Готовый перевод The Author's Force Majeure / Искажение сюжета: Как вырастить собственного демона: Глава 10

— Чтобы завершить переплавку пилюли Зародившегося Младенца, потребуется ещё месяц, — сменил тему Ли Бай, пытаясь отвлечься от давящих мыслей. — Будь у меня треножник из Древнего поля битвы, дело пошло бы куда быстрее... Вот только за давностью лет я совсем запамятовал, как тот сосуд звался.

— Тьфу на тебя! — недовольно буркнул Моцзе Лаоцзу. — Всякий раз одно и то же. Опять бросаешь дело на полуслове, недоделанный ты автор!

Ли Бай решил не пререкаться с предком и просто снял комнату в постоялом дворе. Предстояло два года дожидаться появления Тянь Чжи, а заодно продолжать выжигать пилюлю Зародившегося Младенца в том маленьком треножнике.

Спустя два года погружённый в глубокую медитацию Тянь Чжи внезапно очнулся: трактирщик привёл к нему своего сына.

Тянь Чжи окинул взглядом ребёнка. Прежде тому было три года, а ныне исполнилось пять — за пару лет мальчишка едва успел подрасти.

— Как твоё имя? — холодно спросил Тянь Чжи.

— Сун Чжи, — раздался чистый, звонкий детский голос.

— Понимаешь ли ты, что, последовав за мной, тебе придётся выносить куда больше трудов и лишений, чем прочим?

Пятилетний ребёнок ещё не ведал, какая тяжесть кроется за словами о «трудах и лишениях». Он помнил лишь наказ отца: слушаться наставника, повиноваться каждому его слову и усердно постигать путь Бессмертия. Он сделает всё, что прикажет учитель.

— Я готов! — твёрдо произнёс мальчик, и в этом ответе звучала непреклонная решимость.

— В ордене без конца твердят, будто я обладаю небывалым талантом, раз сумел достигнуть стадии Золотого Ядра всего за сотню лет, — произнёс Тянь Чжи. — Но кому ведомо, сколько пота и боли скрывается за этим успехом? Сун Чжи, запомни: одарённость действительно позволяет зайти далеко, но она не определяет судьбу человека. Ты обладаешь трёхстихийным духовным корнем — водой, деревом и землёй. Твой природный задаток весьма средний, а чтобы быть моим учеником, этого мало. Тебе придётся компенсировать нехватку таланта нечеловеческим усердием.

Сун Чжи прекрасно помнил, как изменились лица слуг и старейшин, когда отец показал нефритовый жетон. Высокомерные взгляды сменились глубочайшим почтением. А уж когда звучит имя его наставника, никто в ордене не смеет отнестись к ним с пренебрежением. Мальчик понимал, как высок статус его учителя, и дал себе молчаливую клятву тренироваться не жалея сил, чтобы не посрамить это имя.

Достав из пространственного мешка свиток, Тянь Чжи протянул его ребёнку:

— Здесь описана лучшая техника духовного руководства в нашем ордене. Я передаю её тебе. В своё время мне потребовалось полчаса, чтобы ощутить и направить первую нить духовной Ци. Смотри не разочаруй меня. Обычным людям требуется около трёх дней. Я вернусь проверить тебя через три дня. Вот пилюли Отказа от Пищи — вкушай их, когда одолеет голод.

Сун Чжи послушно кивнул. В то же мгновение силуэт Тянь Чжи растаял в воздухе.

Когда через три дня наставник явился вновь, глаза мальчика вспыхнули радостью:

— Учитель! Мне потребовался всего один день, чтобы ощутить Ци и направить её по каналам!

Тянь Чжи едва заметно кивнул. Для обладателя трёхстихийного корня подобный результат и впрямь был выдающимся. Лишь теперь Сун Чжи по-настоящему осознал, насколько невероятными способностями обладает его наставник.

