Готовый перевод Transmigrated to the Beastman World as a Veterinarian / Перенёсся в мир зверолюдей ветеринаром: Глава 96 - Швы

В сумерках Цзянь Мо и У Цзюн толкли древесный уголь во дворе.

Теперь, когда у него была бумага, Цзянь Мо хотел сделать настоящие ручки.

Раньше он выстругивал из древесного угля подобие ручек, но цвет был слишком светлым, а грифель недостаточно гладким. Хотя они годились для деревянных досок, бумагу они рвали с лёгкостью. Ему ничего не оставалось, как изготовить ручки получше.

Сделать ручки было несложно, и Цзянь Мо уделял первостепенное внимание двум качествам: гладкому письму и насыщенному цвету.

Для цвета подойдёт древесный уголь или сажа с кухонного котла.

Он помнил, что чернила традиционно делали из сажи от сжигания дерева или масла.

Хотя их ручки не должны были быть такими уж сложными, мелко измельчённый и несколько раз просеянный порошок древесного угля вполне годился. Смешав порошок со звериным жиром и небольшим количеством глины для придания формы, полученные ручки давали бы насыщенный чёрный цвет.

После нескольких дней экспериментов Цзянь Мо и У Цзюн нашли правильные пропорции и сделали несколько ручек.

Изготовив ручки, Цзянь Мо медленно высушил их над плитой. После сушки он обернул каждую ручку слоем коры.

Результат напоминал современные карандаши. Заточенные, они работали так же хорошо. Даже если цвет был немного светлее, ручки можно было считать карандашами высокой твёрдости. При точной заточке их можно было сделать сколь угодно тонкими, а ощущения от письма были почти неотличимы от современных пишущих инструментов.

Цзянь Мо испытал ручки, написав несколько рядов иероглифов в своём блокноте. Штрихи ложились плавно, образуя красивые символы, похожие на замысловатые узоры.

- У тебя красивый почерк, - У Цзюн осторожно коснулся блокнота.

- Конечно, это результат тысячелетнего развития, - усмехнулся Цзянь Мо. - Дай-ка я покажу тебе другой стиль.

Сменив стиль, Цзянь Мо написал ещё несколько иероглифов скорописью.

- Видишь? Опять по-другому, да?

У Цзюн кивнул.

Затем Цзянь Мо продемонстрировал курсив:

- А вот этот.

- Это то же самое, что и в предыдущих строках? - У Цзюн внимательно присмотрелся.

- Да, содержание то же, - кивнул Цзянь Мо. - Сверху - обычный устав, посередине - полуустав, а последняя, неразборчивая - это курсив. Там написано: "Судьба сводит нас вместе через тысячи миль". Есть ещё один шрифт, уникальный для моей области, но он настолько специализированный, что я большую часть его забыл - он не подходит для каллиграфии.

В медицинской сфере многие иероглифы писались сокращённо, почти как тайный код, что делало их непонятными для посторонних. Цзянь Мо проходил курс по этому в университете, но за годы многое забыл.

Оставив медицинские сокращения в стороне, У Цзюн с блеском в глазах любовался уставом, полууставом и курсивом.

Он несколько раз тихо похвалил Цзянь Мо, восхищаясь его мастерством, и снова и снова проводил рукой по блокноту.

Цзянь Мо наклонился, чтобы поцеловать его, и не удержался, чтобы не поделиться романтическими стихами, которые помнил.

Благодаря годам образования, у Цзянь Мо был внушительный репертуар любовных поэм.

Они говорили о литературе, и У Цзюн декламировал некоторые из эпических сказаний и любовных песен, передававшихся устно на континенте зверолюдей.

У Цзюн декламировал, а Цзянь Мо всё записывал в свой блокнот.

Письмо и перечитывание помогли Цзянь Мо быстро запомнить песни.

Этот интимный обмен создал между ними такую прочную связь, что казалось, будто они переживают страстный медовый месяц - фазу, которую никто другой не мог прервать.

В течение следующих нескольких дней они старались выходить вдвоём и заранее информировали племя.

Племя не возражало.

Цзянь Мо не нужно было сдавать ресурсы, когда он действовал в одиночку, в то время как У Цзюн продолжал это делать. Их отдельные вылазки часто приносили больше добычи, чем коллективные усилия.

Несмотря на свой роман, они не пренебрегали работой.

