Готовый перевод Shh! It’s Watching You / Тсс! Оно смотрит на тебя [Бесконечный поток]: Глава 34. Сад Осенних Ароматов

— Это просто омерзительно. Хорошо хоть, что за эти три дня он ни с кем не договорился о встрече, — Тао Шэну пришлось бы идти на свидание вместо прежнего владельца, иначе система засчитала бы OOC.

Судя по текущим находкам, единственными персонажами, связанными между собой, были герои Си Вэньгуя и Тао Шэна: последний пробрался в дом первого и украл его нижнее белье.

С остальными четырьмя — Чжао Цяочжуном, Су Мэй, Чжэн Доцянем и Лю Яминем — они еще не виделись. Личности их персонажей оставались загадкой.

Впрочем, еще вчера по дороге со станции в жилой комплекс они договорились встретиться у ворот в восемь вечера первой же ночи, чтобы обменяться зацепками.

Что касается дневного времени… скорее всего, все были заняты поисками билетов.

На этот инстанс было отведено всего три с половиной дня, а локация оказалась огромной. Тут бы не то что в истории «Сада Осенних Ароматов» разобраться — на одни поиски билетов времени в обрез.

Подсказка Вэнь Чжо для поиска билета была весьма специфической — отрубленная рука.

Судя по костям, кисть была тонкой и изящной, ладонь — узкой. Очевидно, рука принадлежала женщине.

Она была отсечена острым предметом в районе запястья. Ногти были обломаны — вероятно, в ходе отчаянной борьбы или попыток за что-то уцепиться. Других ориентиров на снимке не было.

При таком раскладе эта рука могла находиться в любой точке Восточного сектора. Чтобы обыскать всё, не хватило бы и семи дней, как в деревне Ли, не говоря уже о трех.

Однако то, что уликой была именно часть тела, скорее всего, напрямую связывало её с основным сюжетом.

"В «Саду Осенних Ароматов» могло произойти убийство".

"Стоит расспросить местных жителей?"

Днем в комплексе было людно. Поскольку была суббота, на детской площадке у горок собралось много стариков с внуками.

Троица разделилась. Даже если Вэнь Чжо не спешил, Тао Шэн и Не Сунмань горели желанием найти свои билеты.

— Здравствуйте, дедушка. Я подумываю купить здесь квартиру, но слышал, что в комплексе недавно произошло убийство. Это правда?

Старик посмотрел на него, но промолчал.

Лишь спустя мгновение Вэнь Чжо понял, что дед смотрит не на него, а на дорожку у него за спиной.

Та самая старуха, которую он видел утром, пряталась за кустами роз. Она вела себя крайне подозрительно, и как только заметила взгляд Вэнь Чжо, тут же отпрянула.

Старик повернул голову к своему собеседнику:

— Смотри-ка, Лао Чжан, бабка из 604-й наконец-то вышла!

Похоже, этот дед тоже жил в их 15-м корпусе.

Лао Чжан проследил за его взглядом:

— Пряталась дома целый месяц, и надо же — решилась нос высунуть?

— Да у неё с головой не в порядке. Твердит всем, что в ту ночь слышала крики о помощи. Никто не слышал, а она, видишь ли, услышала. Полиция приезжала, всё обыскали и ничего не нашли.

...

Старик, похоже, не собирался возвращаться к вопросу Вэнь Чжо. Не теряя времени, Вэнь Чжо пересек газон и преградил путь старухе:

— Почему вы следите за мной?

— Она сумасшедшая… она срежет твоё лицо… — Старуха бессвязно повторяла одну и ту же фразу, словно пережила сильнейшее потрясение. — Я видела её, я видела её…

— Что именно вы видели? — спросил Вэнь Чжо, подстраиваясь под её тон.

Лицо старухи было вытянутым, глубокие старческие морщины бороздили кожу, словно шрамы. Глаза навыкате при воспоминании о пережитом ужасе округлились так сильно, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Зрелище было пугающим.

