Готовый перевод The Demon Lord Went Ruthless and Went Berserk / Безумная демоница на пути бесстрастия: резня начинается: Глава 26

Цзинцай.

Серые, низкие крепостные стены. У городских ворот нет ни защитных формаций, ни стражи.

Большинство местных жителей, обитающих в этом городке, не обладают выдающимися способностями. Если кому-то из них выпадала удача родиться с приличным духовным корнем, они изо всех сил стремились выбраться отсюда — кто же станет здесь задерживаться?

В таких местах редко увидишь чужаков, и появление любого незнакомца неизбежно привлекает любопытные взгляды.

Лоу Шуюй, привыкшая быть в центре внимания, едва переступив порог ворот, тут же ощутила на себе устремленные со всех сторон взоры.

На улицах городка не было привычного шума — царила пугающая тишина, люди даже не переговаривались. Каждый шел своей дорогой, опустив голову; если кто-то случайно задевал прохожего, тот, не извинившись, лишь ускорял шаг.

Это место навевало странное чувство удушья, однако, помимо гнетущей, неестественной тишины, Лоу Шуюй не ощущала никакой подозрительной ауры. И все же последнее место, где видели Сяо Дао, было именно здесь.

Она замедлила шаг и преградила путь бледнолицему мужчине. Тот, столкнувшись с препятствием, не поднял головы, чтобы посмотреть, кто перед ним, а лишь попытался обойти ее стороной.

Лоу Шуюй перевела взгляд на мужчину и, не меняясь в лице, ухватила его за рукав:

— Скажи, ты видел этого человека?

В левой руке она держала портрет Сяо Дао. Рисунок, выполненный ее собственной рукой, был поразительно похож на оригинал, но с характерными для нее особенностями: она опускала лишние детали, выделяя лишь то, что считала важным — Лоу Шуюй всегда выбирала кратчайший путь.

Мужчина поднял голову. Его лицо было застывшим, взгляд — пустым. Он несколько секунд бессмысленно смотрел на рисунок, а потом вдруг заулыбался и почесал затылок:

— Видел, конечно. Этот юный господин такой красивый, он у нас уже несколько дней гостил.

В тот миг, когда Лоу Шуюй заговорила, в мужчину словно вдохнули жизнь — он стал казаться настоящим человеком, хотя до этого выглядел не более чем застывшей куклой.

— А ты не знаешь, когда он ушел?

Лоу Шуюй, отпуская его руку, на секунду замешкалась. Ее холодный взгляд был прикован к лицу мужчины, но тот ни разу не встретился с ней глазами. Даже когда он улыбался, это казалось крайне неестественным.

Любой человек при разговоре первым делом смотрит на лицо или глаза собеседника, но они стояли уже довольно долго, а мужчина так ни разу и не взглянул на нее.

— Не знаю, — мужчина снова почесал голову, глядя куда-то влево, словно обдумывая ответ. — Я же не слежу за каждым днем и ночью. В этом мире совершенствующихся, если начнешь глазеть на людей, могут принять за злоумышленника. Особенно если речь о таких личностях, как Даоцзюнь или тот юный господин — они ведь не любят, когда на них лишний раз смотрят, верно?

Лоу Шуюй несколько секунд молча смотрела на него, затем свернула портрет:

— Благодарю за беспокойство.

— Ой, что вы, никакого беспокойства! — с того момента, как Лоу Шуюй остановила его, улыбка на лице мужчины застыла в одной и той же гримасе. Кто-то менее проницательный счел бы его радушным, но сейчас Лоу Шуюй видела лишь жуткую неестественность.

Когда она проходила мимо, Лоу Шуюй негромко добавила:

— У тебя обувь перепутана, доу-ю.

Лицо мужчины мгновенно помрачнело, он опустил взгляд на ботинки, надетые не на те ноги, и издал странный смешок:

— О, правда? Спешил, вот и перепутал. Ха-ха, Даоцзюнь, не обессудьте.

Лоу Шуюй слегка склонила голову и пошла прочь. Как только она отошла, мужчина вновь принял вид безжизненного болванчика, бредущего с опущенной головой.

Она остановилась перед гостиницей с облупившейся вывеской Хорошие люди приходят — название было довольно странным.

