Готовый перевод My Golden Finger Husband Has Arrived [Apocalypse Rebirth] / Золотой палец моего мужа получен [Перерождение в постапокалипсисе]: Глава 23

Лу Синчжао окинул взглядом пистолет, перевёл его на Хуа Линя и усмехнулся:

— Так и сказал бы сразу. Способности Эргәя поистине...

Не договорив, он вдруг заметил выражение лица Хуа Линя, с подозрением опустил взгляд на оружие, а затем снова на парня:

— Ты... то, что ты только что сказал, правда или ложь?

Хуа Линь обессиленно ответил:

— ...Ложь.

Лу Синчжао:

— ...? ...?!

— Вот видишь, если даже у Эргәя может быть пространственная способность, почему у обычного человека не может быть чудесных способностей? — вздохнув, сказал Хуа Линь. — Короче говоря, брат, ты обязательно должен верить в себя.

Лу Синчжао держал в руках автомат, застыв в позе мыслителя, а спустя долгое время глубокомысленно изрёк:

— Хм, мне нужно немного времени... чтобы побыть в тишине.

Хуа Линь подумал про себя: дрессировка этого золотого пальца — дело поистине долгое и тяжёлое, интересно, выплатят ли мне зарплату после его завершения... Эх.

Он повесил нос и поплёлся уставшей походкой в сторону общежития.

Уже уходя, Хуа Линь вдруг что-то вспомнил, отстегнул от пояса пистолет и с улыбкой произнёс:

— Это тоже тебе, брат. Я только что снарядил два магазина, попробуй, удобно ли им пользоваться.

Лу Синчжао взял оружие и легко взвесил его в руке. Он слишком хорошо знал это оружие и едва взяв его, по весу понял, что внутри есть патроны. Он усмехнулся:

— Можно не пробовать, я доверяю твоим навыкам.

— Тогда я спать, спокойной ночи, чмок-чмок.

Хуа Линь с простодушной улыбкой помахал рукой и повернулся, думая про себя: «Хм, ну конечно, он верит всему, что я говорю. Создать магазин за одну секунду — это потому, что он так хорошо знаком с этим оружием?»

На следующий день, когда Хуа Линь проснулся, на экране телефона было утро 2 января. Выглянув наружу, он увидел, что все уже поднялись.

Лу Синчжао уже повёл людей на пробежку вокруг базы для утренней разминки, старший Гао замыкал строй, проходя курс реабилитации, Дань Чжэ после травмы ноги по-прежнему мог лишь сидеть в стороне и ковыряться в платах, кашевар готовил завтрак, а Янь Фэйгуан... Янь Фэйгуан создавал шум.

Лу Синчжао бежал во главе колонны и яростно ревел:

— Шаг за шагом, за мной! Кто отстанет — побежит ещё два круга, к тому же я заставлю Янь Фэйгуана бежать вместе с ним, играя на скрипке!

Янь Фэйгуан:

— ???

Новички за спиной Лу Синчжао были близки к панике. С жалобными стонами они плелись следом за командиром, словно за ними гналась стая волков.

Сонный Хуа Линь появился на площадке и, понаблюдав за этой забавной картиной, с улыбкой спросил Дань Чжэ:

— Почему вы меня не разбудили?

Дань Чжэ, не оборачиваясь, ответил:

— Твой брат околачивался у твоей двери добрую половину утра, чуть землю до дыр не стёр, но в итоге так и не решился тебя разбудить.

Хуа Линь:

— ...

Вскоре подоспел кашевар с обедом (он же завтрак для Хуа Линя).

Вчерашнее меню: тушёные свиные ребрышки, свиные почки, рыба в кисло-сладком соусе, пекинская капуста на мясном бульоне, суп с картофелем и солониной, лапша нарезная вручную и рис.

Сегодняшнее меню: паровые булочки-маньтоу, жареный рис с соевым соусом, белая каша с сахаром.

