Готовый перевод Rebirth of the Noble Heir / Перерождение непобедимого наследника: Глава 166

— Да, госпожа Минь пришла, и я не буду мешать вам с наследником.

Чжу Юэ высунула язык, намеренно повысив голос.

— Эта девчонка становится всё более бесцеремонной.

Увидев, что она, закончив говорить, убежала, оставив Цзян Лоюя и Бай Миньюя одних во дворе, Цзян Лоюй с досадой вздохнул, прежде чем поднять взгляд на стоящего рядом человека и, не сдержав улыбки, веером отодвинул его чёрные волосы от щеки и подул.

— Ты и правда несчастный, с тонкой кожей, а тебя довели до такого состояния. Смотри, даже уши покраснели.

Пришедший слегка поднял брови, резко повернул голову, чтобы его пряди снова упали, и в его голосе прозвучало больше досады, чем у Цзян Лоюя:

— …Наследник!

Цзян Лоюй, увидев, что тот действительно начинает злиться, быстро усадил его, с улыбкой взяв пирожное с гибискусом и поднеся к его губам, но всё же не удержался от поддразнивания:

— Ладно, ладно, больше не буду. Я знаю, что госпожа Минь стеснительная. Ну же, съешь, в знак примирения.

Бай Миньюй с упрёком посмотрел на него, но не открыл рот:

— …

Цзян Лоюй, увидев, что тот не принимает его угощение, притворно вздохнул, словно обидевшись, и положил пирожное себе в рот. После тщательного разжёвывания он с удовлетворением расслабился, и его лицо смягчилось, что заставило сидящего напротив человека в белом тоже расслабиться.

— Эти пирожные мне очень понравились, не зря ты с утра ушёл из усадьбы и вернулся только сейчас.

Воспользовавшись его расслабленным состоянием, Цзян Лоюй быстро поднёс к его губам оставшийся кусочек пирожного и, увидев, как в его глазах мелькнул свет, с довольным видом вернулся на своё место, раскрывая веер.

— Вкусно?

Бай Миньюй сжал губы, стряхнул крошки и, посмотрев на него, вздохнул:

— Умный, но с тонкой кожей.

— Не сердись, что я говорю прямо.

Цзян Лоюй, услышав это, неодобрительно скривился, словно недовольный тем, что тот ушёл покупать пирожные.

— С утра я не видел тебя, и в семье Чжэнь и у бабушки меня ждали одни отказы. Я был зол, но не мог выплеснуть эмоции, и ждал, когда госпожа Минь придёт ко мне с приветствием. Но ты снова исчез без предупреждения.

Госпожа Чжэнь и принцесса Лиян оставались в своих покоях, одна — в состоянии между жизнью и смертью, другая — в затворничестве в храме. Зная истинную причину и доведя тяжело больную госпожу Чжэнь до такого состояния, главный виновник теперь выглядел самым уверенным, говоря неправду.

Бай Миньюй хотел вздохнуть, но сдержался, краем глаза наблюдая, как Цзян Лоюй встаёт и подходит к нему, тёплое дыхание касается его уха, и слышит шутливый тон:

— Я действительно бессилен перед господином Бай, и мне приходится прибегать к таким маленьким хитростям.

Молчание длилось несколько раз, но теперь он не мог больше молчать:

— Тебе не нравится?

Цзян Лоюй сразу понял, о чём он думает, и покачал головой, опустив взгляд на его карие глаза, словно опалённые дымкой, и твёрдо произнёс:

— Эти пирожные очень вкусные, мне нравятся. Но в следующий раз, если ты снова уйдёшь без предупреждения, я могу сделать что-нибудь, и ты не сможешь меня винить.

Бай Миньюй понял, что ему не нравится, когда он уходит без предупреждения, подумал, что это всего лишь два раза, и после размышлений согласился:

— Хорошо.

— Сегодня из дворца пришли новости.

Получив его согласие, Цзян Лоюй больше не стал возвращаться к этой теме, а снова выпрямился, его взгляд устремился на угол двора, где посаженные недавно цветы груши ещё не распустились, и, прищурившись, произнёс:

— Цзян Хуэй уже начала действовать, Цзян Инь тоже всё подготовил, осталось только дождаться подходящего момента…

Он не закончил фразу, но сидящий рядом человек, казалось, понимал, как его захлёстывают ненависть, ярость, радость и насмешка. Его длинные холодные пальцы слегка поднялись, схватили опущенную руку и тихо переплелись, словно два сердца, сближающиеся друг с другом, и горячая кровь, текущая при прикосновении кожи.

