Готовый перевод My Deskmate Distracts Me From My Studies / Сосед по парте мешает мне учиться: Глава 55

На четвёртый раз ему удалось дозвониться: после череды однообразных гудков вдруг раздался другой звук. Вэнь Сяо резко сжал устройство в руке, его дыхание слегка дрогнуло:

— Чи Е?

Голос его был напряжён, словно ещё секунда — и он оборвётся.

— Я в порядке, со мной всё хорошо, — повторил тот дважды, с лёгкой успокаивающей интонацией. Убедившись, что Вэнь Сяо успокоился, парень добавил: — Прости, мою маму только что реанимировали, я совсем не обратил внимание на время.

Вэнь Сяо прислонился к металлической стойке рекламного щита; его дыхание уже пришло в норму. 

— Как её состояние сейчас? — поинтересовался он, выслушав соседа.

— Несколько дней назад стало лучше, и её перевели из реанимации. Сиделка сказала, что она проводит больше времени в сознании и иногда может произнести несколько слов. Но неожиданно мне позвонили из больницы и сообщили, что показатели резко упали и требуется срочная реанимация. — Голос Чи Е был полон усталости. — Я приехал в больницу и только что подписал несколько бумаг.

Тени деревьев вдоль дороги закрывали свет уличных фонарей.

— Мне приехать? — спросил юноша.

Через несколько секунд Чи Е ответил:

— Да.

Он поймал такси и позвонил бабушке, а приехав, вышел из машины и направился внутрь.

В больнице было мало людей, а в воздухе стоял запах дезинфицирующих средств. Вэнь Сяо был знаком с этой больницей, но раньше он всегда приходил в центр психического здоровья и никогда не заходил в стационарное отделение.

В лифте никого не было. Холодный белый свет отражался от металлических стен, навевая жуткое ощущение. Нажав кнопку двадцать седьмого этажа, парень посмотрел на схему этажей, прикреплённую рядом с дверью: на двадцать седьмом находилось онкологическое отделение.

Когда он вышел из лифта, медсестра на посту, увидев его школьную форму, сказала:

— Ты, наверное, одноклассник родственника пациента из тридцать первой палаты? Он там, — и указала направление.

Вэнь Сяо поблагодарил и направился в указанную сторону. Дойдя до конца коридора, он повернул направо и издалека увидел человека, сидящего на голубом пластиковом стуле у одной из стен в коридоре.

Спина Чи Е, обычно расслабленная, сейчас была прямой как струна. Напротив него, за окном, была тёмная ночь. Он сидел на стуле, как застывшая статуя, излучая какую-то непреклонную стойкость. Вэнь Сяо намеренно сделал шаги громче, чтобы нарушить тишину.

Чи Е взглянул на него, но не пошевелился. Только когда сосед сел рядом, он заговорил:

— Ты попал в пробку по дороге? — а затем усмехнулся: — Что-то я торможу. Откуда посреди ночи пробки?

Вэнь Сяо положил чёрный рюкзак на соседний стул и серьёзно ответил на его вопрос:

— Я приехал на такси, пробок не было. Ты ужинал? Ты голоден сейчас?

Сосед слегка опешил.

— Я, кажется, забыл поужинать из-за дел. Наверное, голод уже притупился, и я его не чувствую.

Не говоря ни слова о том, что это плохо, Вэнь Сяо молча расстегнул рюкзак и достал коробку молока, булочку, сэндвич и нарезанные фрукты в контейнере:

— Может, перекусишь хоть чем-нибудь?

— Столько всего? — Парень взял всё по очереди и посмотрел на наклейку на прозрачном пластиковом контейнере. — Это из того магазина за остановкой на Цзючжан?

— Да, — ответил Вэнь Сяо. — Они работают до одиннадцати, но булок на выбор осталось немного, поэтому я сравнил оставшееся и выбрал ту, которая была больше.

Чи Е подбросил булочку в руке.

— Самую большую? Ты боялся, что я не наемся?

— Да, — серьёзно кивнул юноша.

Чи Е одновременно обрадовался и был тронут. Он поднял руку и потеребил мочку уха Вэнь Сяо:

— Ты такой заботливый, а?

