Готовый перевод The Daily Life of a Vampire in the Steam Age / Будни вампира в эпоху Пара: Глава 259

– Кар!

– Кар-кар!

Стаи ворон кружили в небе, а на крыше рядом стояла огромная чёрная птица ростом выше человека.

– О Свет, это же адская картина, – дрожащим голосом прошептала старушка. Её сухие руки тряслись: одной она плотнее куталась в платок, другой вытаскивала из зловонной грязи кость, стряхивала с неё опарышей и клала на кусок мешковины рядом.

Кто-то, услышав её слова, сразу закивал в знак согласия, но были и те, кто посмотрел на неё странно.

– Кар! – несколько ворон внезапно камнем рухнули вниз. Крысы, невесть откуда выскочившие, отчаянно запищали в когтях птиц.

Шёл четвёртый день с тех пор, как в районе Хикклин разрыли гнёзда флейтистов. Трупы в бочках привлекли массу насекомых и крыс, просто раньше они пировали и размножались под землёй, вне поля зрения людей. Но когда землю разрыли и трупы извлекли, ещё больше насекомых и грызунов устремилось на запах.

Даже присутствие огромного количества людей не могло остановить нашествие этой мелочи – тела сильно разложились, и крысы с другими мелкими животными теперь шли за червями.

Та старушка плотнее закуталась в платок. Сейчас все здесь, мужчины и женщины, тоже плотно заматывали головы, потому что в этот самый жаркий сезон в Содмане мух здесь было столько, словно шёл дождь.

Вороньи стаи спустились позавчера утром вслед за Один. Вороны, конечно, тоже чуяли сильный запах гнили, но они были куда умнее крыс. Огромная толпа людей заставила их покружить пару раз и вернуться на свою территорию. Именно Один дала им смелость спуститься и кормиться прямо над головами людей.

Насекомые и крысы входили в рацион ворон, а благодаря стайной тактике они могли набрасываться даже на крыс размером с кошку и разрывать их на части.

С наступлением ночи вороны, страдающие куриной слепотой, улетали в гнёзда, и вот тут начинался настоящий ад. Насекомых становилось ещё больше, крысы пировали вовсю, а в воздухе кружили стаи насекомоядных летучих мышей, взявшихся неизвестно откуда.

Прибегали и дикие кошки, собаки, прилетали совы, но их было слишком мало. Они не могли, как вороны днём, создать численное преимущество, и иногда сами становились добычей крысиных стай или других животных.

Полиция хотела засыпать эти пять огромных ям. По крайней мере, так думал начальник Надерпу и его люди. Но с первого же дня, когда он наконец смог действовать, собрал людей и прибыл к ближайшему гнезду, он понял, что ничего не выйдет.

Даже несмотря на то, что только что произошли беспорядки, многие пострадали или погибли в давке, несмотря на то, что место было ужасным и выходило за рамки терпимости большинства людей… Их родные были здесь. Кто-то уже нашёл своих близких. К тому же…

– Братья и сёстры наши, хикклинцы, должны покоиться рядом со своими семьями, на священном кладбище. В таком месте они не смогут вознестись на небеса. И кто знает, что случится через три года? К тому времени его родные, возможно, уже умрут. Неужели мы позволим им умереть как еретикам, вне владений Бога?

Такую проповедь в толпе вёл даже не официальный священник – те новоприбывшие церковники давно сбежали обратно в собор, а местные малые церкви изо всех сил убеждали людей вернуться и набраться терпения.

Это был просто старейшина. Уважаемый, авторитетный старик.

– Любой образованный человек знает, что такая ситуация приведёт к чуме! – возразил ему настоящий священник.

– Мы все дети Бога, нас защищает Свет, горячая кровь не боится чумы.

Губы священника задрожали. Возразить было нечего.

Не мог же он сказать: «Никто из вас не защищён»? Ведь центральный догмат Церкви Белдона гласил: «Хикклинцы – самые преданные и верные последователи Света, самые любимые дети Света».

– Если нас защищает Свет, почему умер мой папа? – спросил один мальчик.

