Готовый перевод I Might Have Transmigrated Into a Fake Book / Я попал не в ту книгу!: Глава 23

В этот момент резиденцию наполняло напряжение. В полумраке просторной комнаты сидело больше десятка людей.

Кто-то из них выглядел старчески, кто-то отличался благородными чертами лица, но всех их объединяло одно — от каждого исходила мощная аура.

— Посланники высшей секты прибудут со дня на день, и тогда они отберут в нашей резиденции одаренную молодежь с духовными корнями для вступления в секту. Поэтому, старейшины, приведите всех детей из ваших ветвей младше десяти лет. Этот шанс станет моментом возвышения нашего клана Бай, мы непременно должны подавить клан Чжао! — восседавший во главе угла глава клана Бай Бай Лунъинь, несмотря на мягкую внешность, излучал невыносимое для непокорных величие. Сейчас его лицо было суровым, а от него самого исходил устремленный в небеса боевой дух.

— Следуем приказу главы клана! — Что бы ни таили в сердцах старейшины различных ветвей, в этот момент все они держались сдержанно и серьезно, не показывая и малейшей тени эмоций.

— Все старейшины ставят во главу угла общие интересы, поистине это великое счастье нашей Резиденции Байлун. — Бай Лунъинь кивнул, являя довольную улыбку.

В этом прекрасном и величественном зале нашелся темный уголок, где жался к стене маленький ребенок.

Ребенок был тощим и мелким, с землистым цветом лица, в не по росту широких и длинных одеждах, сплошь покрытых пятнами грязи.

Однако сейчас на лице этого ребенка застыло странное, неуместное для малыша выражение — то ли радость, то ли скорбь, то ли обида, то ли гнев. Это был не кто иной, как рожденный от простой смертной внебрачный сын главы Резиденции Байлун Бай Цзышэн.

— Это... Резиденция Байлун... — пробормотал он и сам собой издал насмешку. — Оказывается, это Резиденция Байлун...! — Бай Цзышэн закрыл лицо руками и горько заплакал, вид его был ужасен. Спустя мгновение он медленно поднялся на ноги, и на его лице уже царило полное спокойствие.

В прошлой жизни он, Бай Цзышэн, слепо доверился подлым людям, из-за чего от него отвернулся лучший друг, а сам он погиб, рассеявшись в небытие.

Вспоминая прошлую жизнь, то, как Резиденция Байлун вероломно напала на него, когда он потерял бдительность, ради захвата секретной обители, детское личико Бай Цзышэна ожесточилось еще сильнее, а в глазах промелькнула боль и ненависть.

Но... Бай Цзышэн нахмурился: он отчетливо помнил, что в прошлой жизни тот самый гордый талант Резиденции Байлун по имени Бай Чжэн атаковал его изподтишка с помощью тайной техники, не оставив от него даже костей, и даже Первичный Дух утратил чистоту. Почему же теперь... он вдруг вернулся в эту Резиденцию Байлун?

К тому же... Бай Цзышэн поднял свои тонкие худенькие ручки — это было тело восьмилетнего ребенка!

Поразмыслив немного, Бай Цзышэн с облегчением улыбнулся: получить шанс прожить жизнь заново — разве это не дар небесного пути? К чему терзаться сомнениями?

Сейчас самое главное — ступить на путь бессмертия и усердно заняться культивацией. А заодно... обречь Резиденцию Байлун на крах в этой жизни, лишив ее всякой надежды подняться, чтобы усмирить своего внутреннего демона.

Верно, Бай Цзышэн уже заметил, что ненависть к Резиденции Байлун разъела его сознание, превратившись во внутреннего демона, затаившегося в его сердце.

Не искоренишь ненависть — не рассеется внутренний демон... Не рассеется внутренний демон — не будет надежды достичь бессмертия!

Но Резиденция Байлун — это опора Города Байюнь. Раз уж он вознамерился безжалостно уничтожить ее, ему необходимо накопить собственную силу, чтобы раздавить их так, чтобы они больше никогда не смогли подняться!

