Готовый перевод Transformed into a Villainess Master, the Heroine Seeks Revenge / Став злодейкой-наставницей, я встретила месть героини: Глава 27

Среди них обнаружились красные шелковые чулки, черные чулки из темного железа, белые шелковые чулки из лунной марли, а также синие шелковые чулки из морозного ци и зеленые феины шелковые чулки.

Увидев это, толпа остолбенела. Главным образом никто не ожидал, что в Кольце Пространства этого человека найдется такое добро.

Присутствующие невольно шумно втянули воздух:

— Это… неужели этот Е Чэнь любит переодеваться в женскую одежду?

— Ой! Да ладно? У этого Е Чэня есть такие наклонности?!

— Это… да что это вообще такое!

……

Кое-кто подумал про себя:

— М? Да у него вкусы точь-в-точь как у меня?

— Мужчина, который любит носить женскую одежду? Надо бы придумать способ отыметь его во все щели!

— Любит носить женскую одежду? Отлично! Я как раз раздобыл у практикующего темные искусства Пилюлю смены пола, скормлю ее ему ради забавы — разве не чудесно?

Поскольку чей-то взгляд, устремленный на Е Чэня, выражал странную улыбку, сидевший рядом человек озадаченно спросил:

— Братец, чего это ты выглядишь таким возбужденным? Ты случайно не по мужской части?

Тот человек поспешно стал оправдываться:

— Да как такое возможно?!

Однако про себя он подумал: «Еще бы, не будь оно так, зачем бы я каждый раз напивался с тобой до беспамятства? И почему ты на следующий день жалуешься на боль в заднице — об этом ты тоже не думаешь».

Тут же кто-то поспешил внести ясность:

— От этих чулок исходит женский аромат, думается мне, носил их вовсе не Е Чэнь, а насобирал он. Кто бы мог подумать, что этот парень натащил столько чулок! Каждая пара изготовлена из особой ткани, такую не станет носить кто попало, да и размеры у всех разные — судя по всему, они принадлежали самым разным барышням из благородных семей.

— Вот только неизвестно, украл их Е Чэнь или выпросил.

Его слова нашли отклик у многих и вызвали всеобщее любопытство.

— Ох, с чего это товарищ по практике так во всем разбирается?

Упомянутый товарищ густо покраснел и объяснил:

— Просто ваш покорный слуга сам очень неравнодушен к чулкам, так что кое-что смыслит. Но прошу вас, не смотрите на меня такими странными взглядами! Хоть я и люблю чулки, но обожаю исключительно чулки своей жены, и я вовсе не такой извращенец, как Е Чэнь, который натащил столько чулок разных женщин!

Слова этого товарища заслужили всеобщее одобрение.

— И то верно, любить чулки — это вполне нормально, но быть таким падшим мерзавцем, как Е Чэнь, — это уже перебор!

— Этот Е Чэнь и впрямь настоящее животное! И люди, и боги презирают его! Даже страшно представить, сколько женщин он обманул и бросил.

Линь Цинсянь, наблюдая за этой сценой, вспомнила, что автор Бессмертный Преподобный, проходящий Скорбь был тем еще любителем чулок и понаписал в романе целую кучу красавиц в чулках.

Неудивительно, что она сама впоследствии привязалась к чулкам — во всем виноват этот писатель.

Хм!

Су Лин: «……»

Она просто потеряла дар речи. Кто бы мог подумать, что оттуда вывалится столько чулок.

Головокружение.

Она вновь пустила в ход духовную энергию, и следом наружу вывалилась целая гора одежды — на сей раз там обнаружилась целая куча женского нижнего белья!

Это выглядело куда более шокирующе, чем предыдущие чулки.

Коллекционирование чулок еще могло вызвать изумление, но все же укладывалось в рамки приемлемого. Однако собирать нижнее белье — это уже форменное извращение.

И ладно в историю с чулками, мол, их кто-то подарил, люди еще могли поверить, но заявить, будто нижнее белье ему тоже подарили, — в такое поверить уже крайне сложно.

— Извращенец! Настоящий извращенец! Предать его смертной казни! — глядя на эту груду белья, напоминающую небольшой холм, Лю Жуянь дрожала от гнева, а на ее прекрасном лице бушевало кровожадное намерение.

Остальные главы пика тоже дружно заговорили:

— Я тоже так считаю! Это же позорит репутацию нашей секты!

— Верно! Если это выйдет наружу, все подумают, что в нашей Секте Небесного Пути одни бесстыдники! Казнить!

Эти слова до смерти испугали Е Чэня, и его вырвало огромным количеством крови. Он был близок к помешательству: мало того, что он и так испытывал жгучий стыд из-за разоблачения его тайных пристрастий, так еще и Лю Жуянь снова вознамерилась его прикончить — от этого он едва не сошел с ума.

Даже Линь Цинсянь ненавидела его не так сильно!