— Отныне я вряд ли смогу постоянно сопровождать тебя и следить за твоим обучением, — произнёс Тянь Чжи. — В этом пространственном мешке найдёшь всё необходимое. А на деревянном жетоне запечатлена нить моего духовного разума — с ним в Библиотеке к тебе отнесутся с должным уважением. Как твой учитель, это всё, что я могу для тебя сделать. Дальнейший путь тебе придётся пройти самому. Если случится беда, раздави нефритовую бусину из мешка — и я явлюсь перед тобой. Ты — мой единственный ученик в этой жизни, и я надеюсь, ты не посрамишь моей славы. Если же настанет день, когда ты больше не сможешь найти никаких вестей обо мне... не трать попусту сил на поиски.

— Слушаюсь, Учитель, — поклонился Сун Чжи.

Он понимал, что наставник оставляет его на собственное усмотрение. На пути самосовершенствования даже такая милость — великая удача: получить покровительство восходящей звезды духовного мира выпадает далеко не каждому. И всё же в детской душе поселилась светлая грусть.

Заметив поникший вид ребёнка, Тянь Чжи словно увидел в нём самого себя много лет назад. Тихо вздохнув, он достал и протянул мальчику жёлтый талисман:

— Если в познании Дао возникнут непреодолимые препятствия, можешь направить мне весть. Этот предмет зовётся талисманом передачи звука. Когда твоя культивация возрастёт, научишься создавать такие сам.

Не удержавшись, Тянь Чжи слегка коснулся ладонью головы мальчика, после чего окончательно исчез.

Сун Чжи же, скрестив ноги, тотчас погрузился в медитацию.

***

У Тянь Чжи созрел чёткий замысел: отправиться на Древнее поле битвы и попытать удачи в поисках редких сокровищ.

— Почтенные господа! В нашей заездной избе драки строго запрещены! — донёсся с первого этажа зычный голос слуги.

Находившийся в своей комнате Ли Бай мгновенно подхватился: сюжетное событие началось!

Спустившись, он увидел Тянь Чжи в простых зелёных одеждах. Тот неторопливо пил чай за столиком, намереваясь разузнать свежие вести. Поодаль расположилась группа культиваторов в чёрных одеяниях с белым шитьём — ученики Обители Тёмного Клинка из мира демонов, славившиеся своим мастерством меча. Вражда между ними и Тянь Чжи завязалась ещё пару месяцев назад, когда юноша перебил их соратников при дележе сокровищ. Встретив его в Морской области Лазурного сияния, да ещё учитывая вечную рознь между праведными и нечестивыми орденами, они решили свести старые и новые счёты разом. Клинки уже выскользнули из ножен, неприятели осыпали юношу угрожающими взглядами, но Тянь Чжи сидел с таким видом, будто ничего не замечал.

Ли Бай, изо всех сил изображая пылкого и праведного юношу, выскочил вперёд и заслонил собой Тянь Чжи, громко крикнув:

— Эй вы! Совсем совесть потеряли?! Нашли на кого оравой нападать!

— Ха! Ещё один сопляк пришёл на ловлю своей смерти! — хохотнули ученики Обители Тёмного Клинка.

Расценив вмешательство Ли Бая как глупую выходку, они извлекли свои натальные артефакты и ринулись в бой.

Ли Бай с щелчком распахнул складной веер и метнул его перед собой. Описав в воздухе стремительную дугу, веер вернулся в руку хозяина, оставив на лице каждого из нападавших по кровавой ссадине. Перед Ли Баем, достигшим пика Золотого Ядра, эти культиваторы начальной стадии выглядели беспомощными слепцами.

Поняв, что столкнулись с непреодолимой силой, ученики Обители Тёмного Клинка поспешно отступили. Ли Бай же с улыбкой повернулся к Тянь Чжи:

— Уважаемый даос, ты в порядке?

— Всё в норме, — холодно и отстранённо откликнулся Тянь Чжи.

— Ты ведь держишь путь на Древнее поле битвы, верно? — В глазах Ли Бая заплясали задорные искорки.

