Готовый перевод Gojo and Geto's Kid? Clearly a Sukuna Trap! / Наследие Сильнейших: Приманка для Двуликого: Глава 35

Вопрос: что может быть мучительнее и страшнее, чем когда родители устраивают тебе допрос по поводу оценок?

Ответ: сдавать с ними один и тот же экзамен.

Эту драму можно было бы озаглавить так: «Как я, двоечник, оказался в одном классе со своими гениальными предками» или «Переродился во временах, когда мои родители учились в Технической школе магии, и теперь они уничтожают меня на контрольных!».

Для Харе это было не просто неловко. Это была настоящая, изощрённая пытка.

Ужасную весть он узнал ещё днём и с тех пор совершенно потерял покой. Сейчас, ворочаясь с боку на бок в постели, он тщетно пытался уснуть.

В очередной раз перевернувшись, Харе свесился с края кровати, бессильно уронил руку на пол и тяжело вздохнул.

Что же делать? Экзамены никогда не были его сильной стороной.

А ведь так хотелось выглядеть в глазах родителей безупречным! Стать идеальным ребёнком, гордостью семьи — из тех образцовых детей, которых вечно ставят в пример. Но когда в одном классе с тобой учатся Гето и Годжо, первые два места заняты по умолчанию. Приходилось метить хотя бы на третье. Вот только...

"Как подняться с самого дна до третьей строчки? Между мной и вершиной целая пропасть..."

Харе принялся загибать пальцы, подсчитывая соперников.

Тётушка Сёко наверняка учится блестяще. Всё-таки гений обратной проклятой техники, с головой у неё точно всё в порядке. Сэмпай Аки тоже выглядит как типичный отличник, за его оценки можно не беспокоиться. Оставались Пауэр и Дэндзи — единственные, кого Харе надеялся обойти. Но у этой парочки на уме была их дурацкая «Супер-интеллектуальная спецоперация»!

Выходило, что до заветного третьего места ему нужно обогнать как минимум четверых.

— Ох... — снова вздохнул Харе. Задача казалась невыполнимой.

Сукуна, который обычно пребывал в глубокой прострации, внезапно подал голос:

— Просто прикончи тех, кто выше тебя в списке. Проблема решится сама собой.

Харе закатил глаза так, что едва не заныли мышцы.

— Пожалуйста, помолчи. Что за дичь? Я скорее тебя пришибу.

— Я и так не сказать чтобы жив, — лениво отозвался Король проклятий, подпирая подбородок кулаком.

С человеческой точки зрения он действительно перестал существовать — лишь осколок души, запечатанный в иссохших пальцах. Без плоти и крови он оставался лишь проклятым объектом особого ранга.

— Неважно, — буркнул Харе.

Жив его невольный спутник или мёртв, ему всё равно придётся служить проклятым духом. Тонкая, но несокрушимая ограничивающая цепь — личная месть Харе — навечно опутала щиколотку Сукуны.

Если говорить откровенно, Харе не дорожил чужими жизнями. Единственное, чего он по-настоящему желал, — чтобы его родители и близкие ему люди оставались живы и невредимы. На всё остальное, включая собственное существование, ему было глубоко плевать. Помогая посторонним, он лишь подражал родителям, полагая, что Сугуру или Сатору поступили бы так же на его месте.

Он обладал человеческим обликом, испытывал эмоции и следовал морали, но мог в любой миг отбросить всё это без тени сомнения. Харе считал себя человеком, отчаянно цепляясь за мысль, что отличается от безмозглых проклятых духов. Но глубоко внутри он сознавал собственную холодность и безразличие. Именно эта тёмная изнанка и породила его «Злое начало».

Кстати, о нём...

"Можно ли верить словам того человека из лесной хижины? Он ведь даже не назвал точного адреса..."

Харе ненадолго погрузился в размышления, безвольно покачивая свесившейся рукой. Наконец он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, посмотрел на маленький будильник в виде оранжевого мандарина на прикроватной тумбочке и тихо произнёс:

— Короче, не сбивай меня. Дай подумать.