– Они погибли из-за козней дьявола, они воины в битве Света и Тьмы, мученики. После смерти они непременно вознесутся в Царство Небесное, окружат Свет и станут частью бесчисленного сияния. Слава Господу моему, – старик начертил на груди Z-образный знак благословения и сложил руки в молитве.

– Слава Господу моему! – остальные тут же повторили жест.

– Но… раз он уже в Царстве Небесном, зачем хоронить их на кладбище?

– Замолчи! – молодой священник не знал этого мальчика, но поспешно подбежал к нему и закрыл ему рот.

– Господь, конечно, уже принял эти бедные души, но без надгробия, без поминовения они не узнают дорогу домой. Спустя годы наши потомки забудут, что в их семье был такой достойный уважения предок, – старик добродушно улыбнулся. – Святой отец, о чём вы беспокоитесь? Бог милосерден. Этот ребенок просто слишком мал и ещё не понимает, что такое истинный Свет и справедливость. Он сомневается, а мы, как старшие, отвечаем. Это нормально.

Это была лишь одна сцена, которую увидел начальник Надерпу. В ней хотя бы кто-то задавал вопросы. В большинстве других мест хикклинцы не сомневались в словах своих лидеров. Они решительно кивали, собираясь вернуть кости родных домой.

Они сошли с ума.

И эти безумцы, взявшись под руки, преградили путь к гнёздам флейтистов, точно так же, как два месяца назад это делала полиция.

Надерпу впервые усомнился в своей вере. Впрочем, сомнения быстро исчезли: вера правильная, ошибаются эти люди с их бестолковыми толкованиями.

Надерпу развернулся. Ему нужно было в собор. В такой ситуации только архиепископ мог их убедить.

Однако Надерпу не пустили в собор. У дверей священнослужитель с чужеземным акцентом сказал ему, что архиепископ и священники обсуждают важное дело.

– Какое дело может быть важнее десятков тысяч жизней? Хикклинцы снаружи обезумели, выкопали кучу гниющих трупов, повсюду крысы, мухи, комары, блохи, чума может начаться в любой момент! – кричал Надерпу, пытаясь прорваться в собор, но бесполезно – его просто вышвырнули.

Ему оставалось только искать членов совета. После прошлого раза у него наладились хорошие отношения со многими из них.

Но члены совета паковали вещи: «В этом месте больше невозможно оставаться!»

Некоторые из них совсем недавно вернули отосланных детей, и теперь их лица выражали глубокое сожаление.

– Начальник Надерпу, вы тоже уезжайте скорее, жизнь важнее.

– Господин советник, прошу вас, обратитесь ещё раз за помощью к принцу Уильяму.

– Вы бредите? Теперь, когда пришла церковь, мы не смеем действовать самовольно.

– Из собора приходили люди и сказали нам: «Дела района Хикклин должны решать сами хикклинцы».

Надерпу очень хотел спросить нового архиепископа – почему?

Это его епархия. Если здесь произойдёт массовая гибель людей, разве у него не будет проблем? Хотя Надерпу действительно не слышал, чтобы архиепископа лишали сана за такое, но пятно в биографии останется, верно? Этот архиепископ ещё молод, у него есть шанс побороться за место Папы. Или, по крайней мере… по крайней мере, нынешний Папа осудит его, да?

Верно?

В общем, для него это не должно пройти бесследно… верно?

Идя обратно, Надерпу весь дрожал от холода. Он знал, как другие религии смотрят на своих верующих – те, кто поёт о том, что они пастыри Света, ведущие заблудших овец. Они действительно считали верующих овцами: достаточно выгнать их палкой на пастбище, и можно стричь богатую шерсть.

Он всегда смеялся над теми, кто без устали жертвовал собой ради церкви, потому что знал… нет, он раньше самонадеянно считал, что Церковь Белдона отличается от других церквей. Их священники были отцами и матерями для прихожан.

Как же глуп он был в прошлом. Никакой разницы. Все одинаковы.

