Готовый перевод Strategy of the Illegitimate Daughter: Return of the Poisonous Empress / План незаконнорождённой дочери: Возвращение ядовитой императрицы: Глава 217

— Старуха лишь заметила, что на ладони второй принцессы вырезаны какие-то знаки. Раз я служу Будде, не могу скрыть подобное. Но эти знаки — не моё дело! Вчера ночью в погребальном зале побывало не только моё старое тело. Да и разве другие поймут, как мать переживает за своего сына?

С этими словами она устремила взгляд прямо на Дуань Инли.

Это был недвусмысленный намёк: именно Дуань Инли могла осквернить тело второй принцессы.

В этот момент госпожа Чжао медленно подошла к наследному принцу Фэн Юю. Её глаза наполнились слезами:

— Дитя моё, ты ведь не станешь винить меня? Раньше я ошиблась, обвинив тебя.

Фэн Юй лишь молча смотрел на неё, не произнося ни слова.

Госпожа Чжао продолжила:

— Ты должен понимать, кто на самом деле хочет твоей гибели, кто ненавидит тебя до мозга костей...

Её взгляд, полный злобы, упал на Дуань Инли.

— Насколько мне известно, эта женщина однажды даже пыталась убить наследного принца! После неудачи её спас бунтовщик Мо Фэн, а теперь она каким-то образом вернулась к его стороне — явно с дурными намерениями. Воспользовавшись смертью второй принцессы, она пытается оклеветать наследного принца. К тому же последним, кого видела принцесса перед смертью, была именно госпожа Дуань.

Эти слова ударили, словно гром среди ясного неба. Все присутствующие в изумлении уставились на Дуань Инли. Хотя тайная борьба между ней и Фэн Юем никогда не прекращалась, она всегда оставалась скрытой. Ни Фэн Юй, ни Дуань Инли, ни даже Мо Фэн никогда не выносили свои распри на публику подобным образом.

— Няня, ты слишком много знаешь, — произнёс он.

Раньше он всегда называл её «мама», но сейчас — «няня». Его голос был тих, но ледяно-равнодушен. Все замолкли и перевели взгляд на него.

Фэн Юй продолжил:

— Я верю, что это дело не имеет отношения к Инли.

— А вот я думаю, что связь здесь самая прямая... — раздался звонкий голосок.

Из толпы вышла Дуань Фу Жун в роскошном наряде. Пусть Фэн Юй и унизил её до немыслимых глубин, пусть её левая рука теперь выглядела уродливо — ничто не могло помешать ей считать себя первой красавицей поднебесной.

Высоко задрав подбородок, она поклонилась Хань Циню и Тан Жую, а затем продолжила:

— На самом деле именно Дуань Инли всё это время желала гибели наследного принца. Я своими глазами видела, как она подсыпала яд в его лекарство. Она хотела убить его и даже преследовала меня, свою будущую наследную принцессу!

Цинь Бинъюй в изумлении воскликнул:

— Фу Жун, ты как сюда попала?

— Я следовала за вами, — гордо ответила Дуань Фу Жун. — Вы так таинственно вели себя, что я решила узнать, в чём дело. Раз случилось несчастье, я, как будущая наследная принцесса, обязана здесь присутствовать.

Цинь Бинъюй нахмурился:

— Дело запутанное, Фу Жун, не болтай лишнего.

Он многозначительно посмотрел на неё, давая понять, чтобы она ушла и больше не вмешивалась.

Но Дуань Фу Жун возразила:

— Как я могу молчать, когда дело касается правды? Иначе я предам память второй принцессы!

Хань Цинь холодно произнёс:

— Госпожа Дуань, за подобные обвинения нужны доказательства. Иначе это просто клевета.

— Доказательства? Хорошо, я их предоставлю! — Дуань Фу Жун презрительно взглянула на Дуань Инли и потянулась за перчаткой на левой руке.

— Ты ничего не понимаешь. Не мешайся здесь, — остановил её Фэн Юй.