Одним утром, после завтрака, Цзянь Мо и У Цзюн направились на юго-восток от племени за припасами.

С потеплением в лесу стало изобиловать ягодами - вид собирательства, который Цзянь Мо любил больше всего.

Разнообразные сладкие и кисловатые ягоды были невероятно вкусными, часто превосходя культивируемые фрукты на Земле. Излишки можно было высушить в фруктовые чипсы или сохранить на потом, что делало их ещё более приятными.

Пока они болтали, У Цзюн внезапно насторожился, внимательно прислушиваясь.

- А? Кто-то нас зовёт? - Цзянь Мо замолчал.

- Сверху, оттуда, - кивнул У Цзюн.

Проследив за взглядом У Цзюна, Цзянь Мо увидел Бань Мина, летящего к ним на Чирпи.

- Брат Цзянь Мо! - крикнул Бань Мин, вцепившись в шею Чирпи. - Случилось ужасное! Шу Гуан, вождь племени Циньхай, тяжело ранен - он на грани смерти!

Цзянь Мо не сразу понял.

- Шу Гуан?!

- Да! Вождь-медведь! - подтвердил Бань Мин. - Люди из их племени сейчас у нас. Я подслушал и сразу прилетел сюда на Чирпи.

Чирпи взмахнул крыльями, издав гордое "Чирп-чирп", словно говоря, что успешно доставил сообщение.

Цзянь Мо тут же уронил то, что держал.

- Давай вернёмся и проверим.

- Пойдём, - У Цзюн бросил свою юбку из звериной шкуры в корзину.

Превратившись в гигантского волка, У Цзюн позволил Цзянь Мо забраться ему на спину вместе с корзиной. Цзянь Мо обхватил руками шею У Цзюна.

- Готов!

Волк рванул с места, преодолевая семь-восемь метров одним прыжком. Словно молния, пронёсшаяся по равнинам, они мгновенно исчезли из виду.

Бань Мин увидел, как они спешат назад, и похлопал Чирпи:

- Чирпи, скорее! Давай тоже вернёмся.

- Чирп! - Чирпи взмахнул крыльями и последовал за гигантским волком.

Даже летя по прямой, Чирпи был немного медленнее волка.

Издалека патрульные зверолюди увидели их приближение и уступили дорогу гигантскому волку, чтобы тот мог ворваться в племя Хэань.

Волк вбежал прямо на поляну племени Хэань, где Бань Мин крикнул сзади:

- Члены племени Циньхай на открытой площадке!

Волк повернул и направился к открытой площадке.

Ещё не добежав, сидевший на спине волка Цзянь Мо заметил нескольких гигантских медведей, беспорядочно распростёртых на земле.

Медведи были явно измучены, лежали там, тяжело дыша, не в силах прийти в себя.

Когда волк достиг их, медведи с трудом оперлись на свои массивные лапы, наконец сумев перевернуться.

- Вождь У Цзюн, доктор Цзянь Мо.

Соскользнув с волка, Цзянь Мо быстро передал У Цзюну юбку из звериной шкуры, прежде чем повернуться и спросить:

- Что случилось? Как ваш вождь так серьёзно ранен?

Медведи начали объяснять:

- Последние несколько дней стадо рогатых зверей мигрировало на территорию нашего племени, поэтому мы решили на них поохотиться.

- Но почему-то рогатые звери в этом году были особенно агрессивны, гораздо свирепее обычного.

- Несколько неопытных молодых зверолюдей оказались окружены рогатыми зверями, поэтому вождь пошёл их спасать. Ему пропороли живот, и он был тяжело ранен.

- Пропороли живот? - услышав это, Цзянь Мо немедленно спросил. - Насколько серьёзно? Были ли внутренние повреждения, или в брюшной полости осталась большая дыра? А что с его внутренними органами? Они повреждены? Что-нибудь выпало?

Гигантские медведи неуверенно переглянулись, прежде чем пояснить:

- В животе у него большая дыра, и он потерял много крови.

- Его кишки выпали, но мы затолкали их обратно.

- Насчёт других внутренних органов мы не уверены. Когда мы уходили, вождь был ещё жив, но в ужасном состоянии.

Пока они говорили, слёзы текли по их покрытым мехом мордам, пропитывая шерсть.