Сукуну отказ ничуть не задел — он ведь предложил это просто от скуки. Теперь он снова лениво уставился в пустоту.

Харе перевернулся на спину и уставился в потолок. Ладно, пускай не третье место, но плестись в самом хвосте — увольте, позор-то какой!

"О! Эврика! Мне просто нужен репетитор! Буду тайно заниматься с кем-нибудь умным!"

Но с кем?

Радость улетучилась так же мгновенно, как и появилась. Перед ним снова встал тупик.

***

Харе мучился сомнениями до самого конца уроков следующего дня. Дождавшись, когда родители и Дэндзи с остальными уйдут на задания, он тайком спустился с горы. На вознаграждение за прошлую миссию парень купил кувшинчик отменного саке и поспешил в лазарет к тётушке Сёко, надеясь вымолить у неё несколько уроков.

Иэири обнаружилась в медицинском кабинете. Лениво листая толстый справочник, она благосклонно выслушала его робкую просьбу и улыбнулась:

— Почему бы и нет? Могу подтянуть тебя по анатомии, биологии и классификации проклятых духов.

— Ура! — просиял Харе.

Он тут же вытащил из сумки тетрадь и конспекты, готовый прилежно записывать каждое слово, и поспешил налить Сёко чашечку саке для поднятия настроения.

Закусив сушёным щупальцем кальмара, Сёко открыла его тетрадь, пестревшую жирными красными крестами.

— Так... «Из каких базовых структур состоит тело проклятого духа...» «Какое сечение делит проклятый дух на верхнюю и нижнюю половины...» Слушай, ну это же элементарные вопросы.

Харе натянуто улыбнулся:

— Ха-ха... Ну да, наверное...

Тётушка Сёко была в своей стихии, а вот Харе даже от прочтения заданий клонило в сон. Ну какому, скажите на милость, шаману есть дело до плоскостей сечения? Разве не проще развалить гадину пополам? Главное ведь — уничтожить, верно?

— Вот взять первый вопрос. Большинство обывателей ответят, что проклятые духи состоят из негативных эмоций и проклятой энергии. Но на практике, согласись, когда ты рассекаешь проклятый дух, ощущения почти такие же, как при разрезании человеческого тела. Из них течёт кровь, у многих есть скелет...

Сёко пригубила саке, чтобы промочить горло. Харе, на мгновение оторвавшись от записей, согласно кивнул:

— Это точно. Некоторые на вкус один в один как мясо. Хотя большинство — форменная гадость, словно жуёшь гнилую капусту...

— Кха!.. — Сёко поперхнулась алкоголем и изумлённо уставилась на него. — Ты ешь эту дрянь?!

— Ну... Бывает иногда...

Раньше, получая ранения, он пожирал проклятых духов, чтобы ускорить регенерацию. Но рассказывать об этом тётушке Сёко в подробностях явно не стоило. Харе смущённо уткнулся в тетрадь, стараясь перевести тему.

Кое-как справившись с удивлением, Сёко продолжила объяснять:

— Ладно... В общем, помимо стандартной формулировки можешь смело добавить эпителиальную, мышечную, соединительную и нервную ткани. Второй вопрос ещё проще: это поперечное сечение. А что касается этапов вскрытия... Сначала делаешь вот так — вжик, потом — хрясь, и наконец — шлёп...

Харе непонимающе захлопал глазами:

— Чего?..

— Здесь начнёт хлестать, тогда ты берёшь скальпель — чирк, а тут оно как бахнет...

— А?..

Голова Харе пошла кругом. Объяснения тётушки Сёко превратились в сплошную кашу из звукоподражаний.

Кое-как высидев этот импровизированный урок, совершенно опустошённый Харе поплёлся к себе. У самой двери его внимание привлёк шум из соседней комнаты.

— Ха! Слышь, Дэндзи, я уже уделала целый чертов бланк! Видал, как Великая Пауэр в одиночку завалила Тестового Демона? Я даже глазом не моргнула!

