизился к небольшому холму, как звук капающей на землю крови — кап, кап — напомнил ему, насколько жутко и кровожадно он сейчас выглядит.

Внезапно вспомнив, как сильно Цзянь Фэй терпеть не может запах крови, Хэн Лэй на миг замер на полушаге. Бросив еще пару взглядов на всё еще опустившего голову Цзянь Фэй, он развернулся и пошел к Чан Наню и остальным.

Бах! Целая гора острых когтей рухнула прямо перед элитными бойцами клана Хэн.

Разглядывая эти черные, прочные кости, каждая из которых застыла в полусогнутой позе, принятой перед самым смертельным ударом, Чан Лэй с сомнением окинул взглядом Хэн Лэя. Убедившись, что тот по-прежнему цел и невредим, он с тревожным трепетом принялся перебирать еще источающие капли крови трофеи.

— Десять третьей ступени, шесть четвертой... и еще две пятой.

Пока Чан Нань изучал эти целые черные кости, стоявший рядом Юнь Чжан заговорил первым:

— Вторая молодой господин мастерски орудует клинком, тут нечего сказать. Нашей банде требуется несколько дней, чтобы добыть десяток тварей выше третьей ступени, а Второй молодой господин в одиночку за день управляется не хуже всей нашей ватаги...

Хэн Люй был бойцом третьей ступени, уже много лет служившим под началом Чан Наня.

Хотя он общался с Хэн Лэем не так часто, как Чан Нань или Юнь Чжан, ему доводилось не раз вместе с ним выходить на охоту.

Раньше, когда отряд возглавлял Хэн Лэй, даже тогда не было заметно, чтобы он приносил такую богатую добычу.

Но теперь... Чан Нань и остальные не знали до конца, зажили ли раны на теле Хэн Лэя.

Однако, глядя лишь на то, сколько добычи принес один-единственный Хэн Лэй — намного превосходящей возможности целой толпы бойцов, — мужчины из клана Хэн отчетливо поняли: сила Хэн Лэя далеко превосходит все их прежние расчеты.

Сам же Хэн Лэй, казалось, уже привык к тому, что товарищи неизменно изумляются его способностям.

Не заботясь о том, сколько полезных вещей можно смастерить для клана из когтей этих монстров... Хэн Лэй лишь равнодушно бросил фразу о том, что остальные туши лежат у ручья за горой, и Чан Нань с остальными сразу поняли, почему он вдруг стал так отчаянно истреблять чудищ.

В последнее время клан Хэн отстраивал родной очаг заново, и подобные редкие материалы были нужны буквально на каждом шагу.

В этом месте, где невозможно найти ни арматуры с цементом, ни пункта обмена припасов на заветные очки, добыча полезных ископаемых и трофеев во время охоты, способная заменить некоторые предметы первой необходимости, приобретала колоссальное значение.

Чан Нань и остальные не жаловались, хотя порой едва не падали замертво, пытаясь добыть припасы, которых всё равно вечно не хватало на восстановление селения.

Хэн Лэй же, даже не дожидаясь лишних слов с их стороны, молча помог им разрешить эту насущную проблему.

Именно поэтому, когда Хэн Лэй возвращался с огромной охапкой когтистых лап, Чан Нань и другие изда-лека поднимались на ноги, ожидая его прибытия.

Пока Хэн Лэй сам не садился, никто из этих суровых мужей, которых простые сородичи почитали и боялись, не смел опуститься на землю.

Хэн Лэй же тихо подошел к уже разложенному по категориям оружию и принялся внимательно его осматривать.

— Второй молодой господин, за исключением тех нескольких клинков, которые уже невозможно восстановить и которые мы не стали трогать, все остальные клинки приведены в порядок. Ручаюсь за их остроту.

Услышав это, Хэн Лэй кивнул и машинально принял из рук Чан Наня полотенце из оленьей кожи.

Опустив голову, он стер грязь с лица, а затем вернул оленью кожу прежнему владельцу...

Кто бы мог подумать, что когда Хэн Лэй снова поднимет голову, уставившиеся на него мужчины от удивления вытаращат глаза!