Он отчаянно пытался изобразить незнакомца, хотя Моцзе Лаоцзу в его сознании уже устал твердить, что Тянь Чжи раскусит эту фальшь в то же мгновение.

— Да, — не вдаваясь в подробности, отронил Тянь Чжи.

Он медленно пригубил чай и опустил взор, скрыв вспыхнувший в глубине зрачков тёмный огонь.

— Ты такой слабый, раз позволяешь целой ораве над собой издеваться, — заговорил Ли Бай с покровительственным видом. — Давай пойдём вместе! Я буду надежно защищать тебя!

На самом деле восстановивший силы Тянь Чжи ничуть не уступал ему в могуществе, но навязавший свою помощь Ли Бай буквально пробился к нему в спутники.

Тьма в глазах Тянь Чжи сгустилась до пределов непроглядной бездны, однако на губах расцвела кроткая улыбка:

— Дорога таит немало смертельных опасностей... Что ж, береги же меня как следует.

— Конечно! — Ли Бай кивнул, почувствовав, как к щекам приливает жар.

«Что за странное чувство, будто со мной заигрывают?!» — промелькнуло в его голове.

Моцзе Лаоцзу в душевном порыве готов был проклясть всё на свете, но затих, не смея проронить ни звука перед сидящим напротив «монстром» — предок панически боялся, что тот раскроет его присутствие. Чтобы Тянь Чжи не узнал Ли Бая? Да за кого этот дурак его держит!

— Промедление смерти подобно. Выдвигаемся прямо сейчас, — Тянь Чжи поднялся и направился к выходу.

— А... Хорошо! — Ли Бай поспешил следом, выходя на побережье Острова Бамбуковой курицы.

— Хватает ли у тебя духовных камней? — спросил Тянь Чжи.

Хотя полёт на мече не требовал колоссальных затрат энергии, путь занимал целые сутки, и запастись камнями для восполнения сил было необходимо.

— Да, у меня всё с собой! — Ли Бай лучезарно улыбнулся, доигрывая роль наивного героя из легенд.

Мысленно же он проверил запасы демонических камней в пространственном мешке и тяжело вздохнул: притворяться праведником оказалось невероятно трудно.

Тянь Чжи призвал Меч Пяти Звезд и занёс ногу, собираясь взлететь. Ли Бай неловко кашлянул и окликнул его:

— Знаешь... техника полёта у меня совсем паршивая. Да и клинок у тебя довольно длинный... Может, полетим вдвоём? Заодно и духовную силу сэкономим.

Тянь Чжи замер, медленно повернулся и стал пристально вглядываться в Ли Бая.

Лицу Ли Бая стало совсем жарко. «Нормально ли вообще, когда главный герой вот так в упор разглядывает своего автора?!»

— Что ж... Согласен, — наконец произнёс Тянь Чжи, опережая готовый вырваться смущённый возглас Ли Бая.

Чтобы избежать неловкости, Ли Бай встал на летящий меч, намеренно отступив от Тянь Чжи подальше. Заметив это, юноша обернулся, бесцеремонно схватил Ли Бая за руку и притянул к себе, заставив крепко обнять себя за талию.

— Если плохо управлять мечом при полёте вдвоём, можно легко сорваться вниз, — спокойно проговорил Тянь Чжи. — Держись за меня крепче.

Ли Бай оцепенел, и его руки сами собой сжались на талии Тянь Чжи.

В глубинах сознания предка Мира Демонов ядовито хмыкнул и разразился мысленной бранью:

«Культиватор на пике Золотого Ядра смеет заявлять, будто плохо управляет мечом?! У тебя, черт возьми, натальный артефакт — меч! Кого ты пытаешься надуть?! Думаешь, раз я просидел в заточении пару тысяч лет, так вовсе из ума выжил?»

Предок лишь мысленно зажег заупокойную свечу по своему незадачливому носителю.

— Держись крепче, — долетел до Ли Бая низкий, глуховатый голос Тянь Чжи, который так и не обернулся. — Набираю скорость.

