Готовый перевод July Academy Revelations / Откровения Академии Июля: Глава 17

Глава 17. Клуб паранормальных расследований

— Давай я вкратце введу тебя в курс дела и объясню, кто на что способен, — Гун Ци указал на Цинь Чжэна. — У Сяо Чжэна способность типа манипуляции. Звуками своего инструмента он умеет управлять душами. Причем не только мертвыми, но до некоторой степени и живыми.

— А, так выходит, я только что…

— В кошмаре твоя душа едва не вылетела из тела — её утягивал за собой неупокоенный дух. Сяо Чжэн вытащил тебя своей музыкой.

— Вот как, — И Цзян повернулся к Цинь Чжэну. — Спасибо, Сяо Чжэн. Ты буквально спас мне жизнь.

— Не за что, — отозвался Цинь Чжэн. — Завтрашнее трехразовое питание на тебе.

«М-да, услуга за услугу...» — подумал И Цзян.

— Вообще у манипуляторов способности довольно разносторонние, — продолжил Гун Ци. — Чтобы управлять душой, её надо сначала увидеть и почувствовать, так что он одновременно обладает и духовным зрением, и духовным восприятием. А люди с такими дарами обычно имеют склонность к притяжению духов — проще говоря, на них вечно липнет всякая нечисть, а то и вовсе пытается вселиться. Вдобавок у него есть дар материализации: цинь, который ты видел, соткан из его собственной ауры. Разумеется, коснуться этого инструмента может только он сам, мы видим лишь призрачный силуэт. Но есть нюанс: когда способность слишком широкая по горизонтали, глубина по вертикали страдает. Короче говоря, мастер на все руки, да толком ни в чем не преуспел. В зрении, восприятии, притяжении и материализации он дилетант, и лишь в манипуляции добился более-менее приличных результатов.

Гун Ци перевел палец на Сяо Бая:

— Но если Сяо Чжэн — мастер широкого профиля, то твой сожитель — его полная противоположность. У Сяо Бая очищающий тип. Звуками своего инструмента он может сводить на нет биологическое магнитное поле — иначе говоря, снимать с души злобу и очищать ее. В отличие от Сяо Чжэна, у него всего один дар, зато по глубине ему нет равных. В Академии Циюэ он, пожалуй, сильнейший очиститель. Но вот беда: у парня полностью отсутствует духовное чутье. Он не просто не видит духов — вокруг него в радиусе десяти метров образуется мертвая зона, которую любое биополе огибает седьмой дорогой. Чтобы он мог очистить душу, ему нужен наводчик с духовным зрением. В нашей группе эту роль исполняет Сяо Чжэн: своей музыкой он направляет Сяо Бая, и только тогда тот может сыграть очищающую мелодию.

— А ты сам тогда кто такой, капитан недоделанный? — фыркнул Цинь Чжэн.

— Мой дар — запечатывающего типа, — заключил Гун Ци. — У него две задачи: либо не впустить дух в определенное пространство, либо не выпустить его оттуда. Помнишь, ты спрашивал, зачем у меня по периметру комнаты расставлены шахматные фигуры? Это барьер, закрывающий вход для призраков. Я тоже немного владею материализацией, так что эти фигуры вылеплены из моей ауры. Поживешь тут — поймешь: Сяо Чжэн из-за своей конституции вечно притягивает всякую дрянь, и если бы он тащил весь этот «хвост» в комнату, мы бы с ума сошли.

— Так поставь и мне такой барьер! — встрепенулся И Цзян. — Мне каждый день кошмары снятся, меня что, тоже какая-то тварь облюбовала?

Гун Ци качнул головой:

— В твоей комнате обретается Сяо Бай, а возле него в радиусе десяти метров ни один дух даже не пикнет. Если, конечно, речь не идет о ком-то невероятно могущественном. Твои кошмары — не следствие преследования. Ты просто вступил в контакт с медиумом, и дух через этот предмет передает тебе информацию.

— С медиумом?

— Под медиумом понимается предмет, принадлежавший жертве в момент смерти. На нем отпечатываются ее предсмертные сожаления и боль. Когда одаренный касается такой вещи, запечатленная информация считывается его сознанием. Ты, судя по всему, где-то прикоснулся к такому предмету, и его воспоминания проникли в твою память. Отсюда и кошмары. Но ты просто считываешь прошлое, это не вещие сны. И нападения в библиотеке напрямую с твоими снами не связаны — совпало лишь то, что неупокоенная душа обитает именно там.

— Ты говорил, что для проявления физических аномалий нужны особые условия? — спросил И Цзян. — Может, как раз мой контакт с медиумом и стал таким условием?

— Это одна из причин. Но есть и другая: все эти дни ты пересекался с учителем Юэчжэнем.

— С учителем Юэчжэнем? — удивился И Цзян. — А он-то тут при чем?

