Глава 22. Тотальная травля в сети
— Что случилось? — Янь Си выпрямился, и тон его мгновенно стал тревожным. — Что опять сделал замрежиссёр? Если я посмотрю прямо сейчас, ещё не поздно?
Он инстинктивно перевёл взгляд на Сун Ичуаня и наткнулся на точно такое же озадаченное выражение лица.
С трудом отведя глаза, он перевёл дыхание и произнёс:
— Директор Шэнь, подождите минуту, я зайду в Вейбо.
Янь Си передал свой телефон Сяо Яну — на светящемся экране всё ещё висел активный вызов. Шэнь Цзи коротко отозвался и замолчал; Сяо Ян тоже не произносил ни слова, бережно держа аппарат.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только нервным постукиванием ногтей Янь Си по экрану второго смартфона.
Он пару раз промахнулся по сенсору, прежде чем попал по значку приложения. На лице его застыла показная невозмутимость, но дрожащие пальцы с головой выдавали затаённый страх.
Дела ведь только начали налаживаться... Как всё могло рухнуть именно сейчас?
Пальцы не слушались, в груди всё сжалось от тяжести. Ему отчаянно хотелось заглянуть в сеть, но из-за дрожи он никак не мог попасть по иконке.
Наконец приложение загрузилось. Янь Си открыл поисковую строку, и третьей строкой в списке горячих трендов с ходу выскочила клевета замрежиссера:
[Папарацци-онлайн]: «Стало известно, что во время съёмок артхаусной ленты „Одинокий остров“ Киноактер Янь Си проявлял барские замашки, издевался над съёмочной группой, безосновательно требовал переписать сцены под себя и, злоупотребляя влиянием, вынудил заместителя режиссёра уволиться. [Видео]»
Янь Си облизнул пересохшие губы и растерянно огляделся. Сердце колотилось как бешеное. Ему хотелось запустить видео, но силы словно внезапно покинули его, не оставив и капли решимости.
Сун Ичуань сделал знак Анне, и та сразу же вывела доктора Вана из комнаты.
Сяо Ян секунду колебался, после чего с почти молитвенным видом вложил телефон с продолжающимся звонком в руки Сун Ичуаню, умоляюще сложил ладони и выскочил вслед за Анной.
Напоследок он плотно прикрыл дверь и встал снаружи живым щитом, охраняя покой находящихся внутри и отсекая любые любопытные взгляды.
Сун Ичуань взял телефон ассистента и включил громкую связь:
— Шэнь Цзи, это я.
Директор Шэнь на том конце провода на мгновение замялся, но быстро собрался:
— Хорошо, что ты рядом. Не забудь, что ты мне обещал! Я ведь сразу говорил: если выставить этого замрежиссера за дверь вот так, рано или поздно жди беды.
— Угу, — сдержанно отозвался Сун Ичуань. — Не переживай, всё под контролем.
Шэнь Цзи тяжело вздохнул:
— Янь Си досмотрел запись?
Янь Си только успел ткнуть в видео и, услышав вопрос, тут же поставил его на паузу:
— Ещё нет! Подождите секунду.
Глубоко вздохнув, он снова нажал на «воспроизведение».
Кадры специально размыли, чтобы нельзя было определить ни расстояние, ни то, кто именно вёл съёмку.
Содержание видео оказалось предельно простым: умелый монтаж состряпали из обрывков разговоров Янь Си с оператором и замрежиссёром, вот только реплики собеседников вырезали подчистую.
В итоге выходило, будто Янь Си свысока бросает оператору:
— В таком случае заменить стоит вас, не находите?
И властно чеканит замрежиссёру:
— Раз вы утверждаете, что декорации для сегодняшней сцены ещё не готовы, так ведь в послезавтрашней сцене, на которую вы хотите всё поменять, используется та же самая площадка!
Ювелирный монтаж превратил Янь Си в заносчивого индюка, который качает права, раздаёт приказания направо и налево и не знает элементарных приличных манер.
Янь Си прикрыл глаза и с горечью вздохнул:
— Этому монтажёру стоит платить миллион в год. С таким талантом — и заниматься подобной низостью вместо нормальной работы в кино!
У него просто слов не находилось. Раньше он слышал о коллегах, пострадавших от вырванных из контекста видео. Но в те времена сам он был признанной звездой первой величины, и подобные подлости обоходили его стороной. Даже случись такое, толпа разумных поклонников мгновенно вступилась бы за него.
Но теперь всё было иначе. Когда вокруг и без того бушевала травля, такой удар окончательно лишал его шансов обелить своё имя.
Сун Ичуань мягко коснулся его волос:
— Не бери в голову.
— Угу, — кивнул Янь Си и сильно потёр лицо ладонями.
Он сидел посреди белоснежной постели, поджав ноги. Плечи его ссутулились, отчего он выглядел совсем беспомощным и одиноким.
Сун Ичуань присел рядом на край кровати.
Прогнувшийся под его весом матрас каким-то чудом дал Янь Си ощущение опоры, и тот постепенно выпрямил спину.
— Посмотрел? — сквозь шорох помех снова раздался голос Шэнь Цзи. — Что думаешь? У тебя есть какие-то доказательства или материалы, чтобы опровергнуть это?