Бай Цзышэн задумчиво примолк, мысленно восстанавливая события прошлой жизни, и наконец вспомнил, какое сейчас время, а также припомнил... великое событие, которое должно было произойти в ближайшее время.

Именно в этот год Секта Бессмертных Возвращения к Истоку — высшая секта, которой подчинялся Город Байюнь, — собиралась прибыть сюда для отбора учеников с целью укрепления своих горных врат. Глаза Бай Цзышэна слегка сузились, а на дне зрачков промелькнула тоска.

В прошлой жизни... когда Резиденция Байлун учинила смертоносную расправу, подоспел его друг, культивировавший в тайной обители Секты Бессмертных Возвращения к Истоку, и попытался выиграть для него время. Кто бы мог подумать... Резиденция Байлун, ослепленная жаждой наживы из-за секретной обители, ввергла друга в тяжелые раны, ни во что не став ставить мощь секты бессмертных!

Это жуткое зрелище...

Бай Цзышэн до боли сжал ладони до ногтей, в его глазах читалась смертельная решимость.

В этой жизни он сам войдет в эту секту бессмертных второго ранга, станет усердно совершенствоваться и заставит Резиденцию Байлун заплатить кровью за кровь! И конечно... он будет идти рука об руку с другом по бессмертному пути, постигая великое Дао вместе, и больше никогда, как в прошлой жизни, они не отвернутся друг от друга.

Впрочем, хотя Бай Цзышэн и стремился попасть в Секту Бессмертных Возвращения к Истоку, он делал это лишь ради того, чтобы отыскать своего друга из прошлой жизни Цзоцю Нина, вовсе не желая изучать каноны этой секты.

В конце концов, в этом мире едва ли сыщется много техник культивации, способных сравниться с легендарным бессмертным методом.

А наследие «Формула Слияния Хаоса в Единое Целое» было высечено прямо в Божественной душе Бай Цзышэна: пока не разрушена Божественная душа, не исчезнет и наследие.

И это наследие... досталось ему ценой отчаянной борьбы друга, который выиграл время для завершения передачи.

При мысли об этом сердце Бай Цзышэна сжалось от горечи: это из-за него... друг повредил свои корни.

Даже когда сам он выказывал недоверие, друг все равно был готов сражаться насмерть, чтобы защитить его — эту искреннюю дружбу Бай Цзышэн не смел забыть.

Бай Цзышэн глубоко вздохнул, прогоняя рой мыслей. Сейчас... было совсем не время предаваться воспоминаниям...

Раз уж ему выпал шанс прожить жизнь заново, Бай Цзышэн прекрасно знал свои природные задатки.

В прошлой жизни, даже обладая лишь техникой черного ранга, он ухитрился войти в ряды предков Зарождающейся Души незадолго до своего тысячелетия, что несомненно доказывало его превосходный потенциал.

Подумать только, как забавно: тогда Бай Лунъинь почитал за бесценное сокровище и всячески холил сокровище двойного духовного корня воды и дерева в лице Бай Чжэна, возлагая на него огромные надежды; к нему же, внебрачному сыну, он относился с полным равнодушием и даже лютой ненавистью.

Жаль, нельзя взглянуть... какое лицо сделает Бай Лунъинь, когда узнает, что презираемый им ублюдок обладает чистейшим духовным корнем воды наивысшего качества.

Словно вспомнив нечто забавное, уголки губ Бай Цзышэна приподнялись, а в глазах блеснул холодный свет.

Он слегка опустил ресницы, машинально погладив рукав. И хотя он выглядел жалко и несчастно, от этого зрелища у любого кровь стыла в żyłach.

— Бай Лунъинь... отец. — Тихое бормотание, казалось, все еще таило в себе нотки нежности. Бай Цзышэн легко улыбался, в точности походя на благовонного и утонченного молодого господина.

В прошлой жизни из-за холодного безразличия Бай Лунъиня он провел все детство в страхе и осторожности, не говоря уж о том, чтобы ступить на путь культивации. Но в этой жизни...

