Готовый перевод ABO Dating Show, But Everyone Got the Wrong Script / ABO Шоу: Все перепутали сценарий: Глава 6

— Что это? Карточка с заданием?

Вернувшись на своё место, Юй Чэнь только сейчас заметил конверт, лежавший под бокалом. Должно быть, официант принёс его вместе с напитками.

Изящный белый конверт с золотым тиснением по краям мерцал в отсветах хрусталя, поймав на свою текстурную бумагу ромбовидные блики. Юй Чэнь с нескрываемым любопытством распечатал его и быстро пробежался глазами по строчкам.

— Читай вслух, — негромко подсказал сидевший рядом Чжун Чэ.

— Завтра «Эрос» прибудет в наш первый пункт назначения, — послушно начал читать Юй Чэнь. — Лайнер бросит якорь у берегов греческого городка Катаколон. Всего в нескольких десятках километров от него находится легендарная Олимпия — родина Олимпийских игр, где веками зажигали священный огонь. Величественный древний город некогда сочетал в себе функции религиозного центра и спортивной арены, а знаменитая статуя Зевса, одно из семи чудес света, до сих пор притягивает путешественников со всего мира. В девять утра мы сойдём на берег и отправимся в Олимпию, а к двум часам дня должны вернуться на борт, где пары ждёт романтический обед на теплоходе и свидание. Обратите внимание: завтра пройдёт первый парный день для наших матросов!

Он перевёл дыхание и продолжил:

— Но это ещё не всё. Сегодня мы нарушим привычное уединение одиночных кают. Участникам предстоит разделиться по парам и заселиться в общие номера. Тот, кто останется без пары, сможет сохранить за собой прежнюю каюту. И помните: результаты этого расселения напрямую определят, с кем именно вы отправитесь на своё первое парное свидание.

— Теперь, уважаемые матросы, возвращайтесь в свои каюты и собирайте чемоданы! Самое время отправить предложение о совместном проживании и свидании тому, кто вам действительно интересен! Смайлик! — с энтузиазмом воскликнул Юй Чэнь.

— Смайлик вслух читать было совершенно необязательно, — покатился со смеху Лу И.

Юй Чэнь смущённо улыбнулся, за компанию разделяя его веселье.

По своей сути «Любовный маршрут» был дорожным реалити-шоу о свиданиях. В отличие от классических проектов этого жанра, где всё действие крутится вокруг уютного «дома свиданий», на борту круизного лайнера у ребят не было просторных общих зон, где можно было бы без лишней спешки сблизиться. Даже знаменитое поле битвы подобных шоу — кухня — здесь отсутствовало. Время и личное пространство участников оказались сильно ограничены, что совершенно не устраивало ни съёмочную группу, ни зрителей.

Чжоу Цинъань нахмурился. Цюй Гуан с изумлением окинул взглядом сидевших рядом альф, которые выглядели не менее растерянными. Он слегка покраснел:

— Жить в одной комнате?.. Это как-то слишком. А что, если омегу и альфу заселят вместе?

— Чтобы дать участникам больше шансов для сближения, продюсеры заранее заключили с руководством «Эроса» особое соглашение. Специально для шоу несколько смежных кают объединили в просторные двухкомнатные люксы. В них могли заселяться гости любого пола: у каждого была отдельная спальня, но гостиная и ванная комната оставались общими.

Такие будоражащие воображение условия идеально вписывались в смелый и откровенный формат проекта «Любовный маршрут», рассчитанного на аудиторию старше двадцати лет.

— И как мы будем распределять комнаты? — поинтересовался Чу Чжие.

— Первое распределение кают пройдёт по принципу взаимного выбора, — Юй Чэнь перевёл дух: правила оказались слишком длинными. — Все десять матросов сделают тайный выбор. Вы указываете того, с кем хотели бы делить комнату. Если ваши желания совпадают, вы заселяетесь в люкс. Те, кто останутся без пары в первом раунде, получат право узнать, кто проголосовал за них, и перейдут во второй тур. И так до тех пор, пока все пары не определятся.

В главном чате трансляции зрители мгновенно дали волю фантазии.

— Ну и масштабы! Альфа и омега наедине за закрытыми дверями... Представляю, что там начнётся... Хе-хе-хе-хе!

— Обхохочешься, посмотрите на лица участников! Почти все покраснели, сидят сами не свои. Ну ещё бы, толпа одиночек, которые, небось, за всю жизнь ни разу не ночевали в одной комнате с противоположным полом!

