Готовый перевод The Charming School Heartthrob / Школьный красавчик очарователен и мил ✅: Глава 24

Лу Цзинчэн: «…»

Е Цинъян отряхнул ладони и поднялся с земли:

— Я закончил.

— Ещё бы ты не закончил. Вспомни, как быстро ты отжимался в прошлый раз, а теперь, стоило товарищу Лу встать рядом, ты сразу так сбавил темп.

Е Цинъян ничуть не смутился и с улыбкой ответил:

— Так мы ведь наслаждались нашим миром для двоих, разве нет?

Лу Цзинчэн: «И как у тебя только язык поворачивается такое говорить!»

Ребята покатились со смеху, а у некоторых девчонок глаза так и засияли, буквально меча искры.

— Ладно, хорош паясничать, вставай в строй, — прервал его инструктор.

Е Цинъян возвращаться не спешил:

— Опять в строй, инструктор? Я сейчас вернусь, а через минуту меня снова вызовут.

Инструктора это позабавило:

— Но не можешь же ты стоять здесь вечно. — Он бросил взгляд на часы: — Ладно, возвращайся. Пора завтракать, все свободны, шагом марш в столовую.

Только тогда Е Цинъян с довольным видом вернулся в строй.

Они снова сначала забрали свои котелки и лишь потом пошли есть. Завтрак был самым простым: жареные палочки из теста, яйца и соевое молоко..

На этот раз Лу Цзинчэн не стал привередничать. Он поел вместе с Е Цинъяном и остальными, после чего они вернулись в казарму.

Сбор после завтрака назначили на полдевятого, так что у ребят было немного времени, чтобы перевести дух перед тем, как спуститься на плац.

— Сегодня мы первым делом займёмся строевой стойкой. Голову выше, грудь вперед, руки прижаты к швам брюк…

Е Цинъян слушал команды, замерев прямо как сосна.

Инструктор Сюй окинул взглядом стоявших перед ним студентов и засек время на часах:

— Пять минут. Держать эту позу ровно пять минут. Кто шевельнется — парни отжимаются, девчонки приседают.

Кто-то обреченно охнул, и инструктор Сюй тут же выдернул бедолагу из строя — тот сразу принялся отжиматься.

Пять минут — срок вроде бы и небольшой, и не маленький, но для студентов, застывших в строевой стойке, это время тянулось бесконечно.

Вскоре ещё нескольких человек поймали на шевелении и выставили вон.

Инструктор Сюй, заложив руки за спину, не спеша обходил ряды с проверкой.

Поравнявшись с Е Цинъяном и Лу Цзинчэном, инструктор усмехнулся:

— А наш дуэт «Подсолнух и Солнце» держится молодцом, стоят ровно.

«Подсолнух и Солнце»?

Е Цинъян недоуменно скосил на него глаза.

Инструктор Сюй улыбнулся:

— Если так посмотреть, оба вы парни видные, да и рост подходящий, вполне годитесь в знаменосцы.

Е Цинъян: «…» Опять знаменосец? Жизнь идёт, а его карьера знаменосца, похоже, бесконечна.

До перерождения на военных сборах он вечно таскал знамя, неужели и после перерождения от этой участи не сбежать?

Е Цинъян выдавил из себя бледную улыбку.

Лу Цзинчэна перспектива таскать флаг совершенно не прельщала, он лишь сухо мазнул по инструктору взглядом и промолчал.

Когда пять минут истекли, наказанные зашевелившиеся студенты закончили свои отжимания и приседания и вернулись в строй. Начался новый этап тренировки.

Всю первую половину дня они отрабатывали строевую стойку, а после обеда перешли к маршировке строевым шагом.

Инструктор Сюй зычно покрикивал, задавая стандарты:

— Руки выпрямить при взмахе, спину держать ровно, шаг должен быть синхронным! Строевым шагом — марш!

Ребята дружно зашагали вперед, размахивая руками.

Инструктор Сюй то и дело подходил к кому-то, исправляя ошибки. И вот, в процессе этих корректировок, его взгляд снова упал на Е Цинъяна.

