Готовый перевод He is the villain and is forced to be the group favorite / Злодей поневоле стал всеобщим любимчиком: Глава 33. Где же ты был раньше со своей любовью?

— Я не согласен! — повторил Бай Цзыань.

Все присутствующие уставились на него, а пальцы Гу Тина невольно сжались в кулак.

Госпожа Анна изумилась:

— Цзыань, ты о чем…

— Я всегда относился к генералу Гу Тину как к своему кумиру. Я люблю его, но это не та любовь, о которой вы думаете. Это вера, почитание, — юноша опустил голову, его голос зазвучал глухо. — Я не могу осквернить свой идеал. Простите меня, генерал.

Договорив, он шмыгнул носом, на его глазах показались слезы, и он стремительно бросился вверх по лестнице.

Гу Тин тут же поднялся, коротко кивнул хозяевам дома и поспешил следом.

Родители юноши растерянно переглянулись.

Глава клана потер виски и вздохнул:

— Так любит он его в итоге или нет?

Госпожа Анна, быстро сообразив, что к чему, заговорщицки улыбнулась:

— Уж не знаю, как там наш сын, но вот Гу Тин к нему явно неравнодушен, — она ласково похлопала мужа по руке. — Давай спокойно ужинать, пусть молодые сами во всем разберутся.

Бай Цзыань влетел в спальню, захлопнул дверь и сполз по ней на пол, шипя от боли и потирая ногу. Пока он бежал, то со всего маху врезался пальцем ноги в ножку стола. От этой резкой вспышки боли у него даже слезы брызнули из глаз.

— Цзыань, открой дверь, — раздался из-за двери голос Гу Тина.

Юноша похолодел от ужаса. Зачем он притащился за ним?!

Боль в ноге притупилась, уступив место панике. С чего вдруг Гу Тин согласился на помолвку? Неужели он занял в его сердце то же место, что и великая Империя?

Он отказывался в это верить.

Сначала Бай Цзыань хотел проигнорировать стук, но, подумав, решил, что такие вещи лучше прояснить сразу. Он потянул за ручку.

Дверь спальни распахнулась.

Юноша стоял на пороге с влажными ресницами, опустив голову и нервно перебирая пальцы:

— Прости… я…

Гу Тин почувствовал непреодолимое желание стереть слезы с лица юноши. Будучи человеком действия, он не стал сдерживать этот порыв.

Кожа Бай Цзыаня была настолько нежной и бледной, что Гу Тин невольно вспомнил только что съеденный сливочный суп. Он убрал руку, но ощущение невероятной мягкости проникло глубоко в его душу, заставив сердце сладко сжаться.

— Это я должен просить прощения. Я повел себя слишком напористо.

Золотоволосый юноша слегка вздрогнул и отступил на шаг. Пальцы Гу Тина зависли в воздухе, после чего бессильно опустились вдоль тела.

Юноша растерянно уставился на него, лихорадочно соображая, зачем генералу понадобилось соглашаться на предложение его матери. Внезапная догадка озарила его, и он выпалил:

— Скажи честно, мои родители угрожали тебе?

Должно быть, отец узнал о его чувствах к Гу Тин и применил какие-то грязные методы воздействия, вынудив генерала сыграть эту роль на ужине. А тот, оказавшись безвыходном положении, подыграл им, втайне планируя избавиться от навязчивого поклонника.

Бай Цзыаню эта версия казалась единственно верной.

Гу Тин на мгновение лишился дара речи. «Цзыань… неужели он просто не верит, что я мог в него влюбиться? Неужели мое многолетнее холодное отношение заставило этого гордого мальчика так сильно сомневаться в себе?»

Но даже сейчас он в первую очередь беспокоился о нем.

Сердце генерала болезненно сжалось.

Он твердо произнес:

— Бай Цзыань, послушай меня.

Бай Цзыань мысленно приготовился: «Сейчас он скажет что-то вроде „имей совесть, прекрати тешить себя иллюзиями“…»

— Я, Гу Тин, клянусь гербом своего рода и своей честью: ты мне нравишься. Без всякого давления и угроз со стороны. Я действительно тебя люблю.

Бабах!

Эти слова прозвучали для Бай Цзыаня как гром среди ясного неба. Он ошарашенно захлопал глазами:

— Ч-что ты сказал?