— …Обычное дело. — Тот отвёл взгляд.

Шуршание пластиковой упаковки отчётливо разносилось по коридору. Чи Е откусил кусок сэндвича, и голод, казалось, проснулся. Он быстро съел сэндвич с беконом, курицей и зеленью, а затем в несколько укусов расправился с хлебом. Осталось полпакета молока. Держа трубочку во рту, он выбрал из контейнера кусочек яблока, наколол его на зубочистку и поднёс ко рту Вэнь Сяо. Когда тот открыл рот и съел его, Чи Е выбрал кусочек манго и продолжил кормить юношу.

Заметив, что парень, похоже, вошёл во вкус, Вэнь Сяо насторожился:

— Ты что, хомяка кормишь?

Чи Е остановился, убрал кусочек яблока, который держал в воздухе, и положил его себе в рот.

Когда он закончил есть, Вэнь Сяо спросил:

— Хочешь Колы?

— Торговый автомат внизу. Ладно, забудь, слишком далеко. — Юноша покачал головой.

Не говоря ни слова, Вэнь Сяо расстегнул рюкзак и достал две бутылки Колы, открутил крышки и протянул одну Чи Е. Тот сделал глоток и улыбнулся:

— Твой рюкзак что, бездонный [1]? Тут как будто есть всё. — Он встряхнул бутылку и вдруг спросил: — В Коле много сахара. Достаточное количество сахара помогает снять стресс, да?

Он не ожидал, что Чи Е его раскусит. Вэнь Сяо хотел сказать «нет», но под взглядом парня признался:

— …Да. Есть ещё две бутылки, если выпьешь эту.

Чи Е знал, что этот человек не умел выражать заботу, и иногда из-за этого казался холодным и молчаливым. Но набить рюкзак едой и четырьмя бутылками Колы и принести всё это в больницу было по-своему неловко и мило. Если бы за несколько минут до этого он сказал, что уже поужинал или что не голоден, Вэнь Сяо, скорее всего, даже не достал бы еду и не упомянул бы о ней.

[1] 百宝箱次元袋 bǎibǎoxiāng cìyuándài — 百宝箱 букв. волшебный мешок; обр. шкатулка с сокровищами; 次元袋 букв. пространственный мешок. 

Стрелки часов двигались чрезвычайно медленно. Иногда издалека доносились голоса медсестёр и врачей, но из-за расстояния слов было не разобрать. Время от времени раздавался сигнал лифта — динь, и было непонятно, на каком этаже он остановился.

Чи Е вытянул длинные ноги и спросил Вэнь Сяо:

— Сегодня много домашнего задания? Ты уже сделал?

— Осталось три листа, остальное сделал в школе.

— Хочешь сейчас позаниматься?

— Нет, не могу сосредоточиться, — отказался тот.

Услышав это, Чи Е вспомнил:

— Раньше… в такие моменты, когда я ждал снаружи окончания реанимации, я тоже думал, не открыть ли игру в телефоне, не порешать ли задачи, не поучить ли слова или древние тексты, чтобы отвлечься. Потому что время тянется так медленно, что даже дышать становится трудно. Но потом я понял, что в такие моменты я вообще не могу делать ничего другого.

— Я тоже, — кивнул юноша.

Он не стал вдаваться в подробности, но Чи Е мог догадаться, что подобное чувство возникло у него после того, как в его семье случилась беда. Подумав об этом, он без лишних слов взял руку Вэнь Сяо и держал её в своей.

Сосед посмотрел на него с недоумением; Чи Е не стал объяснять, но так и не отпустил его ладонь

К трём часам ночи Вэнь Сяо не выдержал, прислонился к плечу соседа и сонно закрыл глаза. Его кожа была бледной, особенно под холодным светом больницы. Ресницы были длинными и время от времени слегка дрожали при дыхании.

Внезапно раздался звук открывающейся двери. Вэнь Сяо, который ещё не успел заснуть, открыл глаза и сначала посмотрел на Чи Е. Тот встал. Из дверей вышли уставшие врачи и медсёстры, и один из них сообщил ему:

— Её удалось спасти, сейчас её переводят в отделение интенсивной терапии.

