Готовый перевод The God of War Returns, and Marriage Brings Excitement / Возвращение бога войны: Свадьба для души: Глава 3. В разгаре свидания вслепую

Дин Ши: 【Шеф Жэнь, я тут только что с тусовки, угадай, чё я услышал?】

Дин Ши: 【Кто-то пустил слух, будто ты эти дни ходишь по свиданиям вслепую, ха-ха-ха, я щас от смеха умру!】

Дин Ши: 【Какой-то мелкий подрядчик даже просил меня наладить мосты, хотел сосватать тебе своего деревенского кузена, цыц-цыц-цыц. Не боись, я его знатно отшил. Чё за шавки подвальные лезут к нашему барину?】

Дин Ши: 【Другие тебя не знают, но я-то в курсе! Ты по-любому просто делаешь вид, чтобы ублажить свою императрицу-мать. Если ты реально добровольно пошел на свиданку, я в прямом эфире дерьмо сожру!】

Жэнь Синлю только-только присел за столик и достал телефон, как тут же наткнулся на длинную цепочку сообщений от друга детства.

Бегло пробежав их глазами, он с невозмутимым видом принялся строчить ответ одной рукой.

Жэнь Синлю: 【Я прямо сейчас сижу на свидании. Говори по делу.】

Жэнь Синлю: 【И если кто-то просит свести, не отказывай так резко. Если парень порядочный, можешь и познакомить.】

После того как сообщения ушли, Дин Ши то ли не заметил их сразу, то ли впал в ступоре — ответа не было долго. Лишь спустя несколько минут экран снова ожил.

Дин Ши: 【？？？】

Дин Ши: 【Ты кто? И зачем ты разводишь меня на поедание дерьма?】

Жэнь Синлю: «……»

Собеседник на том конце провода явно засомневался, с кем имеет дело, и поспешил набрать его номер.

Услышав из динамика знакомый голос Жэнь Синлю, Дин Ши пережил сокрушительный удар по своему мировоззрению. Он заговорил путано и бессвязно:

— Шеф Жэнь, ну это уж чересчур, реально чересчур! Даже если надо дать отчёт семье Пэй, не стоит же так опускаться? К тому же Пэй Сяньчжи вроде ничего такого и не высказывал. Прояви ты твердость, не верю я, что твоя матушка пошла бы напролом…

Жэнь Синлю покосился на настенные часы в ресторане. Время, на которое он договорился со вторым гостем, стремительно приближалось. Опасаясь, что Дин Ши разразится бесконечной тирадой, он без церемоний прервал его:

— Семья Пэй тут ни при чём. Это я сам решил пожить спокойной, человеческой жизнью.

— …А? — Дин Ши в этот момент едва не разрыдался. — Син-бао, ты просто так сильно хочешь увидеть, как я жру дерьмо?

Жэнь Синлю: «……»

Вовсе нет, он тут ни при чём! Но если Дин Ши так сильно настаивает на этом деликатесе, мешать ему он точно не станет.

Объяснять всю подоплёку было бессмысленно, да и лень, поэтому Жэнь Синлю лишь бросил:

— Ладно, отбой.

— Эй, погоди! — Дин Ши искренне не понимал мотивов друга и затараторил вновь: — Нет, ну серьёзно, Син-бао, даже если ты реально решил остепениться, зачем прибегать к таким крайностям? С твоими-то картами ты можешь выбирать кого угодно, хоть пальцем ткни…

На полуслове он услышал, как Жэнь Синлю глубоко и сокрушенно вздохнул, после чего нравоучительно произнес:

— Ты не понимаешь. Репутация для парня — это святое. Мой тебе совет: береги честь смолоду и веди себя приличнее.

Дин Ши: ？？？

Он хотел было уточнить, к чему этот пассаж, но на том конце уже повесили трубку.

— Цыц, — Жэнь Синлю отложил телефон, покачав головой с грустной усмешкой.

То, о чём он обмолвился в разговоре с Дин Ши, как раз и являлось его суровой реальностью: репутация, которую молодой барин Жэнь успел заработать до своего исчезновения в другом мире, была хуже некуда.

С ресурсами семьи Жэнь найти ему пару, конечно, не составляло труда, но вот рассчитывать на равный и благородный союз не приходилось.

Один только факт его гомосексуальности сразу отсекал все приличные кланы Линчэна.

Среди золотой молодежи, разумеется, хватало парней с нетрадиционной ориентацией, но все они стояли в очереди на «наследование престола». Развлекаться с мужчинами — это пожалуйста, но связывать себя узами брака — увольте.

