Готовый перевод Forced Marriage to the Demon Queen [Apocalypse] / Запретная жена укротителя демонов: Глава 22

Хэн Лэй видел, что этот пробудившийся к жизни Супруг Подавителя Демонов совершенно не представляет себе собственной ценности.

Поэтому он неизбежно испытал некоторое волнение: крепко ухватив Цзянь Фэя за плечи, он в упор уставился на него пылающим взглядом...

Вид у него был такой, будто он смертельно боялся, что Цзянь Фэй в любую секунду отвлечется, повернется и сбежит, превратив его долгие голые поиски жены в пустую трату сил.

— Что такое?! Чего ты вдруг вцепился в меня?

Только что они нормально разговаривали, как вдруг этот исполненный властного величия мужчина крепко схватил его.

Цзянь Фэй еще не составил для себя до конца четкого представления об эпохе, в которой очутился.

Он почти без утайки объяснил Хэн Лэю свое положение.

И даже не догадывался, насколько опасным в глазах Хэн Лэя было его полное незнание современного мира.

— Ты должен запомнить лишь одно: ты — Супруг Подавителя Демонов... принадлежишь мне, Хэн Лэю. Отныне и впредь тебе запрещено отходить от меня хоть на шаг!

Смелая и внезапная декларация Хэн Лэя заставила Цзянь Фэя, еще толком не разобравшегося в происходящем, широко распахнуть глаза.

Он совершенно не мог понять, с чего это этот несравненно красивый мужчина вдруг стал бросаться фразами, подозрительно напоминающими признание в любви.

Цзянь Фэй тупо приоткрыл рот, а прижатый Хэн Лэем за плечи, он на какое-то время даже лишился дар речи.

И тогда оба они зависли в неловком молчании из-за односторонне-бурного порыва Хэн Лэя.

— Ты... что ты за чушь несешь? Я, я, я... я никому не принадлежу.

Опомнившись, Цзянь Фэй попытался вырваться из объятий Хэн Лэя, но никак не ожидал, что его внезапное сопротивление лишь заставит осторожничавшего с ним Хэн Лэя сжать хватку еще сильнее.

Хэн Лэй сдавил Цзянь Фэя до резкой боли, и, безуспешно пытаясь оттолкнуть его, Цзянь Фэй без всяких утайки высказал обуревавшие его сомнения:

— Я понятия не имею, кто ты такой! Какого черта я вообще оказался в этой дыре?! Отпусти меня! Отпусти...

Цзянь Фэй яростно отбивался и одновременно с раздражением жаловался.

Услышав вопросы Цзянь Фэя, Хэн Лэй слегка нахмурился, но тут же притянул барахтающегося юношу обратно к себе в грудь, так что теперь ему было еще удобнее сковывать движения строптивого пленника собственным телом.

Никогда за свои двадцать с лишним лет — ни когда он, только что очнувшись, угодил в объятия другого мужчины, ни сейчас, когда этот мужчина делал ему «признание»...

Ничего подобного в жизни Цзянь Фэя не происходило, он даже в страшном сне не мог вообразить ничего подобного.

— Ты, ты, ты, ты! С-с-с... сначала отпусти меня!

Цзянь Фэй, не отличавшийся красноречием, совершенно не понимал, к чему клонит Хэн Лэй всеми этими действиями.

Однако, когда после нескольких безуспешных попыток вырваться он снова оказался намертво прикован к чужой груди,

а лицо его залилось краской стыда, он расслышал слова Хэн Лэя, прозвучавшие прямо у самого уха:

— Меня зовут Хэн Лэй... я тот, кто забрал твое Шипованное Оружие Подавителя Демонов и намерен оберегать тебя всю жизнь! Взявший в руки Шип — связан с ним до конца дней... Цзянь Фэй. Тебе на роду написано быть моим... Супругом Подавителя Демонов!

Брошенная с поистине властной непреклонностью фраза заставила Цзянь Фэя замереть от испуга перед этим угрожающим голосом.

Прижатый к могучей груди Хэн Лэя, Цзянь Фэй все еще пребывал в некотором шоке, совершенно не понимая, что в конце концов означают все эти разговоры про шипы и супругов.

И Хэн Лэй, казалось, вовсе не собирался ничего ему объяснять.

Как он уже говорил — будь Цзянь Фэй жив или мертв, круши он врагов направо и налево или жайся в страхе к чужому плечу...

Тот уже принял его жертву, уже заключил с ним нерушимый договор...

Пусть даже этот договор заключился без сознательного участия Цзянь Фэя, движимого лишь инстинктами Супруга Подавителя Демонов.