В этот момент спина Чи Е, которую он держал прямой, словно стальной прут, наконец едва заметно расслабилась. Неосознанно сжатые кулаки разжались, и на ладонях остались чёткие следы от ногтей. Он остановился только тогда, когда каталку завезли в отделение интенсивной терапии, куда дальше было нельзя.

Вэнь Сяо шёл следом за ним и вдруг подумал: каждый раз раньше Чи Е, наверное, был один — подписывал бумаги, сидел в холодном пустом коридоре и ждал долгие часы, не зная, какой результат его ждёт — слёзы и радость.

Он сделал полшага вперёд, встал рядом с юношей и сжал его запястье. Почувствовав его прикосновение, Чи Е заговорил тихо, потому что горло саднило:

— Моя мама раньше была красивой, очень красивой.

— М-м, видно. Ты очень похож на неё.

— Ты тоже так думаешь? — За эти короткие десять с лишним секунд Чи Е уже успел взять себя в руки. Он в ответ перехватил ладонь Вэнь Сяо и спокойно направился к лифту. — У моей мамы красивый нос, я унаследовал его.

У парня были правильные черты лица: высокая прямая спинка носа без единого лишнего слоя плоти, аккуратные и чёткие очертания, а в сочетании с острым, выраженным контуром нижней челюсти его профиль напоминал работу искусного скульптора.

Заметив пристальный взгляд Вэнь Сяо, он спросил:

— Что, вдруг заметил красоту своего Чи-гэ?

— Давно уже заметил, — кивнул сосед.

Смутившись такого серьёзного тона, Чи Е кашлянул:

— Тогда ты в большом выигрыше.

Он снова зашёл в кабинет врача, а когда вышел, снаружи дул ветер с дождём, и неоновые огни на улице казались влажными. Красный свет вывески «Стационар» отражался в лужах на неровном асфальте. Когда в воду падал лист, по поверхности расходились маленькие круги.

На ступеньках Чи Е провёл пальцем по внешнему уголку глаза Вэнь Сяо:

— Ты хочешь спать?

— Немного хотелось, но теперь уже прошло. А ты?

— Мои биологические часы совсем сбились, поэтому не хочется. Вернусь домой, посплю три часа — этого достаточно. — Чи Е шагнул вперёд, подставил ладонь под дождь. — Скоро прекратится. Пойдем, вернёмся.

Вэнь Сяо поправил лямку чёрного рюкзака и уже спускался по ступенькам, как вдруг почувствовал, что его плечо стало легче — Чи Е взял у него рюкзак. Он повесил сумку, в которой лежали две бутылки Колы, на своё плечо, а другой рукой обнял худое плечо юноши и быстро поцеловал его в висок:

— Пошли.

Они недолго ждали у обочины, пока не подъехала свободная машина. Они сели, и Чи Е назвал адрес:

— Шифу [2], на улицу Цзючжан, пожалуйста.

[2] 师傅 shīfu — мастер; уважительное обращение к водителю, рабочему или другому специалисту.

— Можешь облокотиться на меня, если хочешь. Десять минут — тоже неплохо, — тихо предложил Чи Е, когда такси тронулось.

Вэнь Сяо не отказался. Он наклонился и положил голову на соседа, закрыв глаза. Чувствуя тяжесть на правом плече, Чи Е почему-то ощутил спокойствие. Там, куда не достигал свет с улицы, он сжал руку Вэнь Сяо, крепко переплетая их пальцы.

Он всегда считал ниже своего достоинства показывать свою слабость и боль другим — из упрямства или из гордости. Но Вэнь Сяо был единственным исключением.

Машина остановилась у края дороги. Водитель включил свет в салоне, Чи Е передал ему деньги, а затем осторожно прикрыл глаза юноши ладонью, защищая его от света:

— Приехали, нам пора выходить.

Через пару секунд ресницы Вэнь Сяо легко коснулись его ладони, и от этого щекочущего прикосновения у Чи Е дрогнули кончики пальцев.

