Готовый перевод Why Am I Still Not Dead? / Почему я все еще не умер?: Глава 10. Хрупкий предмет, обращайтесь бережно

Ощутив тяжесть на мертвой древесине, варвар взмахнул рукой, пытаясь сбросить ствол, но его кисть тут же перехватили. Ледяной холодок змейкой прополз по тыльной стороне ладони вверх по руке, парализуя пальцы и лишая их всякой подвижности.

Из горла вырвался инстинктивный хрип, но звук еще не успел оформиться, как шею тоже охватило студёным холодом.

Вслед за холодом пришло ощущение чего-то тонкого, неумолимо рассекающего плоть. Чудовище попыталось издать хоть какой-то звук, но горло зафонило со всех сторон, как разбитое окно, не выпуская наружу ни единого писка, и тело окончательно перестало ему подчиняться.

Леденящий душу холод объяснялся вовсе не тем, что к горлу приставили клинок. К тому моменту, как монстр вообще осознал этот мороз, державший меч человек уже отвёл руку назад, возвращая оружие в ножны – настолько стремительно, что среагировать было абсолютно невозможно.

Свет клинка блеснул подобно глади воды, в темноте не раздалось ни звука. Лезвие скользнуло, словно струя воды, и тело варвара рухнуло вслед за ним. На его расплывчатом лице застыло то же выражение, что и секунду назад.

Схватка даже не успела толком начаться, он даже не понял, кто нанес удар – всё закончилось в считанные мгновения.

Падающее тело на лету подхватили чьи-то руки. Сюй Чжицю наклонился и аккуратно опустил его на землю, наконец разжав пальцы, сжимавшие чужую руку. Ствол в человеческий рост бесшумно оземь – за всё время не раздалось ни звука.

Гибель физической оболочки еще ничего не значила.

Ветер в чаще не утихал, казалось, он даже усиливался. Среди шелестящей листвы поднялся странный, зловещий шорох, пробирающий до самого костного мозга.

Исчезла даже последняя кроха естественного света, вокруг воцарилась непроглядная тьма. Бежать – и то некуда, впотьмах не разберешь направления. Остальные поначалу не смели шевельнуться, стоя на месте и силясь различить хоть что-то в этом хаосе.

В самом сердце лесной чащи из пустых глазниц оторванной головы сорвался сгусток черного дыма и растворился в абсолютной темноте. Закручиваясь спиралью под шум листвы, он потянулся тонкими усиками к мертвой крольчихе, лежавшей в траве.

И тут же был разрублен надвое ударом меча.

Стоило свистнуть рассекающему воздух клинку, как черная дымка раскололась пополам, сплетаясь в исполинскую туманную сеть, но в этот момент в полумраке вспыхнул холодный свет.

– Вжух! –

Мгновенная вспышка озарила всё вокруг, и из глубины леса вырвался порыв ветра. Встрепенулись кроны, вспугнув стаю птиц – они шарахнулись в сторону далеких черных гор, и в тишине долго еще хлопали крылья.

Черный туман рассеялся без следа, будто его никогда и не существовало.

– … –

За порывом ветра последовала долгая, звенящая тишина. Облака на небе сдвинулись, и лунный свет, пробившись сквозь бреши, вновь озарил темный лес.

Обретя способность видеть, уцелевшие ученики тут же покрепче перехватили мечи, с нервным напряжением вглядываясь по сторонам.

Жуткая нечисть, размахивавшая бревном, бесследно исчезла. Ни следа, ни звука – лишь ствол, лежавший на земле за деревом, смутные силуэты да раскидистые тела упавших товарищей.

Хотя только что было смертельно опасно, к счастью, все отделались легкими царапинами. Больше всех пострадавший лишь жаловался на ноющую боль в ребрах, остальные же отделались испугом.

Кто-то, набравшись смелости, при лунном свете подошел к поверженному варвару и обнаружил, что тот давно испустил дух. Грудь не вздымалась, на теле виднелись редкие порезы, а ровно посредине шеи залегла тончайшая алая нить.

Она была настолько незаметной, что заметили ее только присмотревшись в упор и тронув кончиком меча. После этого казавшаяся вполне целой шея внезапно разверзлась глубокой раной с ровными краями – верная смерть от одного-единственного удара.

Самая что ни на есть окончательная смерть.

Подумать только, та беспорядочная рубка действительно принесла плоды. Пусть никто не понял, кому посчастливилось угодить точно в уязвимое место, и верилось в это с трудом, но дело было сделано.

Они уже думали, что сегодня сгинут здесь, но конец оказался совсем другим. Пережив смертельную опасность, вся группа дружно выдохнула.