Ли Бай инстинктивно сжал пальцы сильнее. Качели его детских воспоминаний и близко не стояли с этим безумным полетом: меч швыряло из стороны в сторону, бросало вверх и вниз.

«Главный герой, ты уверен, что тебя технике полета не пятилетний ученик учил?!» — мысленно вопил Ли Бай.

Своим Пространственным челноком он управлял так свободно, словно обретал крылья. Но стоит оказаться на мече главного героя — и начинается какой-то сюрреалистичный кошмар.

«За что мне все это?..»

К счастью, посередине пути духовная сила Тянь Чжи «иссякла», и они опустились на небольшой островок. Едва ступив на твердую землю, Ли Бай ощутил, как ноги подкосились, и бессильно мешком осел прямо на прибрежный песок.

— Что с тобой? — спросил Тянь Чжи с подозрительно невинной интонацией.

— Мечевая болезнь... — еле выдавил Ли Бай, чувствуя, как окончательно теряет достоинство.

Выражение лица Тянь Чжи стало весьма неоднозначным. Однако, глядя на столь живого, настоящего Ли Бая, он ощутил, как в глубине сердца едва уловимо дрогнула струна, отозвавшаяся тихим, неясным мотивом.

— Сейчас ты... такой же, как обычно? — тихо спросил Тянь Чжи.

— Я просто... немного рад, — ответил Ли Бай, бледный как полотно.

— Вот как. Рад, что больше не прикован к своей прежней личине?.. — едва слышно прошептал Тянь Чжи.

— Что? — переспросил Ли Бай, не разобрав сбивчивого шепота через шумящую в ушах тошноту.

— Отдохнул? Нам пора лететь дальше, я восстановил силы духовными камнями, — проговорил Тянь Чжи. Окинув взглядом поникшего спутника, он добавил: — В мой меч заключен дух артефакта. Я поручу управление ему, так что более не о чем беспокоиться.

Ли Бай заметно повеселел, а вот предок Пяти Звезд, обитавший в мече, вопил в душе от несправедливости:

«Парнишка, а я-то тут при чем?! За что меня крайним делаете?!»

***

Закат угас, и Морскую область Лазурного сияния затопила непроглядная, мертвая тьма. Лететь по ночному небу над открытым морем — наихудшая глупость для культиватора. Посему Тянь Чжи извлек плавсредство — небольшой морской челнок — и увлек Ли Бая внутрь.

Снаружи посудина походила на гигантскую косточку оливки, однако изнутри поражала утонченным убранством. Взглянув на сияющие влажным блеском белые духовные камни, вделанные в стены, Ли Бай невольно задумался: уж не выломал ли главный герой эту роскошь прямо из пола в покоях своего главы ордена? Ощутив, что докопался до «истины», автор тяжело вздохнул, признавая очередной сюжетный огрех своего романа.

Впрочем, меблировка челнока отличалась спартанской простотой: посреди комнаты лежали лишь две подушки из сухой травы, предназначенные для медитации.

— Медитируй. Когда прибудем на Древнее поле битвы, я разбужу тебя, — произнес Тянь Чжи и опустился на травяную подушку.

— Хорошо, — кивнул Ли Бай, усаживаясь напротив.

Едва он погрузился в духовное созерцание, как сознание утянуло в липкую беспросветную пустоту. Он снова очутился в том самом кошмаре, что преследовал его из раза в раз.

«Убей Тянь Чжи... Убей Тянь Чжи! Разрази его смертью — и сам станешь главным героем этого мира. Ведь это твое творение... Ты создал этот мир!» — раз за разом стенал дряхлый, скрежещущий голос.

— Нет! — вскрикнул Ли Бай, вырвавшись из медитации.

Тянь Чжи, открыв глаза, окинул его недоуменным взглядом:

— Что с тобой?

— Ничего... — Ли Бай качнул головой, пытаясь перевести дыхание. — Просто кошмар. Я иногда резко просыпаюсь.

— И часто это происходит?