Гу Тин терпеливо повторил свои слова.

— Нет-нет-нет, ты не должен меня любить! — Бай Цзыань отчаянно замотал головой.

— Почему? — Гу Тин сделал шаг вперед, не давая юноше закрыть дверь, и глухо спросил:

— У тебя уже кто-то есть?

— Нет никого… Просто мы… мы не подходим друг другу.

— И в чем же мы не подходим? — Генерал сделал еще один шаг. Его красивое лицо с резкими чертами выражало крайнюю решимость докопаться до истины.

Бай Цзыань попятился назад и сглотнул:

— Да я… я просто недостоин тебя!

— С чего ты это взял?

«Ты что, ходячая энциклопедия вопросов?», – юноша начал терять терпение и в сердцах крикнул:

— Да во всем недостоин! Теперь ты доволен?!

В его дрожащем голосе послышались слезы загнанного в угол человека. Гу Тин растерялся, мягко положил ладони на плечи юноши и твердо произнес:

— Ты более чем достоин меня.

Бай Цзыань мысленно хмыкнул: «Гу Тин ведет себя так, словно подбадривает новобранца перед боем».

«Солдат, Империя верит в тебя!»

— В общем, давай сделаем вид, что сегодняшнего разговора не было, — тихо произнес юноша, опустив взгляд. — Спасибо, что пришел к нам на ужин. Я очень устал. Прости за плохое гостеприимство, тебе пора идти.

Гу Тин неохотно убрал руки:

— Тогда хорошо отдыхай.

Щелк.

Дверь плотно закрылась перед его носом.

Генерал молча посмотрел на запертую дверь и опустил глаза.

Бай Цзыань в два прыжка оказался на кровати и без сил рухнул на спину, уставившись пустым взглядом в потолок.

Что это вообще такое? Неужели многолетние старания оригинального владельца тела наконец увенчались успехом?

Сначала злой двойник Линь Чанцзэ, решивший проигнорировать захват мира ради его гардероба, теперь вот Гу Тин с предложением помолвки…

Может, еще и Мобиус прибежит заявлять о своей вечной любви?!

Как в таких условиях вообще выполнять миссию?!

[Хост, я и сам в шоке,] – уныло отозвался 66.

Бай Цзыань окончательно пал духом: [Ты уверен, что с сюжетом все в порядке? Мне кажется, все вокруг ведут себя как-то подозрительно дружелюбно. Это точно роман про сурового и непобедимого героя?]

66 тихо пролепетал: [Ну… мне кажется, они просто все по уши в тебя влюблены…]

Бай Цзыань: […]

Бар «Гегель».

В отличие от шумных питейных заведений, здесь не было громкой музыки и безумных танцев. Посетители чинно потягивали напитки, ведя неспешные беседы под тихие, убаюкивающие мелодии.

Джейн без труда отыскал кабинку Гу Тина, присел рядом и с усмешкой огляделся:

— Где ты откопал этот дом престарелых? Хотя тебе здесь самое место.

Гу Тин проигнорировал его выпад, молча наливая себе спиртное.

— Ого, да мы сегодня в печали. Неужто сердце разбили?

Джейн просто подшучивал, но, когда Гу Тин угрюмо кивнул, он едва не подпрыгнул на диване:

— Невероятно! Наша каменная глыба умеет страдать из-за любви! Боже мой, видать, на горе рак свистнул!

— Не ори, — хмуро осадил его Гу Тин. — Он меня отверг.

Джейн тут же притих, горя от нетерпения:

— И кто же этот счастливчик?

Генерал промолчал.

— Ладно-ладно, я же не просто из любопытства спрашиваю. Ты ведь знаешь, твой друг – признанный эксперт в любовных делах. Расскажи, я помогу разобраться, где ты накосячил. — Джейн доверительно прижал руку к груди. — Могила! Никому не скажу, обещаю.

Немного колеблясь, Гу Тин все же поведал ему о неудавшемся ужине.

Выслушав его, Джейн долго сидел с открытым ртом:

— Дружище… ну ты даешь. Столько новостей за раз. Погоди, а где же ты раньше был со своей любовью к Бай Цзыаню?

