Готовый перевод Бескрайнее Темное Море: 32. Шуйкунь 

Заходящее солнце осветило шатры, издали похожие на огненные факелы. Стоило трем мужчинам приблизиться к Вэйдахаю, как навстречу им устремился черный жеребец с девушкой на нем. Остановив коня перед мужчинами, Чань Ю возмущенно воскликнула: 

- Где вы пропадали?! 

- Ты ведь не захотела вести нас к старухе Сэй, так что нам пришлось самим к ней идти, - заметил Цин Вэнь, сощурив глаза. 

- Ты повел их к ущелью?! – ужаснулась девушка, взглянув на Сы Ху. 

- Мудрец Фан обещал помочь моему отцу, - сухо ответил тот. 

Метнув в его сторону убийственный взгляд, Чань Ю шумно выдохнула, напоминая рассвирепевшую львицу, которая с трудом держала себя в руках, иначе давно бы бросилась на Сы Ху. 

- А-Ю, за время нашего отсутствия что-то случилось? – мягко спросил Фан Лао. 

- Нет, однако вы без предупреждения покинули Вэйдахай, отчего великий шаньюй был встревожен. Вдруг вы бросили нас? – с плохо скрываемой обидой спросил Чань Ю. 

- Давай вернемся и мы расскажем, что успели найти, - предложил заклинатель, и девушка кивнула. 

Добравшись до Вэйдахая и оставив лошадей, Сы Ху покинул их, поспешив в юрту отца. Остальные же зашли в предоставленный им шаньюем шатер. Пока Цин Вэнь неторопливо рассказывал о словах старухи и о том, как они оказались в ущелье, при этом не удостоив упоминания Цзуйхоу, Фан Лао заваривал чай. Его взгляд то и дело что останавливался на Чань Ю. Девушка слушала молча и не перебивала, сжав пальцы на штанах и поджав губы. Не нужно было быть мудрецом, чтобы догадаться, что Чань Ю прекрасно известно о словах старухи Сэй, однако она предпочла бы их не слышать. 

- Вам повезло выбраться из ущелья, - наконец произнесла девушка, не взглянув на оставленный перед ней чай. – Великий шаньюй запретил нам ближе чем на одну ли приближаться к ущелью, и то, что сделал Сы Ху, является прямым неподчинением. Если об этом узнает моей отец, то может выгнать из Вэйдахая не только Сы Ху, но и весь Шаньбэй! 

- А ты хочешь рассказать великому шаньюю о том, что произошло? – вкрадчиво поинтересовался Цин Вэй, облокотившись об подлокотник кресла и подперев пальцами висок. – Это ведь и твоя вина. Скажи ты нам, где искать старуху, и мы бы не прибегли к помощи Сы Ху. А-Ю, почему мне кажется, что ты хочешь, чтобы Шаньбэй покинул Вэйдахай? Неужели тебе известно, кто на самом деле открыл путь в Янхай? 

Фан Лао с интересом взглянул на принца. Тот не повышал голос, говоря негромко и при этом не сводя пристального взгляда с тяжело дышащей Чань Ю. Та с трудом могла смотреть ему в глаза, словно храбрая мышка, отчаянно пытающаяся противостоять грозному тигру. Как долго она сможет это выдержать? 

- Кто на самом деле пробрался в Янхай? 

Чань Ю поджала губы, не собираясь говорить, и Цин Вэнь нарочно громко вздохнул, поднявшись с места и закрепив меч на поясе. 

- Наставник Фан, разве мы можем оставаться в месте, где нам даже не говорят причину заражения темной ци? Мы прибыли сюда, чтобы не дать союзу Лан умереть, однако вместо того, чтобы нам помочь, тот, напротив, делает все, чтобы мы не нашли источник заражения. Есть ли нам смысл оставаться здесь и дальше? 

