Готовый перевод ABO Dating Show, But Everyone Got the Wrong Script / ABO Шоу: Все перепутали сценарий: Глава 7

Бесшумно работала вентиляция, но в воздухе ванной комнаты всё ещё витал густой, сладкий аромат. Нежные струйки невидимо плелись и расползались, словно цепкие стебли экзотического растения, настойчиво захватывая всё новое пространство.

Это был вовсе не запах геля для душа — слишком пленительный, чувственный и мягкий. Изысканная композиция напоминала дамасскую розу с нотками ночного жасмина.

«Неужели... феромоны?»

Чу Чжие замер, поражённый до глубины души.

Недавние исследования показывали, что людей с чистыми, простыми феромонами в современном обществе становится всё меньше. Большинство отдавало предпочтение сложным, многослойным композициям. Если сравнить аромат с музыкой, то простой запах был монотонным, унылым мотивом, тогда как сложный представлял собой великолепную, полную взлётов и падений симфонию.

Такие феромоны раскрывались подобно дорогому парфюму — с верхними, средними и базовыми нотами. Верхние улавливались лишь при близком контакте, средние держались около двух часов, а базовые, если не смыть их специальными средствами, оставались на коже почти сутки.

То, что витало в воздухе сейчас... скорее всего, было именно средними нотами?

Чу Чжие поспешно сдержал дыхание и с нарастающим беспокойством посмотрел на экран датчика феромонов. Очистка завершилась на девяносто пять процентов, содержание посторонних веществ в воздухе составляло всего пять — безопасный предел.

Только сейчас до него дошёл истинный коварный замысел организаторов шоу.

Что означает для альфы и омеги делить одно жилое пространство?

Он опустил глаза. Если Лу И зашёл мыться до того, как система полностью очистила воздух, он неизбежно почувствовал его, Чу Чжие, запах.

Мысль о том, что их феромоны невидимо переплелись в закрытом пространстве, будоражила воображение, заставляя сердце биться чаще от неловкости и странного волнения.

Это место действительно походило на благодатную почву для взращивания интимности.

Дверь спальни напротив, которая обычно оставалась приоткрытой, теперь была плотно заперта. Сквозь щель у самого пола пробивался мягкий янтарный свет, ложась на деревянный паркет уютным тёплым бликом.

«Должно быть, омега уже вернулся и оставил свой подарок»

Ощущение того, что в его личное пространство кто-то вторгся, было странным. Куда ни глянь, всё вокруг казалось обжитым каким-то старательным маленьким существом. Словно пушистый зверёк заботливо оставил свои следы в каждом углу, заявляя права на территорию.

«И это... довольно мило»

Окинув задумчивым взглядом гостиную, Чу Чжие повернулся и скрылся в своей тихой спальне.

Он размял затёкшие за долгий день плечи и решил переодеться в просторный домашний халат. Освежившись, Чу Чжие присел на край кровати. Его взгляд упал на объектив камеры, словно замершей в ожидании. Немного подумав, он не стал её закрывать.

Острыми ножницами он аккуратно вскрыл плотную обёртку, стараясь не повредить бумагу. Сложив её и отложив в сторону, Чу Чжие с любопытством заглянул внутрь. Он опасался, что подарок окажется излишне дорогим или вычурным.

Но к его удивлению, это оказалась коробка-сюрприз.

Популярная серия дизайнерских брелоков-игрушек под названием «Мятежный олень и его друзья». Полный набор стоил приличных денег, да и за одну коробочку просили немало. В отличие от привычных виниловых фигурок, эти малютки были мягкими, сшитыми из нежного плюша.

— Ого...

Чу Чжие почувствовал, как сердце предательски забилось быстрее от мальчишеского предвкушения. Редкое для него чувство. Подарок не обязывал к дорогому ответному жесту и не ложился на плечи грузом долга.

К тому же, даритель проявил изобретательность: серия с «оленем» была тонким намёком. Такой презент разжигал любопытство и заставлял сразу вспомнить о том, чьё имя тоже связано с оленями.

Чу Чжие изучил надписи на упаковке. В коллекции было восемь базовых фигурок — оленята в компании сказочных существ. Особо редкая, секретная фигурка называлась «Защитник оленя», и шанс вытащить её составлял один к ста сорока четырём.