— Крахмал... кругом один крахмал и приправы! — первым взвыл старший Гао. — Это что, откорм для свиней?

Кашевар вытер руки о фартук и холодно бросил:

— Жри что дают, овощи все сгнили. Тут ещё пара консервов осталась.

Честно говоря, консервы армейского пайка вкусом обязаны исключительно специям, по текстуре напоминали сплошной жир, а на вкус казались комком пересоленного и вонючего карри... Единственным их достоинством была запредельная калорийность, позволявшая без труда выдерживать полдня изнурительных нагрузок.

Все:

— ...

В этот момент Лу Синчжао с лёгким видом завершил пробежку, оставив новобранцев валяться без сил по всей площадке. Проходя мимо, он на ходу подхватил банку консервов, торопливо закинул в рот содержимое и в недоумении произнёс:

— Чего это вы так на меня уставились?

Все смотрели на него снизу вверх. Лу Синчжао даже утер рот и с улыбкой добавил:

— Вкус-то явно улучшили, стало намного лучше, чем раньше. Давайте ешьте быстрее, скоро снова выдвигаемся.

Дань Чжэ молча поглядел на Хуа Линя и выдал:

— Твой брат... ну, его очень легко прокормить.

Хуа Линь тоже меланхолично отозвался:

— По сравнению с ним мы тут просто баре.

Кашевар сохранял всё то же бесстрастное выражение лица, но тут неожиданно вставил:

— Баре, жрите давай быстрее, а как поедите — за работу!

С этими словами он отломил кусочек маньтоу, наклонился и протянул его двум хомячкам. Обратившись к обоим пушистикам, он мгновенно сменил лицо на самое доброжелательное:

— Наложница, Генерал, идите завтракать, сегодня тоже живите дружно!

Он звал Эргәя Наложницей, а Златогривку — Генералом, видимо, по окрасу.

Хуа Линь нерешительно произнёс:

— Эм, Шэнь-гэ, белый вообще-то мальчик, а золотая — девочка...

Не успел он договорить, как Златогривка снова ухватила Эргәя за ухо, принявшись его воспитывать. Эргэй сжался в комочек, покорно кивая головой под нотации, а затем услужливо пододвинул крошки маньтоу прямо к её мордочке.

Кашевар ошарашенно замер на пару секунд, а затем пробормотал:

— Твою ж мать, опять подкаблучник...

Дань Чжэ тут же подхватил:

— Отлично сказано — «опять».

— ...Погодите-ка, — Лу Синчжао, наблюдавший за их возней с улыбкой, вдруг сообразил, что что-то здесь не так. — Почему это «опять»?

Хуа Линь поспешно принялся толкать Лу Синчжао в спину, отгоняя его всё дальше и приговаривая:

— Ой, давай не будем терять время, брат! Ты всё обдумал, о чём я вчера говорил?

— Всё передумал, эх, на, возьми конфетку. — Лу Синчжао кивал, усердно шаря по карманам и протягивая Хуа Линю сладость.

Хотя он всё обдумал и в целом уже поверил, если бы его совесть была чиста, он бы не стал задабривать Хуа Линя конфеткой заранее.

Лу Синчжао вздохнул:

— Формировавшееся два десятка лет мировоззрение разве так просто взять и перевернуть с ног на голову, да еще и безоговорочно в это уверовать? Я всю ночь пытался... Еле-еле получается притвориться, что в моём пистолете есть пули, и то лишь когда предельно концентрируешься и не замечаешь других деталей...

— Это уже огромный прогресс, — улыбнулся Хуа Линь. — Я знаю, что это очень непросто — поверить в то, что что-то может возникнуть из ничего. Если бы кто-то другой гипнотизировал или обманывал, было бы проще, а вот дурить самого себя — задача сложнейшая.

— Вот почему ты вечно шутишь надо мной, да? — Лу Синчжао с досадой взъерошил волосы Хуа Линю. — Прошлое пока опустим...

