Готовый перевод The Empire's Top Omega Matched Their Archrival / Имперская Омега высшего класса и её заклятый враг: Глава 20

Шэнь Янь долго стоял неподвижно, пока мимо не пролетел очередной лепесток. Его ресницы дрогнули, он отвел взгляд и снова посмотрел на древний трактат по военному искусству.

— Сколько стоит эта книга?

Имя Шэнь Яня, сорвавшееся с губ Си Гуюаня, прозвучало с какой-то магической силой, от которой бросало в жар. Особенно сейчас, когда сам Шэнь Янь не решался ответить.

Си Цзяньчжи перевел взгляд на них двоих. Он присмотрелся, пытаясь понять, что же на самом деле на уме у Си Гуюаня, но его собственная улыбка осталась неизменной:

— Если Командующему нравится, забирайте. Это всего лишь мои рукописные копии, которыми я занимался в свободное время, чтобы скоротать досуг. Никаких затрат, одни лишь чернила да бумага.

Шэнь Янь посмотрел на него, но не ответил на эту любезность. Его чистый, холодный взгляд, напоминающий лунный свет на тонком льду, скрывал в себе едва уловимое упорство.

Си Цзяньчжи смущенно улыбнулся:

— Десять золотых монет.

Он начал понимать мысли своего младшего брата. Дразнить Шэнь Яня действительно было забавно, а потакать его упрямству — вовсе не в тягость, напротив, это приносило какое-то странное удовлетворение.

Шэнь Янь обладал редким качеством: он заставлял кровь альф бурлить сильнее, чем любой другой омега, но при этом никто не осмеливался позволить себе вольности. Большинство альф не испытывали подобных противоречивых чувств к одному и тому же человеку, но Шэнь Янь был исключением.

Шэнь Янь оплатил покупку через световой мозг, поблагодарил Си Цзяньчжи и развернулся. Ему не нравилось, как тот на него смотрел — пусть и мягко, и интеллигентно, но это был взгляд альфы на омегу.

Вдруг чья-то рука схватила его за предплечье. Ткань рубашки была тонкой, и ладонь гостя обжигала кожу. Шэнь Янь нахмурился, собираясь сделать замечание, но в следующую секунду широко раскрыл глаза и замер на месте.

Пальцы с легкими мозолями коснулись его затылка. Несмотря на пластырь-блокатор феромонов, он почувствовал отчетливый зуд, который волной прокатился по спине до самого копчика, превращаясь в легкую истому.

Си Гуюань прижал край его воротника, слегка оттянув его вниз, чтобы обнажить белую кожу шеи и красивый изгиб позвонка. Другой рукой он подцепил край пластыря и подушечкой пальца разгладил его.

— Сам клеил? — спросил Си Гуюань у него за спиной и тут же добавил равнодушно: — Помялся.

Шэнь Янь вздрогнул. Ему за шиворот залетел лепесток и медленно скользнул по коже, вызывая мягкое, едва ощутимое прикосновение, пока не застрял в поясничной ямке.

Шэнь Янь не стал сопротивляться, лишь глубоко вздохнул и пошел вперед. Си Гуюань отпустил его, не пытаясь задержать. Он лишь подцепил пальцами розовый лепесток, который вытащил из-за воротника, и, опустив руку, позволил ему упасть.

Си Цзяньчжи посмотрел на брата и на мгновение задумался:

— Гуюань, как давно вы знакомы?

— Семнадцать лет, — Си Гуюань проводил взглядом удаляющуюся фигуру Шэнь Яня и невозмутимо добавил: — И четыре месяца.

Бай Бин лично вернул Сяо Иня, осыпая всех извинениями:

— Простите, Командующий, простите! Мы должны были вернуться раньше, но зашли в парк аттракционов, я просто не смог отказать...

— Ничего страшного.

Бай Бин, заметив, что настроение у Командующего не самое лучшее, решил, что это его вина, и был готов просить прощения хоть до ночи, провожая того до самого дома.

У дверей Бай Бин вспомнил свои ощущения от прошлого визита в тренировочное общежитие и наотрез отказался заходить внутрь.

Шэнь Янь, уже порядком уставший, спросил, нужен ли ему еще Сяо Инь. Он разрешил пользоваться роботом, когда угодно, лишь бы тот возвращали каждое утро.

Бай Бин, сияя от счастья, остался стоять за дверью.

Внутри квартиры пахло жареной рыбой. Из кухни выглянула каштановая голова, в руке у парня была черная силиконовая лопатка.

— Брат Шэнь Янь, ты вернулся!

Юэ Хай высунулся, но тут же поспешно скрылся обратно, и из кухни донесся его вскрик:

— Ой, моя рыба!

Вскоре он вышел с белым фарфоровым блюдом, на котором лежала слегка переваренная рыба. Мякоть распадалась на белоснежные, почти прозрачные кусочки.

Шэнь Янь опустился на диван и посмотрел на журнальный столик, где стояла ваза с фруктами, у которой не хватало крыльев, а в голову фигурки феникса была воткнута длинная тонкая вилка.

— Черной Жемчужине лучше? — Шэнь Янь потер переносицу. На диване лежала дополнительная подушка, но даже с ней в пояснице ощущалась тяжесть.

Юэ Хай сел рядом и палочками начал разминать кусочки рыбы:

— Она бодрая, просто есть не хочет. Я вот рыбы приготовил, не знаю, станет ли она.

Омега поднял глаза и с беспокойством посмотрел на Шэнь Яня:

— Брат Шэнь Янь, ты очень устал?

Шэнь Янь поджал губы:

— Сколько у тебя длился период вторичного полового созревания?

— Хм... месяца два? — Юэ Хай смущенно улыбнулся. — На самом деле, у меня все прошло гладко, без особых мучений. Учитель сказал, что это потому, что я заранее знал, что стану омегой, поэтому был готов морально.

Он закончил отделять мясо, поднялся с тарелкой и подошел к кошачьему домику, чтобы положить угощение в миску. Черная Жемчужина, маленький пушистый комочек, свернулась на самой верхней полке и с интересом наблюдала за происходящим.

Юэ Хай не стал мешать кошке и вернулся в гостиную, намереваясь продолжить разговор.

Он подпер лицо ладонями и с грустью вздохнул:

— Брат Шэнь Янь, это правда, что старший брат сказал, будто тебе теперь нужно каждый день проводить со своим подходящим альфой? Каждый день!

На его лице читалось полное потрясение, словно речь шла о чем-то совершенно немыслимом.

http://bllate.org/book/18568/1787107