Ему казалось, что эта Лю Жуянь — сущий живой демон.

Переведя взгляд на Лю Жуянь, он случайно заприметил Цзян Э. В этот миг его охъяла паника — он никак не ожидал, что Цзян Э тоже здесь.

Припомнив свои вчерашние искренние заверения и клятвы перед Цзян Э, он даже со своей толстой, как крепостная стена, кожей сейчас не смел поднять на нее глаз.

Цзян Э, глядя на происходящее, чувствовала себя так, будто готова упасть в обморок от злости.

Поведение Е Чэня превзошло все мыслимые пределы. Было уже само по себе невероятно дико коллекционировать чулки стольких девушек, но кто бы мог подумать, что он собирает еще и женское белье…

На это и вовсе было тошно смотреть.

Даже перебежчик из Расы Демонов Чэнь Жуй чувствовал, что ему некуда девать лицо — он никак не ожидал от Е Чэня столь вопиющей дурости, но ради великого дела Расы Демонов ему пришлось взять себя в руки и стерпеть.

— Старейшина Су Лин, независимо от того, любит ли Е Чэнь переодеваться в женское платье или собирать чужие женские вещи, в конце концов, это лишь его личные причуды, которые никому не причинили вреда. Если в доказательство его вины будут предъявлены только эти вещи, боюсь, вынести ему смертный приговор не удастся?

Однако Су Лин, поскольку выпавшие два раза вещи оказались чересчур шокирующими, не стала больше вываливать все подряд. Направив внутрь свое Божественное Сознание, она напрямую нащупала Ожерелье Мрака.

Она взмахнула рукой, и Ожерелье Мрака мгновенно вылетело из Кольца Пространства. Стоило ему появиться, как Абсолютная Тьма поглотила окружающий свет, мгновенно погрузив все вокруг во мрак.

Лишь когда Су Лин схватила его и запечатала исходившую от него силу, вокруг вновь забрезчил свет.

Уставившись на Чэнь Жуя, она произнесла:

— Теперь достаточно?

В этот момент по толпе прокатилась мощная волна потрясения, все были невероятно шокированы.

Будь то чулки или нижнее белье — все это вместе взятое не могло сравниться по силе удара с Ожерельем Мрака. Некоторые старейшины невольно выкрикнули в ужасе:

— Э… это же Ожерелье Мрака!

— Т-тот Е Чэнь и вправду украл Ожерелье Мрака!

— Кто бы мог подумать, что Е Чэнь осмелится на такое! О небеса! Не имея даже Стадии Превзошедшего, он посмел украсть Ожерелье Мрака! Боюсь даже представить, что он удумает, когда его культивация станет еще сильнее!

……

Глядя, как Ожерелье Мрака перелетает в руку Су Лин, Е Чэнь едва не сошел с ума от отчаяния. Протянув окровавленную руку, он заверещал:

— А! Мое Ожерелье Мрака! Верни его мне!

Однако, кроме как бессильно бесноваться, он ничего не мог поделать.

Ожерелье Мрака не собиралось возвращаться из рук Су Лин обратно к нему.

А без Ожерелья Мрака он не сможет заполучить Абсолютную Тьму; без Абсолютной Тьмы он не сможет довести до пика Высшую Божественную Формулу, полученную от Цзи Лао!

Но больше всего его убивало то, что все уже почти удалось, если бы не вмешательство Су Лин!

Будь она проклята!

Это довело его до такого исступления, что он испустил вопль к небесам и чуть не лишился чувств.

Стоило появиться Ожерелью Мрака, как Цзян Э содрогнулась и сделала несколько шагов назад, непрерывно качая головой.

Она никак не ожидала, что Е Чэнь, который еще вчера вечером клятвенно обещал ей исправиться и начать жить честно, сегодня же совершит кражу священного артефакта секты.

Вот уж поистине… Горбатого могила исправит.

Линь Цинсянь бросила взгляд на Цзян Э, но ничего не сказала, а затем перевела взор на Е Чэня, собираясь вымолвить пару слов.

В этот момент снова подала голос Лю Жуянь:

— Чэнь Жуй! Что ты теперь можешь сказать в свое оправдание? Е Чэнь совершил кражу священного артефакта секты, у нас есть и свидетели, и вещественные доказательства — сегодня ему не миновать смерти!

Повернувшись к Су Лин, она поторопила ее:

— Старейшина Су Лин, чего вы застыли, убивайте его же!

Линь Цинсянь: «……»

Ладно, пожалуй, она просто побудет зрительницей.

Лицо Е Чэня от страха посинело, он снова обмочился. В этот момент страх проник до самого костного мозга.

И дело было не только в том, что Лю Жуянь жаждала его смерти — на сей раз он совершил преступление, караемое смертной казнью, и оправдаться было уже невозможно.

Он принялся слезно умолять:

— Глава пика! Спаси меня!

http://bllate.org/book/18842/1836134