— Ты что, хочешь устроить разбор полётов задним числом? — Хуа Линь широко распахнул глаза, с предвкушением размышляя: «Хе-хе-хе, и как же ты меня накажешь?»

Однако его фантазии были безжалостно развеяны. Лу Синчжао растерянно произнёс:

— Я хотел сказать... может, давай ты всё-таки будешь обманывать меня и дальше?

Хуа Линь:

— ...

Хуа Линь едва не задохнулся от возмущения и взвизгнул:

— Смотри, за твоей спиной летит пистолет!

Не успел он договорить, как за спиной Лу Синчжао действительно материализовался летящий пистолет, который по красивой дуге пронёсся по воздуху и с глухим стуком шмякнулся о землю.

Хуа Линь: Σ(°△°|||)‽

Лу Синчжао улыбнулся:

— Я продумал всё за ночь и понял, что этот способ проще всего. Заставить себя поверить в антинаучные способности трудно, а вот поверить тебе — почему-то проще простого.

— ...

Пожалуй, это был первый случай, когда Лу Синчжао одержал верх над Хуа Линем.

Впрочем, стоило ему заглянуть в глубокие, тронутые улыбкой глаза мужчины и увидеть в них своё отражение, как Хуа Линь тут же подумал: а ведь так, пожалуй, даже неплохо.

Раз любишь — значит, доверяешь, значит, нужен друг другу.

Закончив с обедом, Лу Синчжао снова начал готовить отряд к выходу.

Хуа Линь увязался следом, извлекая из кармана словно по фокусу коробочку от лапши быстрого приготовления:

— Погодите-ка, я тут посоветовался с Сахарком, давайте возьмём нас с собой. И моего Эргәя!

Лу Синчжао присмотрелся и увидел, что за Хуа Линем семенит ещё и Янь Фэйгуан.

— ...Погодите, — Янь Фэйгуан-то здесь зачем?

Не успел Лу Синчжао раскрыть рот, как бойцы за его спиной взвыли в голос:

— Только не это, командир, мы ничего не сделали, не надо нас наказывать! — Точно, командир, умоляем, не применяйте оружие неизбирательного поражения!

Янь Фэйгуан выглядел совершенно озадаченным. За спиной у него висел скрипичный футляр. Он пояснил:

— Эм... вообще-то я иду не играть вам. Я следую за моим кумиром, чтобы найти Белого Дракона. Кажется, я знаю, как вести переговоры с рыбой.

Лу Синчжао:

— ...Такой навык у тебя тоже оказался из разряда «кажется, я знаю»?!

Стоило Янь Фэйгуану это произнести, как несколько едва не расплакавшихся парней шумно выдохнули.

— Не нужно так огорчаться, ребята, — нежно улыбнулся Янь Фэйгуан. — Раз вы все так искренне просите, я могу поиграть вам по дороге!

Все:

— ...

Заметив, что даже лицо Лу Синчжао слегка позеленело, Хуа Линь поспешил успокоить всех:

— Чего вы так боитесь? Янь Фэйгуан в последнее время вовсю тренируется, звучит уже вполне прилично, правда, совсем не так ужасно, как в самом начале.

Честно говоря, после того как Янь Фэйгуану исправили неправильную постановку рук, его техника игры действительно заметно улучшилась. Пусть он всё ещё запинался, пытаясь доиграть мелодию до конца, но по крайней мере... это уже не напоминало распиливание брёвен.

Добравшись на машинах до того самого маленького водохранилища, Янь Фэйгуана усадили на крышу автомобиля для разведки, попутно выдав скрипичную партию... Через крышу доносившиеся звуки скрипки можно было назвать вполне сносными.

Все облегчённо выдохнули, а кое-кто даже шепнул Хуа Линю:

— Товарищ начальник, ради всего святого, продолжайте дрессировать нашего скрипача, вы совершаете поистине благое дело!

Хуа Линь скромно отмахнулся:

— Какое там благое дело, так, перебиваюсь кое-как, а во второй половине дня мне ещё вашего командира дрессировать.