Располагая легендарным бессмертным методом, стоило ему лишь войти в секту бессмертных и обрести защиту, как в будущем он непременно заставил бы Резиденцию Байлун навсегда лишиться шанса на спасение!

Сжав кончики пальцев, Бай Цзышэн убрал улыбку и мысленно перебрал требования Секты Бессмертных Возвращения к Истоку к новобранцам из прошлой жизни.

Третий уровень Концентрации Ци позволял войти во внешние врата, десятый уровень Концентрации Ци — во внутренние...

Имея преимущество в виде чистого духовного корня воды и прибавку от легендарной техники, поднять уровень до Третьего уровня Концентрации Ци всего за месяц — задача не из легких. Похоже, придется поискать подходящее место для уединенной культивации.

Опираясь на воспоминания в своей голове, Бай Цзышэн беспрепятственно покинул Резиденцию Байлун. Он был уверен: никто в резиденции даже не заметит его ухода.

Подумать только, кому есть дело до внебрачного сына, нелюбимого главой клана и не проявляющего никаких талантов? Не будь у него в прошлой жизни выявлен чистый духовный корень воды, его статус в резиденции, пожалуй, оказался бы ниже, чем у простого слуги.

Бай Цзышэн направился к горе Ваньцин за городом. Гора Ваньцин была безлюдной, что как нельзя лучше подходило для того, чтобы впервые вдохнуть Ци в тело — в конце концов, речь шла о легендарной технике, кто знает, что произойдет во время культивации?

Спустя час Бай Цзышэн поднялся до середины склона, отыскал скрытую пещеру и нырнул внутрь. Не заботясь об осмотре обстановки, он скрестил ноги и безмолвно прислушался к дыханию мира.

Глубоко вздохнув, он по привычке погрузился в свое море сознания. В хаотичном море сознания тихо паял древний свиток.

Он мысленно подтолкнул свиток, коснувшись его своей духовной силой. Словно ощутив родственную энергию, свиток не выказал никакого сопротивления и стал медленно раскрываться.

В тот же миг из него хлынул первозданный, древний поток энергии, и бесчисленные сакральные иероглифы хлынули в море сознания, заставив его содрогнуться. Вслед за этим в его голове проступила строка темных иероглифов —

«Формула Слияния Хаоса в Единое Целое: Глава Введения в Ци».

Слегка ошеломленный, Бай Цзышэн с удивлением обнаружил, что эти глубокие и таинственные иероглифы словно обладали собственной волей — они сами собой начали направлять потоки энергии в его теле.

С началом работы техники вокруг него стали зарождаться крошечные нити молочно-белого газа. Они кружились вокруг него, легонько касаясь кожи, словно норовя проникнуть внутрь тела.

Сердце Бай Цзышэна дрогнуло. Стоило ему лишь чуть ускорить вращение техники, как молочно-белые потоки послушно потянулись за его волей, тончайшими нитями вливаясь в его плоть.

Ощутив приток небесной Ци, даже Бай Цзышэн, некогда восседавний на вершине Зарождающейся Души, не смог сдержать волнения. Наконец-то, переродившись в этом мире, он снова ступил на путь бессмертия!

На этот раз он перебьет всех этих лицемерных праведников, очистит свое сердце Дао и прошагает вечность по бессмертному пути бок о бок с другом!

При мысли о друге на губах Бай Цзышэна промелькнула улыбка. Если во всем мире и остался хоть кто-то, кому он мог довериться... то это был только его друг.

Под влиянием волнений в душе техника закрутилась еще свободнее. Небесная Ци непрерывным потоком вливалась в тело, гудя и рокоча, образуя молочно-белый водоворот, из-за чего воздух на горе Ваньцин заметно поблек.

Наконец, неизвестно сколько времени спустя, в сознании словно раскололся громовой удар — барьер Первого уровня Концентрации Ци был пробит!

Бай Цзышэн открыл глаза, и в их глубине блеснул свет.

Оглядев еще не рассеявшуюся Ци и поредевшие потоки вокруг пещеры, он испытал невольный испуг...