Мужчина задумчиво разглядывал коробку. Удача в подобных лотереях никогда не была его сильной стороной.

Поколебавшись, он решил для верности пойти помыть руки перед тем, как испытать судьбу.

Тщательно вытерев руки, он замер на секунду, словно произнося беззвучную молитву. Сдерживая дыхание, Чу Чжие открыл картонную крышку, надорвал блестящий голографический пакет и с почти священным трепетом потянул фигурку наружу.

Сделав глубокий вдох, он медленно открыл глаза. Но стоило ему разглядеть доставшуюся игрушку, как всё волнение тут же улетучилось.

На его ладони лежал очаровательный оленёнок размером с детское предплечье. Круглолицый малыш с ветвистыми рожками лучезарно улыбался, прижимая к себе крошечную хмурую русалку величиной с кулак.

Заглянув в буклет, Чу Чжие убедился — обычная фигурка. Чуда не произошло. И всё же она была настолько очаровательной, что он невольно улыбнулся.

Название гласило: «Русалка-певица».

Никто из участников шоу и не догадывался, что строгий доктор питает слабость к подобным безделушкам.

Прогуливаясь в одиночестве по торговым центрам, он частенько зависал у автоматов с сюрпризами, не в силах пройти мимо. Это увлечение затягивало. Сладкое предвкушение неизведанного вызывало привыкание, оставляя после себя приятное послевкусие детской радости.

Он мягко нажал ладонью на пухлую щёку плюшевого оленёнка. Ткань оказалась невероятно нежной, словно воздушный зефир. Из рук выпускать её не хотелось.

Он по-прежнему сохранял невозмутимый вид, но бережно поглаживал мягкую ткань. Оторваться было невозможно.

— Прелесть какая, — тихо проговорил он. — Будешь... Маленьким сибасом.

Он аккуратно пристроил игрушку у изголовья кровати, заботливо укрыл её краем одеяла и не удержался — чмокнул плюшевого оленёнка в румяную щёку.

За стеклом операторской сотрудники довольно переглянулись.

— Кажется, у нас намечается новая парочка.

Режиссёр Сюй задумчиво потёр подбородок:

— Только бы эти две Сирены не забыли про шоу и не увлеклись друг другом окончательно.

— Время к полуночи, пора им отправлять сообщения симпатии. Пусть ложатся спать, завтра ведь свидание, — сочувственно вздохнул сценарист, глядя на экраны мониторов, где уставшие участники едва не клевали носом. Впереди их ждали куда более изнурительные съёмки. Если они не выспятся, то при любой эмоциональной встряске просто сорвутся.

Режиссёр скользнул взглядом по часам на ноутбуке. Одиннадцать двадцать восемь. Округлить до одиннадцати — какая ещё полночь?

Тем не менее, он согласно махнул рукой:

— Объявляйте отправку. И пусть камеры пока не закрывают, снимем их реакцию на сообщения.

Как только сообщения от участников улетели на сервер программы, дежурный оператор быстро просмотрел входящие:

— Обе наши Сирены проголосовали за двоих сразу!

Режиссёр, уже начавший засыпать, мгновенно взбодрился и выпрямился в кресле. Усталость как рукой сняло.

— Что? Ну-ка покажи!

Сотрудник, у которого бесцеремонно вырвали из рук планшет, лишь развёл руками:

— Чу Чжие выбрал Чжоу Цинъаня и Лу И. А Лу И отправил сообщения Чжун Чэ и Чу Чжие. Мне кажется, Чжун Чэ он написал просто из вежливости и благодарности, а вот доктору Чу... Режиссёр Сюй, взгляните сами. Остальные в основном отправили вежливые весточки своим партнёрам по свиданиям и соседям по комнате — ничего особенного, просто дежурные фразы о завтрашнем дне. И только Цюй Гуан и Син Цююй дружно проголосовали за Чу Чжие. Там всё очевидно — безответная симпатия.

Режиссёр Сюй тут же ухватился за нестыковку:

— Стоп. А Лю Сяо, который остался без пары? Кому он отправил?

— Лу И, — озадаченно выдохнул оператор.

У монитора мгновенно собралась толпа.