— А это вообще законно? Я вот, например, сплю без подавляющих пластырей. Если они сделают так же, утром из каюты вырвется такое пламя, что весь корабль сгорит!

— Что, уже присмотрел себе кого-то? — спросил Цюй Гуан, поворачиваясь к Юй Чэню.

Этот альфа-парень был на редкость хорош собой: высокий, статный, даже строгий деловой костюм не мог скрыть его отличную фигуру, а длинные ноги едва умещались под столом. Все его эмоции отражались на лице — когда он улыбался, казалось, что половина ресторана заливалась тёплым светом. Единственным минусом, пожалуй, была его профессия, которая совершенно не привлекала Цюй Гуана.

Но глядя на его искреннюю радость, омега не удержался от лёгкого кокетства.

— Хочешь выведать мои секреты? Фигушки! — неожиданно громко и воинственно выпалил Юй Чэнь.

Цюй Гуан опешил от такого напора. Омега никак не ожидал от огромного альфы реакции в стиле невинной девицы, охраняющей свою честь. Натянуто улыбнувшись, он крепче сжал край скатерти и молча откинулся на спинку стула, стараясь сгладить неловкость.

У стоявшего за камерой режиссёра нервно дёрнулся глаз. Он прикрыл лицо рукой, не в силах смотреть на этот позор.

В комментариях разразился настоящий взрыв хохота.

— Теперь понятно, почему он такой красавчик, а до сих пор ни с кем не встречался. Чувак удерживает оборону исключительно благодаря собственному таланту!

— Да этот парень способен перекусить стальной канат, которым бог любви пытается связать его судьбу!

— Омега сам проявил инициативу, заговорил с ним! Будь ты хоть немного похитрее, поддержал бы беседу, и искра бы пробежала. Но нет, мы выбираем путь истинного воина!

— Если всем всё понятно, давайте собираться и расходиться по каютам, — объявил режиссёр Сюй Ли, выходя к участникам.

Он дал команду завершить трансляцию, и экран погас, запустив автоматический повтор дневного эфира.

Обычно «Любовный маршрут» транслировался в прямом эфире с девяти утра до восьми вечера. Чтобы сохранить интригу, процесс голосования в каютах не показывали онлайн — эти пикантные подробности берегли для полноценных выпусков, чтобы поднять рейтинги телеэфира. Зрителям, сгоравшим от нетерпения, оставалось только ждать завтрашнего утра и надеяться успеть к самому началу эфира.

Увидев в чёрных экранах собственных смартфонов свои разочарованные лица, фанаты взбунтовались. Продюсеры безжалостно оборвали трансляцию на самом интересном месте!

— Где моя жена?! Верните мне Лу И!

— Имейте совесть, чёртовы телевизионщики!

— Расскажу вам страшную сказку: на каналах с индивидуальными ракурсами иногда выкладывают фрагменты личных интервью. Это не спойлер, не баньте меня!

— Чего-о?! Реально?! И когда их загрузят? Побежал проверять!

Достав из кармана ключ-карту, Лу И небрежно приложил её к замку каюты 8-105 и толкнул дверь.

Шум коридора мгновенно отступил, словно отлив. Датчики движения зафиксировали гостя, и в комнате тихо зашуршала система вентиляции, предназначенная для быстрой очистки воздуха от посторонних запахов — мера предосторожности на случай внезапного выброса феромонов.

В каюте воцарилась глубокая, умиротворяющая тишина.

Достав телефон, Лу И без особых колебаний выбрал имя, которое намеревался отправить — Чу Чжие. Спустя пару секунд на экране высветилось уведомление: «Ваш голос успешно принят».

Усталость мгновенно навалилась на него. Омега без сил рухнул на кровать, но тут же спохватился, вспомнив, что ещё не переоделся. С неохотой оторвавшись от белоснежных простыней, он лениво переполз в мягкое кресло, обтянутое уютным оранжевым льном.

Он гладил пальцами дорогую ткань, а в воздухе витал тонкий, едва уловимый аромат свежей зелени. Тем временем мысли Лу И неслись на бешеной скорости — он заново анализировал всё, что успел подметить за сегодняшний день.

Лу И вздохнул. На самом деле, даже если отбросить роль Сирены, этот альфа его по-настоящему заинтересовал.