Парень с косичкой тоже отыскал свой меч. Во тьме наощупь отыскать его было невозможно, но теперь, когда зрение вернулось, оказалось, что оружие валяется прямо у него за спиной – стоило лишь повернуться.

Новый знакомый и тот сопляк стояли чуть позади, вроде бы тоже целые и невредимые. Если раньше они не отзывались на его оклики, то наверняка лишь потому, что боялись выдать себя звуком.

– Кхе. –

Стоило ему отвести взгляд, как человек, до этого спокойно стоявший рядом, кашлянул и медленно согнулся.

Натерпевшись страху и покрывшись холодным потом, немудрено было застудить горло на таком ветерке. Сам парень с косичкой не придал этому значения и уже собирался отвернуться, как вдруг заметил, что сопляк по имени Тунцзы ведет себя так, будто началась война. В ту же секунду, когда раздался кашель, пацан швырнул на землю вареный арахис, который тащил всю дорогу, и судорожно принялся шарить по карманам в поисках каких-то пилюль и платка.

Из-за банального сквозняка поднимать такую панику – явный перебор. Чай, не бумажный фонарик, который развалится от дуновения ветра.

Да что с ним…

Тихий кашель совершенно тонул в шуме ветра. Парень с косичкой убрал меч, подошел ближе и уже наклонился, чтобы расспросить обо всем, как вдруг его взгляд упал на темно-алые пятна, расплывающиеся по белому платку. У него сердце подпрыгнуло от увиденного. Он резко плюхнулся на корточки, моментально меняя тон:

– Ты чего? Это тебя варвары в драке зацепили?

От этого зрелища у него в глазах рябило. Тунцзы суетился под ногами, а вот сам харкающий кровью пострадавший выглядел на редкость невозмутимо – он небрежно стер кровь с губ и ответил:

– Угу.

Соврал так гладко, что и глазом не моргнул, выдав ложь за чистую монету. Парень с косичкой не сомневался ни секунды и тут же выпалил:

– Тогда надо срочно в павильон Лекарств!

Спрятав испачканный платок в рукав, Сюй Чжицю уперся руками в землю и выпрямился. Осторожно сделав шаг вперед, он протянул:

– Да пустяки, я уже выпил лекарство, пойду посплю – и всё пройдет.

Вид у него был донельзя расслабленный, словно сон мог исцелить любую хворобу. Зато Тунцзы шутить не собирался и решительно заступил дорогу:

– Тебе нужно как следует отдохнуть, больше ни шагу! Остаток пути я тебя понесу!

– … –

Сюй Чжицю и парень с косичкой одновременно опустили взгляды на его не по росту короткие детские ножки.

Помолчав пару секунд под завывания ветра, парень с косичкой наконец подал голос:

– Раз уж ты ранен, давай-ка лучше я тебя понесу.

Судя по всему, у него были серьезные внутренние повреждения. Хоть внешне всё выглядело сносно, раз уж дело дошло до кровавой рвоты, лучше лишний раз не напрягаться.

Сюй Чжицю незамедлительно согласился:

– Хорошо.

В два счета придя к согласию, они молниеносно распределили роли. Лишенный права на ношу Тунцзы был вынужден с позором сойти с дистанции.

После того как посреди дороги приключилась такая напасть, никто не рисковал задерживаться в лесу. Опасаясь повторного нападения, группа поспешила покинуть чащу и хором двинулась обратно к секте.

Уходя, Сюй Чжицю бросил взгляд на Тунцзы, и тот метнулся обратно к деревьям, но тут же вернулся.

Парень с косичкой поинтересовался, зачем тот бегал. Сюй Чжицю пояснил:

– Если тела не убрать, они привлекут хищников. Следующим путникам здесь придется несладко.

Парень с косичкой счел его рассуждения здравыми, изумившись, как можно думать о таком в подобной ситуации.

Сюй Чжицю тихонько усмехнулся.

При этом горло и грудная клетка едва заметно завибрировали. Шагавший с ним за спиной парень с косичкой отчетливо ощутил это движение, а в нос ему ударил горьковатый запах лекарств. От такой близости ему стало неуютно, и он отвернулся.

Принятая пилюля клонила в сон, а может, собственная лень и тяга ко сну просто превосходили все разумные пределы – стоило им отойти от леса совсем недалеко, как Сюй Чжицю уже клевал носом, засыпая где придется.

Вот только засыпать сейчас было никак нельзя. Заметив, что дыхание у него за спиной становится всё более ровным и размеренным, парень с косичкой поспешил заговорить:

– Кстати, друг мой, из какой ты школы?

Какая разница, из какой он школы – главное, не дать ему отключиться!