Но, в противовес своей устрашающей внешности, она вся дрожала, а её губы тряслись так сильно, что она долго не могла вымолвить ни слова.

— Полиция мне не верит… Они лгут, они ведь точно слышали…

— Вы слышали крики о помощи. А дальше? Что случилось с тем человеком?

— Он мертв…

— Кто его убил? Тан Юэ?

При упоминании имени Тан Юэ старуху передернуло:

— Нет, нет… она срежет твоё лицо…

Она подняла руку, словно сжимая невидимый нож, и резко полоснула по воздуху. Её лицо исказилось в гримасе:

— Вот так, вжик! И всё содрано! Приклеит к фотографии… Без головы…

Речь старухи была слишком путаной. Зачем клеить лицо на фотографию, если там нет головы?

Вэнь Чжо дважды прокрутил её слова в уме, прежде чем понял: фотография без наклеенной «кожи лица» выглядит так, будто на ней нет головы.

В глазах старухи Тан Юэ собиралась срезать его лицо и наклеить на безголовый снимок.

В реальном мире слова этой женщины сочли бы бредом сумасшедшей, но в инстансе каждое слово стоило тщательного анализа.

Мозг Вэнь Чжо работал на высоких оборотах, анализируя каждое предложение и интонацию.

Он заметил, что старуха, кажется, говорит о двух разных людях: одна — Тан Юэ, которая срезает лица, и другой — тот, кто убил человека, молившего о помощи.

Оставив в стороне вопрос о правдивости, Вэнь Чжо наткнулся на противоречие.

Старик Лао Чжан только что сказал, что старуха не выходила из дома месяц. «У неё явно не все дома» — значит, в глазах соседей она стала «чокнутой» только месяц назад, когда заперлась в квартире.

Тогда о какой «сумасшедшей» говорила хозяйка из 602-й квартиры сегодня утром?

Та жаловалась, что какая-то ненормальная стучит в двери и пишет жалобы каждый день. Но эта старуха месяц не выходила за порог.

Мимо прошла семья с посылками. Маленькая девочка на руках у матери внезапно указала пальцем на старуху:

— Папа, смотри, та бабушка!

Мужчина тут же подтолкнул жену:

— Идем, идем быстрее.

Супруги прибавили шагу, избегая старухи как чумы. Только девочка, пытаясь вырваться из рук матери, продолжала оглядываться:

— Наньнань тоже это слышала.

Что она слышала? То же самое, что и старуха — крики о помощи?

Старуха внезапно придвинулась вплотную, её выпученные глазные яблоки оказались прямо перед лицом Вэнь Чжо:

— Я вижу призраков. Мне никто не верит, но я правда их вижу…

Вэнь Чжо подавил инстинктивное желание отступить:

— Как выглядит призрак, которого вы видите?

— Кровь, много крови. Нет рук, нет ног. А голова — пах! — Она бессвязно зажестикулировала. — Отвалилась. Висит на боку и смотрит на меня. Каждый день смотрит…

— Где он на вас смотрит?

— Дома, у двери…

— Я могу пойти к вам и помочь прогнать призрака.

Старуха бросила на него странный взгляд:

— Ты не сможешь… Она и тебя убьёт, убьёт…

«И», — Вэнь Чжо зацепился за это слово.

В представлении старухи и Тан Юэ убьёт его, и призрак убьёт его.

Вспоминая утреннюю галлюцинацию в тумане: никто из других пассажиров не столкнулся с чем-то подобным, только он в роли Инь Байхая. И он тоже видел этого призрака — того самого с заваленной набок головой, которого заметил ночью с балкона.

Из-за расстояния и темноты он не разглядел, были ли у него руки и ноги, но это подтверждало: слова старухи основаны на реальности.

