Готовый перевод This Fierce and Wild Omega [Holographic] / Омега-берсерк в голографическом мире: Глава 24

Цю Юй изначально полагал, что появление Вэнь Чжии было лишь досадным эпизодом, однако на следующее утро эта история внезапно ворвалась в топ популярных запросов в разделе развлечений на всех социальных платформах.

Статья, спровоцировавшая такой ажиотаж, была выдержана в типичном стиле «желтых» медиа: начиналась с украдкой сделанного снимка, а дальше следовал текст, полный слов вроде «возможно», «предположительно» и «что вы об этом думаете». Авторы умело подталкивали пользователей сети к нужным выводам, при этом не допуская откровенной клеветы, так что всю последующую грызню в комментариях раздули сами читатели, а редакция осталась ни при чем.

В итоге лента новостей быстро превратилась в помойку. Люди обсуждали всё подряд: от домыслов об отношениях Цю Юя с тем самым человеком до обвинений в «сидении на двух стульях» и даже яростных споров о правах представителей разных полов.

Возможно, из-за отсутствия чувства принадлежности к этому миру, Цю Юй не испытывал ни гнева, ни унижения при виде этого сетевого шума. Напротив, он был совершенно равнодушен к досужим вымыслам.

— С чего бы мне злиться? Даже если они напишут, что я кручу романы сразу с восемнадцатью, я от этого не стану негодяем, — Цю Юй поставил поднос с едой и сел напротив Чжоу Шу, а затем небрежно взъерошил волосы Лу Цуню, сидевшему рядом. — Перестань с ними спорить, только аппетит портишь.

Лу Цунь, который в этот момент с помощью своего второго аккаунта пытался отбиваться от сплетников в комментариях, от неожиданности покраснел. Он поджал губы и, отодвинувшись, пробормотал:

— Учитель, не трогайте мою голову… если кто увидит, опять начнут болтать лишнее.

Цю Юй убрал руку и, взяв паровой пирожок, откусил кусочек:

— О чем болтать?

— О том, что ты не только с Альфами путаешься, но и Бетами не брезгуешь, — Му Фэйбай, уже успевший позавтракать, втиснулся на скамью рядом с Чжоу Шу и с деланно непринужденной улыбкой спросил: — Тот человек действительно был твоим бывшим?

Цю Юй отрицательно покачал головой:

— Едва ли.

В лучшем случае — подонок, который держал его как запасной вариант на случай неудачи.

Му Фэйбай не спеша отпил каши, не сводя глаз с лица Цю Юя. Спустя мгновение, не сдержавшись, он спросил:

— Что значит едва ли? Разве он не тот, кого ты всё это время ждал… Вы что, никогда не были вместе?

— Капитан, — внезапно подал голос Ду Чэнь, в его тоне слышалось предостережение.

Му Фэйбай виновато потер кончик носа:

— Прости, я не подумал.

Вопрос был слишком личным и прозвучал бестактно. Он и сам не понимал, почему не смог промолчать, но если не спросить, на душе оставался какой-то неприятный осадок.

Цю Юй, однако, не счел вопрос оскорбительным и ответил совершенно спокойно:

— Никогда не были.

Помолчав секунду, он усмехнулся и добавил:

— И я никогда его не ждал.

Уголки губ Му Фэйбая невольно поползли вверх.

Видя, что Цю Юй не злится, Чжоу Шу с любопытством подался вперед, приподнял бровь и с ехидной ухмылкой спросил:

— Значит, даже не целовались и не обнимались?

Му Фэйбай пнул его под столом.

Чжоу Шу вызывающе посмотрел на него в ответ, всем своим видом говоря: «Если тебе можно спрашивать, почему мне нельзя?»

Наблюдая за их перепалкой, Цю Юй не мог сдержать улыбки: он понимал, что парни в этом возрасте проявляют к таким вещам особый интерес. В армии, если кто-то из бойцов начинал с кем-то встречаться, весь казарменный блок спешил подшутить над ними, порой отпуская довольно сальные остроты, пока доведенный до ручки бедолага не начинал гоняться за обидчиками с кулаками.

Вспомнив, что Чжоу Шу и остальные теперь его товарищи по команде, и решив, что их манера общения должна быть похожа на армейскую, Цю Юй покопался в обрывках своих воспоминаний и простодушно кивнул:

— Обнимались. А поцелуи… лоб считается?

Хотя, по правде говоря, целовали тогда не его.

— А? Он что, правда тебя в лоб… — Чжоу Шу не успел договорить, как Му Фэйбай запихнул ему в рот пирожок.

— Ешь и молчи, — сквозь зубы прошипел Му Фэйбай.

Проглотив пару кусков, он сам не удержался и снова бросил взгляд на Цю Юя, а именно — на его лоб.

Там, под густой челкой, виднелась полоска нежной светлой кожи. Наверное, она такая же мягкая, как и щеки… интересно, каково это — коснуться её губами?

Цю Юй вдруг поднял ресницы, и их взгляды встретились.

Му Фэйбай машинально опустил глаза, но тут же снова поднял их, растянув губы в улыбке:

— Сегодня вечером по расписанию твоя очередь стримить. Есть какой-нибудь план, как поставить хейтеров на место?

Услышав это, вмешался Ду Чэнь:

— Ты уверен, что он должен стримить сегодня?

Му Фэйбай, подперев голову рукой, расслабленно откинулся на спинку стула:

— Конечно. По графику сегодня его стрим.

Ду Чэнь нахмурился:

— Сейчас в сети такой негатив, его же завалят оскорблениями.

Му Фэйбай рассмеялся:

— Тогда спроси его самого, боится ли он?

Оба перевели взгляд на Цю Юя.

Цю Юй доел последний кусок пирожка, вытер руки салфеткой и, совершенно не переживая, поднялся из-за стола:

— Пойду на тренировку.

Когда до вечерней рейтинговой игры оставалось совсем немного времени, Хэ Цзиньсин, не выдержав, задал тот же вопрос, что и Ду Чэнь:

— Ты уверен насчет сегодняшнего стрима? На самом деле, можно поменяться временем с Линем или Лу…

http://bllate.org/book/18877/1843278