Не прояви он осторожности, подобного зрелища хватило бы, чтобы кто-то догадался о наличии у него легендарной техники! А с его нынешней силой ему бы ни за что не пережить подобную напасть! Как повезло, как сильно повезло...

— ...Раз уж ты успешно привлек Ци в тело, не мог бы ты покинуть мою обитель? — раздался холодный, равнодушный голос, напоминающий стук ледяных бусин, от которого у Бай Цзышэна волосы встали дыбом. Там кто-то был!

В глазах Бай Цзышэна мелькнула настороженность, но он не смел делать резких движений — уровень силы этого человека определенно превосходил ступень Концентрации Ци!

40. Выходить ли замуж?

...Вок, ты что, издеваешься?!

Цзо Юань чувствовал, что его мозг сейчас взорвется.

В оригинальном романе он действительно прописал злодею жену — младшую сестру главного героя!

...Хотя та была фальшивой женой.

Но ведь то условие работало лишь потому, что она была девочкой! А теперь злодей, прекрасно зная, что он мужчина и что у него есть очень мощный большой меч, все равно хочет на нем жениться! Мозги зомби сгрызли его рассудок, что ли?!

— Эргоу... — Цзо Юань похлопал Ваньци Юя по плечу и произнес отеческим тоном, полным разочарования: — Понимаешь, хоть однополая любовь — это истинное чувство, тебе все равно нужно продолжать род. Лучше успокойся и возьми в жены какую-нибудь добропорядочную девушку.

Поразмыслив секунду, он добавил: — Сестрица Люй Ло вполне подойдет.

Ваньци Юй молча выслушал тираду Цзо Юаня, затем отступил на шаг назад и посмотрел на него взглядом, полным глубокой обиды и оскорбленного достоинства: — Разве брату не нравится Сяо Юй?

Цзо Юань почувствовал себя неловко под этим жалостливым взглядом, отвел глаза и фальшиво-восторженным тоном протянул: — А-ха-ха, конечно ты мне нравишься, Эргоу, но понимаешь...

— Если я нравлюсь брату, почему ты не можешь выйти за меня? — Услышав слово нравится, Ваньци Юй просиял.

...Вот же чёрт, опять его занесло по кругу.

— Почему ты обязательно хочешь жениться именно на мне?

— Потому что Сяо Юй любит брата. — Ваньци Юй склонил голову набок и улыбнулся Цзо Юаню, и на его красивом лице отразилась чистейшая невинность.

...Хоть Цзо Юань и понимал, что Ваньци Юй, скорее всего, притворяется, сердце все равно невольно пропустило удар от этого зрелища.

До чего же мило! Это просто запрещенный прием...

— К тому же, разве есть что-то плохое в том, чтобы брат вышел за меня? — Ваньци Юй подался вперед, положил подбородок на плечо Цзо Юаню и забормотал что-то под нос.

...

Кажется, и вправду ничего плохого...

Ваньци Юй — повелитель Мира Диких Зверей, обладает колоссальной властью, высочайшей силой, кучей денег да еще и писаный красавец — тьфу-тьфу-тьфу, о чем это я думаю! Я же стопроцентный гетеросексуал вселенского масштаба!

Цзо Юаня едва не хватил удар от собственных мыслей, и он поспешно оттолкнул Ваньци Юя: — Сяо Юй, гармония Инь и Ян — вот истинный путь. Сам подумай, кто в здравом уме возьмет себе мужа-мужчину?

— Разве Цзо Линь не сделал этого? — Ваньци Юй приподнял бровь, нанеся Цзо Юаню критический удар.

!!!

Главный герой-жеребец из разряда неприступных ледяных цветов, которого он с таким трудом вылепил, ушел в гей-культуру!

Для автора романа про гаремник, особенно для первоавтора, это, пожалуй, не слишком дружелюбный поворот...

— ...Н-не может быть. — Цзо Юань почувствовал легкое помрачение рассудка.