— Я ничего не понимаю? Мешаюсь? — рассмеялась она горько. — Даже если я умру здесь сегодня, то умру ради тебя, наследный принц! Я хочу, чтобы ты наконец увидел, насколько злокозненна эта змея!

С этими словами она резко сорвала перчатку. Все ахнули: на её руке не было ногтей — лишь пять обезображенных пальцев с заживающими ранами. Этот ужасный вид резко контрастировал с её славой несравненной красавицы, делая её облик зловещим и странным.

— Госпожа Дуань, что случилось с вашей рукой? — спросил кто-то.

Фэн Юй ответил без тени сомнения:

— Её ногти приказал вырвать я!

Лицо Дуань Фу Жун побледнело.

— Нет! Это она! Именно она довела меня до такого состояния! — палец с обезображенным кончиком указал прямо на Дуань Инли.

Тан Жуй, зная, что Дуань Инли дружит с его дочерью, всё же не мог вмешаться из-за столь слабой связи. Он холодно спросил:

— Госпожа Дуань Инли, правда ли это?

— Правда, — спокойно ответила она. — Но это не имеет никакого отношения к смерти принцессы.

— Как это не имеет? — возмутилась Дуань Фу Жун. — Если ты способна так жестоко поступить со своей родной сестрой, разве убийство принцессы покажется тебе чем-то особенным? К тому же ты прибыла сюда только вчера, а сегодня уже случилось это несчастье! Даже если ты считаешь, что всё сделано безупречно, для нас это слишком подозрительно, чтобы списывать на простое совпадение.

Дуань Инли ответила:

— Раз вы всё равно не поверите, объяснять бесполезно. Я лишь хочу задать один вопрос наследному принцу. Скажи мне, Фэн Юй, правда ли, что эта женщина больше не твоя будущая наследная принцесса?

Цинь Мяову тут же вмешался:

— Инли, не заходи слишком далеко!

Но Дуань Инли проигнорировала его и смотрела только на Фэн Юя.

Тот спокойно кивнул:

— Это правда.

Из рукава он достал императорский указ и резким движением развернул его, чтобы все могли увидеть. На документе стояла большая печать императора Минди.

Согласно указу, наследный принц имел право сам выбирать себе наследную принцессу, и император не станет вмешиваться.

Фэн Юй произнёс:

— И я выбираю третью госпожу Дуань — Дуань Инли.

Это заявление потрясло всех. Дуань Фу Жун и вовсе не ожидала, что Фэн Юй объявит об этом публично. Она почувствовала себя глупой куклой, и чувство полного краха мгновенно заполнило всё её существо. В ярости она бросилась на Дуань Инли и вцепилась ей в горло:

— Я убью тебя! Убью!

Её лицо, обычно безупречное, исказилось от ненависти, черты перекосились, и она выглядела ужасающе. Всё в ней выражало дикую жажду убийства.

Дуань Инли видела лишь эти полные злобы глаза и злорадную ухмылку на губах и поняла: возможно, сегодня она и вправду погибнет от рук этой женщины.

Каждый раз, сталкиваясь с теми, кто был связан с её прошлой жизнью, Дуань Инли начинала сомневаться в смысле своего второго рождения. Если судьба всё равно неумолима, зачем она здесь?

В прошлой жизни её убила Дуань Фу Жун. В этой — тоже погибнет от её рук.

Разница лишь в способе: тогда — отравлена, теперь — задушена. Не скажешь, какой из них хуже.

...

Фэн Юй мгновенно бросился на помощь и попытался оторвать руки Дуань Фу Жун от горла Дуань Инли. Но та, охваченная яростью, обрела нечеловеческую силу. Даже применив внутреннюю энергию, Фэн Юй не смог разжать её пальцы. Лицо Дуань Инли уже посинело, ресницы дрогнули, и она безжизненно обмякла.

Дуань Фу Жун восторженно оседлала её и продолжала душить. Фэн Юй, увидев это, ледяным взглядом уставился на безумную женщину.

Он выхватил меч у стражника и рубанул по её рукам. Цинь Мяову попытался остановить его, но Фэн Юй был непреклонен. Они обменялись парой ударов, и Цинь Мяову отлетел назад. Вспышка стали — и в воздух взметнулись брызги крови.