Судя по обрывкам информации, в «Саду Осенних Ароматов» действительно произошло убийство около месяца назад. Старуха услышала крики, вызвала полицию, но те ничего не нашли, и соседи решили, что она спятила.

Поскольку она видит призраков, а дух погибшего ежедневно дежурит у её двери, она месяц не решалась выйти.

И этот призрак, скорее всего, — жертва того самого убийства. Имел ли к этому отношение Инь Байхай?

Может быть, это Инь Байхай убил его?

Солнце поднялось в зенит, наступил полдень.

Вэнь Чжо поднял голову, щурясь от резкого света. Почему-то его не покидало ощущение какой-то странной неправильности во всем, что происходило с самого утра.

Будто какая-то мелкая деталь ускользала от его внимания…

Как раз когда он пытался убедить старуху впустить его в квартиру, со стороны ворот комплекса донесся знакомый звук полицейской сирены.

Старуха тут же, подобно испуганному кролику, бросилась прочь:

— Не верят мне, никто не верит!

Вэнь Чжо, помедлив, решил направиться к воротам. Старуха говорила путано, и вряд ли из неё можно было вытянуть больше информации прямо сейчас.

Он полагал, что сирены — это часть развития сюжета инстанса или кто-то из игроков активировал ключевое событие. Но подойдя к 9-му корпусу, он увидел, что полицейские скрутили Чжао Цяочжуна, который отчаянно сопротивлялся.

Тот был в панике:

— Я этого не делал! Клянусь, не делал! Не верите — посмотрите камеры!

Представитель управляющей компании, стоявший рядом, неловко пробормотал:

— Камеры сломаны…

Полицейский холодно оборвал его:

— Что у вас за комплекс такой? Камеры каждый день не работают?

Рядом стоял Чжэн Доцянь в форме охранника — видимо, он и вызвал полицию.

Сцена выглядела сюрреалистично и даже немного комично. Бывший судмедэксперт, получивший билет на поезд за преступление, в мире инстанса в роли охранника вызывает полицию, чтобы те забрали другого пассажира.

Послушав разговоры толпы, Вэнь Чжо восстановил картину: Чжэн Доцянь сообщил полиции, что Чжао Цяочжун домогался его внучки. Тот всё отрицал, и полиция собиралась забрать его в участок для разбирательства.

На шум прибежала Су Мэй. Не выказывая удивления, она прошептала Вэнь Чжо:

— Я слышала от других пассажиров на поезде, что этот старик получил билет именно за развратные действия в отношении несовершеннолетних… И, кажется, там было не только это.

Если присмотреться, лицо Чжао Цяочжуна и впрямь выглядело довольно мерзко. Собравшиеся вокруг жители начали неодобрительно шушукаться, тыкая в него пальцами.

Как только Вэнь Чжо сделал шаг вперед, чья-то рука легла ему на плечо:

— Ты не сможешь его спасти.

Су Мэй вздрогнула от внезапного появления Си Вэньгуя, но, узнав его, с облегчением выдохнула.

Вэнь Чжо замер и бесстрастно произнес:

— Как только он покинет пределы комплекса, он труп.

Си Вэньгуй усмехнулся:

— Неужели тебе жаль, если такие люди подохнут?

Вэнь Чжо не стал спорить, но и соглашаться не спешил. Из-за специфики профессии его позиция всегда отличалась от мнения большинства: пока нет доказательств и пока не вынесен приговор суда, никто не заслуживает смерти.

В любом деле небрежность до вынесения вердикта может привести к судебной ошибке.

Однако Поезд, казалось, никогда не ошибался. Каждый билет, каждая улика точно соответствовали человеку… кроме самого Вэнь Чжо.

Он до сих пор не понимал значения фотографии, на которой он держит зажигалку. В его памяти этого момента не существовало.

Вэнь Чжо больше не пытался вмешаться. Его невольный порыв сделать шаг вперед уже был редким проявлением милосердия. Жители вокруг впали в состояние запредельной ярости, готовые буквально заплевать Чжао Цяочжуна до смерти.