— Есть... — глаза Янь Си на миг вспыхнули, но тут же погасли. — Но только касательно истории с заменой сцен и того, как он нарочно соврал мне про время съёмок, чтобы подставить перед всей группой. У Сяо Яна сохранились подтверждения. Я попрошу его переслать тебе.
— Уже кое-что, — Шэнь Цзи, похоже, немного перевёл дух. Он потянулся и добавил: — Скажи Сяо Яну, чтобы не затягивал. Но предупреждаю сразу: такие истории просто так не заканчиваются. Пока мы не закроем этого мерзавца окончательно, он так и будет вылезать и поливать тебя грязью при каждом удобном случае.
Янь Си погрузился в молчание, отрешённо уставившись на бегущие секунды таймера вызова.
Шэнь Цзи был абсолютно прав. С самого начала он проявил излишнюю мягкотелость: просто замял конфликт с оператором и заместителем режиссера, не сделав ни строгого предупреждения, ни жестких выговоров. Вот тот и наглел раз за разом, ища любой повод подставить его.
В конечном счёте, до такого состояния всё дошло именно из-за его собственной доброты.
Сжав губы, Янь Си от беспомощности сжал пальцами простыню. Сун Ичуань осторожно разжал его кулак, распрямляя пальцы:
— Не хмурься, тебе не идёт.
Он не стал разглаживать его брови прямым прикосновением, оставив тонкую, выверенную грань, но именно эта сдержанная забота заставила Янь Си замереть.
И прежде, и сейчас...
Сун Ичуань неизменно оказывался рядом каждый раз, когда ему было больно или тяжело.
В душе Янь Си зрел сумбур. Он будто начал забывать, что самые глубокие раны в его жизни тоже нанёс именно этот человек.
Янь Си выпустил из пальцев смятую ткань постели и вместо этого ухватился за рукав Сун Ичуаня. Направив на него чистый, словно у новорождённого ягнёнка, взгляд, он едва заметно хлопнул ресницами — и этот короткий жест бросил камушек в прежде спокойную гладь души Сун Ичуаня.
Камушек был совсем крошечным, но от него пошли глубокие волны.
Сун Ичуань сжал телефон в руке и отрезал в динамик:
— Я отключаюсь.
Шэнь Цзи даже не успел сообразить, что происходит, как связь оборвалась.
Янь Си растерянно посмотрел на него и спустя пару секунд спросил:
— Зачем ты сбросил? Директор Шэнь, кажется, хотел сказать что-то ещё. Разве это вежливо?
— Всё в порядке, — Сун Ичуань небрежно отложил телефон Сяо Яна на край стола. — В том, что замрежиссёр оказался такой тварью, есть и моя вина.
— Не нужно меня утешать, я и сам всё понял. Директор Шэнь прав: подобные люди всегда найдут способ смешать меня с грязью. Антифанаты, должно быть, вне себя от счастья — наконец-то дождались прокола. А то давно не выпадало случая укусить меня.
Янь Си потянулся, и голос его зазвучал преувеличенно легко, будто происходящее нисколько его не задевало. Но когда он снова расслабился, то неосознанно подался плечом к Сун Ичуаню.
Он взял свой смартфон и зашёл в комментарии под новостью:
[Хейчу_Янь_Си_вечность]: «О-хо-хо! Опять обосрался, сестрёнка Янь Си! Какая сочная драма, кушаем не обляпаемся!»
[Мусорный_Янь]: «А ведь и правда, с самого начала съёмок от него никаких косяков не слышно было. Оказывается, этот урод просто копил силы для главного высера!»
[Индиго]: «Что ещё за „Одинокий остров“? Очередное претенциозное авторское кинцо? В своём стиле — снова снялся в полном шлаке!»
[Shit-дунси]: «Меня аж тошнит. Ну каков мастер! Честно, любому другому артисту хватило бы одного пункта — либо зазвездился, либо издевается над группой, либо переписывает роли — чтобы вылететь из профессии навечно. А наш Янь Си умудрился выбить страйк из всех трёх! Настоящий кладезь сюрпризов!»
[Тамагояки]: «И не говори! Интересно, сколько этот бедный замрежиссёр проглатывал слёзы, прежде чем решился открыть правду? Жалко мужика, из-за этого великосветского Киноактера работы лишился, а теперь сливает инфу и трясётся от страха, как бы Янь Си его в порошок не стёр.»
Янь Си молча пробежал глазами по ядовитым репликам, тяжело вздохнул и произнёс:
— Я примерно этого и ожидал. Психологически я был готов, так что выдержу.
— Ладно, — Сун Ичуань проследил взглядом от макушки Янь Си до его плеча и осторожно снял с ткани прилипшую шерстинку Дунчжи.
Янь Си поднялся с кровати, шлёпая задниками туфель, подошёл к двери и обратился к ассистенту:
— Сяо Ян, потрудись, пожалуйста. Сбрось сначала все собранные доказательства на почту директору Шэнь. Когда отдел по связям с общественностью агентства развлечений Тяньхуань выложит всю хронологию событий, думаю, пользователи сети сами во всём разберутся.
На самом деле под шквалом желчных комментариев пряталось немало сообщений в его защиту. Среди них хватало здравомыслящих фанатов из официальных чатов, в которые Янь Си в своё время попросил вступить Сяо Яна.