Но раз уж взял в руки Шип — то до конца дней...

С этого моментов, независимо от того, хотел Цзянь Фэй иметь хоть какое-то дело с незнакомым мужчиной или нет,

ему было суждено до конца своих дней оставаться неразрывно связанным с Хэн Лэем.

В облегающей нижней сорочке, с распущенными черными волосами,

Хэн Ло, сидевшая верхом на черной лошади-убыстрителе, в следующее мгновение лишилась головного обруча — его точным ударом меча снес стоявший напротив Лу Цю.

Ситуация была смертельно опасной: помедли Хэн Ло хоть на мгновение, и разрубили бы не обруч, а ее собственную голову.

В небе неумолимо пылало, подобно раскаленной лаве, солнце, безжалостно изливая обжигающий жар.

Но в этом сложном переплетении крутых горных круч неизвестно откуда то и дело проносились ледяные потоки, словно вестники из самого загробного мира.

Лу Цю в упор смотрел на замершую напротив Хэн Ло, тоже восседая на темно-коричневой лошади-убыстрителе со стянутой ремнями пастью.

Глядя на Хэн Ло, чья боевая аура ничуть не уступила прежней, если бы не его собственный приказ, отданный перед самым уходом с горы Фэнмо,

Лу Цю, пожалуй, и сам бы засомневался: уж не потому ли эта женщина осмелилась бросить ему такой прямой вызов, что у нее в лагере еще остались пути к отступлению...

— Хе-хе... Хэн Ло, а твой драгоценный братец еще бабу надвое сказал, привезет ли вообще Супруга Подавителя Демонов? Вдруг артефакт он не добудет, а ты при этом растеряешь все богатства клана Хэн — не слишком ли дорогая выйдет цена?

Лу Цю насмехался над тем, что Хэн Ло не смогла удержать даже последние крохи былого влияния клана в лагере, но при этом прет на рожон, пылая безумным желанием спасти своего братца.

В эту эпоху конца света ставить всякие там понятия о долге, чести и кровных узах выше собственного выживания могли только эти круглые идиоты из клана Хэн, мнящие себя благородными глупцами.

Лу Цю всегда ставил во главу угла исключительно собственную выгоду.

Когда приходилось подчиняться сильным, он умел гнуть спину и даже притворяться верным товарищем...

Но стоило такому человеку, как Лу Цю, взобраться на вершину и обрести власть, как он тут же без колебаний отбрасывал прочь любого, кто вставал у него на пути к наживе — пусть даже это были самые близкие люди.

Глава 36: Засахаренные фрукты (Часть 2)

Малыш, если ты видишь эти строки, значит, скорее всего, читаешь пиратскую копию. Хэн Лэй с хмурым лицом стоял на одном колене, одной рукой опираясь на меч, а другой прижимая окровавленное левое плечо.

А Юнь Чжан, Цитэ Нин и остальные отчаянно рубились с повылазившими отовсюду чудовищами...

Везде валялись туши монстров, сулящие щедрую добычу...

Но стоило им завершить эту жестокую схватку, как выяснилось, что добытого сегодня мяса и трофеев набралось чуть ли не в десяток раз больше обычного.

Вот только никто из них почему-то не радовался.

Они словно еще не до конца отошли от кровавого угара бойли.

Юнь Чжан и Цитэ Нин, которого Хэн Лэй спас ценой собственной жизни, тяжело дыша, окружили все еще стоявшего на коленях командира.

— Вторая брат... —

голос Юнь Чжана дрожал от облегчения.

Хэн Лэй же продолжал неподвижно застыть в той же позе.

Хотя вокруг царила тишина, и руки-ноги у Хэн Лэя, казалось, были на месте,

но стоило им вспомнить тот леденящий кровь миг...

Вспомнить, как несокрушимый бог войны клана Хэн, сам Хэн Лэй, рухнул на колени под страшным ударом чудовищной лапы.

Пусть сейчас они не могли разглядеть рану под наплечником, одно лишь воображение подсказывало, какой чудовищной силы был тот удар монстра!

Если он так отделал самого Хэн Лэя... то попадись под него любой из них,

разве не испустил бы дух на месте?

И вот, под пристальными, полными тревоги и страха взглядами товарищей, Хэн Лэй легко выдохнул.

Заговорив, он с трудом подавлял хрипоту от пронзающей тело боли.

— Как вы?

— Я в порядке... только левое плечо, похоже, вылетело.

С этими словами Хэн Лэй медленно разжал пальцы.