– Все одинаковы… – бормотал Надерпу в экипаже. Вернувшись, он первым делом отправил жену и детей прочь. Он отправил их прямиком в город Хаарлем – слишком далеко было страшно, а слишком близко был риск чумы. Хаарлем был на оптимальном расстоянии, к тому же тамошнюю полицию обучали офицеры из Рыбьего Хвоста, и другие полицейские называли это место «Участок Рыбьего Хвоста №2».

Прошло ещё три дня. Чумы всё не было. Полиция окончательно перестала вмешиваться в раскопки останков. Трупов становилось всё меньше, но копателей всё больше. Более того, люди начали прогонять ворон, в Один даже бросали камни. Неизвестно, когда поползли слухи: «Дьявола принесла та большая ворона, может, она и есть дьявол. До её появления у нас никогда не было дьяволов».

Надерпу сообщил об этом Орлу, и Орл немедленно отозвал Один.

Один отозвала и своих младших братьев. Хоть там и было много еды, в других местах её тоже хватало. К тому же там было много дружелюбных людей, зачем искать неприятности?

– Кар, – сегодня я почуяла странный запах от некоторых людей.

– Странный запах?

– Кар, – да, раньше не чуяла, но… кажется, это плохой запах для людей. Я чуяла его и от некоторых дохлых крыс. Таких крыс трогали только мои самые глупые братья.

– …

Орл предпочёл бы ошибаться, но ему казалось, что это не так.

В эти дни Орл вёл приготовления. Чендлер также доставлял ему различные припасы: больше всего было зерна, а также палатки, простыни, хлорная известь, спирт, бинты и некоторые лекарства.

Известь для производства цемента в огромных количествах перебрасывали в район Рыбьего Хвоста – это не повлияло на нормальные отгрузки цементного завода.

Рабочих, недавно нанятых строительными бригадами, теперь отправили выравнивать землю в районе Рыбьего Хвоста, засыпать все канавы и ямы со стоячей водой. Несколько заброшенных домов между Рыбьим Хвостом и Чёрным районом снесли до основания. Канализацию проверяли и чистили по очереди.

Во всём районе развернули кампанию по уничтожению крыс и комаров. Орл поначалу хотел менять мёртвых крыс на деньги или товары, но Далиан отговорил его. Если начать такую кампанию, торговцы из других районов, прослышав об этом, тут же начнут возить сюда крыс телегами, чтобы обменять на деньги.

Дело не в том, что жалко денег, а в том, что такие действия могут подтолкнуть бедняков к контакту с крысами, косвенно став катализатором чумы.

Шестого июля останки в пяти больших гнёздах были в основном собраны. Но более 70% семей жертв так и не смогли найти своих родных. Оставшиеся 30%, которые якобы нашли, на самом деле нашли лишь какие-то вещи, принадлежавшие близким, и кучу неполных костей.

– «Колокол в церкви звонит без конца, в гробу Марианны лежит труп кузнеца», – такую песенку распевали дети на улицах.

Бизнес в ломбардах и лавках старьёвщиков в последнее время шёл на ура, потому что многие бежали туда искать реликвии.

Хотя в большие ямы лазило много людей, когда дело доходило до поиска вещей, «профессионалы» всё же были… профессиональнее. И, кроме семей погибших, к скупке реликвий присоединились и другие – любители диковинок. Сейчас в высшем обществе Содмана самым модным было держать в руках зловонную человеческую кость или вонючую вещь покойника и рассказывать дамам и господам в салонах жуткие истории.

Владельцы ломбардов и старьёвщики, конечно, не брезговали деньгами. Они перерывали сундуки и шкафы, находя «всё больше» реликвий, чтобы удовлетворить спрос.

Один старьёвщик чувствовал себя неважно. Это длилось уже несколько дней, но сегодня ему стало особенно плохо.

– Папа, вам бы отдохнуть пару дней.

– Отдохнуть? Оставить бизнес тебе, идиоту с откушенным языком? – кашляющий хозяин дал сыну пощёчину. – Деньги! Деньги! Нет лекарства лучше, чем айко и золотые гербы! Я просто давно не мылся, на теле слишком много бубонов вскочило, через пару дней освобожусь, приму водные процедуры, и всё пройдёт.