Из-за проделок Попаданца все три года Янь Си держался на плаву исключительно благодаря своей ангельской внешности. Его поклонники по большей части были совсем юными и не умели держать себя в руках, из-за чего нередко лишь добавляли ему проблем своей агрессивной защитой.
Сяо Ян суетливо закивал, достал из сумки ноутбук, быстро навёл порядок в файлах и приготовился отправить всё Шэнь Цзи.
Янь Си слегка хлопнул парня по плечу и тихо произнёс:
— Спасибо тебе.
Ассистент почесал затылок и простодушно расплылся в улыбке:
— Да ну что вы, это моя работа!
Янь Си вернул ему смартфон и добавил:
— Держи с директором Шэнь постоянную связь. А у режиссера Суна... кажется, ещё есть ко мне пару слов.
— Понял! — отозвался Сяо Ян, забрал телефон и ловко принялся за дело.
На самом деле им оставалось только действовать наперерез времени: о предстоящем сливе никто не предупреждал, и проблему пришлось решать буквально на лету.
Ещё раз вздохнув, Янь Си дал ассистенту пару последних указаний и вернулся в комнату.
Уставившись в экран, он со смешанными чувствами наблюдал за бушевавшей в комментариях бурей, где поклонники и хейтеры сцепились в нешуточной словесной баталии:
[Western]: «Алло, народ! Очевидно же, что видео выдрано из контекста и смонтировано! Кадры склеены кое-как. Кто знает, чем этот оператор и замрежиссёра вообще довели нашего Малыша Си!»
[Сюь-сюь-сюь]: «Вот-вот! Наш Си-Си даже голос не повысил, говорил совершенно спокойно и вежливо. А эти бессовестные папарацци подают всё так, будто он зазвездился и измывается над людьми!»
[Сяо_тяова]: «Я проникся к Янь Си симпатией после истории с Лу Цянем, и сейчас скажу то же самое. Если отбросить фрагмент с оператором и взглянуть на вырезку с замрежиссёром — там же очевидна логическая связь! Кто станет ни с того ни с сего чесать языком про "послезавтрашние сцены"? Запомните, ключевое слово здесь — "мне"! Нам нарочно подают обрезанный кусок. Любой разумный человек с мозгами поймёт, что это подстава, а вы в упор не хотите видеть очевидного!»
[Тамагояки]: «Фу, фанатьё Янь Си, хватит корчить из себя случайных прохожих, ладно? Ваш кумир так обнаглел, что выжил бедного замрежиссёра с работы, а вы всё ещё лепите из него невинную овечку и изображаете жертву!»
[Чоу-дунси]: «И не говори! Привязались к слову "мне". Ну давай по твоей логике разберём слово "хочу"! С таким наглым тоном сразу требовать то одно, то другое — сам себе по морде съездил, получается!»
[Хейчу_Янь_Си_вечность]: «Да о чём речь вообще! Во всей стране Z нет человека, который бы не знал, какой у Янь Си паршивый характер и ядовитый язык! Человек-то, может, и меняется, да только горбатого могила исправит. Тьфу, тошнотворно!»
[OUMI]: «Прежде чем рот открывать, иди вытри его, а? А то от твоих речей разит помойкой. Единственный, кто тут вызывает тошноту — это ты сам.»
[Сокровище_Си-Си]: «Малыш Си, не бойся! Мамочки с тобой, давай, только вперёд! Симилу всегда поддержат тебя!»
Янь Си заблокировал экран и застыл, прислонившись к стене.
Взгляд его отрешённо упёрся в пол перед собой, губы были поджаты. На лице, обычно сиявшем приветливой, словно весенний ветерок, улыбкой, не осталось ни единой эмоции.
Сун Ичуань не стал бесцеремонно лезть к нему с расспросами. Вместо этого его пальцы быстро порхали по экрану собственного смартфона: он связывался со своими людьми в съёмочной группе — теми, кто видел, как замрежиссёр измывался над актером, и был готов выступить в его защиту.
Ладони Янь Си от нервного напряжения влажнели, и телефон едва не выскользнул из ослабевших пальцев.
Он вовремя сжал кулак и очнулся. Внезапно встретившись с обеспокоенным взглядом Сун Ичуаня, юноша почувствовал, как в голове бухнул колокол.
Губы его задрожали, он слегка приоткрыл рот и тихо позвал:
— Брат Ичуань...
— М-м? — Сун Ичуань сделал широкий шаг, сходя с белоснежной кровати, и направился к нему.
Янь Си показалось, будто этот человек — яркий луч, рассекающий тьму и наполняющий всё вокруг светом.
Ему отчаянно не хотелось снова погружаться во мрак. Он должен был доказать свою невиновность, очистить своё имя во что бы то ни стало.
— Что случилось, Сяо Си? — Сун Ичуань остановился перед ним. Его взгляд, обычно глубокий и неподвижный, как старый колодец, сейчас бушевал бурей эмоций, обращённых только к нему одному.
Янь Си почти тонул в этой глубине, когда в его руке оглушительно зазвонил телефон.
Внезапная трель вернула юношу к реальности. Сделав глубокий вдох, он ответил на вызов.