Цзян Лоюй внезапно опустил голову, словно ослеплённый солнечным светом, но его голос был невероятно мягким.

— Миньюй.

Человек в белом на этот раз не ответил.

Он медленно повернулся и встал, его холодные пальцы не отпустили руку, а, наоборот, всё больше обвивались вокруг неё. Белые рукава, освещённые солнцем, отразили слоистые серебряные узоры, и в следующий момент — он обнял человека, стоявший рядом, с растерянным выражением лица.

Когда его тело крепко прижалось к другому человеку, Цзян Лоюй слегка улыбнулся, повернул голову, чтобы посмотреть на того, кто его обнял, и в смешении света и тени, в быстром дыхании, сначала осторожно коснулся его губ — а в следующий момент почувствовал, как картина перед глазами сместилась, и слова застряли в горле.

— Я буду с тобой.

Через некоторое время между ними появился небольшой промежуток, и Цзян Лоюй немного опьянённо поднял взгляд, увидев, что тот выглядит серьёзно, но в его глазах — непроглядная тьма. Он снова тихо, слово за словом, произнёс ему на ухо:

— В любое время.

Цзян Лоюй не ответил, он лишь медленно поднял руку, раздвинул пряди волос и полностью открыл своему взору сияющее лицо, а затем внезапно поднял руку — и, под пристальным взглядом Бай Миньюя, который заметил его движение, дал ему лёгкий щелчок по лбу.

Чжу Юэ во дворе как раз давала указания Ванься о предстоящем обеде, когда внезапно услышала быстрые и беспорядочные шаги. Прежде чем она успела обернуться, она увидела, как Ванься удивлённо раскрыла глаза, и быстро повернулась, как раз вовремя, чтобы увидеть, как её наследник и Бай Шуан вылетели из двора, словно ветер, не сказав ни слова.

Почему-то казалось, что её наследник выглядит немного виноватым… Чжу Юэ с недоумением смотрела на спину своего наследника, не зная, что случилось — но она действительно хотела спросить, вернутся ли Бай Шуан и наследник на обед, который она и Ванься уже обсудили?

Наступила ночь, день и ночь сменились в мгновение ока.

Ранним утром у ворот императорского дворца уже остановились кареты, присланные из резиденций принцев. Принцы выходили из экипажей или спешивались, приветствуя друг друга, кто-то старался показать себя дружелюбным, кто-то — добрым. На мгновение у величественных ворот дворца стало шумно, пока не приблизилась карета с бледно-жёлтыми шёлковыми шнурами.

Е Цзин в светло-золотом халате с вышитыми драконами медленно вышел из кареты, покачивая расписным веером, с вежливой улыбкой приветствуя принцев, ожидавших у ворот дворца:

— Рано утром вижу всех моих младших братьев, похоже, я опоздал.

Принцы, увидев своего старшего брата, наследного принца, сразу же, как мыши перед котом, поспешно опустили головы и поклонились:

— Приветствуем старшего брата, наследного принца!

Едва голоса стихли, один из принцев подошёл ближе, с улыбкой, полной лести:

— Старший брат, наследный принц, опоздать — не беда, пожалуйста, проходите первым!

Седьмой принц Е Вэй, увидев улыбку на лице принца, с лёгкой усмешкой на губах, тоже подошёл и поклонился:

— Приветствую наследного принца. Старший брат занят государственными делами, конечно, он придёт позже нас.

Десятый принц, стоящий рядом, увидев эту усмешку, фыркнул и тоже поклонился Е Цзину, но с сарказмом:

— Седьмой брат, ты ведь не насмехаешься над наследным принцем, правда?

— Десятый брат, что ты имеешь в виду!

— Ладно, ладно, все мы братья, не стоит ссориться из-за меня.

Е Цзин, увидев, как братья спорят, с невозмутимым видом поднял руку, чтобы успокоить их, но его взгляд незаметно скользнул по принцам, и он вдруг перевёл разговор:

— Восьмой брат уже пришёл? Почему я его не вижу?

http://bllate.org/book/17692/1651138