Готовый перевод The Actress's Fox Demon Husband / Демон-лис — муж актрисы: Глава 31

— Неплохо. Атмосфера в «Святой Жасминии» мне очень по душе — мне повезло, — подумала Мин Лян, горько сожалея, что в прошлой жизни упустила этот шанс, и одновременно радуясь возможности всё начать заново и войти в этот свежий, почти непорочный уголок шоу-бизнеса.

Может, причина в том, что здесь обитают духи?

Ужин удался на славу: Шэ Хуайси угостил всех знаменитым рестораном железной плиты. Повар готовил прямо перед гостями, и ароматные блюда так раззадорили аппетит, что даже те, кто не чувствовал голода, теперь с нетерпением хватались за палочки. Когда заказанные блюда были съедены, Мин Лян всё ещё ощущала лёгкое чувство голода. Хо Яньянь без промедления снова взяла меню и уверенно добавила ещё несколько позиций.

Мин Лян от всего сердца задавалась вопросом: хорошо ли это — иметь агента, который совершенно не ограничивает её в еде?

Насытившись до отвала, компания неспешно направилась к киногородку Наньчжоу. Они уже опаздывали на час, но режиссёр Сунь Минъюй всё ещё стоял у входа и энергично махал им рукой.

— Там всё ещё! Говорят, приехали Юань Юйцин с мужем. Хм, всего лишь эпизодическая роль, а нос задирает! «Небесная Богиня озера Дунтин» — и такое начало? Съёмки только стартовали, а она уже корчит из себя звезду! Пусть только попробует — СМИ тут же выставят её на посмешище за звёздную болезнь! — Сунь Минъюй едва сдерживался, чтобы не выругаться. Если бы не необходимость сохранять низкий профиль перед премьерой «Падуба» и не портить репутацию «Святой Жасминии», он бы уже вступил в перепалку.

— Юань Юйцин же лауреатка последней премии «Золотой Пион» за лучшую женскую роль! Она тоже снимается в «Небесной Богине озера Дунтин»? Я думала, главную героиню играет Хэ Мяо, наша однокурсница, — спросила Хо Яньянь, ведь она только начала работать агентом и ещё не знала всех деталей новых проектов.

— Она — первая звезда Цзинъяо, да ещё и вышла замуж за миллионера. Естественно, у неё завелись замашки. На этот раз она играет мать главного героя — почти всё в воспоминаниях. Приехать в первый же день — вполне нормально, — пояснила Мин Лян. Она уже проходила через эти съёмки в прошлой жизни и с самого начала оказалась под огнём критики, а Сяо Жухуа, стоя рядом, якобы защищала её, но на самом деле подливала масла в огонь.

Ведь этот самый миллионер когда-то был безумным поклонником её сестры Мин Цзин.

— Ты, малышка, и правда многое знаешь, — удивлённо посмотрел на неё Сунь Минъюй. — Откуда ты всё это знаешь? Это же внутренняя информация!

— Вторая героиня Сяо Жухуа — моя двоюродная сестра. Я изначально собиралась пройти прослушивание на эту роль. Но «Хроники Великолепия» показались мне гораздо интереснее, так что я отказалась от «Небесной Богини» и пришла к вам! Режиссёр, теперь вы обязаны относиться ко мне по-особенному! — Мин Лян игриво подмигнула.

Настроение Сунь Минъюя, до этого совершенно испорченное, сразу же улучшилось. Он даже рассмеялся.

— Ладно-ладно, твоё прослушивание и правда было отличным. Думаю, тебе не составит труда справиться и с остальным. Тебе же только второй курс закончился? Поразительно!

Мин Лян скромно опустила глаза и улыбнулась. Шэ Хуайси с изумлением смотрел на неё. Все знали, какой Сунь Минъюй на самом деле: его называли змеёй, но на деле он был ещё холоднее и жестче. Он никогда не делал поблажек актрисам, при малейшей ошибке начинал ругать без пощады — иногда доставалось даже ему самому. Он мог найти недостатки даже там, где их не было, и довести до отчаяния.

А тут всего пара ласковых слов от Мин Лян — и грозный режиссёр уже улыбается! Шэ Хуайси невольно перевёл взгляд на Фу Наньли.

Фу Наньли с гордостью улыбался, хотя и скрывал свою истинную сущность, поэтому, несмотря на выдающуюся внешность, никто особо на него не обращал внимания.

— Эй, разве это не Сяо Жухуа? — внезапно воскликнула Хо Яньянь, заметив вдалеке женщину в роскошном костюме эпохи древности, которая рыдала и выбегала с места съёмок.