Плечевая накладка, принявшая на себя всю смертоносную мощь удара, с тихим треском опала, повиснув на одном ремешке.

— Если бы не брат Юнь Чжан... боюсь, та тварь угодила бы второму брату не в плечо, а прямо в голову.

— Ай... если бы не я... не я, разве второй брат получил бы рану?

Убедившись, что жизни Хэн Лэя ничто не угрожает, Цитэ Нин, чье сердце все это время замирало от ужаса, наконец осмелился подать голос и повиниться.

Слушая братьев, Хэн Лэй не стал ни утешать их, ни отчитывать.

Превозмогая невыразимую словами боль, он дрожащей левой рукой оперся о рукоять меча и кое-как поднялся с пропитанной кровью земли.

Глядя на глубокую воронку, продавленную под ногами Хэн Лэя,

эти элитные бойцы клана Хэн, застигнутые монстрами врасплох, все еще толком не понимали, с какой именно нечистью они только что столкнулись.

Но сумерки сгущались, окрестности пика Затонувших Облаков кишели смертельными опасностями, и времени на долгие объяснения не оставалось.

— Соберите все трофеи, отходим.

Бросив эту короткую фразу, Хэн Лэй снова поднял меч и зашагал обратно тем же путем.

Когда они вернулись в безопасное и мирное убежище, Хэн Лэй еще даже не успел открыть рот, как перепуганный Юнь Чжан бросился за дедушкой Лу.

Раздвинув полог и войдя в ярко освещенную палатку,

несколько мужчин, только что сваливших добычу у входа, выстроились в две ровные шеренги, словно готовясь к разносу.

Однако Хэн Лэй молча и неподвижно сидел на скамье, не произнося ни слова.

— Что такое? В неприятности попал Чан Нань, так какого черта и ты умудрился вляпаться?

Бормоча упреки, дедушка Лу откинул занавеску и обратился напрямую к Хэн Лэю.

Но, бросив взгляд на горы добычи, заполнившие всю палатку, старик изумленно замер.

— Так вот из-за чего Хэн Лэй получил ранение?

Дедушка Лу, разумеется, понятия не имел, через какой кошмар прошла их вылазка.

Увидев горы дичи, он решил, что вчерашние слова Хэн Ло заставили Хэн Лэя сломя голову броситься на поиски опасностей ради сбора припасов.

— ...Дедушка Лу... нет, не так... —

Видя, что старый управляющий не так все понял, Цитэ Нин уже хотел заступиться за Хэн Лэя, но Хэн Лэй опередил его.

— В доме не хватает припасов, а я слишком долго отдыхал. Надо наверстать упущенное за эти дни.

Эта фраза заставила открывшего было рот Цитэ Нина мгновенно захлопнуть его.

— Ах ты паршивец! И что мне с тобой делать?! Верно говорят: мастерство смелости придает, но ты хоть соображай, куда прешься! Это тебе не абы что, а гора Фэнмо! Твоя прежняя рана еще не зажила толком, а ты, наслушавшись дурацкой болтовни про Бога Войны и Карателя, совсем берегов не видишь и за человека себя перестал считать, да?! Эх... да как тебя учить уму-разуму?!

Для человека с таким положением в клане, как у Хэн Лэя, выслушивать публичные выговоры было делом крайне унизительным.

Но отчитывал его не кто иной, как дедушка Лу — старейшина, обладающий непререкаемым авторитетом.

Даже перед Хэн Ло старый Лу был всего лишь управляющим.

Но старший есть старший. Цитэ Нин, внутренне кипя от возмущения, хотел было шагнуть вперед и все объяснить, но Юнь Чжан вовремя тяжело навалился ему на плечо.

Цитэ Нин был еще слишком юн и безрассуден.

Он просто не понимал, сколько новых хлопот навлечет на Хэн Лэя его неуместное заступничество.

Поэтому было куда лучше позволить дедушке Лу отчитать парня, чтобы замять прошлые неприятности.

В конце концов, и сам Хэн Лэй, и все остальные наивно полагали, что сумели провести умудренного опытом старика.

Но старик пожил на свете подольше, чем все эти смельчаки вместе взятые...

Осторожно сняв с плеча Хэн Лэя защитное снаряжение, он медленно разорвал наежную ткань на его ране...

Даже при том, что плечо Хэн Лэя представляло собой сплошное кровавое месиво, диагноз поставить было трудно.

Однако, аккуратно выбирая пинцетом обрывки ткани, прилипшие к ране, дедушка Лу внезапно замер на полуслове, а рука его непроизвольно опустилась.