– Перемены, принесённые императрицей Анроной, всё-таки произошли всего несколько десятилетий назад, некоторые старые человеческие традиции сохранились. Например, этот господин, называющий мытьё «водными процедурами» – в таких семьях обычно моются не чаще раза в год.

Старьёвщик наговорил слишком много за короткое время. Его спина, которая только что выпрямилась, снова согнулась, и он зашёлся в жестоком кашле. Кашляя, он вдруг рухнул головой вперёд. Сын поспешно бросил вещи и подхватил отца. Изо рта старьёвщика хлынула кровь, а на его шее и запястьях проступили огромные пурпурно-чёрные пятна…

В тот же день у ворот полицейского участка района Рыбьего Хвоста остановился роскошный кортеж. Судя по гербам, в экипаже сидел Архиепископ Церкви Белдона.

Этот визит был поистине неожиданным. Именно эти «парашютисты» стали главной причиной того, что и без того занятой район Рыбьего Хвоста в последнее время работал на износ, лысея от стресса. Орл не верил, что эти ребята приехали с добрыми намерениями.

– Орл, – Далиан придержал Орла и шепнул ему на ухо: – Я, кажется, догадываюсь, зачем они приехали. Эти ребята, наверное, что-то потеряли. Возможно, что-то очень важное.

Это напоминание мгновенно озарило Орла, голова которого была полна вопросов!

Уничтожая флейтистов, он совершенно упустил этот момент. Флейтисты вырезали персонал нескольких важных церквей и монастырей хикклинцев – неужели они не прихватили ничего по пути? Учитывая смелость и моральный уровень флейтистов, они, несомненно, это сделали.

Даже не считая денег, в церквях должны быть какие-то святыни, верно?

А ещё те Святые Рыцари. Помимо модификаций тела, у них должен быть как минимум один комплектный механический спутник жизни.

Орл думал, что все эти вещи похоронены вместе с церковниками. Новые члены Церкви Белдона ещё не успели закрепиться, как начали раскапывать могилы – скорее всего, именно ради этих вещей. И раз они прибежали к Орлу, вампиру, значит, ничего не нашли…

– Вот дерьмо, – выругался Орл. – Полное дерьмо.

Они, конечно, ничего не брали. Орл не беспокоился, что эти типы не поверят его словам. Он беспокоился, что они поверят, но, не имея возможности нести ответственность за потерю святыни, и ленясь проводить расследование (ведь вещи пропали полгода назад, найти их вряд ли удастся), они просто решат потребовать их у Орла.

– Эх… посмотрим по ситуации.

Архиепископ Церкви Белдона, ожидавший в гостиной, с виду был интеллигентным и добрым старцем: слегка полноватое лицо, длинная седая борода, длинные седые брови. За его спиной стояли мужчина и женщина в одеждах священнослужителей, но на самом деле они были Святыми Рыцарями. Мужчина, скрестив руки на груди, выглядел мощным и грозным, женщина стояла прямо, холодная и решительная.

И·в·самом·деле, эти церковники, что бы у них ни было внутри, снаружи умели пустить пыль в глаза.

Орл… конечно, тоже должен был пустить пыль в глаза.

Он нацепил радушную улыбку и, открыв дверь, вошёл с изящным видом.

– Бокедье желает вам доброго дня, Ваше Высочество, – архиепископ среагировал быстрее, он тут же встал. – Я пришёл поблагодарить вас за помощь району Хикклин, оказанную некоторое время назад. Прошу прощения, что пришёл только сейчас. Понимаете, я здесь новичок. Всё здесь для меня так в новинку, а такому старику, как я, трудно привыкать к новому.

Архиепископ подмигнул Орлу. Он достал шкатулку с красивой резьбой, инкрустированную синими и зелеными драгоценными камнями, и осторожно поставил её на журнальный столик между ними.

– Орвицка Мондэйл, думаю, вы уже знаете, кто я. Могу лишь сказать… я очень рад, что такой добродетельный старец, как вы, стал Архиепископом района Хикклин. Верю, что под вашим руководством народ Хикклина ждёт прекрасное будущее.