Мин Лян всё понимала, как на ладони. В этой жизни она не участвовала в съёмках, поэтому теперь на Сяо Жухуа обрушилась вся ярость Юань Юйцин. Она же не собиралась вновь привлекать к себе ненависть. Стать мишенью для бывшей обладательницы «Золотого Пиона» — не лучшая идея. Её репутация в соцсетях только начала улучшаться, и портить её было нельзя ни в коем случае.

— Пойдём посмотрим, что там происходит. Цзинъяо давно захватила всю индустрию, но всё же должны соблюдать хоть какие-то правила, — с явным интересом направился туда Шэ Хуайси, явно собираясь понаблюдать за разборками.

Сунь Минъюй формально не одобрил, но, как и все люди, обладал любопытством, поэтому молча последовал за ними.

— Пойдёмте, — сказала Мин Лян, заметив, что автор оригинала «Хроник Великолепия», Шэнь Шичэн, которая до этого быстро стучала по клавиатуре в машине, теперь тоже несёт ноутбук и следует за компанией. Мин Лян лишь горько усмехнулась.

— Я говорю вам: я, Юань Юйцин, хоть и снимаюсь эпизодически, но если эта Сяо Жухуа не извинится передо мной немедленно, я уйду с проекта! Ищите себе другую актрису на эту роль!

— Юйцин, она же уже извинилась! Ты слишком уж настаиваешь.

— О, тебе жалко? Сунь Чжэнь, неужели ты вспомнил, что она двоюродная сестра той мерзавки Мин Цзин, и загорелся? Забудь! Этого не случится!

— Нет, я просто спросил её пару раз, она показалась мне знакомой. Зачем ты так цепляешься?

— Сунь Чжэнь! Замолчи!

Прекрасная женщина в лиловой роскошной одежде древности и мужчина в строгом костюме спорили так громко, что лица их покраснели от злости. Режиссёр и команда съёмочной группы уже смирились и молча убирали оборудование — никто не осмеливался просто уйти.

Такие семейные драмы с участием звезды им были совершенно ни к чему. Хорошо ещё, что журналистов поблизости не было — иначе репутации проекта был бы нанесён серьёзный урон.

Мин Лян холодно наблюдала за этим спектаклем, словно за представлением обезьян. В прошлой жизни именно она была мишенью Юань Юйцин. Позже этот самый Сунь Чжэнь на банкете по окончании съёмок намекнул ей на интим, что привело к разводу Юань Юйцин. Если бы не влияние семьи Мин, подавившей все слухи, Мин Лян давно бы выгнали из индустрии.

Она тяжело вздохнула и невольно прижалась к тёплому телу позади.

В этот момент раздался спокойный, но твёрдый голос:

— Вы ещё не наговорились? Если нет — продолжайте дома. Киногородок Наньчжоу — не ваша частная собственность.

[Дружеское напоминание от системы духов: хоть в спецвыпуске я и молчу, но все, кто оставит комментарий, получат красные конверты в первый день Нового года!]

После бурной ночи любви Фу Наньли проснулся и обнаружил, что его возлюбленная впервые не обнимает его пушистый хвост, а мирно спит. Лис остался один на постели, где ещё витали следы страсти, и его уши поникли.

Неужели он вчера плохо проявил себя? Неужели его мастерство ухудшилось?

Фу Наньли почувствовал себя подавленным.

— Али, иди скорее! Снег прекратился! — весёлый голос заставил его уши снова подняться. Оказалось, она вышла посмотреть на снег.

В доме было тепло, но Мин Лян, хоть и полностью оправилась после болезни, всё ещё не любила холод.

Она оказалась в объятиях, тёплее любого отопления, и непроизвольно потерлась щекой о его пушистый халат.

— Так рано встала смотреть на снег? — голос Фу Наньли был ещё хрипловат от недавней страсти. Он осторожно обнял её и глубоко вздохнул. Только когда она была рядом, он чувствовал себя по-настоящему целостным.

— Сегодня же канун Нового года! — Мин Лян встала на цыпочки и поцеловала его. Ей всегда нравился его послеполовой голос — хриплый, слегка щекочущий, от которого хотелось снова повалить этого лиса на пол и заставить его плакать.

— В последние годы в Наньчжоу вообще не было снега — здесь всегда тепло. А в этом году чудо какое-то, — сказала она. Прошлой ночью снег шёл без остановки, и от его яркого света она проснулась раньше обычного, даже не обратив внимания на лиса, и выбежала в гостиную в тапочках.

— Жаль, что Сяоху не с нами. Господин Цзян слишком уж жадный! Это же наш сын, а он всё время держит его у себя. Мы же должны встречать Новый год всей семьёй! Забери сегодня сына обратно! — сказала Мин Лян.