- Пожалуй, ты прав, - подыграл ему Фан Лао, допив свой чай и поднявшись. – Я могу избавить животных от темной ци, но не зная, где ее источник, это будет лишь небольшая отсрочка, а после они вновь заразятся. 

Цин Вэнь приподнял полог шатра, давая заклинателю пройти. Не успел тот и шага сделать на улицу, как Чань Ю, не выдержав, произнесла: 

- Это все из-за Шуйкуня! 

Мужчины замерли и переглянулись. Чань Ю уже упоминала это имя, и вот оно было произнесено вновь. 

- Маленькая госпожа все же решила нам все рассказать? – поинтересовался Цин Вэнь, не обращая внимания на ее недовольный взгляд. 

- Я… все равно не смогу рассказать всю историю, - запнувшись, призналась она, и мужчины уже собирались покинуть шатер, как торопливо добавила: - Но расскажу то, что вам пригодится! 

- О, нам было бы интересно тебя послушать, - отпустил ткань принц. 

Фан Лао сел в кресло, а Цин Вэнь встал за ним, скрестив на груди руки и сверху вниз смотря на Чань Ю. Девушка все же взяла чай, сделав долгий глоток и оттягивая разговор, мужчины же терпеливо ждали. 

- Это не Сы Ху открыл проход в Янхай, - с неохотой начала рассказывать Чань Ю, стараясь не смотреть на них. – Им стал Шуйкунь… он из племени Шаньбэй и ровесник Сы Ху. Они были весьма близки, пес Сы даже собирался взять его в мужья, только хан Шаньбэя не одобрил эту затею. 

- Почему же? Разве в союзе Лан это не обычное дело? – удивился Цин Вэнь. 

- Да, но Шуйкунь был моцзя, а у нас их страшатся. 

- Почему же меня здесь не боятся? Я ведь тоже моцзя. 

Принц стащил с ладони перчатку, и при виде его черных пальцев и ногтей Чань Ю слегка побледнела и тут же отвернула голову. 

- Ты не понимаешь… его тело… он был почти весь запятнан темной ци, - через силу произнесла девушка. – Его руки и ноги, даже часть лица… никто не хотел иметь с ним дело, кроме Сы Ху. Шуйкунь был изгоем что в Шаньбэе, что в союзе Лан. Он хотел доказать свою значимость, и потому спустился в Янхай. Ходили слухи, что в подземном городе остались сокровища заклинателей, которые помогли бы Шаньбэю переносить зиму на севере. 

- Это так? – мысленно поинтересовался Цин Вэнь. 

- Вполне возможно. Заклинатели придумали специальные обереги для городов, чтобы защитить их от наводнений, сильного ветра или метелей. Сейчас их не так много, но в прошлом они были в каждом большом городе. Такой оберег достаточно воткнуть в землю, чтобы он начал работать. 

- И что же произошло дальше? – спросил Цин Вэнь вслух. 

- Пес Сы увязался следом, - поморщилась Чань Ю. – Они оба нашли способ проникнуть в Янхай, но вернулся только Сы Ху. Больше я ничего не знаю. 

Девушка замолчала, не решаясь взглянуть на мужчин. 

- Шуйкуня что-то убило в Янхае, и потому Сы Ху просил у старухи Сэй оживить его, пускай тот и будет мертвецом, - мысленно произнес Фан Лао, задумчиво подперев подбородок. 

- Можно ли оживить мертвеца и сохранить ему разум? 

- Не задавался никогда этим вопросом, - признался Фан Лао, - но думаю, что вполне. Если попробовать вернуть его небесные души, то можно вернуть сознание человека, но только насколько сильно тот захочет жить в мертвом теле? 

Цин Вэнь не нашел, что на это ответить. 

Покинув Янхай, Сы Ху не закрыл проход в него, и темная ци начала покидать древний город, заражая скот. 