Дуань Фу Жун пронзительно завизжала. Взглянув вниз, она увидела, что её предплечья остались лишь до локтей, а кисти всё ещё сжимали горло Дуань Инли.

Фэн Юй одним ударом ноги отшвырнул её на три чи, с отвращением снял кисти с шеи Дуань Инли и швырнул их в сторону, будто гнилой мусор, кишащий червями.

— Инли! Инли, очнись! Очнись, родная...

...

Дуань Инли за это короткое время успела увидеть сон.

Ей приснилось, что она вернулась в прошлую жизнь.

Она стояла в покоях Фэн Юя. Он, как всегда, был холоден и безразличен. Перед ним на коленях стояла женщина и тихо рыдала:

— Саньлан, прости меня... Всё, что было раньше, — моя вина. Прости меня хоть в этот раз...

Голос был жалобный и нежный — это была Дуань Фу Жун.

Фэн Юй оставался неподвижен. В полумраке его жёлто-золотая императорская мантия отсвечивала холодным блеском, и он казался совершенной статуей.

Дуань Инли медленно подошла ближе. Они оба были живы?

Почему? Почему Небеса так несправедливы?!

Фэн Юй и Дуань Фу Жун наконец заметили её. Их лица исказились от ужаса.

Дуань Инли с яростью протянула руки, желая одним движением свернуть им шеи. Дуань Фу Жун в панике отползла назад, истошно крича. Фэн Юй, напротив, шагнул вперёд, будто хотел схватить её за руку. Дуань Инли на миг замерла.

И в этот момент она услышала, как кто-то зовёт её по имени. Огромная сила вырвала её из того пространства...

В последний миг ей показалось, что Фэн Юй выбежал вслед за ней, одиноко оглядываясь по сторонам. Дверь за ним медленно закрылась, его фигура становилась всё меньше и наконец исчезла.

...

Дуань Инли открыла глаза и увидела, что губы Фэн Юя прижаты к её губам. Этот холодный, мягкий контакт, такой знакомый из прошлого, вызвал у неё ужас. Она резко оттолкнула его с такой силой, что он упал на пол. Но, увидев, как она садится и яростно вытирает губы рукавом, Фэн Юй всё же облегчённо улыбнулся.

Дуань Инли не стала размышлять о сне. Окинув взглядом происходящее, она сразу всё поняла. Рядом лежала Дуань Фу Жун, а Цинь Бинъюй перевязывал ей обрубки рук своим поясом, чтобы остановить кровь.

Отсечённые кисти валялись неподалёку. На одной ещё алел свежий лак для ногтей, но красоты в этом уже не было.

Дуань Инли горько рассмеялась, встала и отряхнула одежду. Заметив, что Фэн Юй всё ещё сидит на полу, она даже протянула ему руку. Кроме лёгкой боли в горле, она чувствовала себя вполне нормально.

— Госпожа Чжао, вы ещё не достигли своей цели. Неужели после стольких усилий вы просто уйдёте? — её голос был немного хриплым, но всё ещё звучным.

Госпожа Чжао замерла на месте, собралась с мыслями и ответила:

— Госпожа Дуань, я не понимаю, о чём вы говорите.

— Ранее упоминалось, что на ладони второй принцессы вырезаны слова «Фэн Юй убил меня» — якобы неопровержимое доказательство вины наследного принца. Однако судмедэксперт заявил, что эти знаки были нанесены уже после смерти принцессы. Это весьма любопытно. Ведь здесь, по сути, дом наследного принца. Госпожа Чжао, вы оказали ему великую услугу, и он всегда почитал вас как родную мать. Ради вашей безопасности он наверняка расставил здесь множество тайных стражников. Тогда как же кому-то удалось убить принцессу прямо под их носом?

И как этот же человек смог вырезать надпись на её ладони, не будучи замеченным? При такой плотной охране, даже если ни наследный принц, ни я сами не видели преступника, стражники наверняка должны были его заметить. Но почему ни один из них не сообщил правду принцу?

http://bllate.org/book/1841/205384