Племя Циньхай находилось далеко от племени Хэань, путь обычно занимал три дня. Гигантские медведи бежали всю дорогу, сумев преодолеть большую часть расстояния за полдня.

Они путешествовали посменно: одни принимали звериную форму, чтобы нести других, пока не выбивались из сил, затем менялись местами. Этот безжалостный цикл бега и переноски был единственным способом добраться вовремя.

Выражение лица Цзянь Мо стало серьёзным.

- Я немедленно отправлюсь в ваше племя, чтобы проверить его.

Он гадал о состоянии Шу Гуана. Если бы он был на месте раньше, шансы Шу Гуана на выживание могли бы быть выше - в конце концов, он не умер сразу.

Но с таким расстоянием всё было неясно. Выживание Шу Гуана теперь было под вопросом.

Несмотря ни на что, они должны были попытаться. В прошлом году, когда они посещали племя Циньхай, чтобы собрать чеснок и плоды миен, Шу Гуан хорошо к ним отнёсся. На личном уровне Цзянь Мо хотел его спасти.

Гигантские медведи заметно расслабились, когда Цзянь Мо согласился пойти. Они горячо закивали, и слёзы снова потекли.

Вид их горя тронул Цзянь Мо.

- Мы полетим на Чирпи, чтобы добраться быстрее. Вам больше не нужно спешить - позаботьтесь о своём здоровье.

С этими словами Цзянь Мо не стал задерживаться на любезностях. Он и У Цзюн поспешили домой, чтобы упаковать хирургические инструменты и лекарства. Цзянь Мо запихнул всё в две большие медицинские сумки, готовый к отъезду.

У Цзюн сообщил племени о своём плане пойти с Цзянь Мо. Цин Ко и Дэ Цзян, услышав новости, заверили их, что обеспечат безопасность племени, и убедили пару уезжать без беспокойства.

Племя Хэань было сострадательным сообществом. Услышав о тяжёлом ранении Шу Гуана, многие испытали глубокое сочувствие.

Цин Ко и Дэ Цзян, всегда прагматичные, также учли политические последствия. Племена Хэань и Циньхай давно поддерживали хорошие отношения. Шу Гуан был разумным лидером, и большинство надеялось, что он поправится и останется вождём, а не кто-то новый займёт его место.

Пока Цзянь Мо готовился, племя накормило Чирпи сушёным мясом, напоило водой и поправило его поводья.

Когда Цзянь Мо и У Цзюн вышли, всё было готово. Они сели на Чирпи, готовые к отлёту.

Цзянь Мо помахал расторопному и надёжному Бань Мину и остальным:

- Спасибо за всю вашу помощь. Мы отправляемся.

- Брат Цзянь Мо, вождь У Цзюн, берегите себя! - Бань Мин и его группа энергично замахали в ответ.

У Цзюн твёрдо кивнул, притянув Цзянь Мо поближе и взяв поводья Чирпи. Он ласково похлопал крылатого зверя:

- Чирпи, полетели.

Чирпи издал долгий крик, сделал несколько разбегающихся шагов и, взмахнув крыльями, взмыл в небо.

- Молодец, Чирпи, - Цзянь Мо похлопал Чирпи по шее. - Мы на тебя рассчитываем. Лети как можно быстрее.

Подбодрённый, Чирпи с удвоенной силой взмахнул крыльями, заметно ускорившись.

Чирпи несколько раз бывал в племени Циньхай и хорошо знал дорогу. Летя по прямой, они миновали многие обходные пути, которые пришлось делать медведям, и выиграли много времени.

Изначально Цзянь Мо и У Цзюн беспокоились, что Чирпи не долетит до конца. Они планировали, что У Цзюн превратится в гигантского волка, чтобы нести Цзянь Мо часть пути.

К их удивлению, Чирпи выдержал всю поездку, прибыв в племя Циньхай сразу после полудня.

Члены племени Циньхай немедленно узнали их и подбежали.

- Доктор Цзянь Мо! Вождь У Цзюн!

- Как вождь Шу Гуан? - обеспокоенный состоянием Чирпи после изнурительного полёта Цзянь Мо прижался щекой к его тяжело вздымающемуся боку, прежде чем спросить подошедшую группу.

- Он всё ещё жив! - твёрдо ответил предводитель зверолюдей.

Цзянь Мо вздохнул с облегчением.