- Когда вскрылось, что Шуйкунь пропал… люди Шаньбэя подумали, что в этом причастны люди Фэнье, - призналась Чань Ю. – Пускай Шуйкунь и был изгоем, он все еще принадлежал племени и его пропажа не стала незаметной. Тела нигде не было, а отношения между двумя племенами и так весьма натянуты после падения клана Цин. Великий шаньюй пообещал, что разберется в ситуации, но даже поиски ничего не дали. А после хана Шаньбэя ранили и всем стало уже не до Шуйкуня. 

- Откуда же А-Ю известна эта история? – склонил голову на бок Фан Лао. На его лице была мягкая доброжелательная улыбка, а взгляд располагал к себе. 

- Потому что это я рассказала Шуйкуню о сокровищах заклинателей в Янхае, - с трудом призналась Чань Ю. 

- Если вскроется, что вы трое оказались причастны к заражению животных темной ци, то вас ждет весьма суровое наказание, - заметил Цин Вэнь. – Наставник Фан, как думаешь, что нам делать в столь непростой ситуации? 

Фан Лао искоса взглянул на принца, с трудом сумев сдержать усмешку. Его маленький тигренок что-то замыслил. 

- Великий шаньюй велел держать его в курсе всего, что мы узнаем, - припомнил заклинатель. – Наверняка он захочет узнать, каким образом Сы Ху и Шуйкунь нашли вход в Янхай. 

Лицо Чань Ю побледнело, и она сдавленно прошептала: 

- Что вы хотите от меня? 

Цин Вэнь слегка усмехнулся, сверху вниз смотря на загнанную добычу. Это был не Хэгун, где министры и евнухи следили за каждым своим словом с оглядкой назад. Кочевники не приучены цепляться за каждое слово, предпочитая вместо долгих споров сражения. 

- Как насчет одной услуги взамен другой? – улыбнулся ей Цин Вэнь, хотя эту улыбку с трудом можно назвать дружелюбной. – Мы не говорим великому шаньюю, что его дочь причастна к заражению скота темной ци, а ты в будущем окажешь нам услугу. 

Тяжело взглянув на него, Чань Ю сглотнула и произнесла: 

- Да ты хуже змеи. 

- Сочту это за комплимент. Так что, юная госпожа, ты согласна? 

До крови прикусив губу, Чань Ю все же кивнула, поднявшись с места и бросив Цин Вэнь на прощанье: 

- Так и быть, я позволю тебе использовать меня, но не думай, что от этого будет какая-то польза! Стать великим шаньюем я тебе точно не помогу! 

Раздраженно отдернув полог шатра, девушка ушла. 

- Ты разозлил ее, - заметил Фан Лао. 

- И почему я должен об этом переживать? – хмыкнул Цин Вэнь, бросив перчатки на стол и сев в соседнее кресло. – Не я ведь пробрался в Янхай, чтобы кому-то что-то доказать. Вдобавок, и великим шаньюем не особо стремлюсь стать. 

Заклинатель взглянул на лук, который принц бросил в угол комнаты, чтобы тот не маячил перед глазами у Чань Ю. 

- Что ты будешь с ним делать? 

- Сначала попытаюсь понять, как им пользоваться. Может, из-за того, что во мне есть темная ци, он отказывается подчиняться? 

- Темной ци в тебе не так много. 

- Однако ее больше, чем в Лао-эре, - парировал Цин Вэнь, взглянув на свои руки и скривившись. – Может, если я отрублю себе пальцы, то перестану быть моцзя? 

Тихонько вздохнув, Фан Лао поднялся и пересел на колени Цин Вэня, молча взяв его ладонь и прижав черные пальцы к губам. От неожиданности принц замер, широко открытыми глазами смотря на заклинателя, чьи уши слегка покраснели. Однако он не отвел взгляда и негромко произнес: 

- Мне нравятся твои руки, Вэнь-эр, не нужно с ними ничего делать. 