— Тот, который подсо… Товарищ Е Цинъян, выйти из строя.

Е Цинъян с абсолютно растерянным видом сделал шаг вперед:

— Что такое, инструктор?

— Пройдись-ка один, покажи всем пример.

Е Цинъян: «…»

И как он сразу не догадался! Начиная со средней школы, потом в старшей, и вот теперь — даже после перерождения! На каждых военных сборах ему суждено работать живым учебным пособием!

Делать было нечего, и Е Цинъян, послушно и четко выбрасывая руки, пошёл вперёд под команды инструктора.

— Раз, два, раз! Раз, два, раз! — Инструктор Сюй отбивал ему ритм. — Стой!

Е Цинъян приставил ногу и замер.

— Напра-во!

Е Цинъян повернулся к нему лицом, выражая всем своим видом кроткую обречённость.

Инструктор Сюй, напротив, сиял от радости, словно откопал редкое сокровище, и продолжил гонять его по командам:

— Вольно! Смирно!

— Отлично, просто отлично! — Инструктор Сюй указал на Е Цинъяна пальцем, обращаясь к строю: — Все видели? У товарища Е Цинъяна идеальные движения, берите с него пример.

Наблюдавшие за этим одноклассники прониклись к нему мгновенным и глубоким уважением. Они смотрели на него с восхищением, думая про себя: «Ну и пропасть же между нами!»

Тренировки только начались, а Е Цинъян уже марширует как заправский солдат!

— Так, Е Цинъян, с этого момента ты назначаешься старостой нашей первой роты. Будешь отвечать за дисциплину и помогать ребятам делать успехи.

Е Цинъян: «???» Он ведь всеми силами отыгрывает роль безнадежного двоечника, с какого перепугу ему теперь отвечать за чьи-то успехи?

— Инструктор, может, выберете кого-нибудь другого?

Е Цинъяну до смерти не хотелось становиться старостой на сборах. Каждый раз одно и то же! Разве нельзя ему побыть обычным рядовым бойцом?

— У меня ужасная успеваемость, я худший ученик в классе, мне не положено быть старостой.

— Ерунда, у нас тут военные сборы, твои оценки по предметам никого не волнуют, — отмахнулся инструктор.

— Но ребята ведь тоже будут против, — Е Цинъян обернулся к одноклассникам: — Правда ведь?

Ребята лишь весело ухмыльнулись:

— Вовсе нет, мы как раз обеими руками за!

Е Цинъян: «…» Зря я, получается, строил из себя вашего доброго ангелочка!

Инструктор довольно улыбнулся:

— Вот и славно, решено. Е Цинъян, отныне ты наш староста.

Е Цинъян промолчал, смирившись с тем, что его сделали «утиным старостой».

Инструктор погонял их строевым шагом ещё какое-то время, после чего сверился с часами и объявил, что пора переходить к проверке быта.

— Даю вам сорок минут на уборку. Через сорок минут я лично обойду все жилые комнаты. Чья комната не пройдёт проверку — перед ужином бежит два круга по стадиону.

Студенты тут же дружно взвыли.

Чэнь Вэй и остальные парни из их комнаты невольно уставились на Е Цинъяна, глядя на него как на единственного спасителя.

Стоило им переступить порог казармы, как Ли Лань, даже не дав Е Цинъяну сделать глоток воды, мертвой хваткой вцепился ему в талию:

— Папочка! Родной мой папочка, спаси своего ребенка!!!

Лу Цзинчэн со звучным щелчком выкинул лезвие своего складного ножа для фруктов. В этот раз и искать ничего не пришлось — оружие к бою, пора рубить свиные копыта!

— Руки убрал, — свирепо процедил Лу Цзинчэн.

Ли Лань, глянув на хищный блеск стали, испуганно задрожал и поспешно отпустил Е Цинъяна:

— Босс, давайте без крайностей, спрячьте ножик, пожалуйста.

Лу Цзинчэн взял со стола яблоко и, не сводя тяжелого, буравящего взгляда с Ли Ланя, принялся медленно срезать кожуру.