— С чего вдруг? Они же сегодня практически не разговаривали, — недоумевал Сюй Ли. — Какая-то странная интрига.

— Но при первом голосовании Лю Сяо тоже выбрал Лу И, — добавил сотрудник. — Неужели простое совпадение?

— Да он все эти дни каждый раз указывает новых людей, — отмахнулся продюсер, уверенный в своей проницательности. — Я столько лет снимаю романтические шоу, что вижу таких насквозь. Никаких чувств там нет. Скорее всего, ткнул пальцем в небо или использует Лу И как щит, чтобы не привлекать внимания к своим настоящим мыслям. Не переживайте.

Команда быстро согласилась с его доводами.

— И то верно. Посмотрим, кого он выберет завтра.

Раздалось негромкое жужжание.

Засыпающий Лу И вздрогнул, едва не выронив телефон себе на лицо. Потирая сонные глаза, он сощурился от яркого света экрана. Осознание пришло с опозданием: точно, вечерние сообщения!

Сонливость мигом сняло.

Он лениво полистал почту и открыл первое, анонимное сообщение. Оно было предельно лаконичным: «Неплохо гадаешь».

«Неплохо гадаешь»

Лу И замер в недоумении.

«Какому умнику пришло в голову принять это всерьёз?»

Поразмыслив пару минут и так и не вычислив отправителя, он просто выкинул это из головы.

Вернувшись в меню, он заметил ещё одно непрочитанное письмо. Стоило открыть его, как омега радостно просиял.

Этот текст был куда длиннее: «С нетерпением жду завтрашней поездки, господин адвокат:)»

Лу И уставился на старомодный смайлик в конце строки.

Он покосился на скрытую камеру, чей объектив, казалось, по-шпионски подмигивал ему в полумраке. Этот чёрный зрачок живо напомнил Лу И унылое лицо режиссёра.

Последние дни этот немолодой мужчина без умолку жужжал ему на ухо, умоляя почаще говорить на камеру, делиться мыслями и распутывать клубок своих симпатий перед зрителями. Мол, иначе никто не поймет загадочную Сирену.

«Он что, восстал из могилы прошлого века?»

Сдерживать иронию больше не хотелось.

— Хорошо хоть не прислал жёлтый улыбающийся смайл, — тихо проворчал он.

«Завтрашняя поездка... Похоже, кто-то в белом халате решил проявить инициативу»

Внизу сообщения висело вложение — картинка, которая медленно прогружалась. Лу И нетерпеливо прокрутил экран. К изображению прилагалась приписка: «Кстати, Маленький сибас просто чудо. Я зацеловал этого кроху до полусмерти».

«Какой ещё сибас?»

Наконец картинка открылась во всей красе. На фото красовался взъерошенный плюшевый оленёнок из его подарка. Игрушка валялась на подушке с таким жалобным видом, словно безмолвно взывала о спасении от страстных порывов нового хозяина.

Так это тот самый олень из коробки-сюрприза... Надо же, попалась обычная «Русалка-певица».

Лу И хмыкнул. Надо же, доктор Чу, а с виду такой солидный господин. Кто бы мог подумать, что он даёт игрушкам такие забавные прозвища?

Хотя везучестью этот человек явно не отличается.

Он почувствовал приятное тепло, а сердце его забилось чаще.

Он заворожённо читал слова «зацеловал» и «кроха».

Он то и дело возвращался к экрану, разглядывая снимок. Раз уж тот написал такое, значит, подарок ему действительно пришёлся по душе?

Для коварного искусителя-Сирены он вёл себя слишком уж смущённо — он густо покраснел.

Опомнившись, Лу И мгновенно напустил на себя строгий вид и грозно уставился в объектив:

— Только попробуйте пустить это в эфир! Вы подрываете авторитет Сирены! Понятно вам? Всем спать!

С этими словами он с глухим хлопком накрыл камеру ладонью, а после накинул сверху какую-то одежду.

В последний миг перед тем, как экран погас, в кадре промелькнуло смущённо покрасневшее лицо омеги.

В аппаратной оператор тихо взвыл от восторга, безуспешно пытаясь сдержать глупую улыбку.

— Боже мой, это же только первый день! Почему они такие сладкие?