Ли Бай лишь молча кивнул и вновь смежил веки, так и не успев заметить, как сгустилась тьма в глазах Тянь Чжи.

Этот старческий шепот преследовал его с самого первого дня культивации. Стоило погрузиться в медитацию, как голос заставлял его в ужасе очнуться. После таких вспышек в голове на какое-то время воцарялась тишина. Но сами слова внушали глубокое сомнение. Кто этот неизвестный? Зачем ему так отчаянно требуется смерть Тянь Чжи? Неужели между автором и созданным им героем возможна только вражда? Почему главный герой обязан стать врагом своего творца? Разве не могли бы они идти бок о бок? Радушный юноша, воспитанный на историях о подлинной дружбе, и гордый, замкнутый культиватор — они ведь могли вместе преодолевать трудности пути к Бессмертию! Как было бы замечательно...

Первый луч солнца прорезал предрассветный сумрак, возвещая о наступлении утра. Челнок достиг крупнейшей пустоши Морской области Лазурного сияния — Древнего поля битвы.

По задумке Ли Бая, каждые десять тысяч лет вспыхивала Война Бессмертных и Смертных. Развязывал ее Мир Бессмертных: тамошние культиваторы погрязали в нескончаемых междоусобицах и гибли тысячами, отчего возникала отчаянная нехватка людских ресурсов. Мир Бессмертных нуждался в постоянном притоке свежей крови из смертных пределов. Но духовная Ци в смертном мире не была безграничной. Каждая ступень возвышения требовала колоссальных ресурсов. При этом бездарные культиваторы, застрявшие на определенных уровнях, бессовестно пожирали духовную энергию, лишая одаренных возможности расти. Особо этим грешили старейшины стадии Великого Совершения: сами они не могли пробить барьер и вознестись, но заграбастали лучшие ресурсы.

Настоящей целью Войны Бессмертных и Смертных было уничтожение этих засидевшихся владык Великого Совершения, дабы высвободить их духовную силу и вернуть ее природе, открыв дорогу новым гениям. Разумеется, при этом гибли тысячи ни в чем не повинных душ.

Древнее поле битвы представляло собой развалины, оставшиеся со времен предыдущей бойни. Здесь покоились останки древних предков, а за прошедшие тысячелетия сформировались аномальные астральные зоны. Могучая духовная Ци, изливавшаяся из тел павших культиваторов, взрастила редчайшие сокровища небес и земли... но вместе с тем породила свирепых демонических зверей.

Главной же ценностью оставались погребения великих мастеров. Одни лишь их нетленные останки служили идеальным материалом для создания неуязвимых марионеток, не говоря уже об их пространственных мешках, набитых раритетами. За прошедшие тысячелетия искателям удалось обнаружить тела лишь двоих предков. Однако Древнее поле битвы продолжало манить и пугать: после битвы бессмертные из высшего мира не покинули эти земли сразу, а воздвигли подземные гробницы, защищенные смертоносными ловушками, и сокрыли там несметные богатства.

Вокруг простиралась выжженная черная пустыня — на сотни ли ни единого живого стебля, ни единой уцелевшей постройки, лишь разверстые воронки от чудовищных ударов. В глубине некоторых провалов еще мерцали фосфоресцирующие следы — остатки заклинаний прежних искателей.

— За мной, — проговорил Ли Бай.

Он перебрал в памяти сюжет своего романа, отыскивая путь к величайшему кладу этого места — сокровищнице древнего предка, коей в оригинале надлежало достаться Тянь Чжи. Сверившись с ориентирами, Ли Бай уверенно выбрал направление.

Тянь Чжи молча последовал за ним. Вскоре они остановились у края ничем не примечательного, глубокого провала.

— Полетим на одном мече? Чтобы не потерять друг друга, — предложил Ли Бай.

— Согласен.

Спустя некоторое время Ли Бай тихо и выразительно прошипел:

— Черт бы всё побрал...

— Что случилось? — отозвался Тянь Чжи.