— В чем дело?

Заметив странное выражение на лицах Чан Наня и остальных, Хэн Лэй невольно озадаченно переспросил.

Однако товарищи, глядя на явный синяк под левым глазом Хэн Лэя, ломали голову над тем, какой же монстр умудрился оставить боевые отметины на лице их непобедимого Второго молодого господина.

— Э-э... Второй молодой господин... неужели на вершине Тяньюньфэн всё и правда настолько трудно совладать с тварями?

— Чуть сложнее, чем в задних горах Куньшаня.

Отвечая на осторожный вопрос Юнь Чжана, Хэн Лэй не мог не испытать легкого подозрения: с чего это вдруг они стали расспрашивать о подобном? Разве это не очевидно само по себе?

Заметив, как братья переглядываются между собой, обмениваясь красноречивыми взглядами, и затягиваются всеобщим покашливанием... Хэн Лэй машинально провел рукой по лицу, гадая, не осталось ли на нем какой-нибудь грязи...

— Кхе-кхе-кхе... Послушайте, вообще-то Второй молодой господин и без того достаточно силен. Мелкие осечки время от времени — это ведь нормально, вполне нормально, ха-ха-ха.

Он изо всех сил пытался перевести внимание присутствующих с панда-глаза Хэн Лэя, даже не подозревая, что подобные речи лишь заставляют остальных с удвоенным усердием сдерживать смех.

Хотя их Второй молодой господин, словно демон-асура из эпохи апокалипсиса, всегда проходил сквозь орды чудовищ с непринужденным видом непобедимого крутого парня... Иногда на его лице появлялись следы от ударов, что выглядело донельзя забавно.

Увидеть Хэн Лэя в столь растерянном виде доводилось крайне редко, поэтому крепкие мужики, привыкшие боготворить его словно божество, едва ли могли удержаться от улыбки.

Сам же Хэн Лэй, совершенно не ведая истинной подоплеки происходящего, с абсолютно серьезным выражением лица продолжал смотреть на собравшихся, нося при этом вещественное доказательство «преступления», совершенного его собственной законной супругой.

Несколько мужчин, окончательно потерявших способность сдерживаться, отвернулись, чтобы расхохотаться в голос, но тут же с виноватым видом вновь перевели взгляды на Хэн Лэя.

Тем временем Чан Нань и Юнь Чжан, изо всех сил пытаясь сохранить суровый и невозмутимый вид, лихорадочно шарили в памяти в поисках темы, способной окончательно отвлечь всеобщее внимание.

И тогда Юнь Чжан мгновенно вспомнил о жене Искоренителя Демонов, которая сегодня неожиданно приблизилась к ним.

Припомнив странное поведение жены Искоренителя Демонов, Юнь Чжан тут же нахмурился и заговорил об этом с Хэн Лэем.

Услышав слова Юнь Чжана, Чан Нань и остальные тут же посерьезнели и согласно кивнули Хэн Лэю, подтверждая, что Юнь Чжан говорит чистую правду.

— Второй молодой господин, после того как вы ушли, эта жена Искоренителя Демонов озиралась по сторонам. Издалека наблюдала за нами, и неизвестно, что у нее было на уме.

— Верно, сегодня, когда издалека поглядишь на это чудовище, у меня все волосы на теле дыбом вставали... Если уж совсем невтерпеж, Второй молодой господин, отдохните еще пару дней. Иначе, если вас не окажется в селении Хэн, мы понятия не имеем, кто сможет укротить эту тварь.

Едва прозвучали эти слова, как практически все присутствующие согласно закивали в знак солидарности.

Однако стоило Хэн Лэю услышать подобные речи, как его лицо заметно помрачнело:

— Он моя супруга, впредь не смейте называть его так небрежно.

Услышав это, те несколько мужчин, что позволили себе неуважительные высказывания в адрес Цзянь Фэя, тут же захлопнули рты.

Как бы то ни было, Цзянь Фэй являлся законным супругом Хэн Лэя, с которым тот сочетался браком по всем правилам.