Как бы сладко ни говорил сейчас Орл, в душе он проклинал собеседника самыми грязными словами.

Ах, Архиепископ… как же мне хочется засыпать всю имеющуюся у нас известь тебе в глотку…

– Кроме благодарности, у меня есть просьба о помощи… Думаю, вы знаете, что под каждым кафедральным собором хранится святое тело одного из святых. В нашем соборе покоился Его Преосвященство Святой Абросий. Но сейчас его нет.

Архиепископ серьёзно посмотрел на Орла:

– Прошу, поверьте в мою искренность, ведь я рассказываю это вам – старшему сыну Жадного Принца, Наследному принцу Рода Крови Нортонской империи. Нам нужно найти «Святое Тело».

На лице Орла было написано «твою ж мать».

В памяти оригинала было понятие «Святое Тело», а в то время, которое Орл выкраивал в последнее время, он не только учился у Красного Дракона древним знаниям, но и просил Альфреда восполнить пробелы в знаниях о современных вампирах, включая информацию о церкви. Так что он прекрасно знал, что такое «Святое Тело».

Часть святых тел – это останки их предков из древних Золотых рас: вампиров, оборотней, ведьм, сирен и крайне редких эльфов. Как Принц рассказывал ему о святом источнике, лечащем все болезни, в котором похоронен несчастный древний лорд-вампир. Церковь сочиняет для этих существ красивую легенду без первоисточника, и они становятся человеческими святыми и мудрецами, а после смерти – церковными святынями.

Когда-то эти святые тела обладали магической силой, но с течением времени в этом низкомагическом мире большинство из них просто «не разлагались».

Потеря Святого Тела для церкви – это действительно катастрофа. У этого Архиепископа хватило смелости прибежать к прежнему владельцу (по расе) и сказать: «То, что я у вас отобрал, кто-то украл». С другой стороны, если вспомнить способ размножения флейтистов, сейчас детёныши флейтистов, вероятно, уже могут сами ходить за соевым соусом…

– Ваше Высочество Орвицка, мы хотели бы нанять вас, чтобы вернуть Святое Тело. Вы славитесь тем, что быстро раскрываете дела. Мы даём вам год, как вы на это смотрите?

Улыбка на лице Орла застыла. Он схпил чашку с молочным чаем со стола, сделал два глотка:

– С момента кражи прошло слишком много времени, следы полностью оборвались. Я не могу гарантировать, что смогу найти «Святое Тело».

Как же обидно. Это почти как если бы Британский музей попросил Китай помочь найти потерянный экспонат. Хотя флейтисты, укравшие Святое Тело, тоже ублюдки, но в данный момент Орл искренне считал: пусть лучше предок неизвестной расы сгниёт, вскармливая флейтистов, чем будет наряжен в пышные одежды и служить витриной для церкви.

– Ах… даже у вас нет способа? Это действительно ужасно, – архиепископ издал долгий вздох. Он бормотал, как обычный старик: – Ужасно, но Святое Тело необходимо. Где же нам «найти» ещё одно Святое Тело?

Стоявший за спиной Орла Далиан внезапно сделал полшага вперёд. Орл поднял руку и удержал его. Если бы Орл опоздал на полсекунды, Далиан бросился бы на этого с виду безобидного старика и сделал бы с ним что-то нехорошее.

В эту эпоху низкой магии, чтобы найти ещё одно Святое Тело в Нортонской империи… во-первых, это биологический отец Орла, а во-вторых, конечно же, сам Орл.

Назвать эту церковь бесстыдной – значит сделать им комплимент. Приехав в Нортонскую империю и промучившись почти два месяца, эти ребята, обнаружив пропажу, окончательно пустились во все тяжкие.

– Не волнуйтесь, дамы и господа, – дверь открылась, и вошёл Августин, командир Львиного Батальона Святых Рыцарей Церкви Света.

Далиан слышал его шаги, но остановился только потому, что в последний момент сказал себе не рушить планы Орла.

http://bllate.org/book/17916/1716008