— С чем... с чем вы столкнулись сегодня?

Дедушка Лу задал вопрос, но Юнь Чжан, Цитэ Нин и остальные просто не знали, что ответить.

— Это были зубастые твари.

— Зубастые твари седьмого ранга?

— Три особи...

— ...... —

Услышав это, дедушка Лу, обрабатывавший рану, окончательно остолбенел.

Словно отказываясь верить услышанному, он снова вгляделся в рану на плече Хэн Лэя...

— Да как такое возможно?!

Старик смотрел на Хэн Лэя с абсолютным неверием, в то время как сам Хэн Лэй, Юнь Чжан и Хэн Мин хлопали глазами в полном непонимании.

— Что значит — как возможно?

— Если это были зубастые твари седьмого ранга, твое плечо не могло остаться целым!

— Дедушка Лу, что вы такое говорите? У второго брата вон все мясо на плече разворочено...

— Да что ты понимаешь?! Рана у Хэн Лэя на вид страшная, но по сути — так, царапина да вывих... Поосторожничаешь с полмесяца, и следа не останется.

— Правда? Второй брат и вправду поправится через несколько дней, если побережется?

Цитэ Нин еще не до конца осознал, почему дедушка Лу был так поражен, радуясь лишь тому, что с Хэн Лэем все в порядке...

А Хэн Лю, опомнившись и вспомнив, как Хэн Лэй рухнул на колени под ударом монстра...

Подумал о том, что при такой колоссальной силе удара —

даже при врожденном таланте второго брата и его превосходящем их всех телосложении — кость в плече просто обязана была разлететься в щепки.

Но после осмотра дедушкой Лу, собаку съевшим на всевозможных ранениях и травмах,

выяснилось, что это действительно всего лишь вывих и порванные мышцы...

Пусть рана выглядела устрашающе, но всю дорогу, кроме побледневшего от боли лица, никаких других проблем у Хэн Лэя не наблюдалось.

— Второй брат... мы ведь и правда столкнулись сегодня с тварями седьмого ранга?

Хэн Мин не выдержал и решил переспросить, но Хэн Лэй ничего не ответил, лишь прямо посмотрел на него.

Прежде они все безвылазно сидели на горе Куньшань, никуда далеко не выбирались и с прожорливыми зубастыми тварями горы Фэнмо дел не имели.

Но кто такой Хэн Лэй?

Сколько смертельных опасностей он пережил за свою жизнь?

Пока они прорывались к Супругу Подавителя Демонов, ему довелось повидать бесчисленное множество монстров и зомби.

Раз он сказал, что это были твари седьмого ранга, значит, ошибки быть не могло.

Разве что эти монстры вдруг научились притворяться другими тварями специально для того, чтобы запутать Хэн Лэя.

И тогда вся компания принялась восторженно и изумленно поздравлять Хэн Лэя с его невероятным везением.

И лишь Юнь Чжан вдруг вспомнил, что та тварь, которую он отчаянно забил сегодня, спасая Хэн Лэя, тоже оказалась тварью седьмого ранга...

— Выходит... я сегодня убил тварь седьмого ранга?!.. —

Широко распахнув глаза, Юнь Чжан и Хэн Мин внезапно осознали, что они, рискуя жизнями, сражались с тем, с чем прежде даже не сталкивались — с тварью седьмого ранга.

И небеса поистине явили им милость, раз они смогли вернуться живыми.

— Гора Фэнмо и впрямь не простое место. Богатств здесь полно, но и чудищ сверх всякой меры, от одного вида мороз по коже. Впредь, отправляясь на охоту, надевайте броню понадежнее. А Хэн Лэю и вправду повезло родиться в рубашке — спасся лишь благодаря отличной защите... —

Говоря это, дедушка Лу машинально подобрал снятый с плеча Хэн Лэя наплечник.

И в ту же секунду, стоило старику чуть сильнее сжать пальцы, как спасшая Хэн Лэю жизнь броня рассыпалась в прах...

— ...... —

Все присутствующие остолбенело уставились на кучку черных обломков на полу.

Даже дедушка Лу на мгновение потерял дар речи.

Наклонившись и подобрав несколько относительно крупных кусочков черной кости, старик внимательно их осмотрел и с удивлением обнаружил, что спасшая руку Хэн Лэя экипировка была вовсе не редким качественным артефактом.

Более того, материал этот изнутри уже был источен трещинами и являлся откровенным браком...

— ...... —

Теперь уже и дедушка Лу не находил слов.