Пусть даже между ними и впрямь имелось нечто выходящее за рамки обычного.

Тем не менее все члены клана Хэн прекрасно понимали это и были вынуждены молчаливо мириться с подобной странностью.

Поэтому, сколь бы сильно Чан Нань и остальные ни опасались Цзянь Фэя и ни сторонились его, Цзянь Фэй оставался человеком Хэн Лэя.

Тем, с кем Хэн Лэю суждено было рука об руку пройти весь свой жизненный путь...

При мысли об этом Чан Нань и другие невольно с неловким видом переглянулись.

Хэн Лэй же мрачно молчал, никак не комментируя предложения Юнь Чжана и остальных.

Проводив взглядом удаляющуюся спину Хэн Лэя, мужчины принялись мысленно корить себя за излишнюю несдержанность на язык.

— Доигрались, потеряли голову от успехов... Теперь задели больное место Второго молодого господина, да?

— Эх... виноват мой длинный язык, зачем вообще завел этот разговор? Смотрит на нас эта жена Искоренителя Демонов или нет — какая нам разница? Какое отношение это имеет ко Второму молодому господину?

— Ладно уж, впредь будьте осторожнее. Хватит трепать языком попусту. Второму молодому господину и так не повезло взять в жены монстра... Но как бы ни вела себя эта жена Искоренителя Демонов, она всё равно остается женой нашего Второго молодого господина.

— Чан Нань прав, запомните все: впредь держите языки за зубами и не смейте коверкать обращение к жене Второго молодого господина.

— ...И как же тогда его теперь называть? Вторая невестка? Ну и ну...

— ......

Столкнувшись друг с другом взглядами, мужчины на мгновение умолкли, погрузившись в тяжелое молчание.

А Хэн Лэй тем временем направился к горячим источникам в персиковой роще, тщательно вымылся и сменил одежду на свежую.

Лишь после этого он по-настоящему вернулся к Цзянь Фэю.

Видя, как Цзянь Фэй по-прежнему неподвижно сидит на прежнем месте, Хэн Лэй чувствовал щемящую жалость в груди, но совершенно не знал, с чего начать разговор.

Он отнюдь не умел утешать людей...

Суровый бог войны, чья душа, казалось, с детства была обделена способностью чувствовать в полной мере, однажды повстречал спутника, которого никак не мог разгадать, но с которым был обязан делить судьбу.

Стоя перед столь трудной задачей, Хэн Лэй мог лишь молча присесть рядом с Цзянь Фэем и ждать, пока тот заговорит сам.

И вот погруженный в мрачные мысли Цзянь Фэй, заметив севшего рядом Хэн Лэя, ощутил, как тоска и обида с новой силой затапливают его изнутри.

Как бы Цзянь Фэй ни отталкивал Хэн Лэя, как бы ни злился на него...

Одно обстоятельство он всё же был вынужден признать.

В этом тесном мирке лишь Хэн Лэй желал сидеть рядом с ним, разгоняя окружающее его одиночество.

Медленно повернув голову, Цзянь Фэй уставился на Хэн Лэя, приоткрыл рот, но так и не нашелся, что сказать.

— Я проголодался.

Услышав слова Цзянь Фэя, Хэн Лэй заглянул ему в глаза.

Он не знал, стоит ли ему расспрашивать Цзянь Фэя о том, зачем тот сегодня приближался к Чан Наню и остальным.

Поэтому ему оставалось лишь растерянно подняться и отправиться к Сю Жу за порцией еды, которую та оставила специально для него.

В последнее время жизнь вошла в мирное русло, и все постепенно привыкали к стабильности.

Поэтому очаг разжигали регулярно, чтобы каждый мог отведать горячей пищи.

Открыв коробку с едой, он увидел внутри тушеные овощи и редкое в этих краях тушеное мясо.

Мастерство кулинарок из клана Хэн поистине граничило с чудом.

В нынешние времена скудных запасов и сурового апокалипсиса они умудрялись стряпать простейшие вещи на разные лады, чтобы накормить уставших сородичей.