Жэнь Чжу это прекрасно понимала, поэтому к знатности рода требований не предъявляла, полагая, что достаточно найти для Жэнь Синлю человека из чистой семьи и с достойным характером.

Но беда заключалась в том, что при такой вопиющей дурной славе, да ещё и после свежего скандала с Пэй Сяньчжи, ни один по-настоящему порядочный человек не захотел бы пачкаться о него.

И те, кто в эти дни соглашался прийти на встречу, без сомнения, преследовали исключительно корыстный интерес к капиталу Жэнь.

Жэнь Синлю в империи Шэн успел и на полях сражений побывать, и в придворных интригах поучаствовать, так что против прагматичного обмена выгодами ничего не имел. Но нельзя же сводить всё исключительно к голому расчету!

Один из кандидатов докатился до того, что прямо с порога заявил: мол, после свадьбы наши семьи ведут общий бизнес, а мы живем каждый своей жизнью. И, сочтя себя жутко проницательным, пообещал Жэнь Синлю, что после заключения брака сам будет подыскивать ему симпатичных любовников.

Жэнь Синлю: ？？

Поистине, нравы упали, и древняя добродетель забыта! С таким широким кругозором этому деятелю в империи Шэн цены бы не было на должности главного евнуха, отвечающего за подбор императорского гарема.

Жэнь Синлю казалось, что даже во времена, когда он переглядывался шпионскими намеками с министрами у трона, он не уставал так сильно, как за эти несколько дней. И ведь винить в этом, кроме самого себя, было некого.

Будь его репутация хоть немного чище, он бы не оказался в такой яме.

За пару дней Жэнь Синлю окончательно разочаровался в этих свиданиях. Он прекрасно понимал: если в его нынешнем положении поспешно связать себя узами брака, о тихой и размеренной жизни можно будет забыть раз и навсегда.

Жэнь Синлю: «Сейчас я горько раскаиваюсь.jpg»

Он искренне желал покоя, но из-за нулевого доверия к его словам Жэнь Чжу сочла его смирение за очередную уловку. Поэтому она лично подобрала ему кандидата, который с первого взгляда производил впечатление человека «для семейного очага», и выставила жесткий ультиматум: если Жэнь Синлю забракует и этого, она сама насильно женит его на ком посчитает нужным.

При мысли об этом новом госте Жэнь Синлю злился ещё больше. И вовсе не потому, что парень казался сомнительным — напротив, досье этого Бай Цюаньцю выглядело куда более солидным и настоящим, чем у предыдущих искателей наживы.

Чистое происхождение, во всём следовал правилам, судя по всему, с малых лет рос примерным и тихим малым, ни разу не нарушавшим даже школьную дисциплину. Вот только судьба у него была сиротская: родители рано погибли, воспитывался в доме дяди, да и с работой сейчас, судя по всему, дела шли не очень.

Жэнь Синлю сердило не то, что у парня скромные стартовые данные, а то, что с таким бэкграундом его притащили на это свидание. Мотивы тех, кто его прислал, были шиты белыми нитками и выглядели куда циничнее, чем у прошлых кандидатов.

К тому же этого парня сосватало семейство Бай. Жэнь Синлю помнил эту фамилию и был знаком со своим сокурсником Бай Яо. Ещё до своего пространственного перемещения он терпеть не мог этого парня, который, несмотря на юный возраст, был скользким и приторным до невозможности.

И теперь они подсовывают ему своего двоюродного брата с такой судьбой… За кого они вообще принимают его, Жэнь Синлю?!

Этот Бай Цюаньцю тоже хорош — полез за быстрой выгодой. У прежних кандидатов за спиной хотя бы стояли их кланы, и в случае чего у них оставалось пространство для маневра и переговоров с семьей Жэнь. А этот сирота, окажись Жэнь Синлю прежним законченным подонком, разве не обрёк бы себя на страдания?

Жэнь Синлю до глубины души укрепился в мысли: нынешняя молодежь стала слишком ветреной и нетерпеливой в погоне за легкой жизнью!

Сам он, как-никак, был великим полководцем былой эпохи, в чьем сердце навеки укоренились идеалы служения обществу и заботы о людях. Он почувствовал внутренний долг внести посильный вклад в оздоровление нравов этого поколения.

Решено: начнем перевоспитание прямо с этого Бай Цюаньцю!

Пока Жэнь Синлю предавался этим праведным сокрушениям, над его головой внезапно выросла высокая тень, и раздался приятный, слегка бархатистый голос:

— Здравствуйте. Простите, вы студент Жэнь?