***

На следующий день во время утренней самоподготовки Сюй Жуй вбежал в класс, даже не успев положить рюкзак, и сразу подошёл к последнему ряду:

— Вэнь Сяо, ты будешь главным выступающим на этом учебном семинаре? Лао Сюй вчера из-за этого вызывал тебя в кабинет?

— Да, из-за этого, — ответил тот, продолжая писать.

Чжао Иян, который как раз учил древний текст, прервался и, раз уже его уже отвлекли, присоединился к разговору:

— Староста, ты опоздал с новостями. Я уже вчера знал.

— Тебе Вэнь Сяо рассказал? — удивился Сюй Жуй.

— Чжан Сыяо. Он очень недоволен тем, что Вэнь Сяо будет выступать по физике, — сказал парень с лёгким пренебрежением. — Не дотягивает — значит не дотягивает: результаты экзаменов говорят сами за себя. Разве ещё непонятно, кто тут слабее? В физике всё решает интеллект, а у Чжан Сыяо его явно меньше!

— Ах, видимо слишком уж большой отрыв получился. Вэнь Сяо только пришёл — и сразу обогнал его на десять-двадцать баллов. На его месте у меня бы тоже психика бы не выдержала, — произнёс Сюй Жуй, заметив, что Вэнь Сяо что-то пишет. Присмотревшись, он воскликнул: — Чёрт, Вэнь Сяо, ты что, в спешке доделываешь домашку?

Чжао Иян тоже посмотрел:

— Твою ж, и правда торопится?

— Есть проблемы? — Юноша писал ответы без остановки.

— Нет-нет, всё хорошо. Старшая школа без домашнего задания в последний момент — не школа. Просто удивился, ха-ха, — ответил Сюй Жуй. Он посмотрел ещё раз и заметил, что одноклассник решал математику. Он только успевал прочитать условие и варианты, а тот уже выбрал ответ. Когда же Сюй Жуй не уже поспевал за вычислениями в уме и готов был достать ручку с черновиком, юноша сделал несколько пометок рядом с условием и получил готовый ответ.

Он моргнул и спросил Чжао Ияна:

— Сколько времени ты потратил на эту контрольную вчера?

— Целый урок английского, — честно ответил тот.

Они оба посмотрели на работу Вэнь Сяо. Он решал с конца, начиная с последней задачи, и сейчас делал пятый вопрос с выбором ответа.

Чжао Иян сказал Сюй Жую:

— Вэнь Сяо пришёл в класс меньше получаса назад.

— … — Сюй Жуй театрально схватился за сердце. — Он дьявол! Настоящая машина для решения задач!

Перед первым уроком математики Вэнь Сяо успел сделать все домашние задания. В тот момент, когда вместо звонка заиграл «Турецкий марш», он опустил голову на парту и принялся отсыпаться. Чжао Иян хотел спросить, есть ли у одной задачи по математике другое решение, но, увидев, как парень спит и виднеется только линия его подбородка, поспешно замолчал.

***

Учебный семинар проходил в четверг днём и занял два последних урока. Учитель рисования с улыбкой ушёл пораньше, а учительница английского была недовольна, но ничего не могла поделать и в отместку задала два дополнительных упражнения на понимание прочитанного.

Выстроившись в коридоре, ученики направились к актовому залу. Сюй Жуй решал задачи, положив лист на перила, и жаловался:

— Руководство школы просто жестокое. Два урока — это всего полтора часа. А они специально поставили их перед концом занятий, чтобы отнять у нас время на ужин!

Чжао Иян медленно двигался вперёд, оглядываясь по сторонам в поисках своей богини, и отвечал:

— Сначала будут физика, химия и биология, а после того, как мы дослушаем китайский, математику и английский, можно расходиться на обед. Жалко ребят из гуманитарных классов — им придётся сидеть до конца и слушать историю, политику и географию.

— После такого сравнения, друг мой, я утешился. По крайней мере, никто не будет соревноваться с нами за еду в столовой! — Сюй Жуй, заметив, что Чжао Иян подпрыгивает и оглядывается по сторонам, поинтересовался: — Кого ты высматриваешь?

— Он ищет свою богиню, — вставил Шангуань Юй.