Вскоре вся компания снова оказалась у берега водохранилища.

Небо уже почти совсем потемнело, спала жара, и ночная роса оседала вниз. Ситуация у водохранилища выглядела чуть лучше: в последней уцелевшей лужице проглядывало движение — там всё ещё плескалась рыба.

В лучах фар они разглядели в глубине трещины отражение белой чешуи — Белый Дракон всё так же держался внизу.

Хуа Линь повернулся к Янь Фэйгуану:

— Ты уверен в своих силах? Насчёт общения с рыбой... тебя случайно не сглотнут с первого же раза?

— Не переживайте, кумир! Кажется, я немного понимаю принципы их общения. Хоть я и скрипач, но в своё время принимал роды у крабов, — с абсолютной уверенностью заявил Янь Фэйгуан.

Хуа Линь остался в неком сомнении, но Лу Синчжао ободряюще бросил:

— Ничего, я пойду с ним, если что — вытащу за шкирку. Раз брат берётся за дело, можешь не волноваться.

Хуа Линь немного успокоился и наказал:

— Действуйте по плану, только без самодеятельности!

Они осторожно приблизились к центру водохранилища и, присмотревшись, смогли различить узор на чешуе Белого Дракона.

Янь Фэйгуан глубоко вздохнул, водрузил скрипку на плечо и начал играть.

— ... — опешил Лу Синчжао. — Ты... что творишь?!

— Сначала нужно заставить Белого Дракона заметить нас, это первый шаг, — невозмутимо ответил Янь Фэйгуан, продолжая смычком извлекать звуки. — Нет ничего прекраснее музыки для общения, я обязательно дам ему почувствовать мои добрые намерения! Не сомневайтесь!

Лу Синчжао:

— ...Нет! Твоей игрой на скрипке?! Я ещё не прочувствовал никаких добрых намерений, зато чувствую, что помру здесь раньше, чем выполню задание...

Он уже собирался остановить Янь Фэйгуана, как вдруг заметил, что Хуа Линь на берегу вовсю организует людей вылавливать рыбу. Умирающих рыб они швыряли в заготовленные ведра, дожидаясь, пока Янь Фэйгуан растолкует Белому Дракону: всё это исключительно ради их спасения!

Спустя несколько минут Белый Дракон шевельнулся.

Маленькое водохранилище ощутимо завибрировало, и Лу Синчжао тут же насторожился, оставшись на позициях.

А Хуа Линь уже скомандовал своим погрузиться в машины и шустро укатил на сто метров назад.

Вскоре из глубин водохранилища до глухого раздался глухой гул, словно какое-то исполинское существо ворочалось под водой.

Янь Фэйгуан видел, как чешуя в трещине быстро зашевелилась, отражая свет рябью волн, а в поле зрения Лу Синчжао сквозь толщу воды уже проступил огромный глаз Белого Дракона.

Этот глаз размером с человеческое тело был невероятно красив, словно в самоцвет вплавили агат, и молча уставился на двоих мужчин.

Внезапно Белый Дракон снова сдвинулся с места и изверг из расщелины мощную струю воды высотой в добрых два метра!

Вода шумела без перерыва, вздымаясь белоснежной пеной.

Лу Синчжао и Янь Фэйгуан не успели даже начать дружелюбную и теплую беседа, как превратились в мокрых кур.

Янь Фэйгуан утер лицо и беззаботно рассмеялся:

— Благодарю за столь горячий приём, но у нас тут нет таких фонтанов, так что ответить тем же не сможем.

Белый Дракон окатил людей водой, почувствовав себя куда спокойнее. Оно решило, что эти двоим больше не грозит смерть от жажды — подводный житель искренне полагал, что все существа на свете живут в воде, как рыбы.

Янь Фэйгуан снова стер воду с лица и принялся усердно объяснять существу на китайском. Результата ноль. Тогда он переключился на японский, французский, английский, немецкий, корейский, яванский языки — всё без толку, после чего перешёл на язык жестов.