Улыбка Гун Ци слегка окаменела:

— Учитель Юэчжэн обладает невероятно мощной конституцией притяжения духов. Он — полная противоположность Сяо Баю. Где бы он ни появился, даже самые смирные призраки начинают сходить с ума. А кроме того...

И Цзян озадаченно уставился на него. Помявшись, Гун Ци закончил:

— У учителя Юэчжэня диссоциативное расстройство идентичности. Несколько личностей.

— Что?!

— Тот робкий и забитый человек, которого ты привык видеть — его основная личность, — пояснил Гун Ци. — Обычно рулит именно она, на ней держится память о повседневной жизни. Но помимо нее у него есть еще несколько эго-состояний, которые иногда произвольно включаются, превращая его в совершенно иного человека.

— Значит... тот учитель Юэчжэн, которого я встретил вчера...

— Скорее всего, наружу вылезло другое альтер-эго.

— Множественная личность... — пробормотал И Цзян. — Я только про раздвоение слышал...

— Считай, что это раздвоение, умноженное на N.

— И сколько у него всего личностей?

— Точное число неизвестно, — сказал Гун Ци. — Помимо основной, я пока видел только одну. А вот Сяо Чжэн сталкивался с несколькими.

— Я видел троих, — подал голос Цинь Чжэн. — Одно альтер-эго смахивает на Гун Ци, другое — законченный деспот-демоник, а третье, кажется, вообще женщина.

— Женщина?!

— Чему ты удивляешься? Расстройство же, — с легким презрением бросил Цинь Чжэн. — Дядька говорил, что он иногда и в ребенка впадает. Пообщаешься с ним поближе — привыкнешь.

— К такому разве привыкнешь?.. — И Цзян снова повернулся к Гун Ци: — Слушай, раз у него столько личностей, выходит, и душ несколько?

— У каждого живого организма строго одно биологическое магнитное поле, то есть душа всего одна. Множественная личность — психическое расстройство, вызванное травмой, — объяснил Гун Ци. — Поговаривают, в прошлом учитель Юэчжэн сильно настрадался из-за своей способности притягивать духов, вот психика и раскололась. Только не вздумай ляпнуть ему об этом или о его даре! Его основная личность начисто обо всем забыла и искренне считает себя самым обычным преподавателем. Начнешь лезть с этими темами — еще, чего доброго, подтолкнешь к расщеплению пары новых субличностей.

— В-вот как? — И Цзян призадумался и решил, что Гун Ци прав. Если зашуганный учитель Юэчжэн узнает про всю эту чертовщину, он наверняка брякнется в обморок на месте.

— Вернемся к делу, — подвел итог Гун Ци. — Способность учителя Юэчжэня, твой контакт с медиумом и сама аура библиотеки в совокупности, скорее всего, и спровоцировали всплеск активности духа. Пострадали уже две студентки, так что нам пора действовать.

— Эй-эй, и как мы будем действовать? Мы что, школьный детективный кружок? — состряпал кислую мину И Цзян. — Дайте мне хоть немного времени переварить всё это! Я за всю жизнь ни единого привидения не видел, а тут бац — и выясняется, что у меня экстрасенсорные способности! Это же шок для психики!

— Время не ждет, — Гун Ци поправил очки. — Я сверялся с данными еще до начала семестра: твой дар — атакующего типа. Это тоже разновидность разрушения биополя. Но в отличие от очищения Сяо Бая, которому нужно сначала рассеять предсмертные сожаления духа и отпустить его с миром, атакующие работают с упрямыми злобными сущностями. Их приходится изгонять силой — эдакая команда по принудительному сносу.

—... Значит, я у вас за зачистку и снос отвечать буду?

— Ладно, давайте систематизируем то, что нам известно о происшествии и снах Сяо Цзяна. Сяо Чжэн, можешь убирать цинь, наш подопечный, похоже, оклемался.

Цинь Чжэн убрал пальцы со струн и легким взмахом руки развеял дымчато-фиолетовый инструмент в воздухе.

Хотя до рассвета оставалось еще долго, сон у И Цзяна сняло как рукой. Он во всех подробностях пересказал свой кошмар Гун Ци и остальным — воспоминания были настолько свежими, что он воспроизвел диалоги почти слово в слово. Если сопоставить это с предыдущими снами, вырисовывалась четкая картина преступления. В сновидении упоминалось, что до выпуска остается месяц; выпускные в академии обычно проходят в июле, значит, трагедия произошла в июне. А вечеринка по случаю дня рождения, о которой шла речь, состоялась месяцем ранее — в мае.