— Ни черта не видать.

Кое-где внизу слабо мерцала астральная гниль, но для Ли Бая все сливалось в сплошную черную пелену.

«Что за бред?! Откуда у меня куриная слепота?!» — паниковал он. В описании персонажа этой детали точно не было! Какого черта демонический культиватор, обязанность которого — жить во тьме, в этой самой тьме ничего не видит?! Что за абсурдный дефект?!

— Не бойся, — с едва уловимой смешинкой в голосе произнес Тянь Чжи, почувствовав, как спутник судорожно вцепился в его одежду.

Он щелчком пальцев отправил в воздух осветительную сферу.

Мягкий свет озарил провал, позволяя Ли Баю разглядеть нутро воронки. За прошедшие века исследователи истребили почти всех обитавших здесь демонических зверей, оставив лишь изрытую, сухую землю. Однако под этим кратером таился иной, неизмеримо больший мир — подземелье, сулившее как небывалый взлет культивации, так и скорую смерть. Тысячи искателей обрели здесь великую силу, но еще больше остались в этих казематах навечно.

— Держим курс на восток, — вспомнил Ли Бай.

Они спустились глубже, пока во тьме перед ними не возникли массивные врата, объятые призрачным зеленым свечением.

— Осторожно, там ловушки, — предупредил Ли Бай, напрягая память в попытке вспомнить, что именно скрывалось за этой дверью.

— Иди за мной, — с этими словами Ли Бай сжал ладонь Тянь Чжи и первым переступил порог.

Тянь Чжи опустил взгляд на их сцепленные пальцы, чувствуя, как внутри разгорается странное, чересчур пристальное внимание к этому простому жесту.

За вратами открылся иной мир: узкий каменный коридор, вдоль которого тянулась бесконечная вереница точно таких же дверей, испускающих зеленый свет.

На лбу Ли Бая выступил холодный пот. Ему ли не знать, что за каждой из этих дверей таилась смертоносная ловушка, а единственный верный путь лежал сквозь цепь изводящих испытаний! Ошибка стоила жизни.

— Тут кругом сплошные ловушки... — с запинкой проговорил Ли Бай.

В свое время, поддавшись лени, он просто написал в главе: «За каждой дверью кроется изощренная, безумная ловушка, но главный герой благодаря своей непревзойденной храбрости и проницательности преодолел их все и предстал перед гигантскими железными вратами». А о том, какие именно это были ловушки, автор даже не задумывался! Но если самому главному герою потребовалась уйма времени на преодоление этого коридора... неужели все окажется настолько беспросветно сложно?!

Ли Бай растерянно посмотрел на Тянь Чжи. Кому, как не главному герою этой чертовой книги, обладать всемогущим ореолом протагониста и знанием верного пути?

Заметив его замешательство, Тянь Чжи едва заметно улыбнулся и, выступив вперед, произнес:

— Держись за мной.

— Хорошо, — тихо кивнул Ли Бай.

Тянь Чжи, словно наугад, подошел к одной из дверей и, сжав ладонь спутника, шагнул во тьму. Ли Бая это нисколько не удивило — он давно привык полагаться на интуицию протагониста.

За порогом их встретила непроглядная чернь, сквозь которую пролегала лишь одна-единственная узкая тропа. Выпущенная осветительная сфера выхватила из мрака бездонную пустоту вокруг. Попробовали прибегнуть к мечам, но безуспешно: местная магия напрочь блокировала полеты.

— Идем? — В голосе Ли Бая промелькнула невольная тревога. — Не знаю, что таится впереди, но нашей конечной целью должны быть гигантские железные врата.

— Я защищу тебя, — твердо отозвался Тянь Чжи.

Он аккуратно завел Ли Бая себе за спину, не выпуская его ладони, и уверенно шагнул вперед.

Тропа уперлась в следующие врата. За ними обнаружился тесный каменный покой с пустым постаментом посередине. На противоположной двери, в щелях между косяками, темнели сгустки запекшейся крови.