Их гнев был неестественно сильным. Если бы так вела себя половина или даже большинство, это можно было бы понять, но здесь каждый человек казался охваченным этой эмоцией, словно марионетка в руках чего-то неведомого.

В такой момент выйти вперед и заявить во всеуслышание, что Чжао Цяочжун невиновен — значило настроить против себя всех. Не исключено, что полиция забрала бы и его самого.

В реальной жизни поездка в участок не была бы катастрофой — разобрались бы и отпустили. Но это был инстанс Поезда, и Вэнь Чжо помнил утреннее предупреждение системы, когда он пытался выйти на дорогу.

Чжэн Доцянь, вызвавший полицию, холодно наблюдал за происходящим. Как бы ни дергался Чжао Цяочжун, офицеры были непреклонны:

— Мы не утверждаем, что вы виновны, но есть заявление, и мы обязаны провести расследование. Дело серьезное, вам придется проехать с нами.

Двое полицейских потащили Чжао Цяочжуна к торговой улице, где у обочины стоял патрульный автомобиль.

У лавки баоцзы кто-то спрашивал, куда делся хозяин, но, увидев скандал, люди тоже потянулись поглазеть.

Толпа росла, отсекая Чжао Цяочжуна от остальных пассажиров.

Он выглядел как затравленный пес, впавший в такую панику, что едва не бросился на полицейских. Чем агрессивнее он себя вел, тем больше подозрений вызывал.

Полицейская дубинка опустилась ему на подколенный сгиб:

— Веди себя смирно!

Они почти дошли до выезда.

Чжао Цяочжун боялся только попадания в тюрьму — ведь у них было всего три с половиной дня, и если он не вернется вовремя, ему конец.

Он еще не знал, что конец настанет в ту самую секунду, когда он шагнет в патрульную машину.

Телефон в его кармане начал бешено вибрировать. Полицейский вытащил его и, увидев яростно мигающее красное окно, нахмурился:

— Что это за хрень?

На экране высветилась череда уведомлений:

【ВНИМАНИЕ! Вы инициировали ТАБУ!!】

【ВНИМАНИЕ! Вы нарушили ТАБУ!!】

【ВНИМАНИЕ! Вы нарушили ТАБУ!!】

...

И только последнее сообщение отличалось от остальных:

【ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!! Лицам, не являющимся жителями данного мира, запрещено покидать пределы сценария! В противном случае ваш SAN будет немедленно обнулен!!】

Спустя всего три секунды после появления надписи Чжао Цяочжуна втолкнули в машину. Экран телефона мгновенно погас, и как полицейский ни нажимал на кнопки, он не включался.

— Что за техника пошла… Черт знает что…

Они не заметили, как взгляд Чжао Цяочжуна внезапно остекленел, будто из него выкачали душу. Спустя мгновение он глупо и счастливо заулыбался:

— Как вкусно пахнет… Наньнань, иди к дедушке, дай я тебя поцелую…

«Виу-виу — виу-виу —»

Звук сирены начал удаляться. Ярость толпы мгновенно улетучилась, и люди стали расходиться по своим делам.

Вэнь Чжо взглянул на телефон. Имя Чжао Цяочжуна стало серым, что означало смерть.

Он ошибся. Табу этого инстанса заключалось не в возвращении домой до часу ночи. Табу — это привлечь внимание полиции.

По какой бы причине полиция тебя ни забрала, как только ты покидаешь территорию жилого комплекса — ты обречен.

Вэнь Чжо чувствовал, что Чжэн Доцянь стоит прямо у него за спиной. Не оборачиваясь, он спросил:

— Он действительно домогался твоей внучки?

В голосе Чжэн Доцяня больше не было вчерашнего раскаяния. Он спокойно ответил:

— Я просто озвучил то, что он собирался сделать.

http://bllate.org/book/17594/1635305