Взгляд Цин Вэня смягчился, и он невольно провел большим пальцем по прохладным губам Фан Лао, завороженно смотря, как те слегка приоткрываются, являя ряд стройных жемчужных зубов. Не выдержав, принц припал к его губам, приобняв заклинателя за талию и нежно целуя его, увлекая их языки в горячий танец и ловя приглушенные вздохи заклинателя. Как же он был прекрасен! Цин Вэнь готов целовать Фан Лао целый день, сжимая в руках его стройное тело и пробираясь ладонями под многослойную одежду. 

Воротник сполз с руки заклинателя, оголив хрупкое белоснежное плечо, и Цин Вэнь тут же прошелся горячими губами по холодной коже, слегка сжимая ее зубами. Фан Лао тихонько застонал, с трудом найдя в себе силы отстраниться от принца и смотря на него слегка затуманенным взглядом, видя бушующее желание в темных глазах. 

- Вэнь-эр, я устал, - мягко произнес Фан Лао, и от его голоса Цин Вэнь чуть не сорвался, до боли сжав кулаки. – Давай отдохнем? 

Ладонь заклинателя нежно коснулась щеки принца, и тот с тяжелым вздохом закрыл глаза и все же кивнул. 

Поднявшись, Фан Лао потянул за собой Цин Вэня и помог ему искупаться, заметив красные следы на теле от водорослей. Те неприятно жгли, стоило случайно коснуться их, да так, что даже спокойно лежать на кровати Цин Вэнь не мог, ворочаясь с боку на бок. Не выдержав, Фан Лао прижал ладонь к его спине, и по телу принца прошлась мягкая волна, успокаивая зуд и даруя наконец покой. 

Дождавшись утра и быстро перекусив, мужчины пошли на поиск Сы Ху, найдя его на реке вместе с несколькими мужчинами из Шаньбэя. Стоя по колено в воде, они ловили рыбу, порой со смехом толкаясь и брызгаясь в друг друга. 

- А так и не скажешь, что это грозные волки, - невольно улыбнулся Фан Лао, наблюдая за кочевниками. 

Вскоре Сы Ху заметил их, и улыбка спала с его лица. Выйдя из реки и отряхнувшись от воды, он неторопливо подошел к принцу и заклинателю. 

- Мы знаем про Шуйкуня, - первым произнес Цин Вэнь. – Долго собирался от нас скрывать? 

Сы Ху поджал губы, взглянув на кочевников в воде, что с интересом смотрели за троицей, и негромко произнес: 

- Нет, но… я не хотел, чтобы Шуйкуня тревожили даже после смерти. Идемте. 

Даже не став надевать обувь, Сы Ху неторопливо повел их в сторону холмов со старыми башнями, часть из которых уже обрушилась от времени. Его плечи поникли, а взгляд был тяжелым, словно он вновь переживал старые события, из-за которых союз Лан оказался в опасности. 

- Это ведь Чань Ю вам рассказала? – негромко поинтересовался Сы Ху, и увидев кивок, усмехнулся. – Ну да, кто же еще мог… тогда вы уже знаете, что Шуйкунь был для меня не просто другом. 

- Он ведь моцзя, а вы их не особо жалуете, - заметил Фан Лао. 

- Да, но Шуйкунь спас меня шесть лет назад во время зимней охоты, и с тех пор мы всегда были рядом. Он шел за мной, даже когда остальные отказывались идти, а я… я позволил ему пойти на смерть и не пошел следом, так как струсил, - не сдержав отчаянья в голосе, признался Сы Ху, сморгнув показавшиеся на глазах слезы. Он старался не смотреть на мужчин, глядя куда-то вперед и заламывая брови. 

Цин Вэнь собирался что-то сказать, но Фан Лао мягко придержал его за руку, взглядом веля молчать. Принц с неохотой поджал губы, крепко переплетя пальцы с заклинателем и не позволив ему отстраниться. 