- Немедленно отведите меня к нему. Чирпи…

- Оставьте Чирпи мне, - из толпы вышел Куан Нин. - Я позабочусь, чтобы он отдохнул.

- Спасибо, - торжественно кивнул Цзянь Мо.

У Цзюн взвалил на себя большие медицинские сумки Цзянь Мо и последовал за ним, пока члены племени Циньхай вели их к пещере, где лечили Шу Гуана.

- Вождя ранили вчера днём. Мы дали ему лекарство и наложили повязки, но это не сильно помогло. У него перерезаны кишки.

- Перерезаны кишки? - Цзянь Мо был ошеломлён.

Он предполагал, что это простое ранение брюшной полости. На Земле он лечил бездомных кошек с подобными травмами - разорванные животы, вывалившиеся кишки. Бездомные животные часто проявляли удивительную стойкость, и при правильном лечении операция обычно давала хорошие результаты.

Но это было в условиях современной медицины. Без таких ресурсов спасти животное - или человека - с выпавшими внутренними органами было почти невозможно.

Теперь кишки Шу Гуана были не только обнажены, но и перерезаны. К тому же, племя Циньхай дало ему лекарство, что, вероятно, привело к инфекции брюшной полости.

Ситуация была крайне тяжёлой.

Сердце Цзянь Мо упало, выражение его лица становилось всё более мрачным.

Он гадал, не обнаружит ли он, войдя в пещеру, безжизненное тело Шу Гуана.

К счастью, стоя снаружи, он всё ещё слышал его затруднённое дыхание.

Когда члены племени Циньхай двинулись, чтобы провести его в пещеру, Цзянь Мо поднял руку, останавливая их:

- Подождите здесь. Не рискуйте усугубить инфекцию. Мы с У Цзюном сначала проверим.

Цзянь Мо взял У Цзюна с собой в основном для безопасности. Он не мог быть уверен, узнаёт ли Шу Гуан в своём ослабленном состоянии людей или может наброситься в целях самозащиты. Его собственная безопасность должна была быть приоритетом.

- Поняли, - члены племени Циньхай немедленно подчинились.

Цзянь Мо и У Цзюн, неся медицинские сумки, поспешили в пещеру.

В центре пещеры на подстилке из звериной шкуры распростёрся огромный медведь, тяжело дыша. В воздухе стоял запах крови и странный запах его внутренних органов.

Цзянь Мо и У Цзюн надели маски и осторожно подошли.

Несмотря на тяжёлые раны, Шу Гуан всё ещё был в сознании. Услышав их шаги, он с трудом повернул голову, его звериные глаза с трудом открылись.

- Доктор Цзянь Мо…

Пока он говорил, из его ран снова потекла кровь.

- Не разговаривайте, - быстро прервал его Цзянь Мо. - Дайте нам осмотреть.

Шу Гуан замолчал.

Подойдя к раненому медведю, Цзянь Мо увидел ожидаемую большую рану в его брюшной полости - кровавое, изуродованное месиво. И всё же, несмотря на катастрофическую травму, раны Шу Гуана, нанесённые всего лишь накануне, уже показывали признаки регенерации. Цзянь Мо видел начинающееся образование новой ткани.

Регенеративные способности зверолюдей были поразительны.

Надев перчатки, Цзянь Мо осторожно осмотрел брюшную полость Шу Гуана.

Как он и предполагал, два участка тонкой кишки были полностью перерезаны. Кишки не заживали сами по себе, а брюшная полость была сильно загрязнена.

Даже Цзянь Мо, привыкший к таким ситуациям, почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Несмотря ни на что, рану нужно было лечить. Выживет ли Шу Гуан - это вопрос мастерства и судьбы.

Цзянь Мо вышел с У Цзюном наружу, чтобы проинформировать членов племени Циньхай.

- Состояние вождя Шу Гуана критическое. Операцию необходимо провести немедленно. Однако я не могу гарантировать, что он выживет, даже после операции.

- Делайте, - решительно сказал один из грубоватых зверолюдей с покрасневшими глазами. - Если он не выживет, мы не будем вас винить.

- Хорошо, - кивнул Цзянь Мо. - Я до сих пор не знал, что у него перерезаны кишки. Мне нужно будет их сшить, но обычная нить не подойдёт. Мне нужно использовать кишки животных в качестве шовного материала. У вас в племени есть крупные животные?

- Как насчёт зверей Тоту? - предложил зверочеловек.