Неужели этот мир окончательно скатился в миру гельминтов-яойщиков?!

И тут Цзо Юаня внезапно осенило насчет Юнь Сяо и его Лянь'эр...

Догадки так и просились наружу!

*(П.С.: Обещанных духовных камней ему так и не дали! Какая же ненадежная парочка актеров!)*

Цзо Юань поморгал, пытаясь загнать обратно подступающие к глазам слезы, но те все равно капали кап за капкой. На фоне такого лица это выглядело донельзя жалко.

— ...Брат? — тихо позвал Ваньци Юй, с ноткой тоски в голосе. — Что случилось?

— Ничего... — Цзо Юань потер глаза, мысленно оплакивая свое канувшее в лету творение и его гаремного протагониста.

Неудивительно, что Гуань Сань разговаривал таким странным, вызывающим колики тоном, когда утверждал, будто мир был воссоздан заново... Оказывается, его перестроили в мир, где главный герой вместо девчонок предпочитает мужиков!

И зачем тогда, спрашивается, нужно было закидывать его сюда, раз уж мир настолько исказился в процессе самовосстановления!

— Брат правда не может выйти за меня? — Ваньци Юй опустил голову, и пряди черных, как смоль, волос скрыли его выражение лица. — Если только брат выйдет за меня...

— Согласен. — Ответ прозвучал настолько четко и решительно, что в нем не осталось и следа прежних попыток вразумить заблудшую молодежь одуматься!

Ваньци Юй поднял голову, озарившись улыбкой, и уже собирался что-то произнести, как Цзо Юань перебил его:

— Выйти за тебя я согласен, но брак должен быть фиктивным. — Быстро выпалил Цзо Юань.

...Ничего не попишешь, он вдруг вспомнил, что его задачей было послужить для Эргоу опорой и помочь тому ступить на путь Повелителя Мира.

— Фиктивным? — низким, бархатным голосом медленно повторил Ваньци Юй, а затем улыбнулся. — Хорошо.

Цзо Юань с облегчением выдохнул.

Вот только почему-то его не покидало смутное ощущение подвоха.

...Конец, гляделки-пятнашки в молчании, как-то неловко, что делать?

— Как ты догадался, что я — это я? — Звучало немного коряво, но Цзо Юаню безумно хотелось узнать, по каким признакам Ваньци Юй вообще его опознал?

Стоит учесть, что даже Цзо Линь, прекрасно знавший ауру Цзо Юаньаня, не смог его распознать.

Хотя на самом деле здешнего Цзо Юаньаня никогда не существовало — это была лишь иллюзия, созданная Гуань Санем и остальными ради того, чтобы обеспечить ему личность.

Неужели всё было воссоздано в строгом соответствии с его собственной аурой? Но если так, Цзо Линь непременно должен был почувствовать его родной запах...

Значит, в восприятии Цзо Линя или жителей этого мира аура Цзо Юаньаня отличалась от его собственной ауры Цзо Юаня, и тем не менее Ваньци Юй как-то понял, что он вернулся — это же просто безумие какое-то.

Жутко любопытно.

— Ххе... — Ваньци Юй легко усмехнулся и коснулся задней части шеи Цзо Юаня. — Я оставил метку на теле брата, конечно же, я знаю, что это ты.

Оставил метку.

Цзо Юань сохранял каменное выражение лица.

Он готов был поклясться, что упомянутая Ваньци Юем метка — вовсе не какая-нибудь пустяковая царапина, а запечатлена, пожалуй, прямо на его душе.

Как поступить, если происходящее кажется одновременно пугающим и необъяснимым?

— Брат может не переживать, — пальцы Ваньци Юя легонько погладили затылок Цзо Юаня, уголки его бездонных глаз слегка сузились в ласковой, дерзкой улыбке. — Сяо Юй не причинит брату вреда.

Щас же поверил.

Цзо Юань закатил глаза, но не стал просить Ваньци Юя убрать эту так называемую метку.

...Потому что знал: даже если попросить, Ваньци Юй всё равно не послушает.