Некоторое время они шли молча, и чем ближе подходили к башням, тем медленнее ступал Сы Ху, пока и вовсе не замер в двух чжанах от них. Его грудь тяжело поднималась и опадала, словно даже дышать ему было больно, а взгляд замер на старом камне, оплетенном плющом. От этого места едва ощутимо шла темная ци, напоминая очень слабый ветерок, который и не заметишь, если не прислушаешься. 

- Когда я узнал от Чань Ю, куда ушел Шуйкунь, то сначала не поверил, - негромко заговорил Сы Ху, все же заставив себя подняться на холм. – Я отправился сюда, но он уже нашел вход в Янхай и спустился вниз. 

Дойдя до одной из башен, которая на вид казалась самой целой, Сы Ху кивнул на кладку камней, словно кто-то спешно заделывал дыру в стене. Фан Лао было достаточно щелкнуть пальцами, чтобы камни осыпались, являя небольшое помещение. Темной ци внутри было больше, а на деревянном полу оказался тяжелый люк с металлическими гвоздями, поднять который не каждый мужчина мог. Из едва заметной щели вырывалась темная ци, и от мысли, сколько ее может быть внизу, у Цин Вэня закружилась голова. 

Внимательно оглядевшись, Фан Лао заметил гувэни на стенах и произнес: 

- Это место запечатали заклинатели, когда Янхай погрузился под землю. Как Шуйкунь смог разрушить печати? 

Сы Ху помедлил с ответом, уже не так уверенно сказав: 

- Шуйкунь говорил, что встречал человека, который обучил его как можно разрушить сложные печати, но я тогда не воспринял его слова всерьез. 

- Он говорил, как выглядел этот человек? – тут же спросил Цин Вэнь. 

- Он не запомнил его внешности… хотя нет, он сказал, что на нем была белая маска. 

- Мясник, - раздался голос в голове заклинателя. 

Фан Лао стиснул кулаки, вновь взглянув на люк в полу. Гвоздей было тридцать два – восемь на каждую сторону света[1]. Они вполне могли запечатать единственный вход в Янхай, и обычный человек, не зная нужные печати, не смог бы открыть этот люк. 

- Что за ним? – негромко спросил Цин Вэнь. 

- Лестница вниз, в Янхай. Я спустился до последней ступени и нашел там Шуйкуня. Он… умирал. Я увидел на нем раны, словно он столкнулся с диким зверем! Везде была кровь, а его ноги оказались сломаны, - с трудом произнес Сы Ху, опершись спиной об стену и крепко зажмурив глаза. – Я пытался его поднять, но он велел мне убираться, сказал, что его уже не спасти… я мог бы достать его, но сам чуть не умер от темной ци и ушел. Я был так зол: на себя, на Шуйкуня, даже на отца! Мечтал, чтобы и он познал мою боль от смерти Шуйкуня, но не думал, что вскоре смогу потерять его. Разве это честно?! 

- Поэтому ты пошел к старухе Сэй? Хотел, чтобы та возродила Шуйкуня? – догадался Цин Вэнь. 

- Да, но она сказала, что не может ничем помочь. Я вернулся сюда, спустился вниз в надежде хотя бы достать тело Шуйкуня и достойно его похоронить, но… его там уже не было, - слегка растеряно признался Сы Ху. – Оно пропало. Неужели он стал мертвецом? 

- Или едой для кого-то, - ответил Фан Лао. – Не думаю, что у нас есть желания проверять это. Лучше закрыть проход, пока то, что внизу, не решилось оттуда выбраться. 

Фан Лао протянул руку, раздался металлический лязг, и все гвозди надежно впились в землю и запечатали проход в подземный город. Постепенно темная ци развеялась, однако все еще нужно было избавить животных от нее, а на это потребуется время. 

Цин Вэнь и Фан Лао покинули башню, оставив Сы Ху стоять у люка. Оглянувшись напоследок, заклинатель заметил блестящие на ресницах кочевника слезы, когда он молча оплакивал почившего друга. 