Лу Синчжао, наблюдая за этим представлением с того момента, как исчез китайский язык, окончательно потерялть нить происходящего. Увидев, что жестянкой дело не ограничилось и Янь Фэйгуан задействовал всё тело, он ошарашено спросил:

— Ты... ты что, утреннюю зарядку делаешь?

Янь Фэйгуан ещё не успел ответить, как Белый Дракон пустил ещё одну струю, опасаясь, что те в мгновение ока останутся без живительной влаги.

Лу Синчжао молча утёр лицо, в глубине души ощущая недоброе предчувствие: пожалуй, любое общение с Белым Драконом впредь будет проходить исключительно в сырости.

В кузове грузовика неподалёку Хуа Линь, вооружившись игрушечным биноклем, уставился на водохранилище:

— Что там творится, почему они только водой и плещутся?

Он ломал голову над загадкой, отчаянно желая организовать видеотрансляцию этой дружественной беседы.

Мгновение спустя Хуа Линь увидел, как Янь Фэйгуан закатывает рукава и расстёгивает воротник, явно собираясь совершить нечто масштабное, и в ужасе завопил:

— Только не говорите, что они сейчас подерутся!

Однако драться никто не собирался.

Янь Фэйгуан расстегнул воротник вовсе не для драки, а чтобы издать звонкий глас.

Да, он запел.

Лу Синчжао:

— ...

Хуа Линь:

— ...

Янь Фэйгуан с первых же нот затянул «О соле мио».

Его голос взмыл к небесам, прорезая воздух. Он был высок, как парящий в небесах орёл, чист, как талая вода ледников, и гладок, как шёлк под лунным светом.

На секунду вокруг воцарилась абсолютная тишина — лишь этот потрясающий вокал висел в воздухе гулким эхом.

Он оборвал пение всего через пару куплетов, но у Хуа Линя глаза на мокром месте оказались от избытка чувств, и он не удержался от бормотания:

— Ого, наконец-то я воочию увидел, что значит по-настоящему «до слёз красиво»... С такими данными — и в скрипачи пошёл! Какое варварство!

Стоило Янь Фэйгуану умолкнуть, как Белый Дракон наконец отреагировало:

-Оно с восторгом выпустило три фонтана подряд, описало под водой круг рыбьим телом, а затем на время скрылось в расщелине.

К этому моменту живую рыбу из водохранилища Хуа Линь уже вычерпал до дна, и теперь там журчала лишь мутная грязь. Лу Синчжао попытался заглянуть в расщелину сверху, но разглядел лишь сплошную черноту. Даже его острое зрение упиралось в непостижимую, мрачную бездну.

Прошло совсем немного времени, как Белый Дракон снова вытолкнуло наверх столб воды — в знак возвращения.

Затем из щели один за другим вылетели два полуметровых масляных бочонка, несколько спутавшихся между собой рюкзаков, горы мелких автомобильных деталей и даже в придачу — одно ватное одеяло.

Все присутствующие лишились дар речи!

Янь Фэйгуан обрадовался:

— Это гонорар за выступление? Спасибо большое, вообще-то я пою бесплатно, просто немного умею. Я ведь просто хотел найти способ объясниться...

Белый Дракон радостно окатило его с ног до головы водяной струей.

Янь Фэйгуан промок до нитки, будто его только что вытащили из реки, повернулся к Лу Синчжао и радостно сообщил:

— Ему очень понравилось! Говорит, давайте заглядывайте почаще!

Не успел звук затихнуть, как Лу Синчжао тоже получил порцию воды в лицо.

Лу Синчжао:

— ...

Янь Фэйгуан пояснил:

— О, а это он просит хорошо заботиться о тех маленьких рыбках и почаще приносить ему парочку навестить!

Лу Синчжао только приоткрыл рот, чтобы ответить, как в него полетела новая волна, так что ему пришлось молча захлопнуть пасть.