«Среди бет Син Цююй явно неравнодушен к доктору Чу, но при этом его связывают какие-то двусмысленные отношения с Ху Цзыюем. Симпатии Чжун Чэ пока остаются загадкой.

Среди омег Цюй Гуан активно обхаживает Чу Чжие, однако он, кажется, просто присматривается и пока не сделал окончательного выбора. А вот признанный красавец Чжоу Цинъань, судя по всему, положил глаз на новенького Юй Чэня.

Среди альф... Юй Чэнь ведёт себя как наивный школьник, его пока можно не брать в расчёт. Лю Сяо держится особняком. И наконец, доктор Чу Чжие...»

«Чу Чжие...»

Он мягко произнёс это имя.

Но, судя по намёкам ребят, доктор Чу давно и безнадёжно сохнет по Чжоу Цинъаню — об этом неприкрытом одностороннем интересе знает уже весь корабль.

«Ладно, бог с ними, с чувствами. Моя задача сейчас — отыграть безупречного "казанову"».

Обычно новенькие участники предпочитают держаться вместе, выбирая самый безопасный путь.

«Но я — Сирена. А значит, мой долг — ворваться в сложившуюся паутину отношений и найти в ней брешь».

Пока Лу И, рассеянно глядя перед собой, прокручивал в голове планы, зажатый в его пальцах телефон внезапно завибрировал. От неожиданности он едва не выронил спонсорский гаджет на пол.

Кое-как поймав его обеими руками, омега взглянул на загоревшийся экран. Пришло системное сообщение от организаторов.

**[Результаты первого раунда распределения получены]**

**[Ваш выбор соседа по каюте не совпал]**

**[В базе выбора осталось: 9 человек]**

**[Вам поступили приглашения от участников: Юй Чэнь, Чжун Чэ (порядок случайный)]**

**[Пожалуйста, отправьте ваш выбор для второго раунда в течение 5 минут]**

Лу И опешил. «Осталось девять человек» означало лишь одно: в первом туре абсолютно никто не совпал.

Он честно пытался сдержать эмоции, но тщетно.

— Ха-ха-ха-ха! Ну надо же!

Это было слишком смешно. Третий день проекта, а на шоу до сих пор не случилось ни единого взаимного попадания!

Лу И хохотал так, что задрыгал ногами, а потом накинул на лицо первую попавшуюся кофту, чтобы скрыть свою слишком довольную физиономию от гнева режиссёра.

Телефон в руке снова настойчиво зажужжал. Смахнув выступившие от смеха слёзы, он вгляделся в текст. Судя по всему, редакторы были вне себя от ярости.

**[Пожалуйста, отправьте выбор для следующего раунда как можно скорее]**

**[Напоминаем: несмотря на отсутствие прямой трансляции из жилых кают, камеры внутри помещений продолжают запись]**

**[Просим участников следить за поведением и манерами!]**

Лу И хмыкнул, так и не поняв, прислали это лично ему или разослали всем.

Надув губы, он на пару секунд задумался, а затем решительным движением пальца отправил ответное сообщение.

То, что Чжун Чэ выбрал его, подтверждало его догадки: у этого беты пока не наметилось фаворитов среди старых участников. И конечно, этот жест вовсе не говорил о внезапно вспыхнувших чувствах. Скорее всего, тот просто проявил вежливость и дружескую заботу, чтобы новенький не чувствовал себя брошенным.

«Какой же он всё-таки заботливый, — подумал Лу И. — Хоть он совершенно не в моём вкусе, из него выйдет отличный друг».

Первый, слепой тур голосования всегда был самым искренним. Начиная со второго раунда, участники неизбежно приступали к холодному расчёту, меняя свои решения на основе полученных голосов. И прагматики, и романтики старались подстроиться под ситуацию, лишь бы не остаться у разбитого корыта и не оказаться в одной комнате с тем, кто им совсем не мил. Однако в этой игре разума тоже требовалась удача: если человек, на которого ты переключил внимание, в этот же момент выбрал кого-то другого, вы снова разминётесь.

Лу И весело напевал под нос незамысловатый мотив.

Если его догадки верны, в первом круге доктор Чу выбрал Цинъаня, Цинъань отдал голос Юй Чэню, Юй Чэнь проголосовал за него, а сам Лу И ткнул в доктора Чу.

Идеальный замкнутый четырёхугольник. Сценаристы монтажа наверняка преподнесут это как лихо закрученный детектив.