— Да я быстрее пишу, тупица! Глянь, я уже вторую страницу мараю!

— Ха-ха-ха! Ну мы и монстры! Стоило чуток раскинуть мозгами, и этот бумажный ублюдок повержен!

Харе замер с ключом в руке. В голове тут же созрел план.

"Если не можешь победить — примкни к ним"

Раз уж эти двое так уверенно строчат ответы, они наверняка используют метод зубрёжки и штурмуют тесты один за другим. Почему бы не присоединиться к их учебному марафону?

Воодушевлённый, он распахнул дверь соседней комнаты. У стола Дэндзи и Пауэр яростно скрипели ручками, даже не удостоив гостя взглядом. На полу валялись уже «заполненные» листы. Харе поднял парочку из них, пробежал глазами ответы и впал в ступор.

Там красовался тот самый злосчастный вопрос о поперечном сечении проклятого духа, ответ на который он только что узнал от Сёко. У Дэндзи в этой графе было написано просто «надрез», а у Пауэр — «говно».

Более того, в тесте Демона крови во всех тестовых вопросах красовался вариант «С», а на все открытые вопросы был один лаконичный ответ: «говно».

Харе перевёл взгляд с пышущих энтузиазмом «гениев» на исписанные каракулями листы.

Его надежда испустила дух.

Оказалось, эти двое были непроходимыми тупицами. Очередной гениальный план с треском провалился.

***

На третий день Харе притащил к комнате Гето Сугуру всю непутёвую компанию. Пауэр и Дэндзи после вчерашнего штурма тестов так натрудили руки, что теперь даже не могли их поднять. Смущаясь, парень озвучил свою скромную просьбу о помощи.

Так официально открылась группа продлённого дня под руководством Сугуру.

Для Технической школы магии это был на редкость спокойный день: ни уроков, ни экстренных вызовов. Небо, правда, затянуло свинцовыми тучами, лишив их возможности прогуляться.

Вообще-то Сугуру собирался дойти до магазина за продуктами. В прошлый раз, когда он пёк для Сатору медовые булочки, запасы мёда совсем истощились, и нужно было купить ещё баночку. Но посидеть с ребятами за учебниками тоже казалось отличной идеей.

У Сугуру стоял низкий деревянный столик на пушистом ковре. Обычно они с Сатору усаживались здесь, чтобы допоздна резаться в видеоигры, а теперь это место заняла троица учеников.

— Давайте я сначала отмечу самое важное, — мягко произнёс Сугуру, листая учебник Харе и делая пометки карандашом. — С огромной вероятностью на экзамене спросят именно эти темы. Вызубрите их — и сдадите без проблем.

Его голос звучал так тепло и терпеливо, что в глазах трёх законченных двоечников Сугуру казался снизошедшим с небес божеством.

"В этот раз точно прорвёмся!"

— Читайте пока, а позже я набросаю для вас проверочные вопросы.

— Поняли, Гето-сэмпай! — хором гаркнули они.

Сугуру тепло улыбнулся, вернул книгу Харе и направился в ванную, чтобы забрать выстиранные вещи.

Сугуру принимал душ прямо перед их приходом, поэтому его длинные, ещё влажные волосы рассыпались по плечам. Включать фен он не стал, чтобы не мешать притихшим за столом ученикам, а просто набросил на шею полотенце и слегка подсушил пряди руками. Стояла душная летняя погода, так что волосы должны были высохнуть быстро.

Балкон примыкал к спальной зоне, прямо у кровати. Снаружи высились огромные панорамные окна, а от жилой комнаты его отделяла стеклянная раздвижная дверь. Проём двери занимал лишь половину балконного пространства; вторая половина упиралась в глухую стену смежной комнаты. Из-за этого изнутри спальни можно было разглядеть лишь малую часть того, что происходило на воздухе.

Поэтому, когда Сугуру с тазом мокрого белья в руках перешагнул порог балкона, он никак не ожидал застать там Сатору.

