Готовый перевод I am Unexpectedly Not Human! / Я, оказывается, не человек!: Глава 53

Южный филиал.

Шэнь Жэнь, провалявшись несколько дней и залечив раны, был уже почти в форме. Поскольку Цинь Чжэн подменял его на стройплощадке, он вместе с Му Дяньмо болтался хвостиком за боссом по всему Южному филиалу.

Прошлая битва, конечно, была эпичной, но вот последствия... Мало того, что на Седьмой отдел обрушился целый шквал штрафов и предупреждений за порчу государственного имущества, так Шэнь Жэнь еще и лишился нескольких десятков своих драгоценных корней. Сердце кровью обливалось! Обычно, заключая пари с Ли Юем, он жалел даже одного корешка, а тут потерял сразу десятки! И вот, когда он в сотый раз за эти дни принялся пересчитывать оставшиеся усы-корешки, прямо ему под ноги упал карпик размером с палец.

— Ли Юй? — Шэнь Жэнь удивленно поднял рыбку. — Что случилось?

Это был их самый быстрый способ связи: Ли Юй прибегал к нему только в экстренных случаях, превращая свою чешуйку в маленькую рыбку и отправляя ее сквозь пространство, точно так же, как Шэнь Жэнь использовал свои корни.

Рыбка трепыхнулась на ладони Шэнь Жэня, ее чешуя топорщилась от возмущения:

— Босс, Цзю Цин снова в отключке, а Сяоюэ убили прямо во Дворце Драконьего Шелка! — Рыбка сделала вдох и выпалила: — Но самое ужасное — все акулы Цзяо сейчас ревут в три ручья! Меня тут скоро насмерть завалит их жемчугом!

Голос карпика звучал настолько жалко, что казалось, из него высосали все жизненные силы.

Шэнь Жэнь: ...

Представив себе Дворец Драконьего Шелка, доверху заваленный жемчужинами слез, он мысленно посочувствовал: «Братан, держись там! Я, конечно, тебе соболезную, но меняться местами мы не будем!»

С рыбкой в руках Шэнь Жэнь подошел к Цан Ли и слово в слово передал сообщение. Опять в отключке? И Сяоюэ убили? Цан Ли воспринял эти новости без особого удивления. Он привычным жестом подхватил Кун Яня на руки, кивнул подчиненным и направился в Южное море.

Оказавшись на руках у Цан Ли, Кун Янь в очередной раз поймал себя на мысли, что в последнее время он превратился в этакую тряпичную куклу, которую Цан Ли таскает за собой повсюду.

Ли Юй дожидался их у входа во Дворец Драконьего Шелка. Рядом с ним, застыв в той же позе, что и раньше, «сидел» Цзю Цин — Ли Юй не осмелился его трогать, чтобы не испортить место преступления. Он уже осмотрел бездыханное тело Сяоюэ, но здраво рассудил: «Я, конечно, звезд с неба не хватаю, но босс-то у нас гений!» Поэтому Ли Юй не стал строить из себя детектива и просто остался караулить у входа.

Но вот эта толпа рыдающих акул Цзяо... это было слишком для его нервной системы. Бесспорно, они были невероятно красивы, особенно когда плакали — такие хрупкие и беззащитные. Но эти непрекращающиеся потоки слез, превращающиеся в жемчужины... эта картина выходила за рамки его понимания!

Поэтому, когда Цан Ли наконец появился, Ли Юю показалось, что даже невыносимо соленая вода Южного моря стала на вкус слаще меда. Радостно виляя воображаемым хвостом, он подбежал к боссу:

— Босс, я просто болтал с Цзю Цином о жизни, ничего такого не сказал, а он раз — и вырубился! Я даже моргнуть не успел, как прибегает акула и говорит, что Жрицу Сяоюэ убили! Я, как ответственный сотрудник, ничего не трогал, место преступления в полной сохранности! — Выдав отчет, он юркнул за спину Цан Ли.

Шэнь Жэнь протянул ему рыбку-посланника. Как только Ли Юй взял ее, рыбка превратилась в крохотную чешуйку и впиталась обратно в его кожу. Ли Юй подмигнул Шэнь Жэню:

— Спасибо, братан!

Шэнь Жэнь: ... «Планка "братства" у тебя, конечно, ниже плинтуса!»