Ли Лань почувствовал себя так, словно сидит на иголках. Ощущение было такое, будто он — беспомощная рыба на разделочной доске.

И счищал Лу Цзинчэн сейчас явно не яблочную кожуру, а сдирал с него, Ли Ланя, три шкуры!

Е Цинъян, видя, что в комнате наконец воцарился порядок, взял слово:

— Заправить кровати нужно, верно? Хорошо, хорошо. 1 юань за раз. Как вам такая цена?

Парни закивали как заведённые:

— Устраивает, ещё как устраивает!

Е Цинъян улыбнулся:

— Отлично, тогда добавляйтесь ко мне в WeChat через классный чат, и я сейчас всё сделаю.

Договорив, он заметил, что Лу Цзинчэн от злости кромсает яблоко как попало. Е Цинъян подошёл и мягко забрал у него фрукт из рук:

— Лу-гэ, давай я сам почищу.

Лу Цзинчэн посмотрел на него, думая про себя: «Вспомнил-таки обо мне! А когда Ли Лань к тебе прижимался, что же ты его не оттолкнул? Мне пришлось за тебя заступаться! Ты слишком мягкотелый! Нужно уметь говорить "нет", понимаешь?!»

Он покачал головой, мысленно похвалив себя за то, что вовремя перетащил Е Цинъяна в свою комнату. Иначе этого наивного простака заездили бы все кому не лень! Хорошо, что рядом есть он.

От этих мыслей на душе у Лу Цзинчэна потеплело, и он укрепился в понимании того, почему Е Цинъян так сильно в него влюблён. Такой бедный и беззащитный парень просто не мог не восхищаться кем-то столь сильным и влиятельным, как он сам. Должно быть, он для Е Цинъяна — идеальный пример человека, которым тот сам мечтает стать.

Лу Цзинчэн мысленно вздохнул, понимая, что этому сбыться не суждено. Но ничего страшного, он вполне может взять Е Цинъяна под своё крыло. По крайней мере, тогда его никто не посмеет обидеть.

С этими благородными мыслями он и протянул яблоко.

Е Цинъян понятия не имел, какие лабиринты выстраивает чужая логика. Он ловко срезал кожуру, одновременно кивнув Лу Цзинчэну, чтобы тот пока разложил свои вещи.

Лу Цзинчэн управился за пару минут — в конце концов, вещей он с собой почти не взял.

Е Цинъян протянул ему идеально очищенное яблоко, вытер руки влажной салфеткой и принялся наводить порядок на своем месте и заправлять постель.

Затем дошёл черёд до одеяла.

Руки взлетали и падали, движения были настолько отточенными и быстрыми, что заворожённые соседи по комнате натурально разинули рты.

— Помедленнее, о великий мастер! Я же ничего разглядеть не успеваю! — взмолился Чжан Фэн.

Е Цинъян уложил своё одеяло в изножье кровати и тут же переключился на постель Лу Цзинчэна.

Снова пара минут — и на кровати красовался безупречный, острый, как по линейке выверенный «кубик тофу».

Глаза соседей округлились от благоговейного трепета. В этот момент они отчётливо осознали, что руки в этом мире бывают двух видов: настоящие, как у Е Цинъяна, и фальшивые протезы — у них самих.

Е Цинъян начал методично обходить чужие кровати в том порядке, в каком ему прилетали денежные переводы на телефон.

Когда очередь дошла до постели Чэнь Вэя, он бросил мимолетный взгляд на Лу Цзинчэна и спросил:

— Лу-гэ, а Чэнь-гэ кровать заправляем?

Чэнь Вэй: «…»

Чэнь Вэй почувствовал себя самым несчастным человеком на земле. Он выхватил у Лу Цзинчэна нож для фруктов, приставил лезвие к собственному запястью и закричал:

— Либо вы мне помогаете, либо я кончаю с собой! Лу Цзинчэн, побудь ты человеком хоть раз!

Лу Цзинчэн лишь весело фыркнул:

— Ну давай, изобрази, я посмотрю.