Лишь Хэн Лэй поднял с пола относительно целый кусок черной кости и принялся крутить его в руках, замечая, что снаружи изъянов действительно было не разглядеть.

Но если присмотреться к сколам, внутри черной кости чернели четкие, глубокие трещины.

В конце концов, эти кости для доспехов добывали из тел самых разных монстров и зомби.

И порой кости убитых высших монстров, казавшиеся гладкими и целыми с виду, на деле скрывали внутренние дефекты, легко проскальзывая в разряд ценных материалов.

Глава 37: Засахаренные фрукты (Часть 3)

Малыш, если ты видишь эти строки, значит, скорее всего, читаешь пиратскую копию. Глава 21: Возрождение (Часть 5)

— Слушай, второй брат... старшая просила передать тебе... Насчет вылазок на охоту в эти дни... если тебе неудобно, можешь пока не спешить уходить из лагеря.

— Опять что-то случилось? Мне все удобно.

Хэн Лэй в недоумении посмотрел на замявшегося Юнь Чжана, не понимая, к чему ведет этот разговор.

А Юнь Чжан то и дело бросал украдкой взгляды на Цзянь Фэя, сидевшего в гостиной, и его вид человека, который никак не может решиться высказать то, что на уме, лишь усиливал недоумение Хэн Лэя.

— В общем, старшая велела передать слова. Вот и все... Мы принесли тебе добычу, второй брат, так что мы пойдем готовиться к следующей вылазке.

Выражение лица Юнь Чжана было на редкость неловким, так что Чананю пришлось взять слово на себя и кое-как сгладить паузу.

Стоявший в гостиной Цзянь Фэй даже не знал, как описать свои чувства.

На самом деле эти слова предназначались вовсе не для Хэн Лэя... Хэн Лэй-то как раз рвался наружу, к своим братьям, на охоту, но вот он сам — ходячая бомба замедленного действия, с которой вечно проблемы — превратился в головную боль для всего клана Хэн.

Хэн Лэй, конечно, верил, что за время его отсутствия ничего не случится.

Но помимо Хэн Лэя, едва ли кто-то еще — включая Хэн Ло — мог чувствовать себя в безопасности рядом с Цзянь Фэем, чья сущность Супруга Подавителя Демонов была столь пугающе исключительной.

С самого начала люди клана Хэн одновременно опасались его и держались настороже.

Цзянь Фэй не был идиотом, и пусть его двадцатилетний жизненный опыт не позволял с легкостью разгадывать все хитросплетения человеческих отношений...

Но ни простодушный Хэн Шан, ни эти чужаки, выказывавшие ему показное почтение на расстоянии...

Не оставляли сомнений: каждый новый день давал ему все более ясное понимание того, какое именно жуткое, чуждое этому миру порождение пробудилось из мертвых.

Все последние дни то, что он видел и слышал, отчетливо говорило ему одно:

он уже давным-давно мертв, и этот факт не в силах принять ни один живой человек.

— ......Хе-хе... —

Цзянь Фэй окинул взглядом маячивших у выхода людей и со горькой усмешкой опустил голову.

Услышав тихий смешок за спиной, Хэн Лэй обернулся и увидел, как Цзянь Фэй медленно бредет обратно в спальню.

Хэн Лэй нахмурился и в упор уставился на Чананя и остальных.

Хотя он понятия не имел, что именно сказал Чанань, раз Цзянь Фэй снова помрачнел.

Но было очевидно, что настроение Цзянь Фэя, еще вчера вечером бывшее вполне сносным, после визита этой компании скатилось в ноль.

— Кх-кх-кх... второй брат... ну, раз дел больше нет, мы тогда пойдем?.. —

Пылающий взгляд Хэн Лэя заставил спины парней покрыться мурашками. Хотя все они отчетливо слышали горький смех Цзянь Фэя,

они предпочли сделать вид, что ничего не произошло, и поспешно ретировались под молчаливым напором командира...

Оставив Хэн Лэя наедине с тяжелым осадком на душе, который передался ему от Цзянь Фэя.

Потоптавшись у входа, Хэн Лэй вернулся в спальню и замер у порога, глядя на Цзянь Фэя, который лежал на кровати спиной к нему...

— Я... —

Хэн Лэй заговорил с запинкой, чувствуя, как внутри него смешались самые разные чувства, названия которым он не знал.

— Цзянь Фэй... —

снова позвал он.

— Мм. —

тихо отозвался Цзянь Фэй, и в голосе его отчетливо слышалась апатия.

— Ты... не хочешь помочь мне разобрать оружие?

http://bllate.org/book/19064/1872092