Из динамика донёсся голос Шэнь Цзи:
— Звоню сказать, что Сяо Ян всё переслал. Отдел по связям с общественностью агентства развлечений Тяньхуань тоже вовсю старается ради тебя. Не волнуйся, прошлой ошибки, когда пиарщики вырыли нам яму, больше не повторится. Я лично проверю весь контент перед публикацией.
— Огромное спасибо, директор Шэнь. Извините, что снова втягиваю вас в неприятности, — с безупречной вежливостью отозвался Янь Си. Его манеры всегда оставались безукоризненными, не давая поводов для недовольства.
Шэнь Цзи, разумеется, тоже оценил это:
— Да брось ты. В своё время Мэн Синцяо создавал мне куда больше проблем, так что не паникуй. Кстати, а где Ичуань? Всё ещё рядом?
Сун Ичуань хмыкнул, протянул руку и бесцеремонно ткнул в красную кнопку на экране телефона Янь Си, обрывая вызов.
Шэнь Цзи, услышав в трубке частые гудки, уставился на экран смартфона с округлившимися глазами.
Опять! Этот паршивец снова сбросил звонок!
Сун Ичуань, конечно, отличался холодным нравом, но никогда не был бессердечным самодуром. Какого черта он раз за разом скидывает вызовы человека, который прямо сейчас организует спасение его протеже?!
Шэнь Цзи на мгновение усомнился в реальности происходящего. Может, он сам в чём-то провинился? Или просто оба раза выбирал максимально неблагоприятный момент для звонка?
Почесав затылок, директор решил отложить эти мысли на потом. Он быстро отсортировал материалы Сяо Яна и переслал их пиар-отделу.
Янь Си, глядя на стоящего перед ним режиссера, перевёл дух и с наигранной лёгкостью произнёс:
— Кажется, всё не так уж страшно. В этот раз я не вылечу из профессии.
— Угу. Всё решаемо, — Сун Ичуань взглянул на юношу, сжавшегося в углу, подбородком указал на широкий мягкий диван в глубине комнаты и добавил: — Не переживай. Ты больше не сгинешь в этой грязи.
Янь Си молитвенно сложил ладони:
— Будем надеяться.
Он прикрыл глаза. Длинные густые ресницы едва заметно трепетали, а на тонкой коже век проступала синеватая сеточка сосудов.
Сун Ичуань нахмурился. Актер выглядел катастрофически невыспавшимся, вокруг глаз залегли тёмные тени.
Но, глядя на его сомкнутые веки, режиссер ощутил непреодолимый соблазн наклониться ближе. Между их лицами оставалось не больше пары дюймов, когда Янь Си внезапно распахнул глаза.
Его зрачки были тёмными, а взгляд — чистым и прозрачным, словно родниковая вода, позволявшая заглянуть в самую глубину души.
Вздрогнув от неожиданности, Янь Си отпрянул на пару шагов и неловко опустился на диван.
Отвернувшись, он прижал руку к судорожно вздымающейся груди, пытаясь унять бешено колотящееся сердце и задавить подступавшие чувства.
В растерянности схватив свой телефон, он принялся нервно переворачивать его в руках, даже не пытаясь запустить какое-либо приложение.
Облизнув пересохшие губы, Янь Си подхватил со столика стакан с водой и осушил его в несколько жадных глотков.
Пролившиеся капли соскользнули по уголку губ и несколькими дорожками сбежали по изгибу шеи прямо под воротник.
Сун Ичуань прищурился, словно желая навсегда впечатать этот момент в память. Его зрачки сузились, а пронзительный взгляд медленно проследил за движением капель.
Янь Си даже не заметил этого странного, хищного взгляда. Он вспомнил, что Шэнь Цзи звонил сообщить о готовящихся публикациях, и тут же открыл ленту:
[Агентство развлечений Тяньхуань]: «В связи с клеветническими заявлениями в адрес нашего артиста, распространенными заместителем режиссёра фильма "Одинокий остров" и рядом папарацци, наша компания привлекает виновных лиц к юридической ответственности. [Фото] [Фото] [Фото]»
Пиар-отдел даже прикрепил внешнюю ссылку на архив с доказательствами, собранными Сяо Яном.
Вскоре в сети появилось сообщение от сценаристки, с которой Сун Ичуань связывался ранее.
[Сценаристка]: «Всем привет, я сценаристка фильма "Одинокий остров". Что касается якобы дерзких высказываний @Янь Си в адрес фотографа во время съёмки фото в образе, то истина такова: фотограф первым позволил себе оскорбительные выпады в адрес Янь Си. Когда же актер попытался объяснить человеку, не читавшему ни первоисточник, ни сценарий, каков характер его персонажа, тот заявил, что ему вовсе не обязательно знать проработку героя. Только после этого Янь Си вполне обоснованно заметил, что при таком подходе замене подлежит сам фотограф. [Видео]»
Сценаристка даже приложила полную видеозапись того дня, вывалив всю правду без купюр прямо на суд общественности.
Неразрезанный видеоролик в исходном качестве мгновенно расставил всё по местам. Вздорные, хамоватые выходки оператора и безупречно вежливое, полное достоинства поведение Янь Си говорили сами за себя — правые и виноватые вырисовывались с первой же секунды.
Антифанаты тут же притихли и поджали хвосты, а секция комментариев окончательно перешла во владение преданных поклонников Янь Си.