Голос и впрямь был хорош.

Жэнь Синлю поднял взгляд и наткнулся на смотрящее на него сверху вниз лицо. В его груди что-то дрогнуло, и он невольно умилился.

Какая стать, какие тонкие и благородные черты лица!

Вживую парень выглядел куда ярче и эффектнее, чем на фото в анкете. Неудивительно, что с таким скромным происхождением он осмелился явиться на свидание к нему, парню с такой кошмарной репутацией.

В тот самый миг, когда Жэнь Синлю поднял голову, Бай Цюаньцю тоже едва заметно повёл бровью.

Прежде он никогда не видел Жэнь Синлю в лицо. Собираясь сюда, он намеревался просто отбыть номер для галочки, поэтому даже поленился взглянуть на его фотографию. Кто же знал, что этот изнеженный богач окажется настолько чертовски привлекательным.

Бай Цюаньцю не считал себя человеком, которого легко пленить внешней красотой, но сейчас ему пришлось признать: безупречная внешность действительно способна влиять на человеческое восприятие.

К примеру, прямо сейчас ему показалось, что Жэнь Синлю вовсе не так безнадежен, как малевали слухи. По крайней мере, природа не обделила его красотой.

— Да, это я. Присаживайтесь, — Жэнь Синлю приветливо кивнул ему.

Бай Цюаньцю опустился на стул напротив:

— Прошу прощения, на дорогах небольшие пробки, я слегка опоздал…

— Ничего страшного, — Жэнь Синлю махнул рукой и, наполнив чистый бокал водой, пододвинул его к гостю. — На улице страшное пекло, выпейте сначала воды.

Бай Цюаньцю невольно удивился.

До него доходило немало слухов о Жэнь Синлю, и все они в один голос твердили, что этот молодой барин ведет себя заносчиво и деспотично. Парень ожидал, что из-за его намеренного опоздания этот мажор с порога попытается поставить его на место и указать на его статус.

А при ближайшем рассмотрении оказалось, что тот весьма недурно воспитан?

Бай Цюаньцю поблагодарил его, взял бокал и уже собирался сделать глоток, как заметил, что Жэнь Синлю продолжает пристально смотреть на него, словно оценивая и взвешивая каждый его шаг.

«Уже взялся за ревизию?»

В груди Бай Цюаньцю шевельнулось раздражение, и та капля симпатии, что успела зародиться секундой ранее, мгновенно испарилась.

Этот тип с фамилией Жэнь действительно оказался ровно таким, как о нём говорили — высокомерным богачом. Должно быть, он воспринимает это свидание как личный кастинг в свой наложнический гарем и сейчас оценивает «качество товара».

Сердце Бай Цюаньцю обдало холодом, но внешне он ничем этого не выдал. На его губах даже появилась дежурная, мягкая улыбка, и он как бы невзначай поинтересовался:

— Студент Жэнь, вы так внимательно смотрите. Что-то не так?

Жэнь Синлю действительно изучал Бай Цюаньцю, и чем дольше он смотрел, тем сильнее его охватывала жалость к этому парню. Он просто потерял контроль над временем, а когда гость обратился к нему, спохватился и поспешно отвел взгляд.

Слегка кашлянув для приличия, он произнес:

— Господин Бай, пусть мы и видимся впервые, но есть пара вещей, о которых, как мне кажется, я просто обязан с вами поговорить.

Видя его подчеркнуто серьезный и торжественный вид, Бай Цюаньцю едва не прыснул со смеху, но сдержался:

— Что ж, я внимательно слушаю.

Торопиться ему было некуда, поэтому он продолжил неторопливо цедить воду из бокала. Ему было искренне любопытно послушать, какой вердикт вынесет ему этот изнеженный барчук.

И тут он увидел, как Жэнь Синлю выпрямил спину и, уставившись на него взглядом, полным непоколебимой праведности, строго произнес:

— Я прекрасно понимаю, что современное общество давит на людей, особенно тяжело приходится молодежи, которая только-только начинает свой трудовой путь. Но настоящий мужчина должен твердо стоять на ногах и полагаться на собственные силы. Попытка срезать путь и пойти по легкой дорожке может обернуться неисчислимыми бедами в будущем. Особенно когда речь идет о браке — ведь это шаг, который определяет всю оставшуюся жизнь!

Бай Цюаньцю: ？？？

Он как раз делал глоток и от таких слов едва не поперхнулся. Стукнув бокалом о стол, он уставился на Жэнь Синлю с абсолютно ошеломленным видом.