Не успел он поделиться эмоциями с режиссёром, как в наушниках снова зашуршала ткань. Раздался тихий, почти неразличимый шёпот — омега словно извинялся за свою недавнюю вспышку:

— Спокойной ночи, моя личная камера... Чмок.

Сердце бедного оператора пропустило удар от этой запредельной нежности. Он застыл с открытым ртом, глядя на тёмный монитор, чувствуя, как душа медленно покидает тело.

Вернувшийся с чашкой кофе режиссёр застал своего сотрудника в состоянии транса. Тот бессвязно бормотал себе под нос:

— Он ведь знает, что за ним наблюдают?.. Какой же милый... Это преступление против человечества, его надо арестовать... Он украл моё сердце...

Сюй Ли нахмурился и посмотрел на экран — там царил полный мрак.

Режиссёр озадаченно приподнял бровь:

— С тобой всё в порядке?

В соседней спальне происходило примерно то же самое.

Внезапная вибрация отвлекла Чу Чжие от книги. Страницы были окрашены мягким светом прикроватной лампы в приятный янтарный цвет. Телефон, вибрируя, медленно полз по тумбочке к краю, рискуя рухнуть на пол. Мужчина успел поймать его в самый последний момент. Он скользнул пальцем по экрану, и на стёклах очков в тонкой серебряной оправе отразился светящийся экран с входящими сообщениями.

Он удивлённо приподнял бровь.

Три сообщения симпатии.

Впрочем, вполне ожидаемо.

Но даже под безжалостным прицелом камер красивый альфа не выдал своих чувств ни единым жестом. Он спокойно дочитал послания, опустив глаза — точно так же, как мгновением ранее читал книгу. Не мешкая, Чу Чжие погасил экран смартфона, набросил на камеру кусок одежды, заботливо поправил одеяльце у плюшевого оленёнка на подушке и выключил свет.

— Спокойной ночи, малыш, — тихо проговорил он в темноту.

По ту сторону объективов операторы разочарованно переглянулись. Никакой бурной реакции. Хоть бы слово сказал! В соседней комнате бушевали шекспировские страсти, а этот сидел со спокойствием буддийского монаха.

Всей съёмочной группе безумно хотелось заглянуть в его голову, чтобы понять, о чём он думает.

«Малыш?»

— Он ведь обратился к игрушке? Потому что её подарил Лу И? — неуверенно предположил один из ассистентов.

— А мне кажется, доктор Чу просто питает слабость к милым вещам, — со вздохом возразила помощница режиссёра, обожавшая сводить парочки. Её шипперское сердце сейчас обливалось кровью. — Посмотрите на него: в отличие от Лу И, он при чтении сообщений не выказал вообще никаких эмоций. Вот уж кто настоящий, непостижимый манипулятор.

Режиссёр Сюй внимательно проанализировал ситуацию:

— Чу Чжие, как Сирена, имеет право отправлять два сообщения симпатии. И помимо нашего юриста, он выбрал Чжоу Цинъаня. Полагаю, именно Чжоу Цинъань для него в приоритете.

— Не поддавайтесь иллюзиям, — сценарист зажёгся азартом любителя запутанных сюжетов. — Не забывайте, что они оба — Сирены. Лу И ведь тоже отдал второй голос Чжун Чэ. На этом поле боя они — достойные соперники. И это лишь начало их великой шахматной партии.

— Уже предвкушаю завтрашний день. Скоро должен сработать эффект сома.

В романтических реалити-шоу этот приём всегда пользовался огромной популярностью.

Со временем участники неизбежно начинают сбиваться в устойчивые пары. Те, кто уже ходил на свидания, стремятся сохранить статус-кво ради стабильности и безопасности. Те же, у кого пары нет, чувствуют себя третьими лишними. Но без здорового соперничества нет и рейтингов. Тихая семейная гавань — это прекрасно, но если кормить зрителя пресной кашей изо дня в день, он быстро заскучает.

В таких случаях на сцену должен выйти активный возмутитель спокойствия — тот самый «сом», чья задача — расшевелить это сонное царство вялых сардин.

— Завтра декорации сменятся, и начнётся настоящая буря.

http://bllate.org/book/17899/1720590