[Western]: «Ой, наш Малыш Си такой милашка! Ну что за прелесть! Говорит так мягко, размеренно, голосок совсем шелковый. Как можно быть настолько милым?! Нас кормят одной милотой!»
[Сяо_тяова]: «Боже мой, а я что говорил! Видео с Янь Си просто нагло порезали! Видали теперь? Та фраза, из-за которой вы брызгали слюной, оказалась обычным монтажным сшивом. А уж про его слова замрежиссёра — "мне должны поменять послезавтрашние сцены" — и подавно ясно: этот хмырь сам его спровоцировал!»
[Любимая_женушка_Янь_Си]: «QAQ Мой муженёк самый лучший! Такой тёплый, такой ласковый! Когда он читал отрывок из первоисточника, я просто улетала на седьмое небо от счастья!»
[Сяо_Си_улыбайся]: «Мамочки! До чего же у нашего Си-Си обволакивающий бархатный голос! Мечтаю, чтобы он прилёг рядом и читал мне сказки на ночь, ы-ы-ы!»
[OUMI]: «QAQ Малыш Си просто плюшевый зайчик, так и хочется потискать! Я же говорила, что наш старшенький сынок — воспитанный и разумный мальчик, с чего бы ему хамство проявлять? Теперь даже сценаристка «Одинокого острова» заступилась за него. Эх, материнское сердце не обманешь!»
[Симихуа]: «Янь Си-Си остаётся всё тем же Янь Си-Си из моих снов! Симилу всегда рядом, мы любим тебя!»
Янь Си с улыбкой качнул головой. Ладно ещё «Малыш Си», но с какого перепугу он вдруг стал «старшим сыночком»?
Он пару раз мысленно побрюзжал на эти мамкинские нежности, хотя в глубине души его до слез тронуло, что фанаты — и «мамочки», и «женушки» — не отвернулись от него в трудную минуту, а продолжали упорно отстаивать его доброе имя.
Вот только…
Янь Си повернул голову и наткнулся на Сун Ичуаня. Тот вчитывался в комментарии, и лицо его мрачнело с каждой секундой, а меж бровей пролегала глубокая, тяжёлая складка.
Сообщения неслись непрерывной лентой, так что Янь Си не мог понять, на каком именно комментарии залип режиссёр. Он лишь с улыбкой предположил, что того задела строчка про «сыночка».
В комментариях бушевал истинный праздник фанатов: ликующие «симилу» просто похоронили под завалом любви жалкие потуги оставшихся антифанатов. Фандом даже не удостаивал антифанатов ответами — пусть брызжут ядом, все равно выше головы не прыгнут.
Сценаристка немного подумала и добавила к своей публикации закреплённый комментарий:
[Сценаристка]: «И ещё кое-что. Во время прослушивания заместитель режиссёра из личных соображений попытался лишить Янь Си права на прослушивание и даже хотел выставить его за дверь с помощью охраны. К счастью, господин Y вовремя вмешался и дал актеру шанс, благодаря чему тот и попал в проект "Одинокий остров".»
К слову, участие Янь Си в «Одиноком острове» до сих пор держалось в строжайшем секрете. Выходка замрежиссёра с потрохами слила медиа и пользователям сети то, что съёмочная группа берегла для громкого анонса.
Вся рекламная стратегия фильма пошла коту под хвост. Команда проекта оказалась в положении вынужденных ликвидаторов чужой глупости и только зубами скрежетала.
Инвесторы рвали и метали, осыпая отборной бранью ошалевшего от собственной дурости замрежиссёра, который из-за своей подлости разом лишился кучи лакомых кусков.
Не только инвесторы — даже простые рабочие на площадке кляли выгнанного подлеца на чём свет стоит:
— Паршивая овца всё стадо испортила! Сам-то убрался с пустыми руками, его уволили — и дело с концом! А нам за счёт чего премии в конце проекта получать?!
— Вот именно... Облил учителя Янь грязью, испоганил человеку репутацию! Зачем надо было устраивать эту грязную провокацию и переворачивать всё с ног на голову? Совсем крыша поехала, ей-богу.
— Да от него и раньше тошнило! Вечно гонял нас по всякой ерунде, заставлял выполнять чужую работу, а все лавры и корешки нагребал себе. Тварь мерзостная.
— Хоть бы учитель Янь проявил жесткость и окончательно вышвырнул этого подонка из киноиндустрии! Пойду-ка я тоже напишу в Вейбо в защиту Янь Си. Пусть мой голос и не имеет большого веса, но хоть свидетельские показания дам!
— Правильно, я с тобой! Очистим имя учителя Янь!
***
Янь Си ещё не знал, что на съёмочной площадке поднялась волна народного гнева. Однако, замечая среди комментариев знакомые имена, он легко догадался, что это сотрудники съёмочной группы.
Потерев слегка покрасневшие глаза, он прикусил нижнюю губу:
— Они все такие замечательные люди... Я им так благодарен.
Сун Ичуань коротко качнул головой и тихо спросил:
— А я?
Янь Си с улыбкой развёл руками:
— И ты тоже.
Сун Ичуань опустил веки, не продолжая разговор. Улучив момент, пока актер на него не смотрел, он набрал сообщение Анне: «Подлей масла в огонь».
