Готовый перевод The male protagonist crawls in darkness and strives to be the cool wife who licks the dog / Главный герой ползет во тьме, стремясь стать верным псом своего холодного мужа: Глава 51. Заклятый враг-Alpha хочет стать моей собакой (51)

Подчинение врага! Подчинение!

Вззз…

Тонкие призрачные нити одновременно завибрировали, словно задетые невидимой рукой музыканта.

Тысячи струн соткались из пустоты и задрожали с невероятной скоростью. Стоило дрогнуть одной – и весь ансамбль послушно отозвался на его мысленный призыв.

Обладая сокрушительной ментальной силой, нити вонзились в тела альф.

Только что рвавшиеся вперед курсанты разом замерли. Несколько сотен альф застыли на месте с остекленевшими глазами.

Они стояли неподвижно, преграждая путь тем, кто напирал сзади и яростно пытался прорваться в комнату.

«Получилось!»

Се Жун облегченно выдохнул, но тут же ощутил резкую, пронзительную боль в глубине сознания – плату за колоссальное ментальное истощение. Будь его воля хоть немного слабее, он бы мгновенно лишился чувств.

Едва удержав равновесие, Се Жун, не теряя ни секунды, резко развернулся и нанес удар альфе, который уже навис над его шеей.

Тот все же успел прикусить кожу на затылке. Почувствовав острую боль, Се Жун дотронулся пальцами до шеи.

Кровь шла, но, к счастью, укус пришелся мимо самой железы.

Отбросив нападавшего мощным пинком, Се Жун осторожно коснулся саднящей кожи.

Еще бы сантиметр – и случайный альфа запечатлел бы его навсегда.

Оглядев заблокированную толпу, он понял, что времени у них почти нет: скоро сюда стянутся все альфы из жилого корпуса. Неизвестно, сколько офицеров осталось в здравом уме и придет ли на помощь дежурный отряд.

«А где Цзун Чихуай?»

Эта мысль промелькнула и тут же исчезла. Се Жун отдал приказ подчиненным альфам:

— Сдерживайте их! — А сам быстро направился к лежащему в углу Вэй Цзя.

Изначально они были совсем рядом, но хлынувшая толпа раскидала их в разные стороны.

Се Жун продвигался вперед с огромным трудом, буквально прокладывая себе дорогу кулаками и расталкивая застывших курсантов.

Чем ближе он подходил, тем отчетливее слышал полный отчаяния плач Вэй Цзя.

— Не подходите! Нет… не трогайте меня, умоляю вас… А-а-а, прочь, прочь!

— Помогите… умоляю… спасите меня…

— Мне больно, так плохо… Нет, я не хочу, не надо!

Стена из темных мундиров полностью закрывала обзор. Вэй Цзя оказался зажат где-то в самом низу, и Се Жун мог ориентироваться только на его хриплый голос.

[Жунжун, бежим отсюда! Я вижу по сканеру, что все альфы снаружи бегут в эту сторону, они совсем обезумели! Системе очень страшно!]

«Что это за космическая эра? Чистый зомби-апокалипсис!», – подумал Се Жун.

Для Системы 606 эти альфы выглядели как голодные монстры, жаждущие растерзать ее носителя, поэтому она умоляла его спасаться бегством.

Се Жун бесцеремонно схватил ближайшего альфу за шиворот. Тот даже не успел среагировать, на его глуповатом лице отразилось полное недоумение, когда Се Жун швырнул его назад, вглубь комнаты.

Подчиненные курсанты тут же перехватили отброшенного товарища.

Альф было слишком много. Смесь едких, хаотичных феромонов давила на виски Се Жуна тяжелым прессом.

Он методично, словно отлаженный механизм, расталкивал и отшвыривал парней в сторону, пока наконец не добрался до самого низа, где лежал Вэй Цзя.

Увидев соседа, Се Жун на мгновение замер. Даже Система 606, только что панически умолявшая бежать, потрясенно затихла.

Вэй Цзя выглядел неописуемо жалко.

Лишенный возможности дать отпор физически превосходящим альфам, он лежал в лохмотьях разорванного мундира, а на его бледной коже проступали жуткие багровые синяки и кровоподтеки.

Следы грубых пальцев, укусы… Потерявшие рассудок альфы выплеснули на него всю свою первобытную похоть и агрессию.

Ими двигали лишь животные инстинкты, и никого из них не волновало, выживет ли этот омега.