Внутри слуга с заурядной внешностью дремал, подперев голову рукой. Лоу Шуюй постучала по стойке:

— Мне номер люкс.

— А! М-м… а? — слуга вздрогнул, просыпаясь, и еще не успел сообразить, что происходит, пока не увидел перед собой Лоу Шуюй в строгом, но роскошном одеянии.

— Ой, прошу прощения, Даоцзюнь! Всю ночь не спал, вот и задремал, — он быстро схватил книгу записей и кисть. — Вы остановиться или просто пообедать?

С тех пор как Лоу Шуюй вошла в город, она отбросила привычку смотреть на всех свысока. В этом городке она задерживала взгляд на каждом встречном дольше десяти секунд, пока слуга не почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Номер люкс.

— Будет сделано! — слуга что-то быстро записал, а через минуту протянул ей деревянную табличку. — Вот, возьмите. Это наш лучший номер, на третьем этаже. Желаете чего-нибудь заказать? Могу порекомендовать наши фирменные блюда.

Лоу Шуюй медленно покачала головой и, взяв табличку, зашагала по скрипучей лестнице наверх.

Там, где она не могла его видеть, слуга проводил ее спину странным, цокающим звуком.

Отыскав нужный номер в самом конце коридора, она вошла внутрь. Кровать, стол, шкаф, письменный стол — стандартный набор, ничуть не лучше самых дешевых комнат в больших городах, а то и хуже.

Одеяло на кровати выглядело старым, кое-где разошлось по швам, но было видно, что его часто проветривают — от него пахло солнцем. Небольшая подушка была набита успокаивающими травами, источавшими тонкий аромат.

В комнате не было ни сырости, ни плесени, видно, что за ней следят. Она распахнула окно, и солнечный свет залил комнату, как раз осветив шкаф.

Лоу Шуюй выглянула наружу: под окном был узкий переулок, а напротив — низкий домик. До его крыши можно было легко дотянуться, просто перешагнув через подоконник.

Тук-тук-тук.

— Даоцзюнь, я подумал, что в комнате нет свечей, принес вам, — раздался голос слуги.

С момента прихода она не видела в гостинице ни одного постояльца, ни управляющего, ни других слуг. Проще говоря, кроме этого парня, в здании не было ни души.

— Входи.

Она стояла у окна, повернувшись спиной к свету. Слуга с сияющей улыбкой вошел в комнату, держа в руках подсвечник с красной свечой:

— Прошу прощения, Даоцзюнь, в нашей дыре Светильники рассвета не водятся, придется вам довольствоваться этим.

Лоу Шуюй долго смотрела на красную свечу, и слуга поспешил объяснить:

— Наш склад отсырел, остальные свечи испортились. Эту я одолжил у соседей — у них в прошлом месяце свадьба была, вот и осталось много. Если вам неприятно, я могу поискать другую?

— Оставь.

В голосе Лоу Шуюй всегда сквозил холод, заставляющий людей трепетать от невольной робости, но этот слуга из захолустного городка вел себя с ней даже естественнее, чем Фэн Чжичжао.

— Слушаюсь, — слуга поставил свечу на стол и, обернувшись, улыбнулся: — Если проголодаетесь, просто позовите — я внизу, услышу.

— И еще… — его улыбка вдруг стала пугающей. — Даоцзюнь, ночью из номера не выходите. В нашем городке после заката небезопасно. Сами знаете, защитной формации у нас нет, и как только темнеет, все окрестные демоны, призраки и чудовища вылезают повеселиться.

Словно испугавшись, что напугал ее слишком сильно, он смягчил голос:

— Конечно, если вы не будете выходить, они вас не тронут. Так что ночью — ни ногой за порог, слышите?

Едва он закончил, снаружи послышалось карканье ворон. Слуга посмотрел в окно и воскликнул:

— Ой, солнце уже садится? Как быстро! Пойду готовить ужин, а то в потемках ничего не увижу… — бормоча что-то под нос, он вышел из комнаты.

Лоу Шуюй легонько повела рукой — дверь захлопнулась сама собой, и она запечатала комнату магическим жестом.

Сев на табурет, она уставилась на красную свечу. Спустя долгое время тонкие губы Лоу Шуюй изогнулись в легкой улыбке.

— Забавно.

http://bllate.org/book/18886/1844749