— Ту, из танцевальной команды? — понял староста.

— А кого ещё? — смутился Чжао Иян.

Шангуань Юй снова вставил:

— Другие — это подлизы, а он не такой — он что-то высматривающий пёс.

— Чёрт, ха-ха-ха-ха, высматривающий пёс! — Сюй Жуй чуть не выронил ручку от смеха. — Гениально! Ваше Величество, прямо в точку!

Чжао Иян попытался сохранить серьёзное лицо:

— Ну и что, что её высматриваю? Расстояние создаёт красоту, вы просто не понимаете! — Он попытался сменить тему и посмотрел на Вэнь Сяо. — Чи-гэ сегодня придёт?

— Нет, — отозвался тот.

Сейчас было четыре часа, Чи Е, наверное, уже забрал Я-Я и был на пути домой.

— В последнее время Чи-гэ редко появляется и непонятно когда исчезает. Если посчитать, мы не видели его во вторник, среду и сегодня — довольно долго, — сказал Чжао Иян и вдруг подумал: — Может, он испугался энтузиазма Чэн Сяонина?

— Чёрт, на его месте я бы тоже не пришёл! Добрый Чэн Сяонин страшнее злого и кричащего! — энергично потёр руки Сюй Жуй.

***

На учебной конференции не было чёткой программы. Руководитель параллели выступил в роли ведущего и произнёс вступительную речь на не очень стандартном путунхуа [3]. Первым было выступление по химии, вторым — по биологии, а Вэнь Сяо выходил на сцену третьим.

[3] 普通话 pǔtōnghuà — путунхуа, стандартный китайский язык, официальная норма языка в КНР.

В актовом зале одни усердно записывали, а другие, принеся с собой домашнее задание, решали задачи, одновременно слушая выступления. Вэнь Сяо достал телефон и написал Чи Е в WeChat.

Парень тут же ответил: [На улице дождь, довольно сильный. Ты взял зонт?]

Вэнь Сяо напечатал: [Нет. Бабушка напомнила перед выходом, но я забыл.]

Отправив сообщение, он добавил: [К вечерней самоподготовке, наверное, уже кончится.]

Чи Е: [Хорошо. Когда ты выходишь на сцену?]

Вэнь Сяо прикинул время, но понял, что точно не может сказать: [Я третий. Первый уже говорит пять минут, только начал основную тему.]

Чи Е: [Тогда я приду. Может, как раз успею.]

Глядя на это сообщение, юноша задержал пальцы над экраном, чувствуя непонятное лёгкое волнение.

Вэнь Сяо: [Зачем тебе приходить?]

Чи Е ответил быстро: [Мой Сяо-Сяо впервые выступает — я должен быть там.]

Вэнь Сяо: […]

Он отправил многоточие, но настроение у него было хорошим.

Первый выступающий, который рассказывал о химии, говорил почти полчаса. Вторая, девушка в очках, говорила быстро и сразу перешла к сути — скорее всего, она закончит довольно скоро.

Чжао Иян, делая домашнее задание, жаловался:

— Чёрт, да сколько же этот химик воду льёт, моё время на ужин просто тает! — Однако по отношению к Вэнь Сяо тут же проявил двойные стандарты: — Вэнь Сяо, ты говори подольше, мы все очень хотим узнать, как ты учишься! Если мы сможем научиться у тебя хотя бы немного, может, поднимемся на несколько мест в рейтинге параллели!

Юноша не готовил план и собирался импровизировать:

— Постараюсь.

Когда настала его очередь, многие взгляды обратились к сцене. Сам по себе Вэнь Сяо был довольно неприметным, но его имя было очень громким — в начале семестра многие узнали, что к ним перевёлся ученик, который пропустил целый год занятий, но не остался на второй. После первой ежемесячной контрольной оказалось, что он учится довольно хорошо. А после экзамена в середине семестра — чёрт, он занял первое место во всей параллели!

Такой взлёт, словно на ракете, потряс многих. К тому же учителя по всем предметам повсюду приводили его в пример, поэтому вскоре его имя слышали практически все.