Глядя на еду перед собой, Цзянь Фэй чувствовал, как в груди поднимается горькая волна тоски.

— Я...

Взяв палочки, Цзянь Фэй попытался что-то произнести, но слова застряли в горле, словно кость, и никак не желали срываться с губ.

Хэн Лэй, наблюдая за тем, как Цзянь Фэй сидит с опущенной головой, понятия не имел, что творится в мыслях собеседника.

— Ешь, — произнес Хэн Лэй, и Цзянь Фэй в конце концов проглотил слова, которые собирался высказать.

В тишине они сидели бок о бок, вкушая теплую и сытную пищу.

Пока издалека к ним не направился Хэн Шан, который то и дело замедлял шаги, не решаясь подойти слишком близко.

— Второй молодой господин...

Услышав робкий окрик Хэн Шана, Цзянь Фэй и Хэн Лэй одновременно подняли головы.

— Второй молодой господин, общежитие уже пригодно для жилья. Старшая сестра велела передать... чтобы вы вместе со Второй невесткой шли взглянуть.

Услышав это, Хэн Лэй кивнул и велел Хэн Шану пока возвращаться назад.

— Как только Цзянь Фэй доест, мы подойдем.

Услышав ответ, Хэн Шан кивнул и, словно получив помилование от самой смерти, стремглав бросился обратно.

Хэн Лэй же заметил, как Цзянь Фэй, покусывая палочки для еды, ошарашенно уставился на него...

Глава 49. Семья (Часть 2)

Во время повторного укрепления защитной сети базы клана Хэн Цзянь Фэй, будучи главным мастером кузнечной мастерской, дал Хэн Ло множество ценных советов.

Наблюдая за тем, как остальные старейшины по-прежнему выражают множество сомнений в его адрес, Цзянь Фэй, опираясь на безусловную поддержку всех работников кузнеческой мастерской, с непреклонным видом и железной логикой спорил с ними.

— Смотри-ка, нынче Цзянь Фэй загружен по макушку. То кузня, то защитная сеть... Похоже, сейчас ты у него на втором плане, забросили тебя совсем?

Хэн Ло и Хэн Лэй стояли в укромном углу, наблюдая за мастером кузни, вокруг которого столпились люди. Очевидно, теперь Хэн Ло использовала Цзянь Фэя как удобный повод поддразнить родного брата.

— ......Он слишком занят, работа в кузне и без того отнимает много сил.

Хэн Лэй с нахмуренными бровями и суровым лицом всматривался в толпу, где находился Цзянь Фэй, после чего с предельной серьезностью парировал шутки Хэн Ло.

Словно намеренно игнорируя насмешливый подтекст в словах старшей сестры, Хэн Лэй искренне переживал, как бы Цзянь Фэй не подорвал здоровье от чрезмерных нагрузок.

Хотя в настоящее время все сородичи из клана Хэн уже признали Цзянь Фэя и перестали акцентировать внимание на его происхождении как жены Искоренителя Демонов.

Однако для самого Хэн Лэя — как для охранника клинок Цзянь Фэя и его спутника жизни — было совершенно невозможно оставаться к этому равнодушным.

— Как бы сильно ты о нем ни беспокоился, помочь ему ты всё равно не сможешь. Сейчас он с таким трудом вырвался из своего замкнутого мирка, и этот момент — решающий рубеж, когда он должен сделать решительный шаг вперед. Даже если возникнут трудности, Цзянь Фэй должен преодолеть их сам.

Хэн Ло бросила взгляд на озабоченное лицо Хэн Лэя, едва слышно вздохнула и покачала головой.

— ......Если ты и вправду за него переживаешь, сперва позаботься о себе самом. Случись с Цзянь Фэем на посту жены Искоренителя Демонов хоть что-то дурное, во всем клане Хэн лишь ты сможешь прийти ему на помощь. ......Кстати, полагаю, еще немного — и ты сможешь отложить дела на тренировочной площадке, чтобы забрать его на заслуженный отдых на пару дней.