Вопрос был проще некуда, но ушедшему в себя попутчику потребовалось время на раздумья, прежде чем он сонно бормонул:

– Из Врат Тысячи Формаций… вроде бы.

Вроде бы.

Похоже, парня вырубало капитально. Брови парень с косичкой дернулись. Остальные ученики, услышав его слова, с удивлением обернулись:

– Из тех самых Врат Тысячи Формаций, откуда этот… жених господина Даомина?

Сюй Чжицю лениво подтвердил:

– Угу.

Даже избежав смерти по счастливой случайности, они не забывали о сплетнях. Собеседник тут же оживился:

– Выходит, ты можешь видеть этого жениха каждый день?

Сюй Чжицю-то видел его ежедневно, а вот остальные сородичи по секте – как повезет. Всё зависело исключительно от его настроения и от того, удастся ли ему вообще встать с постели.

Разговор больше не помогал бороться с дремотой, ресницы слипались на ходу. Вдруг вспомнив кое-что, он сонно спросил:

– Слушайте, а вы не знаете, кто такой этот… Меч Человечного Мира?

Еще в таверне ему было любопытно, но за болтовней вылетело из головы. Он, конечно, не рассчитывал, что эти ученики, кроме мечей ничего в жизни не видящие, знают человека, о котором он и сам не слыхал, но спросить на удачу стоило.

– Знаем, конечно. Все знают.

Название титула он запомнил не до конца, проглотив пару слов посередине, но парень с косичкой прекрасно понял, о ком речь, и охотно ответил:

– Говорят же, это господин Циюнь.

– … – неожиданный поворот.

Колеблясь между желанием узнать подробности и воспоминаниями о прочитанных на досуге бульварных романчиках, Сюй Чжицю предпочел просто закрыть глаза и захлопнуть окно своей души.

Теперь он вырубился окончательно и бесповоротно – так, что пушкой не разбудишь.

Остаток пути до секты прошел без происшествий. Парень с косичкой хотел было предложить кому-то смениться и понести больного напарника, но тот оказался на редкость легким, да и ноша не тяготила, поэтому он дотащил его до самых ворот.

Внутри секты можно было вздохнуть спокойно: благодаря защитной формации сюда не пробились бы ни варвары Пустоши, ни демоны с нечистью.

Прибыв на место, пути учеников расходились. Школа Небесного Меча и школа Врата Тысячи Формаций находились на разных пиках, разделенных изрядным расстоянием.

Чрезвычайно ответственный Тунцзы не хотел будить спящего пассажира, но и обременять других не собирался. Он молча встал спиной к парню с косичкой и серьезно заявил:

– Дальше я понесу.

В своем упрямстве он был поистине неисчерпаем. Парень с косичкой:

– …

Остальные:

– …

В повисшей тишине вдруг раздался шагов звук – из полумрака появилась фигура, разрушая эту застывшую картинку. Заметив движение, все невольно подняли головы.

Незнакомый мужчина. Непонятно когда успевший здесь оказаться, он был облачен в траурно-черные одежды, а его глубокие, резкие черты лица наполовину тонули в тени. От него веяло тяжелой, подавляющей мощью застывших скал. На миг показалось, что в глубине его глаз мелькнули алые искры, но присмотревшись, видишь лишь бездонную черноту обычных угольно-черных зрачков.

Стоило встретиться с ним взглядом, как накатила такая волна давления, что остальные сами собой отвели глаза, краем ума отмечая, что мужчина направляется прямо к ним.

На человека из их секты он явно не походил. Чем ближе он подходил, тем сильнее натягивались нервы у ребят, заставляя волосы на затылке вставать дыбом.

Однако незнакомец не сделал ничего угрожающего. Он лишь мягко и бережно перехватил уставшего нести ношу парня с косичкой, перекинул крепко спящего Сюй Чжицю себе за спину и едва заметно кивнул.

Хотя толком никто ничего не понял, по всему выходило, что за этим молодым господином пришли. Не зная, как реагировать на происходящее, ученики перевели взгляды на Тунцзы.

Тунцзы и сам пребывал в полном ступоре. Зависнув на пару секунд при виде незнакомца, он внезапно о чем-то вспомнил, широко распахнул глаза, открыл рот… но не смог выдавить из себя ни звука.

Забросив Сюй Чжицю за спину, пришедший развернулся и зашагал вверх по горной лестнице.

Вокруг клубились густые туманы, уходящие ввысь три тысячи белых нефритовых ступенек устилали склон. Человек поднимался шаг за шагом – размеренно и твердо, словно нес на плечах самое драгоценное и хрупкое сокровище всей своей жизни.

http://bllate.org/book/18820/1865181