Янь Фэйгуан продолжил переводить:

— Угу, а это значит, что он будет платить нам содержание — наверное, он имеет в виду весь этот хлам? Позвать нашего кумира перетащить всё это?

Спустя пару минут кумир Янь Фэйгуана — Хуа Линь — прибыл к месту сбора добычи. Увидев разбросанный вокруг разномастный скарб, он просиял:

— А Царь-дракон щедр!

Лу Синчжао приподнял один из рюкзаков, догадавшись, что всё это угодило под землю во время землетрясения: большинство вещей деформировалось, сплелось в тугие узлы и тащить их было крайне неудобно.

Лу Синчжао скомандовал:

— Отойдите, я сам перетащу.

Он уже собрался сконцентрировать внутреннюю энергию и поднатужиться во всю мощь, как вдруг Хуа Линь с лукавой улыбкой выудил из кармана двух зверьков —

Хуа Эргәя и Златогривку.

Парочка сделала круг на ладони у хозяина, и Хуа Линь шёпотом отдал приказ:

— Землю тут зачистить надо, потрудись-ка на славу, Златогривка.

Пространственной способностью обладал Хуа Эргэй, почему же похвал заслужила Златогривка?

Двое мужчин ещё не успели додумать эту мысль, как Златогривка властным движением дернула Эргәя за ухо и заставила семениць следом за собой по руке Хуа Линя на землю.

Оба хомячка шнырнули в груду хлама, и через мгновение их след простыл, зато предметы на земле один за другим начали странным образом исчезать.

Наконец, когда всё было прибрано, Златогривка снова ухватила благоверного за шкирку, вернула на ладонь Хуа Линю и самодовольно пискнула, заявляя об идеальном выполнении задания.

Лу Синчжао ошарашенно хлопал глазами, а Хуа Линь улыбнулся:

— Зачем брату утруждаться по пустякам, пошли-ка домой. Глядишь, сколько добра принесли, у нашего Сахарка теперь прибавится хлопот.

Вернувшись на базу, Сахарек и впрямь схватился за голову:

— Что это за хлам?! Вот это — отбойник с дороги, а это — часть фонарного столба, как их вообще угораздило так перекрутиться меж собой? Превращать мусор в полезные вещи тоже имеет предел, спасибо большое, но я всё же не универсальный автомат с желаниями.

Хуа Линь шёпотом вставил:

— Знаю-знаю, универсальный у нас Янь Фэйгуан, а автомат с желаниями — Лу Синчжао.

Дань Чжэ:

— ...Если подумать, в твоих словах есть железная логика.

Хуа Линь закатал рукава, помогая Дань Чжэ сортировать привезённое и попутно выкладывая всю историю целиком.

Выслушав его, Дань Чжэ не сдержал скепсиса на лице:

— Ты не шутишь? Этот второсортный скрипач — оперный тенор?

Хуа Линь заметил:

— Теперь и сам не знаю. Кем бы он ни оказался, я уже ничему не удивлюсь — даже если выяснится, что он инопланетянин...

— К слову, что делать с тем Белым Драконом? Оно ведь так и будет там сидеть? А как же наши запасы грунтовых вод? — забеспокоился Дань Чжэ. — Нельзя же вечно рисковать и шарить по всей округе в поисках ресурсов.

Хуа Линь тоже задумывался об этом:

— Думаю, оно не станет сидеть там вечно. В крайнем случае заставим Янь Фэйгуана снова пустить в ход очарование, позовём Белого Дракона переселиться к водоёму, и сможем торговать с ним хоть каждый день... Хе-хе-хе.

Дань Чжэ по хищной улыбке напарника легко догадался о его планах и съязвил:

— Ага, ловить рыбу в его же водохранилище, потом разводить её, снова ловить и вести с ним торговлю — бизнес с нулевыми вложениями и стопроцентной прибылью?

Хуа Линь лучезарно улыбнулся:

— Это называется устойчивым развитием.

http://bllate.org/book/18707/1808029