— Мгм...

Услышав предостережение Хэн Ло, Хэн Лэй кивнул. Хоть ему и было больно смотреть, как Цзянь Фэй изнуряет себя в последние дни, он понимал справедливость ее слов: эти барьеры Цзянь Фэй должен преодолеть исключительно собственными силами. Иначе в будущем ничего хорошего его не ждет. Даже если Хэн Лэй внутренне был готов встать перед Цзянь Фэем и преградить путь старейшинам клана Хэн, ему приходилось просчитывать последствия подобных шагов.

Очевидно, что для Цзянь Фэя, который ныне обрел смелость демонстрировать свои способности и авторитет, было лучшим и единственным выходом вести борьбу и контактировать с теми сородичами, что были неспособны его понять.

Цзянь Фэй нахмурил брови, внимательно вчитываясь в замечания по поводу проекта, которые озвучил дядя Хэн Чжэ.

Слушая со всем вниманием, Цзянь Фэй внутренне восхищался идеей сделать защитную сеть более гибкой и вариативной. Однако в таком зловещем месте, как гора Фэнмо, пренебрежение основополагающей прочностью ради любых ухищрений в конечном итоге привело бы лишь к созданию уязвимостей.

Хэн Чжэ и Хэн Жуй, заметив, что Цзянь Фэй наконец умолк под напором их доводов, едва не возгордились, но тут Цзянь Фэй резко поднял голову и посмотрел на них леденящим, предельно серьезным взглядом.

— Хотя я могу обучить всех ремеслу создания восьмисторонних матриц, даже при наличии знаний без достаточных материалов и навыков невозможно в короткие сроки соорудить безупречную защитную сеть.

Рельеф местности, который мы занимаем в данный момент, гораздо выгоднее для обороны, чем для нападения. Если возвести ключевые узлы управления в стратегически верных точках, база станет неприступной крепостью. Но если ради эфемерных новшеств мы откажемся от самых надежных методов... в конечном итоге мы бездарно изведем редчайшие материалы и заставим людей трудиться впустую.

Поэтому, если вы, уважаемые, и дальше полагаете, что призрачные перспективы на будущее важнее нашей безопасности в данный момент... пожалуй, я лучше вернусь в кузнечную мастерскую.

В словах Цзянь Фэя не звучало особой жестокости или деспотизма.

Однако после долгих дней бесконечных препирательств он вдруг перестал спорить о том, какой из двух планов жизнеспособнее, а прямо заявил: если его советы продолжат игнорировать, он полностью самоустранится от работ по защитной сети...

Несколько старейшин, которые уже добрых полмесяца спорили с Цзянь Фэем по поводу этой самой защиты базы, в этот момент остолбенели.

Они никак не ожидали, что Цзянь Фэй, столь долго проявлявший терпение и создавший бесчисленное множество чертежей, вдруг в открытую заявит об отказе от участия...

Характер у Цзянь Фэя был мягким, но это вовсе не означало, что у него отсутствовало собственное достоинство и что о него можно вытирать ноги.

Его упорный труд и старания на протяжении долгого времени упорно игнорировались, а споры со стороны Хэн Чжэ и остальных преследовали цель не улучшить проект, а лишь придраться к нему.

Если его усилия воспринимаются лишь как повод для придирок, то сколь бы долго он ни упорствовал, это приведет лишь к неловкому положению.

И вот, после того как он в последний раз с искренним усердием попытался разъяснить Хэн Чжэ свою концепцию, но снова столкнулся с придирками...

Цзянь Фэй наконец отчетливо осознал суровую реальность: его искренние старания перед лицом предвзятого отношения окружающих никогда не принесут добрых плодов.

Поэтому он с удивительной легкостью подбросил им эту горячую картошку, чем начисто обезоружил Хэн Чжэ и Хэн Жуя, так усердно выискивавших в нем изъяны.