Постойте-ка, что за ахинею несет этот парень?

Разве он не должен был сейчас пренебрежительно пройтись по его внешности, скромному происхождению или статусу? С какого перепугу разговор вильнул в сторону лекций о смысле жизни и морали?

Да ещё и с такими отеческими, наставительными интонациями?

Ведь это Жэнь Синлю привели сюда выбирать себе пару, верно? И это его, Бай Цюаньцю, притащили сюда на этот «кастинг», так ведь?

Бай Цюаньцю засомневался в собственной адекватности и осторожно переспросил:

— Прошу прощения, я не совсем улавливаю вашу мысль…

Жэнь Синлю поначалу боялся ранить его хрупкое самолюбие, поэтому выражался завуалированно. Но видя, что парень до сих пор не понимает всей опасности своего положения, он решил отбросить намеки и с глубоким сокрушением выложил всё напрямую:

— Товарищ Бай, неужели перед тем, как прийти на это свидание, вы совсем ничего не слышали о моей репутации? Вы хоть раз задумывались о том, что будете делать, если я окажусь ровно таким чудовищем, каким меня малюют в обществе, и мы действительно поженимся?

Бай Цюаньцю: «……»

До него дошло. Но… не слишком ли этот Жэнь Синлю самокритичен?

Жэнь Синлю тем временем продолжал свою тираду:

— Ваши родственники поступили крайне безответственно, сосватав вас такому человеку, как я. Им-то что, не им же со мной жить, вот они и не парятся. Но вы ведь взрослый, самостоятельный парень, вам нужно самому о себе заботиться и быть осмотрительнее…

Бай Цюаньцю: «…………»

Честное слово, перед приходом сюда он просчитал в голове с десяток сценариев поведения и был уверен, что, каким бы несносным ни оказался этот мажор, он легко переиграет его на его же поле.

Но к такому повороту жизнь его точно не готовила.

Вся логика Бай Цюаньцю полетела к чертям, в его идеальном аналитическом мышлении образовалась огромная брешь.

Не сдержавшись, он тихонько кашлянул и выдавил:

— Меня заставили.

Жэнь Синлю: «…！»

Воздух застрял у него в горле. Спустя секунду он с глубоким возмущением выругался про себя: «Проклятье, я совсем забыл про этот вариант!»

На самом деле в подобных вещах не было ничего удивительного. В бытность его полководцем в империи Шэн разные политические группировки то и дело пытались подослать к нему красавцев и красавиц с аналогичными целями.

Эпохи сменились, но методы сильных мира сего ничуть не эволюционировали.

Просто за эти дни он настолько наслушался предложений от тех заботливых «евнухов», что у него помутился разум. Он напрочь упустил из виду, что Бай Цюаньцю, в отличие от тех дельцов, мог явиться сюда не ради штурма карьерной лестницы, а будучи безвольной марионеткой в чужих руках.

Жэнь Синлю умел признавать свои ошибки, поэтому смущенно произнес:

— Простите, я проявил бестактность.

— Ничего страшного, — Бай Цюаньцю не выдержал и тихонько рассмеялся, добавив с иронией: — Вы ведь, в конце концов, пеклись о моем благополучии.

—……

— Семейство Бай, конечно, те еще бесстыдники, — Жэнь Синлю уже примерно нарисовал себе общую картину происходящего. — Расскажите мне, как всё обстоит на самом деле?

Изначально Бай Цюаньцю полагал, что Жэнь Синлю слеплен из того же теста, что и Бай Яо, и приготовил соответствующий план противодействия.

Кто бы мог подумать, что это свидание свернет в такое русло.

Поначалу Бай Цюаньцю ещё немного колебался, но раз уж разговор зашел так далеко, да и сам Жэнь Синлю оказался вовсе не тем заносчивым мерзавцем из слухов, а парнем с обостренным чувством справедливости, он решил приоткрыть завесу тайны и обрисовал ситуацию в общих чертах.

В ответ Жэнь Синлю воспылал таким праведным гневом, будто это его личные интересы растоптали. Поддерживая этот запал, Бай Цюаньцю подкинул еще пару деталей.

Разумеется, о вещах, которые не предназначались для чужих ушей — вроде его реального финансового положения и планов, — он не обронил ни единого слова.

В итоге их свидание превратилось в совместный сеанс поливания грязью семейства Бай. Точнее, Жэнь Синлю яростно сыпал проклятиями, а Бай Цюаньцю лишь подбрасывал дрова в этот костер правосудия.