Чэнь Вэй: «…»

Лу Цзинчэн усмехнулся, подошёл, забрал свой нож и аккуратно сложил его:

— Ишь ты, пугать меня вздумал.

Затем он повернулся к Е Цинъяну и с видом человека, глубоко радеющего за общую дисциплину, великодушно разрешил:

— Заправляй. А то если он один провалит проверку, это нам всю статистику по комнате испортит.

— Вот-вот, — поддакнули остальные.

Чэнь Вэй: «???»

Вы-то вообще молчали бы, подпевалы, как будто вы сами свои кровати заправляли!

Сорок минут пролетели незаметно. Инструктор Сюй начал обход жилых помещений с первого этажа.

— Это ещё что за безобразие? — Инструктор толкнул дверь одной из комнат и сразу уставился на кровать напротив входа.

Он подошёл ближе, критически осмотрел бесформенную кучу и крикнул:

— Чьё художество? Признавайтесь.

Из толпы робко вышла девушка и, виновато улыбаясь, выдавила:

— Моё…

— И что это, по-твоему, такое? — Инструктор похлопал ладонью по бесформенному кому: — Буханка хлеба?

Девушка уныло вздохнула и тихонько пробормотала:

— Ну… может, прессованный тофу?

— Слишком дряблый, не пойдёт, — резким движением инструктор скинул одеяло на пол.

Лицо девушки мгновенно помрачнело, став ещё грустнее.

— А это что за чудо природы? — Инструктор Сюй перевёл взгляд на кровать по диагонали.

— Наверное… нежный тофу? — испуганно пискнула хозяйка кровати.

— Слишком нежный, незачёт.

— А вот это, судя по всему, вообще соевые выжимки? — Инструктор Сюй сокрушённо покачал головой: — У вас вся комната завалила проверку. Что, хотите дружно, взявшись за руки, наматывать круги по плацу? Как там пелось? «Друг по жизни идёт с тобой, кто не бегает — тот плохой»?

Девчонки дружно взвыли от досады. Студенты из других комнат начали было посмеиваться, но ровно до тех пор, пока инструктор не дошёл до них самих — тут уж всем стало не до смеха.

Инструктор Сюй двигался дальше по коридору, безжалостно сбрасывая на пол одеяло за одеялом и попутно отсчитывая нерадивых подопечных:

— Я же просил вас внимательно смотреть и тренироваться! Вы забили и на учёбу, и на практику.Я даже снизил планку до 60 баллов, а у вас почти никто не набрал проходной балл. Как вы собираетесь сдавать итоговый зачёт?

Студенты уныло оправдывались:

— Инструктор, да мы бы рады научиться, но это же нереально сложно! Для этого нужны нормальные руки, а у нас вместо них какие-то культяпки фальшивые.

— Точно, у нас у всех „новые руки императора”.

(Это прямая отсылка к сказке Ганса Христиана Андерсена «Новое платье короля» (в китайском переводе она называется «Новое платье императора». Сюжет сказки строится на том, что платья на самом деле не существовало — король был голым, но все притворялись, что видят роскошный наряд. )

Инструктора Сюя эти метафоры заставили улыбнуться:

— Если бы вы руками работали так же ловко, как языками, цены бы вам не было.

Разговаривая таким образом, он наконец дошёл до комнаты Е Цинъяна.

Е Цинъян стоял ближе всех к выходу и повернул ключ в замке, распахивая дверь.

Увидев его, инструктор Сюй заметно оживился:

— Ну-ка, давайте поглядим, как справился с заданием наш новоиспеченный староста.

— Наш староста заправил просто идеально! — вовсю закричал Ли Лань, создавая группу поддержки.

— Точно-точно, староста у нас лучший! — подхватил Лю Нин.

— Наш староста не только сам всё сделал на отлично, но и нас за собой вытянул! — добавил Чжан Фэн, вливаясь в общий хор фанатов Е Цинъяна.

Е Цинъян скромно отмахнулся:

— Да ладно вам, просто все проявили искреннее рвение к учёбе.

Инструктор Сюй, слушая эту слаженную командную оду, заинтересовался ещё сильнее и перешагнул порог.