С точки зрения холодной логики, шоу шло всего два дня. Симпатия Чу Чжие к Чжоу Цинъаню была сугубо односторонней. Пусть внешне они смотрелись эффектно, но без взаимности у такой пары не появится преданной фан-базы, а значит, появление третьего лишнего публика воспримет с азартом. К тому же, если Лу И начнёт метаться и менять голоса в каждом раунде, зрители сочтут его лицемерным и неискренним, что мгновенно разрушит его репутацию.

С точки зрения чувств... Что ж, этот доктор с повадками искушённого хищника в строгих очках чертовски привлекал его как альфа.

Вывод напрашивался сам собой: во втором раунде нужно снова выбирать Чу Чжие. Всё складывалось как нельзя лучше.

Результаты второго раунда не заставили себя ждать.

**[Поздравляем! Ваш выбор совпал с выбором Чу Чжие!]**

Лу И довольно приподнял бровь.

Вспомнив высокий рост доктора, его длинные ноги и атлетическое телосложение, омега слегка прикусил кончик острого клыка. Он лукаво взглянул.

**[Просим участников переселиться в новые апартаменты до 23:00]**

**[Номер вашей каюты — 8-200. Электронный ключ доставлен к вашей двери]**

**[Завтра в 9:00 ждём всех на главной палубе в холле первого яруса]**

Вжик-вжик.

Вздохнув, Лу И выудил вибрирующий гаджет из-под вороха разбросанной одежды. Мало того что он предусмотрительно прикрыл объектив встроенной камеры, так теперь ещё нужно собирать вещи и переезжать.

Редакторы шоу не давали ему покоя ни на секунду.

— Пока остальные участники проходят процедуру расселения, господин Лу, не могли бы вы подойти в комнату для индивидуальных интервью? Запишем финальные вопросы на сегодня, и вы свободны. Заранее спасибо!

— Ладно, сейчас буду, — буркнул Лу И, взъерошив волосы, и тоскливо окинул взглядом каюту, где в творческом беспорядке были раскиданы его вещи.

Отключив вызов, он опустил взгляд на свою полурасстегнутую рубашку и решил переодеться во что-нибудь домашнее и простое — мягкое худи свободного кроя.

Образ завершили очки в массивной чёрной оправе, закрывавшие половину лица. Лу И прищурился перед зеркалом: мягкая чёлка послушно упала на лоб, превратив искушённого адвоката в трогательного, абсолютно безобидного ягнёнка.

Студия для личных интервью представляла собой просторную и роскошно обставленную каюту. В небольшом гостевом уголке прямо на пушистом ковре лежали подушки с логотипами спонсоров, а стеклянный столик ломился от рекламных буклетов и сувениров. Стоило Лу И устроиться на мягком мате, подогнув под себя ноги, как ассистент протянул ему листок с рекламным текстом.

Обняв подушку, он уныло и без особого выражения зачитал написанное.

— Надо же, первый день, а ты уже растерял весь свой парадный лоск, — сокрушался Сюй Ли, разглядывая миловидное лицо омеги. Впрочем, сонная нега и лёгкая лень в его взгляде только добавляли ему шарма.

— Извините, — засыпающим голосом протянул Лу И и смахнул выступившую у глаза слезинку.

— Ладно, ближе к делу, начнём опрос. Учти, эти кадры пойдут на спецканал Сирены, так что держи себя в руках, — предупредил Сюй Ли, лично возглавивший процесс. — Чья профессия из сегодняшнего раскрытия впечатлила тебя сильнее всего?

— Чжоу Цинъань, пожалуй, — подумав, ответил Лу И, и перед его мысленным взором тут же возник утончённый образ.

Такой ответ застал съёмочную группу врасплох.

— Почему именно он?

— У него невероятно красивое лицо. Знаете, как говорят — безупречный, словно резной нефрит. Настоящая классическая восточная красота: мягкие чёрные волосы, выразительные миндалевидные глаза с чуть приподнятыми уголками, аккуратные губы. К тому же он держится так холодно и отстранённо, а его кожа поразительно бела. Глядя на этого неприступного небожителя, так и хочется стащить его на грешную землю и осквернить...

— Кхе-кхе-кхе-кхе!

Раздался дружный, надрывный кашель операторов и режиссёра, заставивший Лу И спешно прикусить язык.