Анна мгновенно уловила мысль шефа. Она тут же раздала указания съёмочной бригаде и массовке: пусть разнесут через знакомых, сливают инсайды журналистам и шепчутся в соцсетях — но чтобы о доброте и профессионализме Янь Си узнал каждый утюг.
Янь Си и понятия не имел, какие интриги плетёт у него за спиной режиссёр, наивно полагая, что рабочие так добры к нему лишь благодаря привезённым сладостям и чаю.
Внезапно его желудок предательски заурчал. Покраснев от смущения, юноша прижал руку к животу, остро ощутив, как голод сводит внутренности.
С учётом застрявшего лифта, ожидания доктора Вана и всей этой кутерьмы незаметно подкрался полдень.
Заметив неловкость юноши, Сун Ичуань краем глаза поймал его движение и деликатно сделал вид, будто ничего не слышал:
— Думаю, Шэнь Цзи больше ничего не понадобится. Можешь расслабиться.
Янь Си незаметно убрал руку с живота и кивнул:
— Да, скорее всего. Слух только-только пустили. Даже с имеющимися доказательствами моей невиновности и вины замрежиссёра должно пройти время, прежде чем волна сойдёт.
Он вздохнул и устало откинулся на спинку мягкого дивана, практически тонув в нем. На фоне темно-изумрудной обивки его белоснежная кожа казалась невероятно притягательной.
Одного беглого взгляда Сун Ичуаню хватило, чтобы глаза его потемнели от нахлынувшего чувства.
На секунду задумавшись, он перемахнул длинными ногами через край и опустился на диван рядом с Янь Си.
Солнечный свет падал сзади, накрывая фигуру юноши плотной, обволакивающей тенью режиссёра.
Янь Си слегка постучал пальцами по гудящей голове, не замечая перемены в поведении спутника:
— Время уже к обеду, пора на площадку. Ко мне-то вопросов нет — пока группу «A» подстраховывают актеры из группы «B», график не сорвется. Но ты-то главный режиссёр! Торчать со мной из-за этой ерунды как-то несерьёзно.
— Хорошо.
— Тогда я попрошу Сяо Яна собраться. Мне ведь ещё нужно переодеться и грим обновить.
— Хорошо.
Янь Си глубоко вздохнул и с беспомощной улыбкой повернулся к режиссёру:
— У тебя что, второе имя — «Автоответчик»?
Сун Ичуань достал телефон и отправил сообщение Анне с приказом вернуть доктора Вана:
— Нет. Но пока врач тебя не осмотрит, ты никуда не пойдёшь.
Янь Си опешил:
— Опять осмотр? Да со мной правда всё в порядке!
Он поднялся на ноги и грациозно повернулся вокруг своей оси:
— Смотри: руки-ноги целы, соображаю отлично. Какой еще доктор?
Косясь на дверь, актер прикидывал, как бы умыкнуть наружу, пока Сун Ичуань зазевается.
Но тот раскусил его замысел на корню. Не успел Янь Си сделать и шага, как режиссёр с невероятной ловкостью оказался у выхода и с тихим щелчком провернул защёлку замка изнутри.
Сун Ичуань перегородил проход, скрестил руки на груди и молча уставился на беглеца.
Янь Си оставалось лишь сдать позиции:
— Ладно-ладно, осмотр много времени не займёт. Но я дико голоден! Может, выпустишь меня хотя бы перекусить?
Сун Ичуань хмыкнул и слегка приоткрыл дверь.
Дежуривший у порога Сяо Ян тут же просунул нос в узкую щель и с энтузиазмом выпалил:
— Учитель Янь! Я только что связывался с директором Шэнь, он сказал, что ситуацию в основном взяли под контроль! Кстати, как вы себя чувствуете?
Не успел Янь Си и рта открыть, как Сун Ичуань отрезал:
— Он голоден.
Сяо Ян застыл с глуповатым видом:
— А?
Режиссёр продолжил тем же ледяным тоном:
— Купи еды.
Ассистент окончательно хлопал глазами:
— Что?
Янь Си глубоко вздохнул и поспешил взять инициативу в свои руки:
— Он имеет в виду, что я проголодался. Сходи, пожалуйста, за обедом. Спасибо тебе, Сяо Ян.
Парень тут же закивал, словно петух, клюющий зерно:
— Будет сделано!
Он уже повернулся, чтобы бежать, но не успел сделать и двух шагов, как сзади раздалось:
— Сяо Ян.
Ассистент мгновенно сдал назад. На лице Янь Си не отразилось ни единой эмоции, лишь глаза качнулись в сторону, а сам он едва заметно кашлянул:
— И для режиссёра Суна тоже захвати порцию.
Сяо Ян показал сложенные в кольцо пальцы и жизнерадостно помчался к стойке администратора.
Вскоре в номер вкатили тележку, заставленную исходящими паром блюдами. Взволнованный сотрудник отеля отвесил несколько низких поклонов и прижал руки к груди:
— Это угощение от заведения! Примите наши искренние извинения за досадное происшествие с лифтом. Надеемся, вы простите нас!
Янь Си косо взглянул на сияющего от восторга помощника и сразу понял: без инициативы Сяо Яна тут точно не обошлось.