И тут же замер на месте от удивления.

В комнате парней царила идеальная чистота, все личные вещи были аккуратно расставлены по местам, но главное — на каждой без исключения кровати лежал безупречный, прямоугольный, с острыми гранями кубик тофу. Всё строго по уставу.

Столпившиеся в коридоре студенты хором ахнули:

— Офигеть!.. Парни, вы где эти одеяла украли? Это же просто космос!

— Мама дорогая… Инструктор, вы что, во время тихого часа тайно к ним приходили и сами всё заправили?

— Невероятно! Как у вас вообще это получилось?

Все взгляды устремились на Е Цинъяна и Лу Цзинчэна.

Лу Цзинчэн сохранял на лице каменное выражение, а когда чужое внимание начало его откровенно утомлять, он лишь злобно зыркнул на зевак.

Зато Ли Лань и остальные так и лучились гордостью:

— Это целиком и полностью заслуга нашего старосты Е! Вчера, едва посмотрев на то, как мастерски заправляете вы, инструктор Сюй, он вернулся и начал без устали тренироваться, да и нас заставил. Вы даже не представляете — пока все спали в тихий час, мы без отдыха оттачивали мастерство!

— Да, упорство и труд всё перетрут! После стольких мучений мы наконец-то постигли эту тайну! — Лю Нин безбожно врал, даже не моргая.

Инструктор Сюй: «…»

Вы серьёзно думаете, что я вам поверил? У меня зрение стопроцентное, я что, по-вашему, слепой? Во всём классе только ваша восьмерка научилась это делать, да ещё так, будто ваши кровати через функцию «копировать-вставить» прогнали!

Инструктор промолчал, внимательно разглядывая Е Цинъяна. В его глазах читались три части искреннего любопытства и семь частей чистого восторга.

«А парень-то с огоньком, — подумал он. — И марширует отлично, и в быту идеален, не знай я правды, решил бы, что он из регулярной армии пришёл. Недооценил я этого старосту. Настоящий самородок!»

— Видели? — Инструктор Сюй с размаху похлопал Е Цинъяна по плечу, поворачиваясь к притихшей толпе в коридоре: — Вот он — ваш главный пример для подражания! Товарищ Е не только проявил высочайшую требовательность к себе, но и активно помог своим товарищам по комнате. Заправить одну кровать — дело нехитрое, но сплотить весь коллектив и добиться идеального порядка на каждом спальном месте — это показатель высокой сознательности и ответственности. Всем учиться у него!

— Истинно так! — поддакнул Ли Лань. — Староста — просто ориентир для нашего поколения!

Остальные студенты, прекрасно знавшие, кто из них чего стоит, дружно перевели многозначительные взгляды на Е Цинъяна.

Е Цинъян мягко улыбнулся:

— Инструктор, вы мне льстите. Если у ребят возникнет желание, я с радостью буду мотивировать и контролировать весь наш взвод точно так же, как контролирую свою комнату. Давайте расти вместе и сделаем нашу первую роту образцово-показательной!

Студенты, мгновенно уловив намёк, понимающе заулыбались:

— Отличная идея! Тогда рассчитываем на твою заботу и помощь, староста.

Е Цинъян ответил им дежурной улыбкой:

— Обязательно.

«Всё-таки делать деньги иногда бывает чертовски просто», — подумал он.

После этого случая Е Цинъян в один миг стал местной легендой.

Перед ужином, когда на плацу вовсю кипела тренировка, добрая половина роты уныло наматывала круги по стадиону. В это же время восемь парней из их комнаты и ещё шестеро счастливчиков, чудом сдавших проверку, преспокойно сидели в прохладной тени деревьев, наблюдая, как их одноклассники обливаются потом на дорожке.

Надо признать, ощущение от этого зрелища было исключительно приятным.

— Парни, да как так-то? — К ним потянулись те несколько человек, кто сдал проверку самостоятельно. Они сгорали от любопытства: — Е Цинъян, колись, это ведь ты им всем одеяла заправил?

http://bllate.org/book/17838/1707163