— Эм... — Лу И запоздало сообразил, что зашёл слишком далеко для цензурного формата, и обиженно пробурчал: — У нашего шоу разве не возрастной ценз двадцать плюс?

Заметив, как багровеет лицо режиссёра, он поспешил реабилитироваться:

— Я имел в виду его кожу! Она ведь у него фарфоровая. Кто бы мог подумать, что он археолог? Сложно представить, что этот изнеженный красавец часами пропадает на раскопках под палящим солнцем.

Лу И мгновенно сменил расслабленную позу на строгую и продолжил с предельной серьезностью:

— Мои познания в этой сфере поверхностны, но я как-то смотрел документальный фильм о раскопках. Это неимоверный, титанический труд, требующий колоссального терпения, железной воли и недюжинной смелости. Представьте себе: миллиметр за миллиметром очищать древние реликвии при помощи самых простых инструментов. Как говорится, битва хрупкого человеческого существа с безжалостным временем и бесконечной историей. Это вызывает глубочайшее уважение. Он мне правда очень нравится. И пусть он этого интервью не увидит, я всё равно воспользуюсь шансом признаться ему в любви.

Лу И послал в объектив камеры кокетливый воздушный поцелуй:

— Чжоу-Чжоу, я обожаю тебя! Ты настоящая гордость всех омег!

Его непосредственность и прямота выдавали в нём человека, долго прожившего за границей и привыкшего выражать свои чувства легко и открыто.

В комнате повисла тишина. Лишь тёмный объектив камеры безмолвно фиксировал происходящее, пока съёмочная группа переваривала услышанное.

Наконец Сюй Ли нарушил молчание. Сложно было понять, иронизирует он или искренне восхищается:

— Прекрасно. Просто замечательно.

На этот раз замолчал уже Лу И. Он с подозрением прищурился, уставившись на режиссёра проницательным взглядом:

— Вы ведь собираетесь это переврать на монтаже, верно? Склеите эффектный тизер и преподнесёте так, будто я сохну по кому-то другому.

— О законах кинематографа слышал? Разве можно называть творческий монтаж ложью? — усмехнулся Сюй Ли. — Сяо Лу, ты же взрослый мальчик и понимаешь, как устроено телевидение. Шоу нужны интриги, конфликты и яркие вывески. В конце концов, у тебя есть статус Сирены, так что зрители отнесутся к твоим шалостям снисходительно. Тем более это видео выйдет на твоем личном канале. Здесь всё без купюр, и если в трейлерах что-то напутают, твои преданные фанаты легко найдут оригинал и во всём разберутся.

Поражённый беспардонностью режиссёра, Лу И лаконично оценил его находчивость:

— Потрясающе. Какая редкая беспринципность.

Сюй Ли лишь благодушно улыбнулся:

— Кто бы мог подумать, что самым «запикиваемым» участником проекта окажешься именно ты.

— Хорошо, а чья профессия показалась тебе самой неожиданной? В ком ты увидел самый яркий контраст внешности и дела жизни? — продолжил допрос Сюй Ли.

— Пожалуй, ни в ком, — Лу И лениво прикрыл глаза, утомлённый собственной тирадой. — Все уложились в рамки моих ожиданий.

На самом деле он немного лукавил.

Адвокатская практика действительно научила его разбираться в человеческой психологии, но корни его проницательности лежали гораздо глубже.

В детстве он зачитывался рассказами о Шерлоке Холмсе и буквально бредил дедуктивным методом. Он мог часами разглядывать случайных прохожих, мысленно примеряя на себя роль великого сыщика с Бейкер-стрит. По малейшим деталям одежды, жестам и мимике маленький Лу И пытался угадать их характер, привычки, профессию и даже сочинить им целую биографию.

В те годы его общительность граничила с безумием.

Помогая маме катить тележку в супермаркете, этот очаровательный круглолицый ребёнок мог внезапно преградить дорогу какому-нибудь опешившему покупателю и с видом умудренного опытом скептика спросить: «Вы ведь работаете массажистом в салоне на углу, правда?»

Конечно, подобные порывы быстро пресекались строгой родительской рукой, да и детская страсть к дедукции со временем угасла, но привычка подмечать мелочи и анализировать людей осталась с ним навсегда.

Режиссёр понимающе кивнул и заглянул в свой сценарий. На его лице появилась многозначительная ухмылка.