Пожалуй, он самый жалкий хозяин во вселенной.

— Кто же ты на самом деле, брат? — улыбнувшись, повторил свой вопрос Ваньци Юй.

— ...Я просто одинокая душа, — Цзо Юаню почти хотелось плакать, лгать перед главным боссом — это колоссальный стресс. — Стоило проснуться, как я уже стал вот таким.

Ваньци Юй молча смотрел на него довольно долго, а затем улыбнулся: — Я верю брату.

Поэтому постарайся не врать.

Цзо Юань даже боялся представить, какими последствиями обернется для него разоблачение Ваньци Юем его подлинного происхождения...

Неужели он умрет и вернется в двадцать первый век?

Даже если он вернется, Гуань Сань с компанией наверняка закинут его обратно.

— М-м. — Цзо Юань хлопнул Ваньци Юя по руке, давая понять, чтобы тот отпустил его. Ваньци Юй помедлил секунду, а затем медленно отстранился.

— Пойдем, — Цзо Юань одернул подол платья. — Пойдем скажем брату, что мы же... женимся.

— М-м. — Похоже, само слово о женитьбе доставило ему удовольствие — на лице Ваньци Юя сияла улыбка, и он совершенно не походил на легендарного великого злодея, способного заставить детей плакать по ночам.

— ...Эргоу случаем не поплыл по мальчикам?

— Сяо Юй, что тебе во мне нравится? — озадачился Цзо Юань.

— Просто нравишься, и всё.

— Оу.

Похоже, это было лишь временное умопомрачение, когда родственные чувства перепутали с романтическими. Эх, выполняя будущие задания, придется знакомить его со всякими красавцами, раз уж Цзо Линь всё равно свернул не туда.

Цзо Юань горько сокрушался: проклятие в духе главный герой-жеребец в конце концов будет иметь всех поголовно, судя по всему, сбылось наяву, да еще и при том, что у него самого большой меч остался на месте, а вот телом он теперь девушка — как теперь соблазнять девчонок?

Не ровен час, соблазнишь какую-нибудь девицу, а она окажется любительницей юри... вот тут-то и наступит испанский стыд.

Цзо Юань, непривычный к платьям, осторожно семенил мелкими шажками, преодолевая крошечные расстояния, вот только промежутки между его шагами равнялись нескольким чжанам.

Ваньци Юй никуда не спешил и следовал шагом позади, словно прогуливаясь, хотя его тяжелый взгляд был прикован к фигуре Цзо Юаня впереди.

Будучи человеком культивации, как бы ни непривычно было носить платье, передвигался Цзо Юань крайне быстро, и не прошло много времени, как они вернулись в главный зал.

Цзо Линь по-прежнему сидел в той же позе, в какой они его оставили — изваянный словно из изысканного и прекрасного льда, он восседал на главном троне, глядя на весь мир с высоты своего величия.

Лишь когда Цзо Юань с компаньоном вошли внутрь, эта ледяная статуя чуть-чуть оттаяла.

Цзо Юань одернул подол платья, застыл с легкой и безупречно элегантной улыбкой на губах и сладко-сладко окликнул Цзо Линя:

— Брат...

...Жизнь под чужой крышей научит кланяться.

Цзо Линь чуть приподнял подбородок, его взгляд на мгновение задержался на парочке, после чего он неспешно произнес:

— Юань'ань, то, о чем говорил Владыка демонов Моци...

— М-м, Юань'ань согласен. — Цзо Юань скривился внутренне, но кивнул, изображая на лице полную готовность — приступ неловкости окатил его волной жара от самых пят до макушки, так что выглядел он сейчас донельзя смущенным.

Цзо Линь вздохнул, а затем перевел взгляд на Ваньци Юя: — Владыка демонов Моци, у меня, сироты, есть лишь одна младшая сестра Юань'ань, надеюсь, в будущем ты будешь относиться к ней с должной заботой.

— Разумеется. — Ваньци Юй легко улыбнулся, являя собой образец утонченной галантности.

http://bllate.org/book/18592/1790568