— Вот чертежи модернизированной защитной сети, которые я подготовил ранее. Благодарю брата Хэн Люя за то, что последние дни помогал мне с геодезической съемкой местности. Надеюсь, у вас найдется время как следует обдумать мои предложения и проекты. Если в моем участии больше нет необходимости, я вернусь в кузницу. Подобные метания меж двух огней ни к чему хорошему не приведут.

Оставив потерявших дар речи Хэн Чжэ и Хэн Жуя, Цзянь Фэй собрал все личные чертежи, аккуратно сложил их и вложил в руки стоявшего напротив Хэн Жуя.

Он не обращал внимания на вытаращенные глаза Хэн Чжэ и Хэн Жуя, которые в этих сложных детализированных схемах всё равно не смыслили ровным счетом ничего.

А Хэн Люй, всё это время молча наблюдавший за происходящим со стороны, вместе с другими бойцами высших рангов из отряда охотников не удержался от тайных усмешек над ошеломленными старейшинами клана. Разумеется, никто из них и не думал отговаривать Цзянь Фэя.

В конце концов, даже такой профан в механических хитростях, как Хэн Люй, за те дни, что провел рядом с Цзянь Фэем, прекрасно видел, сколько душевных сил тот вложил в эту работу.

Отвергать безупречно работающий план и упорно цепляться за явно невыполнимую фантазию лишь ради того, чтобы уколоть мастера, добровольно пришедшего на помощь...

Подобное мог стерпеть только Цзянь Фэй, с ангельским терпением препиравшийся со стариками вроде Хэн Чжэ и Хэн Жуя. На месте Хэн Люя он бросил бы всё к чертям еще много дней назад.

Стало быть, дожидаться сегодняшнего дня, когда все выстраданные чертежи будут аккуратно разложены по папкам, прежде чем развернуться и уйти, было верхом выдержки.

Оставив всю кипу схем на попечение опешивших старейшин, Цзянь Фэй слегка кивнул Хэн Люю и остальным, развернулся и решительно зашагал прочь от толпы.

А Хэн Чжэ и Хэн Жуй так и остались стоять с тяжелой пачкой чертежей в руках, тупо переглядываясь друг с другом — поистине комичное зрелище.

— В чем дело? Работа окончена?

Взгляд Хэн Лэя практически неотрывно был прикован к Цзянь Фэю.

Увидев издалека, как тот отделяется от толпы, Хэн Лэй даже не задумываясь инстинктивно двинулся ему навстречу.

— ...Можно сказать, этот этап завершен.

Хэн Ло, стоявшая до этого рядом с Хэн Лэем, провожала глазами приближающегося Цзянь Фэя, а затем бросила взгляд на кучку растерянных старейшин вдалеке.

Хэн Ло беспомощно покачала головой, глядя на наконец соединившуюся пару, и направилась прямиком к старейшинам клана.

На самом деле все эти дни Хэн Ло намеренно отдавала бразды правления защитной сетью в руки Цзянь Фэя.

Изначально она предполагала, что из-за своего нрава Цзянь Фэй вытерпит от силы три-пять дней, после чего не выдержит и сам заявит о выходе из проекта...

Однако она никак не ожидала, что даже при ее скрытом потворстве Хэн Чжэ и остальным...

Цзянь Фэй проявит такую выдержку и будет терпеть до тех пор, пока не завершит все чертежи до конца.

Уважение Хэн Ло к стойкости и силе духа Цзянь Фэя вышло на совершенно новый уровень.

Хотя Хэн Ло любила использовать мягкие методы давления, чтобы заставить сородичей-старейшин наконец трезво оценить способности Цзянь Фэя.

Но надо признать: наблюдать за тем, как годами задиравший нос Хэн Чжэ оказывается застигнут врасплох и ошеломлен Цзянь Фэем, было донельзя забавно.

Сохраняя на лице легкую элегантную улыбку, Хэн Ло прошла мимо шагавших навстречу друг другу Цзянь Фэя и Хэн Лэя, не глядя по сторонам и не привлекая к себе лишнего внимания.

http://bllate.org/book/19064/1872099

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 30»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Forced Marriage to the Demon Queen [Apocalypse] / Запретная жена укротителя демонов / Глава 30

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.