— В обоих раундах голосования за соседа по комнате ты упорно выбирал Чу Чжие. Расскажи, чем продиктован такой выбор? — вкрадчиво поинтересовался Сюй Ли. — Это любовь с первого взгляда? Или простое любопытство? Может, сегодня он проявил какую-то деталь, которая тебя зацепила?

Лу И задумался.

«Потому что...»

«Потому что у него потрясающе сексуальный голос с хрипотцой, и мне безумно хочется услышать, как он будет звучать в постели».

«Потому что, когда он встаёт, у него невероятно подтянутые, крепкие ягодицы».

«И потому что за стёклами его очков скрывается такой дикий, порочный взгляд, от которого кружится голова, несмотря на всю его напускную вежливость и холодность».

Короче говоря, дело было не в романтике. Доктор просто идеально соответствовал его самым смелым эротическим фантазиям. Его привлекало исключительно красивое лицо и роскошное тело.

Но разве такое скажешь на камеру?

Сюй Ли хитро сощурился, всем видом показывая, что прекрасно понимает ход мыслей своего гостя. Лу И уловил этот взгляд. Режиссёр знал о его пошлых мыслях, а Лу И знал, что режиссёр в курсе. И этот хитрый старик просто наслаждался моментом, надеясь загнать его в угол.

Омега прищурился и выдал без капли смущения:

— Потому что я хочу его...

Самое пикантное слово редакторы при монтаже гарантированно заменят на длинный звуковой сигнал цензуры.

— Ты... — Сюй Ли поперхнулся воздухом и закашлялся.

Лу И зашёлся звонким, торжествующим хохотом.

Режиссёр с трудом подавил рванувшееся наружу ругательство, глядя на этого невозможного мальчишку.

— Да я тебя придушу когда-нибудь! Держи себя в руках, похоть до добра не доводит! Скажи хоть что-то, что можно пустить в эфир!

Подобная откровенность от омеги для консервативного зрителя была явно чересчур революционной.

— Мотор! — скомандовал Сюй Ли.

Лу И, окончательно взбодрившись, послушно выпрямился и наконец выдал вполне приличный, отшлифованный ответ:

— Доктор Чу обладает невероятным шармом. Он умён, красив, очень вежлив и находится в отличной физической форме. Мне бы очень хотелось узнать его поближе.

— Ладно, сойдёт. Свободен, — вздохнул режиссёр, уже прикидывая, как смонтировать этот взрывной материал.

Когда Лу И покидал студию, операторы и звукорежиссёры прятали улыбки, а некоторые и вовсе стояли пунцовые. Сюй Ли, даже не оборачиваясь, бросил ему вслед:

— Веди себя скромнее. Другие участники ещё не знают, какой чертёнок в тебе сидит. Смотри не напугай их раньше времени.

— Так точно, шеф! — Лу И шутливо отдал честь и пулей вылетел за дверь.

Провожая его взглядом, одна из ассистенток вздохнула:

— Сяо Лу такой душка, гораздо общительнее, чем кажется на первый взгляд. Он даже запомнил моё имя и поздоровался, когда шёл сюда.

— Это точно. Сяо Цюй, Сяо Лю и Чжоу-Чжоу такие зажатые. Хоть мы снимаем уже не первый день, они перед камерами как деревянные, да и с нами общаются очень натянуто.

Услышав это, режиссёр мысленно закатил глаза.

— Ну да, конечно. Зато мне с этим «ангелочком» приходится расплачиваться своими нервными клетками.

Вернувшись в каюту, Лу И спешно принялся складывать разбросанную одежду в чемодан. Собрав туалетные принадлежности и проверив, не забыл ли чего, он вытащил ключ-карту из слота.

Каюта 8-200, если верить схеме палуб «Эроса», была одной из самых просторных на этом ярусе.

Теперь понятно, почему она занимала столько места — это были две полноценные каюты, объединённые общим пространством.

Лу И приложил новый электронный ключ к замку, раздался негромкий щелчок, и он толкнул дверь.

И замер на пороге.

Внутри горел мягкий свет. Дверь в ванную комнату была плотно закрыта, но сквозь матовое стекло проступал зыбкий силуэт, окутанный клубами пара, а изнутри доносился мерный шум льющейся воды.

«Чу Чжие?»

В голове Лу И мгновенно вспыхнула мысль: «Мы делим одну ванную...»