— Я не знал. — Гу Тин перевел взгляд на картину на стене. Крепкий алкоголь давал о себе знать, обжигая горло. Изображенные на холсте подсолнухи расплылись, принимая очертания улыбающегося юноши.

Под действием выпивки в памяти начали всплывать прошлые моменты.

Вот юноша протягивает ему конфету, вот бросается под пули, чтобы защитить его, вот светится от счастья, узнав о его визите…

И все эти воспоминания разбились о твердое «я не согласен».

Гу Тин сделал еще глоток. Алкоголь обжигал, словно лезвие. Подаренная юношей леденцовая конфета так и осталась лежать в его кармане. Когда он наконец вспомнил о ней, она уже растаяла, превратившись в липкое бесформенное пятно.

— Ладно тебе киснуть. Раз Бай Цзыань тебя отверг, значит, надо его завоевывать. Делов-то.

Гу Тин уныло опустил голову:

— Но я ему не нравлюсь.

Джейн всплеснул руками:

— Ну ты и чудак! В этом и смысл ухаживаний! Если бы ты ему нравился, вы бы уже давно были вместе. Знаешь, с чего вообще начинаются ухаживания?

Генерал покачал головой.

— Эх ты, военная косточка. Нужно, чтобы у объекта была хоть какая-то симпатия к тебе. Бай Цзыань столько лет считал тебя своим кумиром, так что прочный фундамент у тебя уже есть.

Гу Тин отставил стакан и сцепил пальцы в замок, мгновенно вернув себе строгий командирский вид:

— Жду конкретных инструкций.

Джейн показал два пальца:

— Все просто: проявляй заботу и дари то, что ему нравится.

Гу Тин мысленно повторил эти слова:

— А если точнее?

— Куда уж точнее? У тебя в голове одни чертежи мехов и планы обороны Империи, — вздохнул Джейн. — Узнай, что любит Бай Цзыань, и преподнеси ему это. Окружи его вниманием, почаще попадайся на глаза, но не будь слишком навязчивым. И самое главное – всегда оказывайся рядом, когда ему нужна помощь. И запомни: ты пытаешься растопить его сердце, так что прекрати сидеть с этой кислой миной. А ну-ка, улыбнись.

Гу Тин нахмурился и натянул вымученную улыбку.

Джейн снова вздохнул:

— Забудь, что я сказал. Твоя улыбка выглядит так, словно ты готовишься совершить героическое самопожертвование во имя Империи.

Генерал тут же вернул лицу привычное суровое выражение.

Джейн весело приобнял друга за плечи:

— Ну что, приятель, я помог тебе решить важнейшую проблему всей твоей жизни. Что ты на это скажешь?

Гу Тин спокойно ответил:

— Твой рапорт на отпуск подписан.

Джейн от радости подскочил на месте и принялся взволнованно мерить шагами кабинку:

— Наконец-то! Два года! Я два года не отдыхал, пахал на тебя как проклятый! Боже, море, пляж, я иду к вам!

Гу Тин нахмурился:

— И что хорошего в этих пляжах?

— Ох, Гу Тин, тебе еще учиться и учиться, — наставительно произнес Джейн. — Тебе нужно всерьез освоить искусство обольщения. Море и пляж – это лишь декорации, главное – это красивые девушки. В ухаживаниях важна не форма, а то, чтобы парень смог показать искренность своих чувств.

— И как мне этому научиться?

Джейн почесал затылок:

— В двух словах не объяснишь, да и твоя сухая военная голова сразу все не примет… А, придумал! — Он радостно хлопнул в ладоши. — Тебе нужно посмотреть сериалы! Знаешь, такие романтические истории, где главные герои вовсю флиртуют друг с другом. Возьми на заметку парочку приемов.

Сериалы.

Гу Тин вспомнил те несколько дней, что юноша провел в больнице ради его спасения. Тот как раз постоянно смотрел что-то подобное на планшете.

Как же оно называлось? «Властный генерал влюбился в меня»?

Кажется, Бай Цзыаню очень нравилась эта история… Возможно, в этом действительно был какой-то смысл…

Глядя на задумавшегося друга, Джейн злорадно подумал: «Ну давай, дерзай. Наконец-то нашелся человек, который сможет свить из тебя веревки».

http://bllate.org/book/17981/1727630