Тот тоже только что искупался. На Сатору была мягкая белая футболка с забавным розовым принтом в виде кошачьей лапки на груди и свободные пёстрые домашние штаны. Его белоснежные волосы были безупречно высушены и пушились во все стороны, а сам он благоухал чистотой и свежим гелем для душа.

Когда Сугуру подошёл, Годжо как раз нагнулся, чтобы поднять какую-то мелочь, упавшую на пол, но из-за угла обзора разглядеть вещь не удалось.

Выпрямившись во весь свой немалый рост, белобрысый парень засунул руки в карманы и расплылся в улыбке:

— Слышал тут голоса Харе и остальных. Чего они к тебе припёрлись?

— Просят подтянуть их по учёбе. Экзамены на носу, вот и занервничали, — ответил Сугуру. Он поставил таз на пол, встряхнул влажную рубашку и принялся вешать её на сушилку. — Сегодня же выходной. Чего не спишь?

Привалившись к стене, Сатору с ленивой улыбкой пожал плечами:

— Мне много не надо, пары часов сна за глаза хватает. А ты, Сугуру, чем планировал заняться?

И то верно: лучше проснуться самому, чем подрываться посреди сладкого сна от звонка куратора с очередным срочным вызовом.

Сугуру потянулся к тазу за школьными брюками. На нём была простая белая футболка из мягкого тонкого трикотажа — та самая, в которой он щеголял в день их первой встречи.

Когда он наклонился, податливая ткань обрисовала выразительный рельеф его спины. С того ракурса, под которым стоял Сатору, отчётливо читались идеальные пропорции его тела: широкие плечи и точёная, узкая талия. В голове Годжо невольно всплыло поэтичное выражение «изящество кости» — столь безупречным казался каждый его изгиб.

— С утра ничего особенного, видишь же — вожусь с оболтусами, — ответил Сугуру, расправляя брюки на вешалке. — А вот после обеда... Есть идеи, куда сходить?

Ему было лень опускать подвесную штангу для сушки, да и при его росте в этом не имелось нужды — хватало лёгкого движения. Поскольку Сугуру был босиком, широкие чёрные штаны скользнули вверх, обнажая аккуратные подъёмы бледных стоп, когда он приподнялся на носки.

То ли он немного сбросил вес за последнее время, то ли футболка просто оказалась на размер больше, но когда парень потянулся к перекладине, край ткани задрался, приоткрывая полоску кожи прямо над низко сидящим на бёдрах поясом брюк.

Сатору заворожённо скользил взглядом то по его босым ступням, то по обнажённой линии поясницы, а затем перевёл взор на собственные пальцы. Сугуру в этом домашнем облачении выглядел как-то непозволительно, чертовски притягательно. Казалось, зацепи этот тонкий шнурок на бёдрах кончиком пальца — и штаны беззвучно опадут на пол.

Не дождавшись ответа, Сугуру с недоумением повернулся к нему.

Белокурый красавец рассеянно покачал головой:

— Хм... Да особо и некуда.

Сам Сатору под дождём не намокнет благодаря безграничности, а вот Сугуру промокнет до нитки. Лучше уж остаться в комнате, поиграть в приставку или посмотреть кино. Это для него было лучшим отдыхом.

Словно подтверждая его мысли, небо за окном потемнело ещё сильнее. Налетел резкий ветер, шумно раскачивая ветви деревьев.

Сугуру, собиравшийся позвать его в супермаркет, бросил взгляд на хмурое небо и передумал.

— И то верно. Может, поспишь ещё немного? Вид у тебя уставший... — Сугуру развесил последние вещи, убрал пустой таз в угол и направился обратно в комнату.

Но не успел он переступить порог раздвижной двери, как Сатору крепко перехватил его за запястье и рванул на себя.

— Сатору?..

Сугуру на мгновение растерялся, почувствовав лопатками холодную поверхность стены. Он скользнул взглядом по чужой руке, преградившей ему путь. Сатору буквально прижал его к стене.

Сердце Сугуру пропустило удар, а затем бешено заколотилось в груди.

http://bllate.org/book/19043/1986480