Подойдя к Цзю Цину, Цан Ли одним взмахом руки поднял его в воздух и, не касаясь, перенес внутрь дворца, уложив на кушетку. Собравшиеся акулы Цзяо при виде Цан Ли испуганно забились по углам, изо всех сил сдерживая рыдания. Им хотелось плакать, но они до смерти боялись, что звон падающего жемчуга разозлит Владыку Драконов, поэтому терпели из последних сил.

Му Дяньмо подошел к телу Сяоюэ и внимательно его осмотрел:

— Босс, это не Небесные Демоны, — с недоумением произнес он. — Аура скверны на теле очень густая, но... Я уверен, что убийцей был кто-то, кого Сяоюэ хорошо знала. На ее теле нет никаких следов борьбы или сопротивления, она явно не ожидала нападения.

Но самым тревожным было то, что Сяоюэ погибла от полного уничтожения души. Чтобы сотворить такое, не оставив ни единой зацепки, убийца должен был обладать подавляющей мощью, многократно превосходящей силы самой Сяоюэ.

Му Дяньмо перевел взгляд на Цан Ли и, поняв, что босс тоже пришел к аналогичным выводам, не стал развивать эту тему. Выпрямившись, он окинул взглядом жмущихся в углах акул. «Среди них точно нет никого, кто превосходил бы Сяоюэ по силе. Да и вообще, зная этот клан, трудно представить, что кто-то из них способен на такое зверство. Похоже, воды Южного моря становятся всё мутнее».

Когда Му Дяньмо закончил, возобновившийся было плач акул снова набрал силу — непрерывное «динь-дон» разносилось по всему дворцу. Му Дяньмо молча поставил звуковой барьер вокруг своих ушей, и мир вокруг мгновенно обрел блаженную тишину.

В этот момент из толпы вышла хрупкая, миниатюрная девушка-акула. У нее было совсем юное, почти детское личико, а темно-синий хвост беспокойно покачивался в воде. Глаза были красными от слез, но она не плакала.

— Господин, если вам нужна наша помощь — клан Цзяо сделает всё возможное. Мы лишь умоляем вас найти того, кто убил нашу Жрицу.

В ее голосе звучала мольба, а темно-синие глаза были полны скорби, но держалась она куда спокойнее, чем остальные, охваченные паникой акулы. Заметив, что Цан Ли смотрит на нее, она поклонилась, исполнив традиционный жест уважения клана Цзяо:

— Я — Сяо Чу, следующая в линии преемственности Жриц Южного моря. Приветствую вас, господин Цан Ли.

Мощная драконья аура, исходившая от него, внушала ей неподдельный ужас. Но сейчас, когда соплеменники были в панике, а Жрица мертва, давление было невыносимым, и она понимала: отступать нельзя.

Му Дяньмо посмотрел на маленькую акулу, которая, казалось, даже не до конца сформировалась. Если бы Сяоюэ не погибла, она могла бы спокойно расти, наслаждаясь беззаботным детством, и лишь много лет спустя, под благословение клана, приняла бы титул Жрицы. Вместо этого ей пришлось, проглатывая страх и горе, взять на себя ответственность прямо сейчас.

Сказав пару утешительных слов, Цан Ли поручил Му Дяньмо вывести всех акул из Дворца Драконьего Шелка. Сяо Чу выходила последней. Уже у самых дверей она вдруг обернулась и, глядя на грозного Владыку Драконов, спросила:

— Господин Цан Ли, когда мы сможем похоронить нашу Жрицу?

Произнеся это, она почувствовала режущую боль в сердце, но сцепила зубы и не проронила ни слезинки.

Цан Ли знал традиции клана Цзяо: все дети моря после смерти должны вернуться в его глубины. Он кивнул:

— Поступайте согласно вашим обычаям. Делайте так, как считаете нужным.

Подумав секунду и решив, что Сяо Чу может не хватить авторитета, чтобы успокоить рыдающих соплеменников, он бросил взгляд на Му Дяньмо:

— Проконтролируй этот процесс. «Помоги им, чем сможешь».

Му Дяньмо прекрасно понял невысказанный приказ босса и, мысленно хмыкнув про то, что старый дракон порой бывает излишне сентиментален, вышел вслед за Сяо Чу.

Оставшись наедине с Цан Ли, Кун Янь посмотрел на лежащего без сознания Цзю Цина и почувствовал тревогу. События развивались слишком стремительно. Внезапное появление демонов на стройке, убийство Сяоюэ, очередной обморок Цзю Цина... Всё это застало их врасплох.

— У него опять проблемы с душой? — спросил Кун Янь.