Впрочем, аппетитные ароматы уже витали по комнате, заставляя изголодавшийся желудок затянуть очередную руладу. Юноше ничего не оставалось, кроме как мягко улыбнуться служащему:
— Все в порядке. Главное, что никто не пострадал.
Сяо Ян представлял его интересы, и любые действия ассистента напрямую сказывались на репутации самого актера. Раз уж парень выжал из отеля максимум, Янь Си следовало сгладить углы — чтобы у персонала не сложилось впечатления, будто они занимаются откровенным вымогательством.
Служащий рассыпался в благодарностях, еще раз раскланялся и, аккуратно прикрыв за собой дверь, удалился.
Чтобы загладить вину, кулинары отеля превзошли самих себя: каждое из доставленных блюд выглядело как кулинарный шедевр. Порции рассчитали аккуратно — ровно столько, чтобы двое мужчин могли сытно пообедать, не перегружая желудок.
Голод действительно довел Янь Си до легкого головокружения. Отбросив церемонии, он с аппетитом принялся за еду, отправляя в рот один сочный кусочек за другим и закусывая белоснежным рисом.
Сун Ичуань же ел неспешно и грациозно. Время от времени он доставал салфетку, протягивал ее юноше и едва заметным жестом указывал на угол своего рта.
Янь Си благодушно забирал бумагу, бегло утирался и снова утыкался в тарелку.
В последние недели из-за плотного съемочного графика ему приходилось довольствоваться скромными сухпайками. На правах главного героя он почти не покидал площадку, и о высокой кухне оставалось только мечтать. Изысканные угощения отеля показались ему истинной амброзией, так что он с трудом удерживался от того, чтобы не проглотить все в мгновение ока.
Еле сдержав вполне естественный после такой трапезы сытый звук, Янь Си торопливо прикрыл ладонью рот, сделал пару глотков воды и довольствовался поглаживанием округлившегося живота:
— Я все. Поел.
— Угу, — Сун Ичуань с аристократической неторопливостью отправил в рот очередной ломтик. — А я еще нет. Посиди со мной.
Янь Си потер слегка слипающиеся глаза, подпер щеку кулаком и молча остался на месте, всем своим видом выражая покорную готовность ждать.
Мягкий свет в номере сглаживал резкие черты лица режиссера. В полутени даже самые обыденные его движения казались исполненными естественной грации.
Янь Си вовсе не был поверхностным человеком, чтобы влюбиться лишь в привлекательную внешность. Но что поделать, если человек, покоривший его сердце, обладал столь безупречным ликом? Как тут не залюбоваться?
Почувствовав на себе пристальный, горячий взгляд, Сун Ичуань едва удержал уголки губ от довольной улыбки. В груди сладостно заколотилось сердце, однако внешне он сохранял абсолютно непроницаемое спокойствие.
Выгадав момент, режиссер внезапно повернулся и в упор посмотрел на юношу, успев перехватить промелькнувшее в его глазах замешательство.
Янь Си стремительно опустил взор. Напрочь забыв о том, что сыт по горло, он в панике подцепил палочками кусок сочной тушеной свинины и засунул его в рот. Насыщенный пикантный вкус брызнул на язык, заставив опомниться и вернув улетучившиеся было остатки здравомыслия.
Поспешно поднявшись из-за стола, он энергично затер губы салфеткой — да так усердно, что кожа вокруг мгновенно вспыхнула коралловым румянцем, — и в пару широких шагов преодолел расстояние до окна.
Распахнув створку, он подставил лицо пронзительному морозному ветру ранней зимы. По телу пробежал крупный озноб, но юноша с преувеличенным чувством произнес:
— Ох, ну и духота!
Он принялся отчаянно обмахиваться ладонью, уставившись на обнаженные ветви ив за окном.
Спасение пришло в лице доктора Вана, вовремя постучавшего в дверь:
— Учитель Янь, я могу войти и провести осмотр?
Янь Си подсознательно метнул взгляд на Сун Ичуаня. Тот степенно отложил палочки, вытер губы салфеткой и дарующим жестом кивнул:
— Иди.
Тот самый юноша, который минуту назад всеми силами отнекивался от врачебного вмешательства, мгновенно взлетел на кровать и поторопил гостей:
— Доктор Ван, проходите скорее!
Войдя в комнату, медик с удивлением обнаружил актера уже распростертым на кровати в ожидании мобильного диагностического оборудования. На секунду врач опешил от такого рвения, но выучка подсказывала: профессионал должен сохранять невозмутимость в любой ситуации.
Подключив необходимые датчики, доктор Ван со всей скрупулезностью провел тщательное обследование.
Сняв защитную маску, он повернулся к режиссеру:
— Господин Сун, Учитель Янь абсолютно здоров. Ни малейшего ушиба или ссадины. Вы можете быть совершенно спокойны.
— Благодарю, — Сун Ичуань сдержанно кивнул.
— Ну что вы, это моя работа, — отозвался врач.
Доктор Ван уже собирался позвать ассистентов, чтобы выкатить технику, когда Сун Ичуань ровным тоном произнес:
— Мне в съемочную группу требуется личный врач.
Глаза доктора Вана вспыхнули. Место штатного медика при режиссере Суне пустовало уже давно. Когда-то он осторожно закидывал удочку Анне, спрашивая, нет ли вакансии: должность непыльная, а жалованье более чем щедрое — поистине лакомый кусок. Но Анна тогда уклонилась от прямого ответа, сославшись на личные соображения босса. И вот надо же — сам Сун Ичуань только что предложил ему эту работу!