— Лао Цзян сказал, что привезёт Сяоху в горы Наньлинь, — Фу Наньли нежно поцеловал её мочку уха и провёл рукой под её пижаму. — Давай заведём дочку? Всё равно сейчас разрешают второго ребёнка.

— Нет-нет! Нам нужно помочь родителям убраться! В этом году старшая сестра с мужем вернулись из-за границы. В последние годы мы так заняты, что почти не собирались всей семьёй. Я даже отказалась от всех съёмок и не поехала на новогодний концерт в Наньчжоу, — Мин Лян поспешно остановила его руку, сдерживая стон, который уже готов был сорваться с губ, и решительно отказалась от его ухаживаний.

Уши Фу Наньли снова поникли и закрутились.

— Тук-тук-тук, — Мин Лян уже добежала до двери спальни, но вдруг развернулась и подбежала к лису, игриво щёлкнув его по уху и страстно поцеловав в губы. Она уже собиралась убежать, но Фу Наньли, конечно же, не упустил такой шанс: он перехватил её за талию и прижал к стеклянной стене.

За стеклом — зимний пейзаж, заиндевевший и холодный. За стеклом — страстная близость супругов.

Фу Наньли без пощады завладел её губами, вбирая в себя всю её сладость, ловя язычок, как рыбку, уводя её то за лотосовые листья на север, то за лотосовые листья на юг, то нежно покусывая, то отпуская.

Удовлетворённый, он увидел, как глаза Мин Лян наполнились томной влагой, а лицо утратило весь макияж, оставив лишь нежность и покорность. Она послушно прижалась к нему.

Фу Наньли мягко улыбнулся и снова нежно припал к её слегка распухшим губам.

Снова началась нежная, но настойчивая ласка.

Когда они наконец разомкнули объятия, Фу Наньли всё ещё не хотел отпускать её. Они стояли лбами друг к другу, дыша в унисон, и казалось, что даже ресницы чувствовали прикосновение друг друга.

Мин Лян тихо дышала, крепко обнимая его. Её просторная пижама во время игры сползла с плеч, обнажив белоснежную кожу. Зрачки Фу Наньли сузились, и он поцеловал её округлое плечо. Заметив, что от прохладного воздуха на коже выступила «гусиная кожа», он аккуратно подтянул ткань и бережно поднял её на руки, как принцессу, направляясь в тёплую ванную.

— Али?

Движения и трение по дороге снова разожгли в ней огонь. С этим мужчиной она никогда не могла сохранять самообладание.

— Сначала прими душ. Сегодня канун Нового года, нам пора ехать в горы Наньлинь, — сказал Фу Наньли. Прошлой ночью они слишком увлеклись, и ей, наверняка, было некомфортно. Почувствовав, как её пальчики дразняще тыкаются ему в кадык, он глубоко вдохнул. — Не шали.

Мин Лян надула губки и резко расстегнула пояс пижамы.

Фу Наньли не отводил взгляда и, убедившись, что вода уже течёт, вышел из ванной.

— Ты со мной помоешься? — спросила Мин Лян. Всю свою жизнь она обожала дразнить этого лиса. Она завидовала его красоте, идеальной коже и соблазнительному голосу. Но раз уж он её — играть с ним можно сколько угодно.

— Нет, принимай душ одна. Я приготовлю тебе завтрак. Вчера ты почти ничего не ела, — ответил Фу Наньли, услышав шум воды и понимая, что она уже раздета. Он покраснел и поспешил выйти.

Мин Лян, увидев, что он уходит, тут же жалобно воскликнула:

— Вода холодная! Какой же ты горячей воды налил!

Её голос прозвучал так сладко и томно, что она сама чуть не плюнула от отвращения к себе.

— Вода холодная? — Фу Наньли вспомнил, что его температура тела выше её, и, возможно, действительно неправильно выставил градусы. Волнуясь за её здоровье, лис тут же вернулся. — Выходи скорее, а то простудишься.

Под прозрачной водой, в облаках пара, проступало соблазнительное тело. Фу Наньли едва сдержался, чтобы не истечь кровью из носа, но всё же подавил в себе желание и подошёл, опустившись перед ней на колени.

— Я вынесу тебя? — Он обнял её за плечи и опустил голову.

Мин Лян кивнула, послушно обвив его шею руками, и вдруг резко потянула его к себе, одновременно прижавшись губами к его рту. Фу Наньли не ожидал подвоха и рухнул прямо в ванну.

Вода брызнула во все стороны.

…

Через час вода действительно остыла.

Мин Лян, словно маленькая кошечка, свернулась клубочком в объятиях большого лиса. Тот, довольный и сытый, с улыбкой сушил ей волосы феном.

— Динь-донь…

http://bllate.org/book/1899/213274