— Возвращаемся, — без колебаний решил Тянь Чжи.

Они повернули назад и выбрали другой проход.

— Там, за стеной... кажется, меч? — прищурился Ли Бай, разглядывая смутные очертания.

— Снова назад, — опять скомандовал Тянь Чжи.

Оказавшись в исходном коридоре, он погрузился в раздумья. Ли Бай же завороженно уставился на засохшую кровь, застрявшую в дверном стыке.

— Ты веришь мне? — внезапно очнулся от мыслей Тянь Чжи.

— Верю, — без колебаний отозвался Ли Бай.

Да и как иначе? Лишь главный герой способен преодолеть этот лабиринт. Лишь излюбленный сын Небесного Дао наделен непревзойденным фартом, чтобы в конце концов встать наравне с самими небесами. Кому же еще верить, если не ему?

Увлекая спутника за собой, Тянь Чжи миновал длинный ряд проходов и остановился у самых дальних врат. За ними тянулась узкая, головокружительная тропа. Вспышка осветительной сферы озарила разверзшуюся внизу бездну: падение туда не оставляло шансов на спасение. Попытка призвать меч снова провалилась.

Оставалось лишь идти пешком по тропе, уходящей в бесконечность.

«Брось его. Этот путь открыт лишь для тебя одного. Оставь его — и найдешь верную дорогу», — раздался прямо в ухе Тянь Чжи древний, надрывный шепот, исполненный печального всеведения.

Юноша замер как вкопанный.

— Что случилось? — поинтересовался Ли Бай, уткнувшись ему в спину.

— Ты правда готов мне довериться? — тихо спросил Тянь Чжи, и в его голосе проскользнула едва уловимая дрожь.

— Что за глупые вопросы? Я же ответил: да, — как ни в чем не бывало отозвался Ли Бай.

— А если... я скажу, что нам нужно прыгнуть вниз? Пойдешь со мной? — В тоне Тянь Чжи звучало не то опасение, не то затаенная надежда.

— Ты прыгаешь со мной? — переспросил Ли Бай.

— Да.

— Тогда ладно. Главное — не отпускай мою руку.

Ли Бай отлично понимал: сейчас Тянь Чжи — его единственная опора. Он — главный герой этой истории, и любой его выбор одобряется самой Судьбой. Так почему бы не положиться на ходячий чит-код?

В глазах Тянь Чжи мелькнула тень глубокой нежности, но Ли Бай этого не заметил.

Сжав ладонь спутника, юноша кивнул:

— Прыгаем.

Они шагнули в пустоту.

Порывы ветра грозили разлучить их, и Тянь Чжи, не раздумывая, притянул Ли Бая к себе, крепко обняв и укрыв собственным телом, чтобы принять возможный удар на себя. Вспышки брошенных вниз осветительных сфер выхватывали из мрака стремительно несущиеся вверх стены ущелья. Небо над головой сжималось в крошечную точку, а дно бездны неумолимо приближалось.

Тянь Чжи смотрел только на юношу, прижавшегося к его груди. Тот отчаянно зажмурился и крепко сжал губы, дрожа всем телом. Он до смерти боялся — и все равно прыгнул вслед за ним.

Теперь Тянь Чжи был готов признать: Ли Бай стал для него кем-то бесконечно важным. В чем кроется суть этой связи, он пока не понимал. Мечтал ли он о том, что предрекало Зеркало Небесного Ока? Вряд ли. К Ли Баю он ощущал не низменную страсть, а глубокое, чистое тепло, родственную привязанность и неистребимое желание уберечь от любых невзгод. Ему нравилось дразнить его, видеть, как тот оживает... И меньше всего на свете Тянь Чжи хотел бы воплощения пророчества из Зеркала — ведь это означало бы подчинить Ли Бая своей воле, лишить его свободы. Вдруг Ли Бай возненавидит его и встанет на сторону Демонического Пути? Потерять эту дружбу казалось невыносимым. И все же чувства не поддавались разуму: сердце сжималось от тревоги за этого человека, трепетало от малейшего его прикосновения. Тянь Чжи видел мрачный финал, боялся его, но бессознательно упрямо шагал навстречу опасности.