Видение Кун Яня всё еще было нестабильным, поэтому он внимательно всматривался в Цзю Цина довольно долго, прежде чем ответить Цан Ли:

— Да, он всё еще очень «тонкий». Но так как я не видел его до этого обморока, не могу сказать, насколько всё плохо и успел ли он стать «плотнее» перед тем, как снова отключиться. — Кун Янь описывал то, что предстало перед его Оком Истины.

Цан Ли задумчиво кивнул:

— Значит, проблема действительно в душе, но, скорее всего, всё не так просто. — Затем он повернулся к Ли Юю: — Остаешься здесь охранять Цзю Цина. Никто не должен его беспокоить. А мы с Янь-янем отправимся к барьеру.

С этими словами он снова взял Кун Яня на руки и исчез.

Кун Янь много раз слышал от Цан Ли о барьере Шаньхай, но видел его впервые. Только что они были во Дворце Драконьего Шелка, а в следующее мгновение уже оказались в совершенно незнакомом месте. И хотя их по-прежнему окружала вода, здесь не было ни единого признака жизни. Привычные морские обитатели и водоросли бесследно исчезли. Кун Яню на миг показалось, что он очутился в абсолютной пустоте, где не существует ничего, кроме тишины.

— Янь-янь, посмотри вниз.

Кун Янь опустил взгляд и обомлел от потрясающего зрелища. Далеко внизу морское дно резко проваливалось, образуя гигантский круглый кратер. Вода вокруг него светилась кристально-голубым, а в самом центре зияла идеальной формы бездна глубокого, насыщенного синего цвета. Сверху это действительно походило на огромный зрачок моря, внушающий одновременно благоговение и трепет.

— Это и есть Око Южного моря. Внутри него находится одна из Узловых Точек барьера Шаньхай.

Цан Ли крепче обнял Кун Яня за талию, и они начали быстро погружаться. Вода в «Оке» была настолько темной, почти черной, что видимость была практически нулевой. В ней не было ничего, кроме самой воды.

— Подожди... ты же говорил, что барьер Шаньхай находится в небе? — Кун Янь заметил, что чем глубже они опускаются, тем темнее становится. Он уже едва различал лицо Цан Ли и, если бы не крепкие объятия, решил бы, что остался совсем один. Чтобы хоть как-то унять нарастающую тревогу, он решил завести разговор. Вспомнив тот разговор о барьере, он какое-то время всерьез опасался, что «небо упадет на землю».

— Да, сам барьер действительно находится в небе. Но его проекция на землю создает Узловые Точки, одна из которых находится здесь, в самых глубинах Южного моря, связывая небо и землю воедино. Ты, кстати, бывал еще в одной такой Точке — в горах Яньхуэй, недалеко от Наньлина. Интересно, что горы Яньхуэй — самое спокойное место из всех Узловых Точек, там никогда ничего не происходило.

Цан Ли, понимая, что темнота пугает Кун Яня, ласково успокоил его:

— Как только мы проплывем эту Голубую Бездну, будем на месте. — С этими словами он ускорился. Стремительные потоки воды омывали их тела. Здесь, во мраке, не было ни света, ни самого понятия времени. Когда Кун Янь досчитал про себя до трех тысяч, впереди внезапно вспыхнула яркая точка — ослепительно белая на фоне абсолютной черноты.

По мере их приближения точка росла, пока не превратилась в огромный, идеально круглый портал. Проходя сквозь него, Кун Янь явственно ощутил сопротивление, словно прорвал плотную, упругую пленку. Они оказались в удивительном, безграничном пространстве. Здесь не было гравитации, и Кун Янь парил в воздухе, чувствуя себя абсолютно невесомым.

— А где барьер? — Кун Янь изо всех сил пытался сохранить равновесие, оглядываясь по сторонам, но не видел ничего необычного.

— Глупыш, мы уже внутри Узловой Точки барьера, — Цан Ли с улыбкой провел пальцем по уголку его глаза. — Посмотри внимательно своим Оком Истины.

Внутри Узловой Точки? Кун Янь тут же сосредоточился. Поначалу он ничего не видел, но постепенно, словно его взгляд проник сквозь невидимую завесу, пространство вокруг начало неузнаваемо меняться.

В воздухе, подобно мириадам сверкающих песчинок, парили светящиеся частицы. Они двигались по строгим, математически выверенным траекториям, то вспыхивая, то угасая, как крошечные звезды. Помимо них, пространство было пронизано древними, замысловатыми символами, сотканными из того же звездного песка.