- Такая глупая смерть, - вздохнул Цин Вэнь. 

- Ради любви люди готовы на глупые жертвы, даже на собственную смерть, - ответил Фан Лао, оглядывая с холма юрты союза Лан. – Шуйкуня можно понять: он изгой, полюбивший сына хана, но разве тот мог одобрить такой брак? Что ему еще оставалось, как не рискнуть? Если бы из этого и правда что-то вышло, то Шуйкунь получил бы признание, а Шаньбэй защиту от суровых зим. 

- А по итогу все обернулось тем, что скот союза Лан чуть не помер. Не решись Сы Ху найти тебя, то, как скоро кочевники в этом месте умерли бы? Или кто-то из Янхая вырвался на поверхность? 

- Думаю, к зиме от скота уже ничего не осталось бы, - признался Фан Лао. – То, что Сы Ху сам решил исправить ошибку Шуйкуня, многого стоит. Не все на такое решатся. 

- Шуйкунь мог потревожить кого-то сильного в Янхае? – осторожно спросил Цин Вэнь. – Это место было закрыто больше шести сотен лет, его присутствие не могло остаться незамеченным. 

- Так и есть. 

Фан Лао закрыл глаза, и все его чувства раскинулись над Вэйдахаем: он слышал, как кричат в небе птицы и переговариваются кочевники, чувствовал легкую вибрацию от земли, стоило сильным копытам лошадей коснуться ее, а также копошение насекомых в почве. А еще чувствовал запертое в нескольких чжанов внизу негодование, столь сильное, что оно могло погубить всех, если вырвется на свободу. Союз Лан даже не представлял, в какой опасности находится, если тот же Мясник решит прийти сюда и открыть проход в Янхай. А он уже попытался это сделать, пускай и руками Шуйкуня. 

- Под нами сотни тысяч мертвецов, - совсем тихо произнес Фан Лао, открыв глаза. – Они не могут найти себе покоя и бродят по мертвому городу. Это невероятно сильные мертвецы, питающиеся негодованием столько сотен лет, что будут жить до тех пор, пока драконье пламя не сожжет их. Я закрыл проход, но мне не под силу очистить Янхай. Если Мясник захочет, то откроет путь, и его армия заметно пополнится. 

- Мы можем предупредить союз Лан? – с тревогой в голосе спросил Цин Вэнь. 

- Да, но захотят ли они трогаться с места? Вэйдахай стал для них вторым Чилэчуанем, местом, где безопасно и где четыре императора не достанут их. Не думаю, что они смогут найти еще один такой Вэйдахай, - заметил Фан Лао и невзначай добавил: - Конечно, это зависит от великого шаньюя, только он решает, стоит ли союзу сменить дом или нет. Вдобавок, мой принц, ты ведь не особо волновался об этих «варваров». 

Фан Лао хитро сощурил глаза, видя, как сошлись на переносице брови Цин Вэня. Тот и сам не понимал, откуда вдруг возникло такое волнение за этих кочевников. Оно шло изнутри, заставляя сердце неприятно сжиматься, а руки неметь. 

- Идем, очистим животных от темной ци, - позвал Фан Лао. 

Цин Вэнь кивнул, оглянувшись на башню, где все еще стоял Сы Ху. 

- Мы оставим его так? 

- Открыть проход в Янхай он не сможет, вдобавок, его горе все еще не прошло. Не будем ему мешать, - позвал заклинатель, зажмурившись от порыва ветра, принесшего с собой несколько сорванных лепестков. 

Шуйкунь мертв как человек, но вдруг он жив как мертвец? Если это так, то в будущем это могло скверно обернуться и заставить Сы Ху выбирать между живыми и мертвыми. 

[1] 8 – самое счастливое число в Китае. 

http://bllate.org/book/17755/1661340