Атмосфера за столом была пропитана чистейшей, бескомпромиссной справедливостью.

Обед завершился под аккомпанемент гневных тирад Жэнь Синлю. Оплатив счет, молодой барин Жэнь всё ещё продолжал сопереживать нелегкой доле собеседника:

— Вы не переживайте, я не стану усложнять вам жизнь. Когда вернетесь обратно, так им и скажите: мол, я вас выставил за дверь.

Бай Цюаньцю улыбнулся:

— Спасибо.

Если в начале встречи он ещё сомневался в искренности Жэнь Синлю, то за время обеда успел составить о молодом господине совершенно иное мнение.

Был ли Жэнь Синлю действительно бестолковым бездельником и дебоширом, как утверждали сплетни — вопрос открытый, но его человеческие качества точно не имели ничего общего с той грязью, которую о нём распространяли.

В нём определенно жил дух справедливости, и он выгодно отличался от большинства богатых сынков, которых Бай Цюаньцю доводилось встречать.

Особенно когда он костерил Бай Гуанхая и его сынка — его словесные обороты были настолько изящными и хлесткими, что в них определенно чувствовался литературный талант.

Бай Цюаньцю уже собирался было откланяться, но, подняв глаза, заметил, что Жэнь Синлю смотрит на него взглядом, полным глубочайшего сострадания, словно видит в нём беззащитную жертву на заклание.

Это показалось ему жутко забавным, и он решил подлить масла в огонь, притворно вздохнув:

— Вот только если вы меня просто так отпустите, а семья Бай не добьется своей цели, они точно не оставят меня в покое.

Он всего лишь хотел немного подразнить Жэнь Синлю и заодно вырыть небольшую яму для своих родственников.

Однако после этих слов взгляд Жэнь Синлю мгновенно налился стальной решимостью, и он подбодрил его:

— Настоящий мужчина должен уметь постоять за себя. Когда нужно давать отпор — давай его без колебаний.

Бай Цюаньцю: «……»

Он мысленно пожурил себя за то, что, видимо, переборщил с образом жертвы и выглядел недостаточно мужественно, после чего покорно согласился:

— Я так и сделаю.

Жэнь Синлю вовсе не был черствым человеком и с радостью помог бы Бай Цюаньцю, да вот только сам сейчас находился в крайне уязвимом положении. Того и гляди, завтра Жэнь Чжу насильно выдаст его замуж за одного из тех предприимчивых «евнухов», и его жизнь превратится в сущий кошмар…

Если он сейчас полезет наводить порядок в чужой семье, матушка вряд ли поверит в его альтруизм — она скорее решит, что он снова взялся за старое, и переломает ему вторую руку.

Впору было задуматься, кому из них двоих повезло меньше…

Пока Жэнь Синлю предавался этим безрадостным мыслям, его телефон снова завибрировал от нового сообщения.

Дин Ши: 【Син-бао, я тут раскинул мозгами. Тебе ведь просто нужно, чтобы твоя императрица поверила, будто ты остепенился, верно? Реально жениться вообще необязательно! Я могу подогнать тебе парочку актеров из массовки, заплатишь им немного, да и делов-то.】

Дин Ши: 【Так переждешь бурю, а потом в любой момент разыграешь расставание. Это же мега-удобно!】

Жэнь Синлю: ！

Не зря они с Дин Ши с самого детства вместе искали приключений на свои головы — опыта в вопросах того, как обвести вокруг пальца предков, у того было хоть отбавля.

Эта мысль мгновенно открыла перед Жэнь Синлю новые горизонты. Жэнь Чжу в этот раз была настроена решительно, и он не на шутку опасался, что она перейдет от слов к делу и устроит ему брак в приказном порядке.

Разумеется, нанимать случайного актера было глупо — матушка всю жизнь вела с ним войну умов и раскусила бы подставу в два счета.

Бай Цюаньцю уже приподнялся, собираясь уходить, как вдруг Жэнь Синлю резко вскинул голову и уставился на него сияющим, вдохновенным взглядом. С лицом, полным высочайшей гражданской доблести, он торжественно произнес:

— Товарищ Бай, я тут подумал… Вам, как одинокому молодому человеку, будет слишком тяжело в одиночку противостоять всему этому зловещему клану Бай. Мой долг — протянуть вам руку помощи!

Бай Цюаньцю: ？

«Постойте, секунду назад вы говорили совершенно обратное, разве нет?»

http://bllate.org/book/17604/1637892