«Стоп. Это что же получается... Это как-то слишком горячо, нет?»

Шум воды внезапно прекратился.

Капли стекали по рельефным мышцам, исчезая под краем обмотанного вокруг бёдер полотенца. Услышав тихий шорох в гостиной, альфа замер. Быстро накинув сухой белый халат, он аккуратно завязал пояс и запахнул воротник до самого подбородка, спрятав от посторонних глаз безупречное тело.

Влажные пряди волос хаотично облепили шею, оставляя тёмные следы на белоснежной ткани халата. Чу Чжие нащупал на раковине свои очки в тонкой серебряной оправе, водрузил их на переносицу и, продолжая промокать голову полотенцем, вышел из наполненной паром ванной.

Он нос к носу столкнулся с Лу И, который всё ещё стоял посреди комнаты со своим чемоданом. Оба замерли в замешательстве.

Чу Чжие бросил взгляд на часы в телефоне — стрелки перевалили за полночь. Откашлявшись, он хриплым со сна голосом попытался нарушить неловкую тишину, задав довольно глупый вопрос:

— О, ты уже переехал?

Одно дело — мило беседовать за общим ужином на глазах у всех, и совсем другое — оказаться вдвоём за закрытыми дверями.

В ресторане они общались непринужденно и легко, но здесь, на общей нейтральной территории, между ними мгновенно возникла стена скованности. Слишком очевидной была разница между работой на камеру и обычной, неформальной жизнью без объективов.

— Прошу прощения, доктор Чу, — Лу И, который ещё пару часов назад беззастенчиво раздевал альфу глазами, теперь упорно разглядывал носки своих туфель, избегая смотреть на мужчину в халате. — Я... я, пожалуй, занесу вещи в комнату.

— Конечно, — вежливо отозвался Чу Чжие. Чувствуя себя не менее скованно, он всё же помог перетащить чемодан к свободной спальне, коротко объяснил, как пользоваться пультом от кондиционера, и поспешил скрыться за дверью своей комнаты.

Разложив свои вещи на полках, Лу И внезапно кое о чём вспомнил.

Он приоткрыл дверь спальни и осмотрелся. В гостиной царил идеальный порядок, журнальный столик блестел чистотой, а на диване одиноко покоились спонсорские подушки. Было очевидно, что сюда никто не заходил.

Немного поколебавшись, Лу И подошел к двери напротив и негромко постучал.

Дверь тут же открылась. Альфа уже успел переодеться в домашнюю одежду, но его влажные волосы всё ещё нуждались в сушке — он держал в руках сухое полотенце.

Чу Чжие удивлённо опустил взгляд на стоявшего перед ним омегу. В руках у Лу И было несколько ярких подарочных пакетов. Заметив хозяина комнаты, юрист расплылся в дружелюбной улыбке и протянул ему один из них.

— Извини, если разбудил, доктор Чу. Я просто хотел вручить тебе небольшой сувенир. В ресторане было слишком шумно, так что отдаю сейчас, — проговорил Лу И подчёркнуто деловым, вежливым тоном.

Рука мужчины с полотенцем замерла. Он завороженно смотрел на пушистые, слегка изогнутые ресницы омеги. Его голос зазвучал мягче, с привычной бархатистой хрипотой:

— Большое спасибо. Очень приятно.

— Не буду больше отвлекать. Мне нужно заглянуть ещё к паре человек.

Лу И помахал рукой на прощание и направился к выходу. Замок тихо щелкнул, закрывая дверь.

Убедившись, что шаги в коридоре стихли, Чу Чжие позволил дежурной улыбке сойти со своего лица.

В его глазах всё ещё читалось изумление. Скользнув взглядом по пустой прихожей, он заглянул внутрь подарочного пакета, аккуратно опустил его на край кровати и тоже вышел из каюты.

Из-за душа он пропустил вызов на индивидуальное интервью, и теперь ему нужно было поторопиться — он замыкал список сегодняшних спикеров.

Когда Чу Чжие вернулся, он сразу почувствовал, что в ванной кто-то был. В воздухе всё ещё витал тёплый влажный пар, а на раковине поселился яркий лимонно-жёлтый стаканчик с зубной щёткой и висело свежее полотенце. Окончательным штрихом стали легкомысленные жёлтые тапочки, которые Лу И без лишних церемоний выудил из обувницы и утащил к себе в комнату.

http://bllate.org/book/17899/1720589