Ледяной ветер с завыванием ворвался в пещеру.

— Фу-ух... — Цзян Яо, обливаясь холодным потом, обессиленно сполз на землю. Тяжело дыша, он достал пластырь, заклеил рану на пальце и только после этого медленно поднялся, чтобы осмотреть запечатанный «трофей».

Свадебный призрак стоял неподвижно. Руки спрятаны под широкими рукавами платья, голова под красным покрывалом чуть склонена. Если не знать обстоятельств, можно было подумать, что это просто застенчивая невеста ждет жениха.

Но холод никуда не делся. Стоя рядом с ней, Цзян Яо чувствовал себя так, будто его заперли в морозилке.

Он опасливо отступил на пару шагов, выудил из кармана халата мобильник и набрал учителя.

— Алло, старик.

На том конце наставник, судя по звукам, втирал какому-то лоху билеты в их храм:

— Ну попробуйте же, барышня! Пятьсот юаней — это ж не деньги за такое благословение! Всего пятьсот...

— Пятьсот юаней?! Да ты грабитель! — послышался женский голос.

Цзян Яо глубоко вздохнул, но из-за потери крови тут же зашелся в кашле:

— Если сейчас же не ответишь, я трубку брошу, клянусь!

Наконец-то старый даос уловил слабость в голосе ученика. Плевав на несостоявшуюся клиентку, он прижал телефон к уху:

— Ученик мой, что стряслось?!

— Я был на заднем склоне школы Хуян, гнался за девкой-призраком. Загнал её в заброшенный колодец, а там пещера... — тяжело проговорил Цзян Яо.

У старика загорелись глаза. Зажав трубку между плечом и ухом, он схватил бумагу и ручку:

— И?! Что дальше?

— В пещере был гроб. Подраненная мной девка прижалась к нему, восстановила силы и стала в разы злее...

— Значит, там её труп лежал? Вы подрались, и тебя зацепило? Ну, от такого не подыхают, — деловито записывал старик.

— Да хватит тебе строчить свои мемуары! Я тут реально копыта отбрасываю! — рявкнул Цзян Яо, снова закашлявшись. — Я тоже подумал, что там её тело. Смазал меч своей кровью и рубанул по гробу. — Он с горечью зажмурился. — А там лежал не её труп. Там был кто-то другой.

«Ого, какой сюжетный поворот!» — восхитился старик.

— И что дальше?! Что с тем телом?

Цзян Яо перевел дух:

— Тело... на нем алое свадебное платье. Судя по покрою, ему не меньше тысячи лет.

Бам. Ручка выпала из рук учителя. Голос его задрожал:

— Т-тысяча лет?

— Больше. И оно... оно выглядит как живое. Ни следа разложения. — В голосе Цзян Яо сквозило чистое отчаяние.

На том конце воцарилось молчание, прерываемое лишь осторожным вопросом:

— Ученик... ты сейчас... ты еще человек или уже призрак?

— ...

«И как меня угораздило пойти в ученики к этому бессовестному пройдохе?»

Цзян Яо зашелся в новом приступе кашля. Он поднял взгляд на свадебного призрака и едва не подпрыгнул: существо, поглотившее столько его священной крови, уже начало шевелить пальцами. В панике он сорвал пластырь и выдавил еще пару капель на печать. Когда он закончил, губы его были белыми, как мел. Юноша снова повалился на землю.

— Я запечатал её своей Сердечной кровью... Но надолго не хватит. Чтобы не было беды, я запру её в золотой ларец и принесу в храм. Готовь всё, чем можно эту тварь упокоить.

Повесив трубку, Цзян Яо достал из кармана какие-то сушеные коренья для восстановления крови, запихнул их в рот, запер призрака в ларце и подобрал свой меч. Разрезав ладонь, он густо облил ларец кровью, оторвал куски от своего даосского халата, чтобы перевязать руку и обернуть коробку, после чего, пошатываясь, побрел к выходу.

Храм, где они жили, назывался Обитель Фуцин. Когда-то это было величественное место, чуть ли не главный государственный храм. Но времена изменились, мастера поумирали, а преемники оказались один бездарнее другого. Сейчас о Фуцине почти никто не знал, и старый даос только и делал, что пытался развести туристов на билеты, лишь бы здание не снесли власти.

Когда Цзян Яо наконец добрался до дома, силы окончательно его покинули. Он швырнул обернутый в тряпки золотой ларец к ногам учителя и рухнул на пол:

— Принес...

Учитель, уже подготовивший истребляющую формацию, подскочил к нему и начал пихать в рот горсти пилюль, причитая:

— Ну ты и мастер устраивать проблемы! Пошел за мелкой нечистью, а притащил тысячелетнего монстра! За какие грехи мне достался такой ученик?!

Цзян Яо выглядел плачевно: разрезанное колено, окровавленная ладонь, весь в пыли и паутине, одежда в лохмотьях. Если бы его увидели днем — тут же вызвали бы полицию, скорую и психиатрическую помощь одновременно.

Но даже в таком состоянии он нашел силы огрызнуться:

— За грехи твоих предков... старый ты хрен...

Старик возмущенно раздул ноздри:

— Ишь, заговорил!

Он развернулся к золотому ларцу, стоявшему в центре круга. Формация была мощной: Лазоревый Дракон на востоке, Белый Тигр на западе, Алая Птица на юге и Черная Черепаха на севере. Все линии были выведены золотыми нитями — старик чуть не плакал от осознания, в какую копеечку ему это влетело. Но даже в этой древней технике уничтожения он не был уверен.

Тысяча лет... тело как у живого... Энергия обиды в таком существе бесконечна, это уже не просто призрак, а порождение самой тьмы. И как такую тварь занесло в колодец?

— Ну, сейчас посмотрим, что за чудище моего ученика так отделало, — пробормотал старик, открывая флакон с эссенцией крови предков. Это было мощнейшее оружие. Как только капли коснулись формации, золотые линии вспыхнули ослепительным светом. В этот момент он открыл ларец.

Из коробки вырвался алый туман. Когда он рассеялся, в центре круга возник призрак в подвенечном платье. При свете храмовых свечей стали видны колокольчики, привязанные к его запястьям.

Несмотря на разгар лета, в храме мгновенно стало холодно, как в леднике. Старик, понимая, с чем имеет дело, быстро вбросил талисманы в огонь, активируя золотое пламя.

Формация взревела, золотой огонь охватил всё пространство, но свадебный дух даже не шелохнулся. Пламя не смогло опалить даже край его подола.

— Невозможно! — ахнул старик. Он вгляделся в фигуру, в эти колокольчики на запястьях... Его лицо внезапно перекосилось от ужаса.

Поняв, что золотые нити вот-вот догорят, он рыбкой нырнул под алтарный стол и заорал:

— Ученик!

Лежащий на полу Цзян Яо: «?..»

— Старый хрен, ты что творишь?!