Сопоставив факты, они восстановили хронологию: в мае девушка в белом платье вместе со своей подругой Сяо Юй отправилась на вечеринку к парню Сяо Юй. Назовем его «парень А». Сяо Юй сильно напилась и осталась у него ночевать, где ее, воспользовавшись беспомощным состоянием, зажал старший брат этого парня. Пьяная девушка решила, что это был ее ухажер, а вскоре выяснилось, что она беременна. В июне Сяо Юй призналась парню А, но тот огорошил ее заявлением: в ту ночь с ней был не он. Он заставил ее сделать аборт, пригрозив, что иначе опозорит на всю академию. Девушка в белом платье сопровождала подругу в клинику, и там раздавленная горем Сяо Юй выложила ей всю правду. Желая заступиться за подругу, девушка в белом узнала, что парень А уже крутит роман с некой Чжань Цзюань с художественного факультета. Она вызвала мерзавца на крышу библиотеки, высказала всё в лицо и тайком записала разговор на диктофон телефона. Урод заметил запись — и избавился от свидетеля.

— Да он вообще страх потерял?! — Сяо Бай аж подскочил, грохнув кулаком по столу. — Это же отморозок чистой воды! Позорище на нашу мужскую голову!

— Ты-то чего так распалился? — буркнул И Цзян. — Тебя, Повелитель мусора, не то что к мужчинам — к роду человеческому с трудом причислить можно.

— И все же, произойди нечто подобное, в академии поднялся бы шум, — заметил Цинь Чжэн. — Но мы ни о чем таком не слышали.

— Случилось это, видимо, в июне прошлого года, — припомнил И Цзян. — Заведующий библиотекой говорил, что выход на крышу заперт как раз с того времени. Не из-за той ли истории его запечатали?

— Выход на крышу?

— Ага, — кивнул И Цзян. — Пару дней назад перед самым закрытием мне показалось, будто кто-то поднялся наверх. Я пошел предупредить, что пора выходить. Но там никого не было, только замок оказался сломан. Когда я сказал заведующему, он и обмолвился, что дверь заперли еще в июне прошлого года.

— В июне прошлого года мы тут еще не учились, — задумался Гун Ци. — Но если в библиотеке действительно что-то стряслось, старшекурсники должны быть в курсе. Из твоего сна нам известно лишь одно полное имя — Чжань Цзюань с художественного факультета, хоть она и лишь косвенно замешана. Но если разыщем ее, узнаем и имя убийцы. Завтра разделимся: Сяо Цзян, ты аккуратно разузнаешь у работников библиотеки про прошлогодний июнь, а Сяо Чжэн займется этой Чжань Цзюань.

— А я?! — подал голос Сяо Бай.

— А ты занимайся чем занимался, — Гун Ци смерил его выразительным взглядом.

— А сам-то ты что делать будешь?

— Я попрошу дядьку Фудзивару проверить библиотеку на предмет подозрительных духов, а потом съезжу в городскую больницу — проведаю пострадавших девушек и расспрошу обо всех деталях.

— Учитель Фудзивара? — переспросил И Цзян. — Он что, тоже видит призраков?

— У учителя Фудзивары способность типа духовного зрения, в народе это называют «инь-ян оком». В этом он настоящий мастер — видит души любых живых существ. Правда, как и у Сяо Бая, кроме этого дара у него ничего нет. Ах, вот досада... — Гун Ци спохватился. — У меня же завтра пары целый день, а сразу после них придется мчаться в больницу. Сяо Чжэн, вызвони дядьку Фудзивару ты. Все равно он пред тобой на задних лапках ходит.

— Чего-о?! — возмутился Цинь Чжэн. — Что еще за «на задних лапках»?!

— Ну, вы с учителем Фудзиварой вроде ладите, — вставил И Цзян. — Ты его открыто дядькой зовешь, а иногда и вовсе бесполезным дядькой.

— А что, я не прав? — отрезал Цинь Чжэн. — Видеть-то он видит, а сделать ничего не может. Разве это не бесполезность?

— Э-э...

— Я завтра звякну ему, чтобы шел прямо к тебе в библиотеку, а ты уж поводи его там, покажи что к чему, — предложил Цинь Чжэн. — Мне нужно искать эту Чжань Цзюань с худфака, времени на прогулки с ним нет.

— А? Но я... — И Цзян терпеть не мог манеру общения учителя Фудзивары и те темы, которые тот любил поднимать, однако Цинь Чжэн демонстративно зевнул три раза подряд, дав понять, что разговор окончен. Пришлось смириться.

Гун Ци взглянул на часы:

— Пятый час утра. Можно еще пару часов прикорнуть. Сяо Бай, ляжешь с Сяо Цзяном, а то он снова из-за страха глазу не сомкнет.

—... А можно я лучше с тобой лягу? — умоляюще спросил И Цзян.

— Исключено, — отрезал Гун Ци. — Моя постель предназначена исключительно для юных красоток.

И Цзян перевел жалобный взгляд на Цинь Чжэна.

— Ну, я-то в общем не против, — улыбнулся тот. — Боюсь только, ты сам пожалеешь.

— Э-э... — И Цзян молча проглотил подступивший к горлу ком.

http://bllate.org/book/17421/1657839