Его миловидное лицо было залито слезами и грязью. Взгляд Вэй Цзя остекленел, зрачки не фокусировались, а губы беззвучно шевелили: «Не подходите…»

От него разило удушливой смесью чужих запахов – на нем оставили свои следы не менее десятка разных альф. Когда Се Жун протянул руку к его затылку, Вэй Цзя слабо, но отчаянно забился под его ладонью.

Се Жун без труда прижал его к полу и коснулся пальцами шеи. Он тихо вздохнул: на коже уже красовались две чужие метки.

Напирающие сзади альфы снова начали проявлять активность. Се Жун достал припасенный в системном магазине ингибитор, резким движением вывихнул Вэй Цзя челюсть и силой залил лекарство ему в горло.

Как только препарат начал действовать, затуманенный взгляд Вэй Цзя стал немного осмысленнее, он жалобно замычал.

Со сломанной челюстью он не мог выговорить ни слова.

Он уставился на Се Жуна полными слез глазами, но тот лишь равнодушно отвернулся. Ему было неинтересно, что пытается сказать сосед.

Он спас его лишь потому, что не мог допустить, чтобы омега погиб такой позорной и мучительной смертью от рук озверевшей толпы.

Умереть подобным образом – слишком нелепо и унизительно.

Влив лекарство, Се Жун не стал церемониться с парнем и даже не потрудился вправить ему челюсть назад.

Он поволок Вэй Цзя за собой к выходу, мысленно приказав подчиненным альфам прикрывать их отступление.

Оставаться в общежитии было нельзя: их просто замуруют здесь заживо. Се Жун решил прорываться наружу.

Им нужно было добраться до безопасного места – например, до карцера, который был полностью изолирован от внешних запахов и феромонов.

Подчиненные курсанты тут же перестроились, закрывая Се Жуна своими телами, однако натиск наступающих снаружи альф становился все яростнее.

Его защитники падали один за другим, и живой щит стремительно редел.

Се Жун понимал, что не сможет применить ментальное подчинение еще раз – повторная атака полностью истощит его резервы, и он просто потеряет сознание.

Придется прокладывать путь силой. Кулаки всегда были надежным аргументом, но какое-нибудь оружие сейчас пришлось бы очень кстати.

«Оружие…»

Се Жун замер, удерживая Вэй Цзя за ногу. Он медленно перевел взгляд на плачущего парня, и на его губах заиграла странная улыбка.

А ведь отличное «оружие» прямо у него в руках.

«Я тебя спас, так что послужишь мне немного в качестве тарана. Справедливо ведь?»

Он все же решил проявить каплю милосердия и предупредить парня:

— Сейчас будет немного больно, потерпи.

Вэй Цзя лишь жалобно замычал:

— У-у-у?!

Се Жун не удостоил его ответом. Покрепче перехватив соседа за лодыжку, он с силой раскрутил его и швырнул вперед. Тело ростом за метр семьдесят описало в воздухе аккуратную дугу и с глухим стуком врезалось в толпу наступающих альф!

— У-у-у!

Глухой стон боли Вэй Цзя слился со звуками падения сбитых с ног курсантов.

Этот импровизированный снаряд уложил сразу нескольких человек. Се Жун вложил в бросок всю свою силу, ни на секунду не задумавшись о травмах соседа.

Не давая противникам опомниться, он ловким взмахом руки снова замахнулся живым оружием и обрушил его на следующую группу альф!

— У-у-у!

«Больно! Все кости сейчас переломаются!»

Вэй Цзя готов был молить о смерти, но из-за вывихнутой челюсти из его горла вырывалось лишь невнятное, полное муки мычание.

— Я же просил тебя потерпеть, — слегка нахмурился Се Жун. Его лицо оставалось абсолютно холодным, пока он методично размахивал телом Вэй Цзя, расчищая дорогу. — Я спас тебя только потому, что мне претит мысль о том, как омега бесславно погибает под кучкой похотливых альф.

— В этом нет ни капли достоинства. Такая смерть слишком дешева.

— Но я совсем не против, если ты принесешь мне пользу своей смертью, пробивая дорогу. Считай это поиском своего истинного предназначения.

— Я сказал – терпи, значит, терпи. И если ты не выдержишь и сдохнешь прямо сейчас, мне будет абсолютно все равно.

Проявить сострадание к человеку, которого он презирал, в такой форме – это был предел гуманизма Се Жуна.

Он испытывал легкую жалость к слабым мира сего, но к Вэй Цзя его сочувствие было весьма дозированным.

Если тот испустит дух в процессе штурма – туда ему и дорога. По мнению Се Жуна, умереть в бою в качестве щита гораздо почетнее, чем быть растерзанным обезумевшей толпой.

http://bllate.org/book/18044/1732463