Эти символы излучали ослепительный свет, казалось, храня в себе первозданные тайны мироздания, и сплетались в грандиозные магические формации. Кун Янь знал, что видит их, но стоило ему попытаться запомнить хоть один символ, как он тут же стирался из памяти, не оставляя ни малейшего следа.

И вдруг он заметил аномалию. В этом безупречном, совершенном танце света и символов был один участок, который двигался с искажениями. На фоне идеальной гармонии это диссонирующее пятно бросалось в глаза.

Цан Ли проследил за его взглядом и пояснил:

— Видишь? Это место, которое прорвали Небесные Демоны. Цзю Цин поставил там заплатку, но она явно ненадежна. Когда штаб-квартира соберет необходимые материалы, мы вызовем специалистов, чтобы они залатали брешь как следует.

Сказав это, Цан Ли нахмурился. Его глаза превратились в янтарные щелочки, и он впился взглядом в эту самую «заплатку». Его драконье зрение уступало Оку Истины, но всё же позволяло видеть многое. Понаблюдав за искажениями энергии, он пришел к тревожному выводу. По словам Цзю Цина, этой заплатки должно было хватить минимум на полгода. Но сейчас было очевидно, что она вот-вот сорвется с массива. Продержится от силы месяц — не больше.

Так мало времени...

Если бы он не решил сегодня спонтанно проверить барьер, Небесные Демоны могли бы в любой момент прорвать защиту и хлынуть в Светлый предел Шаньхай, застав их абсолютно врасплох.

— Янь-янь, попробуй посмотреть, чьи ауры присутствуют здесь?

Кун Янь растерялся. Он всё еще не умел управлять Оком Истины, но раз Цан Ли сказал, значит, это возможно, так? Полностью доверяя ему, Кун Янь закрыл глаза и мысленно сосредоточился на слове «аура».

Пока он мысленно повторял это слово, перед его внутренним взором возник мягкий белый свет, который сначала рассеялся во все стороны, а затем исчез. Но Кун Янь каким-то шестым чувством понял, что теперь он сможет «видеть». Как и говорил Цан Ли, будь то боевые инстинкты в минуту опасности или использование Ока Истины — ему не нужно было учиться. Потому эту родовую способность и называли «даром» — она была в его крови, срабатывая инстинктивно, повинуясь одной лишь силе мысли.

Открыв глаза, Кун Янь увидел, что всё пространство пронизано тончайшими светящимися нитями. От стоящего рядом Цан Ли исходило плотное сияние лазурных «нитей», в которых поблескивали золотые вкрапления. Опустив взгляд на себя, Кун Янь обнаружил, что от него исходит яркий «белый» свет с вкраплениями серебристо-красного, но, к его изумлению, золотого сияния в нем было невероятно много.

Он догадался, что это золотое свечение — та самая золотая аура заслуг, которую Цан Ли копил для него тысячелетиями. Поэтому у Кун Яня ее было так много, а у самого Цан Ли — почти не осталось.

Разобравшись, как Око Истины отображает ауры, он внимательно осмотрелся и неуверенно произнес:

— Здесь очень много серых нитей... некоторые тусклые, другие поярче.

Цан Ли предложил ему попробовать чисто из любопытства, не будучи уверенным в успехе — ведь Кун Янь еще не обрел божественный костяк. Услышав его ответ, Цан Ли просиял от гордости: «Мой птенчик — просто чудо!»

— Серое — это аура Цзю Цина. Видишь что-то еще?

Кун Янь нахмурился. Длительное использование Ока Истины заставляло глаза невыносимо болеть, но он терпел, продолжая всматриваться в переплетения света:

— Еще немного серых... но они гораздо темнее, почти черные. Очень выделяются. — Он логично предположил, что тусклые нити — это старые следы, а яркие оставлены недавно. Например, лазурные нити Цан Ли и его собственные белые сияли очень ярко.

— Темно-серые? — повторил Цан Ли, явно погрузившись в размышления.

— Что-то не так? — Кун Янь потер глаза, пытаясь унять резь. Реакция Цан Ли на эти слова заинтриговала его. Неужели он знает, кому принадлежит темно-серая аура?

— Да нет, ничего. Когда Цзю Цин очнется, мы у него всё расспросим.

Увидев, что Цан Ли говорит об этом так беззаботно, Кун Янь тоже расслабился. Рядом с этим мужчиной он всегда чувствовал себя в абсолютной безопасности. Казалось, пока они вместе, никакие проблемы не смогут выбить их из колеи.

http://bllate.org/book/17666/1724655