Встав перед микрофоном, Вэнь Сяо взглянул на последний ряд у входа — две коричневые деревянные двери были закрыты, Чи Е ещё не пришёл. Он отвёл взгляд и начал своё вступление:

— Здравствуйте, я Вэнь Сяо из первого научного класса…

Когда Чи Е открыл дверь и вошёл, в уши ему ворвался знакомый голос. В конце переходного возраста в нём всё ещё оставалась лёгкая хрипотца и ощущалась сдержанная, спокойная интонация — нечто среднее между юношеской и взрослой.

Парень не пошёл дальше, а встал в стороне, прислонившись к стене, и посмотрел на человека на сцене. В следующее мгновение, словно почувствовав его взгляд, Вэнь Сяо посмотрел в его сторону.

Их взгляды встретились над длинными рядами зрителей: один находился в самом начале, другой — в самом конце, но между ними возникло особое, едва уловимое напряжение.

На человеке на сцене была сине-белая школьная форма, а сам он был похож на молодой бамбук после дождя — высокий, стройный и худощавый.

Чи Е стоял в самом конце зала и внимательно слушал каждое слово. Вэнь Сяо не рассказывал о правилах и шаблонных методах учёбы, не упоминал свой личный опыт. Вместо этого он говорил о внутренней логике физики и о том, как подходить к изучению предмета. Чи Е заметил одобрение во взглядах учителей, а многие присутствующие делали записи. У него в душе зародилась гордость, к которой примешалось ещё какое-то едва уловимое чувство — если бы существовала другая линия судьбы, был бы он на его месте?

Когда Вэнь Сяо кратко и чётко закончил и сошёл со сцены, присутствующие не сразу пришли в себя. Неизвестно, кто первым захлопал, но вслед за этим зал наполнился аплодисментами, похожими на стук дождевых капель, которые не стихали ещё долго.

Юноша не вернулся на своё место. Он вышел через дверь рядом со сценой, обогнул зал и вошёл через заднюю дверь, встав рядом с Чи Е. В это время ученики гуманитарных классов уже тихо заходили в зал. На сцену вышел выступающий по английскому, привлекая внимание большей части аудитории. Никто не обращал внимания на двух людей в углу.

— Ты хорошо выступил. — Чи Е заговорил первым.

Услышав эти слова, Вэнь Сяо наконец расслабился. Подумав, он сказал:

— Когда Лао Сюй предложил мне, я сначала отказался.

— Почему ты согласился? — поинтересовался парень.

Он понимал, что другие охотно ухватились бы за возможность оказаться в центре внимания, но Вэнь Сяо предпочитал тихо решать задачи. Наверное, потому что это хлопотно и неинтересно?

Вэнь Сяо продолжил:

— Я слышал от Чжао Ияна и остальных, что главными выступающими могут стать только те, чьи оценки и уровень знаний получили всеобщее признание. — Он опустил глаза и перестал смотреть на Чи Е. — Одним из них должен был быть ты. Поэтому я решил выйти на сцену вместо тебя.

В этот момент в сердце Чи Е защемило; он и сам не мог понять, что за чувство всколыхнулось у него внутри. Вот какой человек ему нравится.

Его взгляд скользнул по профилю соседа. В его глазах словно полыхал яркий огонь, когда он произнёс низким хриплым голосом:

— Хочу тебя поцеловать. Прямо сейчас. Что делать?

В переполненном зале воздух был горячим. Голоса, усиленные динамиками, заполняли каждый уголок, но им обоим было не до того, чтобы слушать или разбирать, о чём говорили.

Юношеское чувство, как яркое пламя, разрасталось в этом углу. Вэнь Сяо сделал полшага ближе к Чи Е, глядя прямо перед собой, но опущенной вдоль тела рукой незаметно зацепился пальцем за его мизинец и легонько покачал его.

⊰⊱

От автора

Сердечко, в котором даже маленькие пузырьки Колы складываются в форму «я тебя люблю»~ Спокойной ночи, спасибо, что читали.

---

Сегодня опубликовано шесть тысяч иероглифов. Сянь Сянь, вперёд!~ 

花间一壶酒

http://bllate.org/book/17591/2160528