- Это подойдёт, - Цзянь Мо выдохнул с облегчением. - Немедленно убейте зверя Тоту, извлеките его тонкие кишки, тщательно их очистите и промойте для меня. Также разожгите несколько костров. Если есть неиспользуемый котёл, используйте его, чтобы вскипятить много воды. Она мне понадобится.

Члены племени разбежались выполнять его указания.

Цзянь Мо тем временем готовился к операции.

Он раньше использовал белковые нити, но те были фабричной обработки. Использование необработанных кишок было для него в новинку, о чём он читал только в исторических источниках.

Кишки животных идеально подходили для сшивания перерезанных кишок Шу Гуана. Если Шу Гуан выживет, его тело естественным образом рассосёт белковые нити, так как они распадутся на пептиды и аминокислоты, устраняя необходимость снятия швов.

Но всё это зависело от того, выживет ли Шу Гуан. Если нет, выбор шовного материала не имел бы значения.

Члены племени Циньхай действовали быстро. Они доставили не только целые кишки, но и полоски, нарезанные на разную толщину, предоставив длинные, пригодные для использования куски.

Цзянь Мо одобрительно кивнул зверочеловеку, принёсшему кишки, и немедленно поместил их в кипящую подсоленную воду для стерилизации.

Этот шаг был крайне важен для предотвращения инфекции, хотя Цзянь Мо мог только надеяться, что он будет эффективным.

После стерилизации он достал шовный материал, надел свежевыстиранную и продезинфицированную одежду и перчатки и вошёл в освещённую масляной лампой пещеру с У Цзюном, чтобы начать операцию.

Не обращая внимания на огромный размер Шу Гуана, Цзянь Мо обнаружил, что процедура мало чем отличается от операций на бездомных кошках и собаках на Земле.

Он полностью сосредоточился на операции, пока У Цзюн стоял рядом, обеспечивая его безопасность.

Учитывая состояние Шу Гуана, анестезия была исключена. Цзянь Мо использовал кипячёный, остуженный солевой раствор с настоем обезболивающего мха для промывания брюшной полости - импровизированная, но несколько эффективная мера.

Если это не сработает, он ничего больше сделать не сможет.

Возможно, из-за серьёзности ситуации, Цзянь Мо вошёл в состояние потока - глубокого, сосредоточенного погружения в поставленную задачу.

Операция прошла гладко в этом повышенном сосредоточении.

Спустя неопределённое время Цзянь Мо наконец завершил процедуру. Брюшная полость была очищена, кишки сшиты, а раны тщательно закрыты слой за слоем.

Глядя на холодного, бледного, но слабо дышащего Шу Гуана, Цзянь Мо не мог найти слов, чтобы выразить свои мысли. Он просто сказал:

- Пойдём.

Его приглушённый голос донёсся из-под маски. Повернувшись, он пошатнулся и чуть не упал.

Сильная рука У Цзюна схватила его за талию, поддерживая.

Они вышли из пещеры к ожидающим членам племени Циньхай, которые смотрели на них с тревогой и ожиданием.

- Операция закончена, - объявил Цзянь Мо. - Выживет ли вождь Шу Гуан, будет зависеть от следующих двух дней. Всем пока следует разойтись. Оставьте одного человека, чтобы обсудить со мной некоторые детали.

Остался тот самый грубоватый зверочеловек, который говорил раньше.

- Доктор Цзянь Мо, в чём дело?

- Вот в чём дело, - оперевшись на У Цзюна для поддержки, объяснил Цзянь Мо. - Звериная форма вождя Шу Гуана огромна, а это значит, что швы должны быть прочнее обычного. Я беспокоюсь, что швы, использованные во время операции, могут не выдержать…

Цзянь Мо заметил во время операции, что кишечные швы были недостаточно прочными.

Для обычных людей или небольших животных швы подошли бы. Но большой размер Шу Гуана и натяжение на ране повышали вероятность разрыва кишок.

Хотя кишечные швы казались надёжными, глубокие слои ткани вызывали беспокойство. Он использовал кишки для глубоких слоёв, так как снимать эти швы позже было невозможно. Для поверхностных слоёв он использовал обычную нить.

- Я опасаюсь, что глубокие слои могут не выдержать, - высказал свои опасения Цзянь Мо.

- Что же нам делать? - выражение лица зверочеловека омрачилось тревогой.