Быстро раскинув умом, врач понял: столь щедрой милостью он обязан исключительно своей въедливости при осмотре Янь Си. Режиссер оценил его старательность и дал зеленый свет.
Полным глубокой признательности взглядом он уставился на юношу, намыслив себе, что тот — его счастливый талисман, и не удержался от разглядывания благодетеля.
Но не успел он как следует рассмотреть актера, как свет перед глазами померк, а обзор перекрыла глухая стена. Сун Ичуань встал ровно между ним и Янь Си, полностью загородив юношу от чужих глаз. Режиссер обладал высоким, внушительным ростом, и рядом с щуплым доктором выглядел неприступной утёсной кручей.
— Испытательный срок — три месяца, — донесся сверху ледяной голос Сун Ичуаня.
Медик мысленно взвыл. Счастье было так близко, а теперь на горизонте выросли целых три месяца сурового испытания!
Когда Анна помогла обустроить номер под временный медицинский кабинет, доктор Ван не выдержал и тихо поплакался ей в жилетку. Помощница смерила врача понимающим взглядом и с видом бывалого знатока давнишних нравов изрекла:
— Без крайней нужды к Учителю Яню не приближаться. Если жизнь заставит — сделать так, чтобы шеф этого не видел. А уж если попался на глаза — держись максимально чинно, сдержанно и без лишних взглядов. Это все, чем я могу тебе помочь, доктор Ван.
Врач смутно кивнул и с растерянным видом отправился раскладывать медикаменты.
Пообедав и выдержав осмотр, Янь Си сладко потянулся, сдержал зевок и обратился к режиссеру:
— Брат Ичуань, теперь-то нам пора на площадку?
Сун Ичуань наконец сменил гнев на милость и кивнул. Облегченно вздохнув, Янь Си тут же вызвал Сяо Яна и велел связаться с гримерами и костюмерами: пускай готовятся во всеоружии привести его в порядок сразу по прибытии, дабы не задерживать съемочный процесс.
Наблюдая за его искренней радостью, Сун Ичуань задумчиво погладил подбородок. Брови его слегка сдвинулись.
Неужели его мальчику настолько не терпится сбежать от него?
«Нет, так дело не пойдет».
Не замечая метаний режиссера, Янь Си продолжал раздавать указания помощнику. Сяо Ян понятливо закивал и выскочил в коридор делать звонки.
Сун Ичуань вальяжно сидел на диване, закинув ногу на ногу и положив сцепленные пальцы на колено. Он медленно поднял взор на актера и тихо, с едва уловимой хрипотцой в голосе спросил:
— Поедешь со мной?
Янь Си растерялся:
— А?
За долгие годы знакомства юноша научился с полуслова понимать режиссера. Тот явно предлагал сесть в его личную машину.
— А как же Сяо Ян?
— Поедет в твоем минивэне.
Янь Си взъерошил и без того растрепанную шевелюру. Однако, наткнувшись на безапелляционный взгляд Сун Ичуаня, лишь вздохнул:
— Ладно, поехали.
Ему показалось, будто в глубине темных глаз режиссера на мгновение мелькнула довольная искра. Скользнула быстро, но юноша успел ее уловить.
Слегка увлажнив пересохшие губы, Янь Си покорно поплелся следом за ним к выходу.
В коридоре им навстречу выбежал Сяо Ян с охапкой нужных вещей:
— Учитель Янь, машина уже у входа!
Янь Си поджал губы и виновато произнес:
— Сяо Ян, тут такое дело… Я поеду с режиссером Суном.
Ассистент удивленно хлопал глазами, переводя взгляд с актера на режиссера, после чего крепче прижал к себе вещи и выпалил:
— Понял! Учитель Янь, до встречи на площадке!
И дал такого стрекача, словно за ним гнались демоны. Запрыгнув в минивэн, он с грохотом захлопнул дверь, и машина тут же сорвалась с места, обдав парковку клубами выхлопных газов — будто ассистент всерьез опасался, что Янь Си передумает.
Поперхнувшись сизым дымом от резко стартовавшего минивэна, Янь Си несколько раз кашлянул и вместе с Сун Ичуанем подошел к припаркованному неподалеку седану — строгой, неприметной черной машине.
В отличие от спортивного авто, на котором режиссер передвигался обычно, этот седан выглядел куда более солидно и сдержанно, идеально гармонируя со строгим обликом владельца.
Впрочем, тогда, у Агентства развлечений Тяньхуань, Сун Ичуань сидел за рулем именно той модели, о которой сам Янь Си когда-то страстно мечтал. Должно быть, его прежние восторженные речи не прошли даром, и режиссер прислушался к его вкусу при покупке.
Анна шагнула вперед и протянула руку, намереваясь открыть перед Янь Си дверцу, но ее опередили.
— Брат Ичуань! Я уже заждался тебя!
Изумленный столь стремительным появлением Янь Цяня, Янь Си медленно повернул голову и перевел вопросительный взгляд на Сун Ичуаня.
http://bllate.org/book/17416/1659046
Сказали спасибо 2 читателя