Ожидаемого удара о камни не последовало: они плавно опустились на дно. Свет сфер озарил вековую тьму, выхватив из нее исполинские железные врата.

Это и был подлинный вход в усыпальницу древнего предка Янцзы Маня.

— Сможешь ее открыть? — спросил Ли Бай, разглядывая монолитные створки.

Врата были отлиты из сверхпрочного метеоритного железа и исписаны хитросплетением древних рун, от которых веяло чужеродной, давящей магией. Автор прекрасно помнил: за этими дверями таятся несметные сокровища, но там же героя ждет смертельное испытание. Простой грубой силой такую махину не пошевелить.

Тянь Чжи бегло осмотрел преграду и без лишних слов отстранил Ли Бая в сторону. В его руке блеснул Меч Пяти Звезд.

Раздался оглушительный, режущий слух скрежет металла о металл. Врата лишь сдержанно вздрогнули, даже не подумав поддаться.

— Может, тут есть скрытый механизм? — осторожно подал голос Ли Бай.

А про себя горько вздохнул: в свое время, исчерпав словарный запас, он попросту черкнул в главе: «Достигнув железных врат, Тянь Чжи приложил титанические усилия и в конце концов сумел распахнуть их, открыв путь к неизведанным сокровищам».

«И что, черт возьми, означают эти "титанические усилия"?! — вопил в душе горе-автор. — Сто ударов мечом? Или три часа разгадывания рунического шифра?! Вот она, кара за писательскую лень...»

Единственной надеждой оставался читерский потенциал главного героя.

Тянь Чжи не стал попусту тратить время. Активировав несколько левитационных талисманов, он взмыл в воздух и принялся врубаться клином Меча Пяти Звезд не в саму сталь, а в каменную породу по периметру дверного проема.

Вскоре монолитная скала вокруг рамы покрылась глубокими трещинами. Тянь Чжи легко толкнул створку плечом — и с оглушительным гулом вся конструкция рухнула внутрь, открывая вход в подземную залу.

Перед ними предстал величественный дворец, сложенный из цельных блоков драгоценного духовного нефрита. Переливы астрального света озаряли окружение переливчатой чарующей дымкой. Именно эту обитель обустроил Мир Бессмертных для упокоения предка Янцзы Маня. Вокруг дворца пышно разрослись редчайшие диковинные растения, испускающие мягкое сияние.

— Это же уникальные ингредиенты! — Ли Бай уставился на волшебный сад, и в его глазах вспыхнул азартный огонек. Подобные травы Ань Цин упоминал с трепетом.

Смутившись своей вспышки жадности, Ли Бай тихо уточнил:

— Как делить будем?

— Поровну, — спокойно ответил Тянь Чжи и шагнул к левой клумбе.

Ли Баю осталась правая сторона. Поразительно: главный герой сделал всю черновую работу, но без колебаний предложил честный раздел! «До чего же славный парень!» — умилился автор.

Достав из пространственного мешка кучу заранее припасенных нефритовых шкатулок и Звездную мотыгу для духовных трав, стащенную у Ань Цина, Ли Бай погрузился в кропотливый процесс сборки. Призывать марионеток он не рисковал — Тянь Чжи мог узнать технику Демонического Пути, и тогда прощай, мирная жизнь.

Расправившись с урожаем, они подошли к подножию нефритового дворца.

— Внутри нас ждет иллюзия, — предупредил Ли Бай, не заботясь о том, вызовут ли его познания подозрения. Рядом с главным героем он был готов быть полезным, пусть даже ценой раскрытия некоторых тайн.

Стоило им переступить порог, как окружающий мир мгновенно преобразился, и Ли Бай очутился там, откуда так стремился уйти — в своем родном, привычном реальном мире.

http://bllate.org/book/17445/1693924