- Когда я приходил сюда собирать плоды миен, я видел серое существо с длинным, круглым хвостом, - вспомнил Цзянь Мо. - Вы знаете такое?

- Длиннохвостые звери, да! - кивнул грубоватый зверочеловек. - Их много возле полей с плодами миен.

- Мне нужно, чтобы вы нашли несколько таких длиннохвостых зверей, чем крупнее, тем лучше, - распорядился Цзянь Мо. - Когда принесёте их, я отрежу им хвосты и извлеку сухожилия, чтобы использовать их в качестве шовного материала. Давайте подготовим их на всякий случай.

- Я немедленно пошлю людей на их поиски, - без колебаний ответил зверочеловек.

- Хорошо, - добавил Цзянь Мо. - Мы разделим работу. Я останусь здесь и буду следить за вождём Шу Гуаном.

Ещё в школе Цзянь Мо узнал о натуральных коллагеновых нитях. В учебниках упоминалось использование сухожилий из хвостов грызунов, которые были прочными, длинными и вызывали минимальные воспалительные реакции - отличный натуральный шовный материал.

Он только что вспомнил об этом, но лучше поздно, чем никогда.

Поиск и обработка длиннохвостых зверей в дикой природе займёт время, поэтому им нужно было действовать быстро.

Пока что состояние Шу Гуана стабильно. Цзянь Мо быстро поел и проверил Чирпи, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, прежде чем немного отдохнуть в пещере. У Цзюн оставался рядом, наблюдая.

Члены племени Циньхай действовали с впечатляющей эффективностью. К ночи они поймали несколько длиннохвостых зверей.

Хвосты этих существ были намного длиннее, чем у обычных грызунов. Разрезав их, Цзянь Мо подтвердил, что их сухожилия действительно толстые и длинные.

Под его руководством сухожилия были тщательно извлечены и разделены на нити различной толщины. Все они были пропарены для стерилизации. Поскольку не было острой нехватки времени, пропаривание было предпочтительнее кипячения, так как давало более прочные швы.

Группа работала не покладая рук всю ночь, почти без отдыха.

Состояние Шу Гуана оставалось стабильным. Он с поразительной цепкостью держался за жизнь.

Цзянь Мо периодически проверял его, отмечая небольшие, но постоянные признаки улучшения. Операция, казалось, давала результаты.

Это осознание приободрило Цзянь Мо, развеяв его усталость.

Словно судьба улыбалась им, состояние Шу Гуана неуклонно улучшалось. Его выбритый живот оставался чистым и сухим, без признаков просачивания. Частота сердечных сокращений нормализовалась, а температура тела поднялась до здорового уровня.

Если бы не большая рана на животе, Цзянь Мо мог бы поверить, что Шу Гуан просто спит.

Казалось, небеса были на стороне Шу Гуана - швы выдержали!

Цзянь Мо глубоко вздохнул с облегчением. Избежать второй операции было огромным благословением.

К позднему утру следующего дня Шу Гуан впервые очнулся. Его глаза дрогнули и открылись, обводя пещеру. Он посмотрел на Цзянь Мо и У Цзюна, затем перевёл взгляд на стоявшего рядом грубоватого зверочеловека.

- Цзянь Мо, У Цзюн, Шу Мин, - слабым, хриплым голосом поприветствовал их огромный медведь.

Его когнитивные функции были в порядке, сознание ясным, и он даже помнил о правилах приличия.

Цзянь Мо молча оценил его состояние и вздохнул с облегчением. Шу Гуан поправлялся исключительно хорошо, намного лучше, чем ожидалось.

Именно в этот момент Цзянь Мо понял, что грубоватого зверочеловека зовут Шу Мин.

- Брат, - слёзы снова навернулись на глаза Шу Мина.

- Не волнуйся, я не умру, - прохрипел вождь-медведь.

- Вы действительно поправляетесь, - Цзянь Мо приложил стетоскоп к груди Шу Гуана, внимательно слушая.

- Говорил же, - слабо улыбнулся медведь.

- Больше не разговаривайте. Отдыхайте, - Цзянь Мо осторожно убрал стетоскоп.

- Спасибо… - пробормотал Шу Гуан, слишком слабый, чтобы спорить.

Его голос затих, когда он снова заснул, погрузившись в полубессознательное состояние.

http://bllate.org/book/17918/1716558